Моя принцесса

— Ну, что, закончили? — Сабрина подскочила совсем не вовремя, ибо именно в этот момент Маринетт обнимала Адриана, который стоял с полу спущенными штанами, за бедра. Рыжеволосая закричала на всю комнату «извращенка» и убежала куда-то. Это, естественно, не осталось без внимания надзирательницы. Она укорительно посмотрела на Маринетт, а потом снова принялась что-то изучать. — Почему они все меня так ненавидят?! — злобно пробурчала себе под нос девушка, записывая в блокнот нужнее цифры. — Может, потому что бедра нужно было мерить не так? Вообще-то, ты должна была взять вон ту нить, она длиннее, и тебе было бы удобнее… Но мне было так смешно наблюдать, как ты пытаешься намотать эту на мои плечи… — Адриан усмехнулся, а увидев ошарашенное лицо брюнетки, вовсе залился смехом. Маринетт не обижалась, вовсе нет. Она была, действительно, сильно удивлена: принц ведет себя, словно они всю жизнь в одной деревушке прожили. Нет, где это видано, чтобы недошвея называла самого принца по имени?! Маринетт решила не злить больше никого, посему, отнеся мерки наставнице, попросила у той более сложное и долгое занятие, к примеру, принести что-нибудь с другого конца замка или вроде того… К ее счастью, женщина сразу же послала ее на кухню. Там сейчас должны были готовить специальную краску. Маринетт была рада вдвойне: во-первых, она будет подальше от принца и этих надоед, а во-вторых, сможет расспросить об отце. Она ловко выскочила из комнаты принца и побежала к кухне, которая, как она запомнила, находилась всего в двух коридорных поворотах. На кухне пахло шоколадом и морепродуктами. Да уж, не лучшее сочетание, но если не перемешивать их, то выходит довольно годно. Прямо у входа в служебную комнату стоял пухлый высокий мужчина. Он что-то напевал и время от времени помешивал содержимое огромного котла. Рядом лежала большая книга, в которую он тоже изредка поглядывал. Выглядело это довольно странно, но он казался самым веселым мужчиной на кухне, посему Маринетт решила обратиться именно к нему. — Прошу прощения, мне нужна краска… для госпожи… э-э, — господи, Маринетт даже не удосужилась спросить имени своей наставницы… Та, вроде представлялась или нет… — Жизель? Та краска, что пахнет, как только расцветший цветок? — напел мужчина и наклонившись к книге, кинул в котел, жидкость в котором была ярко-красного цвета, какие-то травы. — Да… Наверное. Ну, в общем, краска для украшения платья будущей невесты принца. — А, хорошо, сейчас, — улыбнулся повар и резко развернулся к большому шкафу со стеклянными дверьми. Открыв шкаф, мужчина почесал затылок. — Так-так-так… — сказал он, осматривая полки с прозрачными банками, глиняными кувшинами и большими ведрами в самом низу. Маринетт осмотрела кухню. Это было большое помещение, в котором кипела работа: везде сновали поварята и поварихи с половниками, тряпками и кастрюлями. Кто-то мешал какую-то жидкость в котле, кто-то на другом конце кухни пробовал уже приготовленное блюдо. Маринетт посмотрела на котел мужчины, сейчас искавшего краску. Рядом с ним стоял поваренок и, смотря в книгу, чего-то ждал. Через минуту (Маринетт не отрывала от него любопытного взгляда) он взял что-то зеленое, лежавшее рядом с котлом, и только собирался бросить туда, как мужчина у шкафа крикнул: — Дай ещё настояться, Арнольд! — при этих словах поваренок вздрогнул и, кивнув, тихо сказал: — Да, учитель… Маринетт решила, что мужчина тут самый главный, и спросила: — Извините, а как вас зовут? — она очень хотела узнать про отца и думала, что главный на кухне точно должен знать про всех работников. Значит, надо подружиться с ним и попытаться расспросить. — Меня зовут… — он достал с самой нижней полки большое ведро с крышкой и пробормотал что-то невнятное. — Что-что? — переспросила девушка — Том Дюпэн, — сказал он, ставя перед ней краску. — Можно просто Том. Девушка глубоко вздохнула. На секунду весь мир показался стеклянным и каким-то… застывшим? Но брюнетка быстро собралась с мыслями. Облизнув пересохшие губы, Маринетт почти беззвучно прошептала губами: — Вы знаете, кто я? Мужчина, кажется, растерялся на секунду. Он полностью повернулся к Маринетт и пристально вгляделся в ее лицо. В какой-то малюсенький момент брюнетке показалось, что в глазах Тома вспыхнуло понимание, перемешанное с шоком, но в то же мгновение взгляд мужчины вновь стал спокойным и слегка игривым, и он покачал головой. — Прости, милая, думаю, мы не могли встречаться раньше. Все волнение и трепет ушли куда-то, оставив вместо себя лишь недопонимание и обиду. — Но как же? Вы, правда, меня не узнаете? Я Маринетт. Маринетт Дюпэн-Чэн. Я ваша дочка… Понимаю, вам трудно меня узнать, но… — Мне кажется, ты ошибаешься. У меня нет, и никогда не было детей, — буркнул он. — Но я же есть! И Сабина, моя мать, тоже есть! — горячо говорила девушка, чуть не плача. Она искала его! И вот, нашла, называется… — Она помнит вас, она любила вас! Она до сих пор точно помнит адрес той пекарни, где вы вместе работали. Я была там… Это место оно… — У меня нет детей, — тупо повторил повар. Он смотрел ей через плечо. — Бери краску и уходи, Маринлоу, у меня много работы, и нет времени болтать. — Меня зовут Маринетт! — слёзы предательски брызнули из глаз, и девушка, не взяв краску, выбежала из помещения, провожаемая недоуменными взглядами поварят.

