А давайте поменяемся полами?

У Кроули в зеркале демон — самодовольно скалится и любит портить чужие жизни. Дипломатично держит руки в глубоких карманах и продумывает ходы на десяток вперёд. Даже Винчестеры не оказываются сюрпризом/проблемой, о них гудит весь ад, они у Люцифера и Михаила уже в печёнках — упрямые, сильные девчонки, которые держат в узде всю преисподнюю и периодически вызывают апокалипсис, чтобы было от чего спасать невинных смертных. У Кроули есть план на любой случай, любой финт надоедливых охотниц с крутым нравом. Но когда бледный облик Саманты вырисовывается под неровным светом луны, король ада не знает, какой из тысячи подойдёт. У Сэм кожа тонкая, почти прозрачная, видно каждую жилку. Круги под глазами сливаются с ночной тьмой, а слезящиеся глаза лихорадочно вспыхивают и гаснут, как падающие звёзды в небе. Она обессилено держится за спинку стула и смотрит на короля ада пристально и устало. Кроули связанный и почти побеждённый кровью человека — её кровью — не может оторвать взгляд от хрупкого прозрачного тела и не может представить, что когда-то эти слабые руки, не способные удержать шприц, вспарывали монстрам глотки. У Сэм свалка из мыслей в голове, ломота в шее и слабость в каждой клеточке. Сэм хочет сбежать, исчезнуть под напряжённым взглядом Кроули, но не может — уязвимость гвоздит и стремится вывернуть наизнанку. Рука не удержит нож, чтобы надорвать оболочку демона и свою собственную — по настроению. Дианы нет рядом: плохо это или хорошо — пока непонятно, просто плевать. У младшей Винчестер уже полностью отсутствует вера в лучший исход — им обеим суждено однажды оказаться в аду, в вакантной комнате, которую демоны любовно подготовили для сестёр. Их ждут муки в бесконечности, и никто не спустится за ними, чтобы на скорости света доставить на небо — всему однажды придёт конец. Саманта будет лежать в ногах короля ада и, стиснув зубы, не позволять себе мольбу — Кроули слишком мерзкий и презренный, чтобы молить его о чём-то. У горла давит желание сдаться, только вот исполнить предназначение, закрыть ад раз и навсегда — и есть её самый лучший способ отступления. Пустота — лучший исход, чем вечный плен в руках короля ада. У Кроули под самым кадыком желание остаться в этой часовне навсегда — наблюдать, как пергаментная кожа болезненно лучится под неровным светом, как с губ слетает еле слышный стон бессилия. У него тысяча планов, но ни один не подскажет, как оторвать взгляд от лихорадочно блестящих глаз.