Миры и Грани Шестигранника. История 19. "Личный сорт кофеина"

Чудесный день позднего лета, еще не перетекшего в раннюю осень, лично для Ричарда Стоунберри, начальника службы безопасности корпорации «Лангард», был испорчен, как и настроение. Причина была одна — Ивэйн Росс, новый секретарь главы корпорации. Означенный секретарь как раз выходил из кабинета главы, демонстрируя всем желающим припухшие губы, криво застегнутую рубашку и томную поволоку в глазах. Ричард только зубами заскрипел, однако внешне остался невозмутим. Про себя же он пообещал устроить кое-кому скандал, на который давно уже нарывались. — А вот и вы, мистер Росс. Кофе мне и поживее. В конце концов, эта секретутка тут исключительно для удовлетворения потребностей Оуэна Лангарда и варки кофе. И как сказал Оуэн: «Если хочешь, то пользуйся». В постель тащить это создание Ричард не намеревался. А вот гонять за кофе очень любил, всячески подчеркивая, что Ивэйн тут как украшение офиса. Работы у того было немного, для срочных и важных поручений у главы филиала корпорации были личные помощники, секретарю ничего серьезней перекладывания бумаг не поручали. — Сэр, кофемашина стоит в холле, — в который раз показал зубки этот щенок. — Для общего пользования. Стаканчики там тоже есть, сэр. Стаканчики и кофеварка в холле действительно были. Но на корпоративной кухне, где сотрудники могли разогреть принесенный из дома обед и даже приготовить что-то на скорую руку, лежал неприкосновенный запас кофейных зерен, и стояла целая батарея изящных баночек со специями. А еще — какая-то специальная навороченная жаровня с песком и набор разноразмерных турок, над которыми Росс трясся больше, чем над порученными ему бумагами. И кофе он варил такой, что, однажды попробовав, бурду из кофейного автомата пить уже не хотелось и не моглось. К вящему раздражению, Ивэйн Росс варил кофе для начбеза только по прямому указанию босса. А Ричард, к еще большему раздражению, на этот кофе плотно «подсел» раза так со второго. — Отлично, — холодно кивнул Ричард, пинком открыл дверь в кабинет. — Оуэн, прикажи своей очередной подстилке сварить мне кофе, а то она слишком много возомнила о себе. — Рикки, ну, не кипятись так. — А по мне похоже, что я чайник? — Мистер Росс, сварите для Ричарда кофе. Рикки, ты доволен? «Он даже не стесняется своей шлюхи, — Ричард скрипнул зубами. — Рикки… Щенок!» Выпороть бы его, да Старый Босс приказал не трепыхаться. Очень уж ему хочется посмотреть, кто из сыновей достоин унаследовать его деловую империю. Таскать в постель смазливых секретарш и секретарей, трахаться с ними в кабинете и терять важные бумаги - все, что Оуэн Лангард умел в совершенстве. Снова заболела голова, наверное, на перемену погоды. — Какого черта в приемной вечно Сахара в июле? Включи кондиционер, Росс. Молодой человек щелкнул пультом, аккуратно положил его на край стола и несколько скованной походкой прошагал к кухне. На Ричарда он вообще не смотрел, словно тот был пустым местом. Только губы сжаты и глаза — ледяные. Шлюшка показывает характер? Ну-ну. Ивэйн включил жаровню, насыпал в ручную мельницу зерна и на секунду позволил себе просто постоять, закрыв лицо руками. Очень хотелось расплакаться, но отец всегда говорил, что мужчины не плачут. В последний раз Ив свое отревел на похоронах родителей. С тех пор все, что он себе позволял — это вот такие мгновения слабости. Ничего, все устроится. Все у него еще будет хорошо. Он заработает денег и получит сертификат баристы, устроится в какой-нибудь кофе-бар, может, когда-нибудь откроет свой. Нужно только стиснуть зубы и терпеть. Ричард принялся проверять, как работают камеры в приемной. Старый Босс велел поставить их везде, чтобы знать, чем занимается набранная сыночком команда сотрудников. Чтобы добраться до одной, скрытой цветком на шкафу, пришлось скинуть пиджак, туфли и забраться на стул. Заодно и цветок бы полить не мешало, надо сказать Россу, что он плохо ухаживает за растительностью. — Так, что тут у нас… — горшок перекочевал в сторону, глазок камеры моргнул. — Меня видно? — Видно, шеф, — отрапортовали в наушник. — Кстати, я кое-что интересное нарыла, приходите посмотреть. — Непременно, милая, вот только кофе выпью, и я сразу же весь твой. Через десять минут Росс явился, неся чуть ли не микроскопическую чашечку. Кофе в ней казался дегтем, ну, или смолой. Но запах был такой, что у Ричарда сами собой потекли слюнки. — И что это за отрава? — Ваш кофе, сэр, — высокомерно задрал подбородок Ивэйн. — Ого, — после глотка в ушах зазвенело, в мозгах прояснилось, а сердце решило выскочить из грудной клетки. — Отличная вещь. Ответа ему не последовало, секретарь сел на