***

Она бежала вперёд, несколько раз свернула наугад и… явно заблудилась. Девушка открыла первую попавшуюся дверь и, забежав в комнату, села в угол. Теперь она могла отдать себя чувствам. Она крикнула и ударила кулаком по полу. Слёзы все ещё бились из глаз, а Маринетт всхлипывала. Тут дверь скрипнула, и знакомый голос произнёс: — Кто здесь? Я слышал крик… Маринетт? — Адриан подбежал к ней. — Что случилось, Маринетт? Отвечать не хотелось. Девушка вытерла тыльной стороной ладони слезы и приподнялась, но ватные ноги не позволили долго удержаться в таком положение, и девушка вновь присела на холодный пол. — Прошу прощения, просто я… — какое оправдание бы придумать? Споткнулась? Ударилась? Поняла, что отец меня ненавидит и не хочет ничего обо мне слышать? — Я… — Маринетт… прости, что издевался над тобой, я, правда, не думал, что так обижу тебя этим… Хочешь, я попрошу их не доставать тебя? Только не плачь… Не люблю, когда такие красивые девушки плачут из-за меня, — он дружелюбно подмигнул ей. — Все хорошо. Ты ни в чем не виноват… Это я. Вообще, это была глупая идея — приехать сюда. Чего я вообще думала добиться? Я думала, он сможет понять меня, узнает меня… пусть, он не вернется в семью, но я хотя бы почувствую, каково это, когда у тебя есть отец… — девушка всхлипнула. Ну вот. Мало того, что испортила все с отцом, так еще и навешивает свои проблемы принцу. Просто превосходно, Маринетт, так держать… Но, кажется, принц не спешил задавать ненужных вопросов, и уж тем более он не собирался отчитывать Маринетт. Вместо этого Адриан присел рядом и слабо приобнял ее, позволяя положить голову себе на плечо. — Знаешь, я понимаю тебя. Мой отец хоть и был постоянно рядом, я всегда чувствовал, что он слишком далеко. Я часто пытался заставить его видеть во мне не пластилиновую куклу, из которой он лепит будущего короля, а сына, из которого он растит человека… Такое бывает, что родители жестоко относятся к нам, но у всех есть свои причины, так что, не волнуйся, все будет хорошо. Маринетт стыдливо опустила глаза. Она даже не подумала, каково Адриану выслушивать ее нытье. Он не так давно потерял мать, а отец слишком холодно обращается с сыном. А она? Мама никогда не обделяла ее любовью, да и у нее всегда было все, что необходимо… Зачем она вообще захотела видеть отца, который оставил их? Конечно, зла держать на него она не собиралась, но сейчас идея найти папу казалась ей совсем глупой и дурацкой. Все-таки стоит полностью отдать себя миссии и не заниматься больше ненужной ерундой. — Спасибо тебе, Адриан. Прости, что нагрузила своими проблемами, — девушка вырвалась из объятий блондина и резко поднялась на ноги. — Я думаю, мне стоит больше стараться, а не ныть. Пойду вернусь на кухню, я ведь так и не забрала краску…