Тени для Пламени

Postal 3 - Maniack's theme

      Волны плескались о причал, в предрассветных сумерках они блестели как плохо чищенное железо. Или восход уже свершился, но сквозь плотные облака не было видно и клочка неба, осень улеглась на Сиродил и с её мохнатого брюха, казалось, вот-вот начнёт сыпаться морось или белая труха вместо снега. Утро, лордас, порт казался пустым и покинутым, ко всему, многие бретонцы отчалили на Лунный фестиваль, и от того по бокам из-за отсутствия кораблей была видна до непривычного широкая водная гладь, лениво отражавшая лязг доспехов идущего вдоль её кромки капитана. Сейчас он готов был признать, что куда больше любит рабочие будни, беспрерывную суету, теряющиеся между дощатых бортов голоса, множество запахов... Не только немытых тел и тухлой рыбы, как часто говорили про порт, гораздо больше было фруктов, цветов, шкур и тканей, струганых досок, лакированных или пахнущих горячей солью из-за чар. Товары плыли сюда со всей империи, порой утром, просто по пути в казармы можно было увидеть или почуять столько удивительного и нового, чего не удалось бы встретить даже в Университете Таинств. Возможно. Как и прочие легионеры, капитан бывал лишь на пороге самого университета да в приёмной, если магам очень нужно было его увидеть. И всё, что там находилось не сильно впечатляло, очередной дом из Талос-Плаза, просто больше. А здесь все диковинки Тамриэля на расстоянии вытянутой руки, даром что самый нищий район, жизнь здесь пестрела как могла. Вот только не сегодня. Тишина, пустота, да дышащий близкой зимой ветерок поднимался от воды.       Потому фигуру, бегущую по причалу, капитан приметил сразу, и не пришлось ломать голову в попытках понять куда неизвестный спешит. Легионер остановился перед капитаном в паре шагов, выпрямился, мужественно стараясь не пыхтеть, стукнул по нагруднику.       - Капитан Итиус Хейн, сэр?       - Могу чем-то помочь? – Вопрос был риторическим, и солдат сразу же кивнул.       - Нам нужно ваше присутствие при допросе, ящер просил кого-то из высших чинов, так ему спокойнее.       Капитан скривился, возвращаясь к созерцанию берега, легионер терпеливо ждал за спиной.       - А ваш где? - Без особой надежды уточнил Итиус.       - Капитан Лекс удалился по очень важным делам... - легионер вздохнул и заговорил менее официальным тоном. - Простите сэр, мы просто знаем, что вы здесь живёте, потому решили, что быстрее всего будет обратиться к вам... если вы заняты, я немедленно отправлюсь искать других капитанов или...       - Да нет, не стоит. - Немного сожалея о сорванной прогулке, поднял руки Итиус. - Веди меня к своему заключённому.       Он всегда немного сочувствовал легионерам портового района. Иеронимус Лекс не был плохим капитаном, получше многих на самом деле, но своей одержимостью гильдией воров и крайним упорством в этом вопросе, портил жизнь своим людям. Легионеры, казалось бы, взрослые серьёзные люди, а всё равно посмеивались над портовой стражей, которые днями и ночами прочёсывали город в поисках придуманной их капитаном тайной организации. Однако, как заведующий торговым районом, Итиус не мог однозначно отрицать существование гильдии. Некоторые кражи были спланированы мастерски и включали в себя много участников, это уже звалось организованной преступностью. Гильдией, может и нет, но внимания всё равно заслуживало.       