А давайте поменяемся полами?

Радоваться осени = смотреть в его глаза. У Скарлетт пальцы мёрзнут в мотоциклетных перчатках, дрожь бьёт в футболке под цвет его глаз — ни куртка, ни поддержка Стайлз категорически не помогают. У Скарлетт мёрзнет за грудиной — чтобы отогреться, всегда нужны двое. Скарлетт привыкает, что оборотням мороз нипочём, только холодеет изнутри, зовёт того, по кому тоскует, жалобно воет на луну. — Эй, Скар. Подвезёшь до школы? У Скарлетт есть одна секунда на ослепляющую вспышку непонимания, две — на оглушительный поток радости, согревающий до кончиков пальцев, заточённых в карманы куртки, и всё время мира на поцелуи и прерывистые вздохи. — Киран, ты вернулся… Сильные руки юноши подхватывают девушку над землёй — в тёмных блестящих глазах читается трепетная нежность воссоединения на дорожке перед домом МакКоллов. Киран смеётся не своим, совсем взрослым смехом — время, проведённое у перевёртышей, видимо, не проходит зря, электрические разряды остаются на кончиках пальцев и только. Впрочем, Кирану не обязательно тлеть огнём, чтобы зажечь огоньки счастья в глазах Скарлетт — для этого достаточно просто обнять и прижать к себе. — Я боялась, что ты никогда ко мне не вернёшься, — шепчет девушка, утыкаясь носом в ворот куртки юноши, вдыхая ускользающий запах пустыни и жары. — Я очень скучала по тебе. — Я бы никогда так не поступил с тобой, Скар, — со счастливой улыбкой отвечает Киран, покрыв нежными поцелуями лицо девушки. — Я люблю тебя. У Скарлетт в груди становится невыносимо горячо, жар и пламя выражаются в одной короткой фразе, несущей в себе смысл всего существования последние месяцы: — Я тоже люблю тебя, Киран. Старенький байк, собранный стараниями двух неразлучных подруг, слишком сильных, чтобы считаться слабыми, радостно тарахтит, улавливая настроение хозяйки. Скарлетт с упоением чувствует руки юноши на своих бёдрах, направляет транспорт в сторону школы, желая только одного — послать к чёрту учёбу и не разжимать объятий Юкимуры. Осень автоматически становится намного счастливее, чем лето до него, унылое, пусть и солнечное, субъективно одинокое, потому что самого главного рядом не было. Радоваться осени = зависеть от объятий и просто любить.