Жестокие игры-1. Вещь для братьев

Ух, давно я не появлялся в эфире! Дела затянули по самые уши. Эти пациенты... Правильнее, конечно, говорить клиенты, но бывают случаи просто клинические, вот как на днях у меня. Столько мороки и на пустом месте! Это я, доктор Александров, и я расскажу вам историю... Фетиши бывают разными, некоторые из них пугающие, например, как вуайеризм или эксгибиоцинизм, а некоторые совсем уж безобидные. Но люди не в Теме привыкли все смешивать и считать "фу, гадость какая!". На днях ко мне прибежал паренек, лет 19. Именно прибежал и чуть ли не на коленях ползал. Обычно, я не провожу приёмы и не работаю вне стен своего кабинета, но этот Максим.. Если бы я не согласился, он бы точно связал меня, а правильнее сказать забондажил (смайлик), и оттащил на то место. Хороший, умный, симпатичный, атлетичный, высокий... Да у меня эпитетов не хватит, чтобы передать все эмоции, связанные с ним. Сын не бедных родителей. Студент-отличник, болтун и весельчак. Он устроился для подработки в обувную мастерскую. Необычно, скажете вы? Зачем такому парнишке перебирать чужую ношенную обувь? А вот в этом и вся история. Максим - ярый фут-фетишист и он просто с ума сходит от запаха туфлей, ботинок и кроссовок. А где, как не в обувной мастерской, более насыщенный аромат от этих изделий? Конечно, все выглядело дико и его родители, друзья, девушка не понимали почему именно туда? Пошёл бы хот-доги продавать, что ли. Но я то все понимаю, ведь я доктор Александров! И все было хорошо. Максим оставался на внеурочные, его мастер был доволен рвению юноши за жалкие копейки, но... Однажды случилось ужасное. Этот пожилой и закоренелый антиконформист, живущий по заветам дедушки Ильича и точно провожавший в последний путь каждого из генсеков печальных 80-ых, увидел то, что его мозг не смог принять. Однажды Василий Петрович, назовём его так, забыл ключи от дома в своей мастерской и вынужден был вернуться туда снова. Максим, оставшись сам, как и вчера, позавчера и до того, уселся на пол, обложил себя новыми парами ботинок, принесенными в этот день и... глубоко вдыхал аромат изнутри, обцеловывал и облизывал кожанную обувь. Ну и, конечно же, дрочил, при этом. Увлеченный своим любимым занятием, юноша не заметил, как мастер вернулся и застал его за таким антикоммунистическим занятием. Василий Петрович вначале испугался, потом не понял, а позднее пришёл в ярость, выражая собой весь гнев мирового пролетариата, выступающего однозначно против всех этих радужных, голубых, лиловых и им подобным. Советский человек ухватил сорванца-извращенца за уши и стал выкручивать те, по подобию прадедов. Максим, может, и хотел порки, чтоб его отшлепали за провинность, но Василий Петрович не разделял мнения этого негодника. Хуже всего было то, что мастер не только выгнал юношу с работы в тот же вечер, но и пообещал, в классических советских традициях доноса, сообщить "куда надо и кому надо". Речь шла о гневном письме в ВУЗ Максима. Понятное дело, что о таком сразу бы узнали родители, а может и друзья. Позора и проблем парнишке было не избежать. Вот он и прибежал ко мне за помощью. Как Максим не упрашивал старика, предлагал деньги, работу год без зарплаты, и просто умолял о сочувствии, советский менталитет отказывался идти на любые сделки. И самое смешное знаете что? Василий Петрович намеревался донести, потому что считал увлечения Максима опасными для общества! Согласитесь, смешнее мотивации не придумать. Но человеку, который вместо 50 оттенков читал историю КПСС этого было не понять. И вот он я, как последняя надежда Максима, иду на переговоры с Василием Петровичем. О, этот спектакль должен был состояться на сцене МХАТа, ну или хотя бы в мастерской Олега Табакова. Вначале мастер меня не пускал внутрь, потом он долгое время (по-настоящему) плевался в мою сторону, называя таким же извращенцем, как бедный юноша. Потом я выслушал лекцию о том что в Советском Союзе не было извращений, а тех кто мог бы стать таковым, меняла Красная Армия. Когда мой оппонент, наконец, выговорился, я смог вставить свои пять копеек. Ах да, забыл, все это происходило в атмосфере "чарки и дешевой колбаски". Ух, со студенческих времён я не пил такого ацетона и не ел подобной колбасы. Но мне пришлось, чтобы наладить контакт с целью. После первой мы познакомились, после второй Василий, просто Вася, увидел во мне хорошего человека, после третьей я выслушал историю его жизни. Как говорится, нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте. Оказывается есть - история жизни обувного мастера Васи. Но я отвлекся. Мой товарищ долго сопротивлялся и не хотел отказываться от своей затеи "сообщить куда надо". Бедный Максим все это время стоял у входа и его глаза наполнялись слезами. Вася опасался за жизнь и здоровье окружающих людей, благочестивость детей. Как долго мне пришлось объяснять просто на пальцах, что такое фут-фетиш и что он совсем не страшен ни самому человеку, ни окружающим. Господи! В итоге, я уломал Васю простить малолетнего извращенца. А в качестве урока Максим должен был получить от Петровича "воспитательную отцовскую порку". Приговор был приведен в исполнение сразу же. Бедолага лег животом на стол мастера, оттопырив свои ягодицы, тот взял настоящий советский солдатский ремень, широкий, с бляхой и стал пороть паренька со всей дури. И кто мне тут рассказывал за извращения? Василий Петрович однозначно получал кайф от порки. Его рука нещадно поднималась и опускалась на ягодицы парнишки. Задница уже была вся красная, как помидор, Максим ревел и орал, насколько мог, но терпел. Наверное, ударов 100 получил бедолага. Скажу с гордостью - стойко и мужественно Максим вынес это наказание. А потом... Просто хаха, Василий Петрович поставил паренька в угол, со спущенными штанами и руками за головой, на целый час. И это он мне будет рассказывать, что борец с извращениями? Знаток всех деталей порки. Но все закончилось хорошо. Максим лишился работы, но сохранил своё увлечение в тайне. Василий Петрович получил нереальный кайф от порки молодой задницы. А я тоже наказал Максима, по-своему. Когда парень услышал сумму моего гонорара, он почти присел на стул и только в конце вспомнил, что ему теперь несколько дней ходить, не садясь никуда. Мои услуги стоят дорого, ведь я работаю с извращенцами. И я - доктор Александров! Ох, а сейчас моя главная головная боль придёт - Владислав. Таких извращенцев ни в фильмах, ни в книгах не встретишь, как они с братом. Но это моя работа, я помогаю людям в Теме!