Впрочем, было портовым легионерам и чем похвастаться. Здание стражи размещалось в древнем маяке, и Итиусу он всегда нравился. Пусть в подвалах царила сырость, зато комнаты выше уровня воды проветривались хорошо, освещались и удачно располагались по кругу, что придавало им какой-то неведомый шарм, а винтовая лесенка и смотровая площадка наверху с огромным светящимся кристаллом и зеркальным куполом вызывали давно забытый детский восторг. Вид оттуда расстилался до самых берегов озера Румар, рядом громоздился мост Талоса и улочка с рынками под ним, айлейдские руины, белёсыми зубами вцепившиеся в деревушку Вейе у подножия моста, были видны и полуразрушенные форты, воевавшие с лесом за каждый клочок земли и медленно уступающие, новенькие посты стражи, стоящие вдоль дороги под потушенными по случаю утра фонарями. В ясные дни обзор простирался до выхода в Нибен, а ночью, когда на каждом пришвартованном судёнышке зажигались лампы и золотили плывущий между кораблями туман, было просто красиво. И, что самое удивительное, портовый район по ночам славился своим спокойствием, не смотря на количество приезжих, бандитов, торгашей и нищих. Похоже, побуйствовав в других районах, они сползались сюда спать и ревностно охраняли свой покой, сохраняя тем самым и порядок. Вот только не сегодня.       Переступив порог маяка, нырнув из рассеянной белизны улицы во мрак, капитан даже замялся, настолько гулко и неприветливо тут было. Ему сперва даже показалось, что в помещении никого нет, да и провожатый его незаметно исчез. Затем в сумерках проступили очертания стола с аккуратно сложенными стопками отчётов, парой книг, кружкой, источающей едва уловимый пар и тенью в капитанском кресле, окружённой тонкими бликами расставленного на стойках оружия. На промозглый свет, ниспадавший из окошка под пролётом винтовой лестницы, скромно выполз лишь краешек полосатого пледа, и сейчас этот осколок былого уюта смотрелся жутковато в сочетании с мелким брызгами крови, покрывавшими бахрому. Капитан неуверенно сделал шаг ближе, тень пошевелилась, шурша чешуёй, а затем в самой плотной её части вспыхнули два отдававших могильной зеленцой ока. По спине пробежал холодок, ноги сами собой отступили назад к двери, как вдруг из-за спины раздался шёпот:       - Чаю хотите?       Капитан охнул и обернулся, невольно нашарив рукоять меча на поясе, потом тщательнее присмотрелся к расплывчатому огоньку: его провожатый невинно блестел глазами в свете принесённой им масляной лампы и протягивал чашку с чем-то заманчиво тёплым.       - Утро сейчас раннее, - виновато пробормотал он, - здесь лишь ночная смена. Простите, если слегка неуютно.       - Неуютно - не самое правильное определение, - раздосадовано буркнул капитан. - А это... - он чуть наклонился, всматриваясь в зелёные глаза, те моргнули, а потом в жиденьком свете лампы проступило и всё остальное. Итиус разочаровано закончил. - Это же Амузей.       Ящер выглядел даже несчастнее обычного, завернувшись по самые плавники во влажный плед, из-под которого торчал лишь перебинтованный хвост. Круглыми зелёными глазами он насторожено шарил по помещению, изредка останавливаясь взглядом на кружке, облизывая губы раздвоенным языком, но взять питьё так и не решался. Сперва капитан решил, что тот боится вылезать из пледа, словно тот был способен его защитить, а потом заметил, что ящер что-то держит в руках. Что-то оставлявшее на торчащих через ткань коленках аргонианина тёмные пятна.       Внимательно следя за пострадавшим, капитан взял от стены ещё один стул, примостил его рядом со столом и присел, специально выбрав освещённое маленьким окошком место, чтобы ящер не отвлекался ни на что вокруг.       - И во что ты вляпался на этот раз? - С лёгкой сочувствующей улыбкой спросил Итиус.       Амузей рассеяно пробежал взглядом по его лицу, потом прошипел:       - Пираты с-сэр. - Аргонианин замолк, плотнее укутался в плед и задумчиво добавил. - Вы не знаете, почему они всех зовут короткими штаниш-шками? На мне и вовсе тогда штанов не было, кажется... но, вы правы, - поймав взгляд капитана затараторил тот, - это к делу не относ-сится...       Итиус наклонился чуть вперёд, показывая, что готов слушать, аргонианин бросил на него ещё один нервный взгляд, потом прикрыл глаза и заговорил.       Я иногда так делаю, когда дела плохо идут, прячус-сь среди груза на торговых или рыболовных судах, а когда те в море выходят - выплываю на охоту. Рыба там не сравнится с мошкарой, что у порта крутится, да и на рыб-убийц не рис-скуешь нарваться. В море и страш-шнее водятся но... да, это всё не важно. Не важно. Просто в этот раз я не на прос-стой корабль попал. И не в самый лучший момент, как оказалос-сь. Часом позже, и они бы в море вышли. Поймали бы меня потом... и выпотрош-шили наверняка. Я нашёл кое-что в трюме среди товаров, когда меня туда с-с бочками перетащили. Сам чуть своё сердце в ящике не ос-ставил... но я оказался не единственным гостем на корабле. Когда погрузка с-стихла, я понял, что это мой последний шанс остаться в живых, и принялся пробиратьс-ся к люку. Кругом топот, шорохи, всё кто-то ходит и разговаривает. Про данмерку эту, не помню я про какую, но рулевой из неё что надо, если забыть что женщина. Даже я в курс-се, что не к добру это. Дважды из-за болтунов тех едва не попался, через весь корабль от нос-са до кармы в оцепенении прополз. И всё мне казалос-сь, будто кто-то крадётся рядом, оглядывался постоянно, но это была лишь моя тень. Два яруса миновал кое-как, добрался до лестницы наружу, от каждого шороха едва в обморок не падал. И представьте с-себе, люк выходил к каюте капитана… я лишь двинуться посмел, как слышу оклик: «Какого скампа?! Ты не из моей команды. Поспеши объясниться, если хочеш-шь своими ногами уйти!». Замер я как пень, едва дышу, вдруг подумает, что крысы ш-шалят. Но нет, тот продолжил: «И это умно по-твоему? Что ж, ладно, не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.» И тишина в ответ. Я уверен был, что капитан со мной говорит, понимаете, с-смирился с неизбежным, вздохнул в последний раз, открываю двери, сознаться, объясниться... и вижу, смотрит на меня капитан Туссо. Но странно так, снизу. Вхожу в комнату, а там... вот.       - Что именно "вот"? - Встрепенулся Итиус. За рассказом ящера он едва не задремал, и лишь сейчас заметил, что аргонианин протягивает ему свою ношу, которую всё прятал в тени. Руки его чуть дрожали, покрывало медленно сползало с предмета, пока не опало на пол. И в тот же момент на Итиуса тоже уставился капитан Гастон Туссо.       От неожиданности он даже вскочил, опрокинув чашку и уронив бумаги со стола, те с лёгким шелестом опустились на пол, мелькая будто огромные мотыльки в скудных лучах света. Разлитый чай теперь капал с края, и было не понять, то ли это кровь с трофея ящера стучит по полу, то ли капли, сорвавшиеся со столешницы. Едва тронутые сединой кудри чуть покачивались на сквознячке.       - Ты зачем с собой это взял? - Немного придя в себя, осторожно спросил Итиус. Теперь он стоял, опираясь руками на спинку стула, сам не заметил, как поставил его перед собой будто щит.       - Сам не знаю, - потупился Амузей. – Думаю, не с-смог его там оставить. Да и пираты в дверь повалили сразу, потому не помню даже как на балкон выскочил и в воду нырнул. Мне ещё хвост порезали немного. Болит до с-сих пор…       Капитан тяжко вздохнул, опустив голову, потом обернулся к так и не шелохнувшемуся легионеру с лампой.       - А вы чего голову не отобрали?       - Решили не трогать её до прихода магов. – Пожал тот плечами. - Вдруг разговорят?       - Чего?       - Ну, душу ненадолго вернут. В таком случае, правда, не знаю, вдруг в тело вернётся и… - Легионер, похоже, сам запутался в своих магических познаниях, потому продолжил по существу. - С простыми случаями помогает обычно.       - А если случай не простой?       - Душа не возвращается. Это значит или некромант был, или ещё какой-нибудь ритуал проводили. Жертв Тёмного братства иногда так определяют. И Мораг Тонг, наверно. Не знаю, я с ними дела не имел, а вот жертву братства недавно одну допрашивали… глупый случай был, признаться. И ещё эти не говорят, из подземелья, в красных мантиях… - солдат так увлёкся, что не сразу заметил на себе скептический взгляд капитана, как заметил – поспешил себя одёрнуть, - а больше я ничего не знаю, сэр.       Итиус ещё разок вздохнул и вернулся к аргонианину.       - Что-нибудь ещё ты видел? – Он не рассчитывал на какой-нибудь внятный ответ, но получил нечто гораздо хуже.       - Белую фигуру сир, на воде…       Спинка стула едва заметно скрипнула, капитан медленно поднял глаза на ящера.       - Только посмей сказать, что оно было всадником. – Тихо и спокойно проговорил Итиус.       Амузей вздрогнул и ещё больше ссутулился.       - Не знаю сир, но оно прямо на воде с-стояло, честное слово. И смотрело на меня. Золотыми такими, пустыми глазами…       Теперь же берег манил капитана совсем иначе. До сих пор белая тварь со слухами о ней носилась где-то далеко, и что она там вытворяла, его не касалось. Но здесь, прямо у него под носом? Да не бывать этому. Отдав распоряжение поставить на ноги всю стражу порта, Итиус выскочил из маяка и бодрым шагом направился к месту преступления. Вернулся, уточнил где именно был пришвартован корабль, и спустя пату минут разочаровано буравил хмурым взглядом пустую водную гладь вокруг злосчастной «Марии-Елены», бормоча под нос: «Туман же был вчера густой, что угодно ящеру привидеться могло...» Но кто-то точно здесь побывал, кто-то в достаточной степени опасный. Вокруг корабля теперь вились мелкие хищные рыбёшки, привлечённые запахом крови, капавшей через борт. Не только капитан в ту ночь не сносил головы.       Едва заступившие в смену легионеры зевая разгоняли любопытных, капитану для того же хватало жёсткого взгляда недовольного всем миром человека. Пытаясь его задобрить «утренний» солдат, тот самый, что просил его участвовать в допросе, отослал кого-то из подчинённых в торговый район, принести завтрак из «Кормушки». Итиусу даже немного стыдно стало, что он так и не удосужился спросить имя или звание своего сегодняшнего помощника. Но теперь уже было всё не до того. Получив в своё распоряжение мешочек с тёплой выпечкой и кувшин не то компота, не то иного невнятного пойла, капитан пристроился на каменном борту, отделявшим улицу от воды, и принялся наводить порядок.       - А теперь, - спокойно говорил он, жестикулируя пирожком, - вы объясните мне, что делал у нас в порту немало известный пират, контрабандист и работорговец Гастон Туссо. И много ли ещё у нас таких? Быть может, нам стоит поблагодарить неизвестного и самим пройтись по кораблям, заканчивая его работу?       Несчастные солдаты мало что не пищали под его гневным напором. Правду говорили, спокойное место этот порт, ребята Лекса только бегать и искать хорошо умеют, а к настоящей работе привычку утратили под его чутким руководством. И Лекс ещё не один из худших. Лишь бы не пришлось весь город на свои плечи взвалить, как только Филида в отставку уйдёт.       - Так что... – продолжал Итиус, - пока ваш капитан не вернулся, осмотрите все корабли, этот в первую очередь. Постарайтесь найти остатки его команды, или прочих пиратов, может, это их внутренняя разборка. И местных поспрашивайте, может ещё кто что видел. Нищих особенно, они получше ваших ночью дежурят, за еду многое выложить могут. Только выпечку из «Кормушки» не предлагайте, крыс они и сами ловить умеют. – С сомнением осматривая свой завтрак, закончил он.       И дальше всё работало как часы, только с опросом местных Итиус Хейн просчитался. Не имеющие нормального опыта в допросах, солдаты не спрашивали «кого вы видели прошлой ночью» они интересовались «не видели ли вы белого призрака под вашим окном», на что народ или сразу отвечал да, или прогонял стражу и бежал пересказывать сплетню соседям. Слух ширился как эпидемия и вновь захватывал умы и леденил сердца. Призрак белого всадника теперь властвовал над городом, прячась в уголках каждого разума необъяснимым страхом, стягивая глотку любому, кому было за что отвечать.       Выжившие пираты «Марии-Елены» пришли сдаваться сами, но толку от них уже не было, все поголовно были заражены - тараща глаза, рассказывали о белой пустоте за бортом. Каждый, во что горазд, придумывая небывалые подробности. Неизменным было лишь одно – белое и золотое.

Dragon Age Origins - Calenhad Docks

      Среди самих людей моря слухи разносились со скоростью, с которой летали чайки. Вечером того же дня помощник Кливс спешил к капитану со свежими новостями. У порога каюты чуть притормозил, постучал для порядка в дверь, и сразу же вошёл, не дожидаясь ответа, пробираясь через свисавшие с потолка трофеи и прочие крайне нужные вещи, он и так создавал достаточно шума, чтобы любой нормальный человек успел отложить все свои занятия, готовясь к визиту непрошенного гостя. А у стола, освещённого по меньшей мере десятком маленьких разноцветных ламп, Кливс остановился, воссоздав в помещении прежнюю бархатистую тишину, и принялся ждать, пока леди соизволит обратить на него внимание. Капитан Джерри нехотя оторвалась от чтения, закрыла дневник, заложив страницу пальцем, стянула на кончик носа очки и смерила помощника взглядом. Затем вернула очки на место, устроилась удобнее в кресле и вернулась к дневнику. Лишь перевернув страницу, она поинтересовалась:       - Что-нибудь интересное?       Кливс растянулся в улыбке и кивнул:       - Нам известно, что случилось с одним из конкурентов, капитаном Туссо. Во всех подробностях, мэм!       Капитан перевернула ещё одну страницу, задумчиво загнула уголок, наконец спросила:       - Мёртв?       - Именно так! – Лучась от радости подтвердил помощник. – Никак, удача на нашей стороне и…       - Значит, заказ исполнен, - пробормотала себе под нос Джерри. Достаточно тихо, чтобы дать собеседнику понять, что это не его дело, но недостаточно, чтобы улыбка низенького бретонца не увяла на глазах. На какое-то время каюта вновь вернулась к далёкому плеску волн о борт и шелесту бумаги в мягких женских пальцах, потом Кливс решился подать голос.       - Значит, это правда? Кости и паслён… Мэм, я думал, слухи про чёрное таинство – лишь слухи.       - Тёмное. – Машинально исправила его капитан, потом взглянула поверх страниц. – Да и что в этом такого? Не помню, чтобы ты осуждал заключение сделок.       - Иных сделок, капитан, торговых, взаимовыгодных или вымышленных… но это…       - Очередная сделка. – Протянула Джерри ласковым голосом. – Ну что ты побледнел, милый? Это всего лишь политика провинции. Пускай и тёмными ручонками, но мы сделали хорошее дело. И местечко себе освободили. Арманд просто счастлив будет, когда там поселимся мы, а не какой-нибудь очередной маньяк.       Кливс кивал, понемногу пятясь назад, капитан ещё немного проводила его внимательным взглядом, затем вернулась к своим дневникам. Лишь у самой двери напомнила:       - Не забудь отправить ему гостинец… что-нибудь… как насчёт коллекции сыров с твоей родины? Ведь все мышата любят сыр…