свое место, прямой и отстраненный, передвинул мышку, вызывая компьютер из спящего режима. И тонкие пальцы запорхали над клавишами, со скоростью пулеметной очереди набирая текст. Да, в профессиональных качествах Ивэйну отказать было нельзя, в документах, которые ему поручали печатать, не было ни единой ошибки, он никогда не опаздывал на работу, выглядел всегда идеально. Ну, по крайней мере, до того момента, как Оуэн Лангард вызывал его к себе. Да и потом спешил в уборную, чтобы привести себя в порядок. Аккуратная стрижка, наглаженные рубашки и костюм, начищенные до зеркального блеска туфли, ухоженные руки и лицо. Идеальная секретутка. — Шеф, у нас тут небольшая проблема, — в наушнике снова прорезалась ближайшая помощница Ричарда, работавшая исключительно на него и Старого Босса. — Снова пропали деньги из сейфа. В бухгалтерии скандал, миссис Лендрис плачет и клянется, что не трогала их. На этот раз исчезло порядка ста тысяч. — Сейчас буду, — Ричард нахмурился. Деньги пропадали регулярно, то сотня, то две. Старый Босс такому значения не придавал. Миссис Лендрис, убиравшаяся в бухгалтерии, была отягощена пятью внуками, поэтому иногда приворовывала. — Она из тех, кто в меня верил, — как-то разоткровенничался Старый Босс. — Тридцать лет назад меня поддерживала уборщица, как бы это странно ни звучало, но если б не миссис Лендрис, я мало чего добился бы. Поэтому эти деньги для меня… В общем, ты меня понял? Ричард понял. Внимания на то, что миссис Лендрис роется в сейфе, начальник службы безопасности не обращал. Больше, чем там есть, все равно не вынесет. — Просмотрите камеры. — Уже. Ничего. Возле сейфа кто только не терся, сегодня день расчетов с курьерами, наемными работниками и прочее. И ты же знаешь, что камер в том секторе почти нет, ради психологического комфорта сотрудников. Так что начнем обыскивать столы. «Для психологического комфорта сотрудников». Ричард сдержанно выругался сквозь зубы и посмотрел на секретаря. — Открой все ящики стола, Росс. И отойди к стене. Тот нахмурился, сохранил напечатанное, вывел компьютер в спящий режим, как и полагалось по правилам техники безопасности. Отодвинулся от стола и принялся выдвигать ящики стола. — Прошу, сэр. Что-то случилось? — ни интереса, ни возмущения в голосе не было, только холодная вежливость. Ричард разбирался со столом просто: вывернул первый ящик, перевернул его, вырвал второй, вытряхнул все на ковер, отбросил, с хрустом выдрал из пазов третий, вытряхнул, перевернув, и уставился на приклеенный к днищу пухлый конверт. — Так-так… Не твое, враги подбросили, первый раз видишь? — Н-но… я правда… — с лица Ивэйна отхлынула вся кровь, оно стало похоже на восковую маску. — Это не мое, сэр. Я клянусь. Он никогда в жизни не взял ничего чужого. Отец-полицейский вбил в него это правило с самого раннего детства, причем, не кулаками, отнюдь. На Ива и его мать Дэрек Росс ни разу не поднял руки. Он просто умел убеждать словами. — Я не знаю, как это сюда попало, сэр. — И хоть бы кто признался, что да, бес попутал, взял, каюсь, прошу не наказывать, — скучающим голосом произнес Ричард. — А что у вас тут происходит? — на грохот выглянул Оуэн. — Обыск, — конверт перекочевал во внутренний карман пиджака, так что Оуэн ничего не увидел, кроме вываленных бумаг и канцелярских принадлежностей. — Дела внутренней безопасности. Мистер Лангард, у меня все под контролем. Как только найду что-нибудь, сразу же сообщу. — Я на обед, — растерянно сказал Оуэн, выходя и перекидывая через руку элегантный плащ. — Меня нет, буду через час, все звонки переводить на Стивена, в общем, как всегда, мистер Росс. Ри… Мистер Стоунберри, все точно под контролем? — Более чем. Оуэн ушел, решив не ввязываться в происходящее. Сопляк! Старый Босс докопался бы до сути. Нет, Оуэну не место в кресле Главы корпорации. — Я никогда… — Ив прислонился к стене, нашарил пуговку на вороте рубашки, попытался расстегнуть ее непослушными пальцами. — Я не брал ничего, сэр. Я даже не знаю, что в конверте. — Ричард, мы нашли какой-то подозрительный порошок в столе Паоло Ринальди. Что делать? — Порошок на экспертизу, Паоло задержать, как всегда. Продолжайте обыск. Из здания никого не выпускать, в туалет всех сопровождать, чтобы ничего подозрительного не смывали. Столы прощупывать тщательно, ящики переворачивать. — В общем, полный шмон, так, шеф? — Да. Голова начинала болеть все сильнее. Что тут за какие-то полгода устроил Оуэн? Раньше Ричард никаких обысков не устраивал, незачем было. Но сегодня он точно вволю побуйствует. И начнет с этой подстилки. — Не знаешь, что в конверте? Я скажу. Сто тысяч, которые ты или твой сообщник взяли из сейфа. Одного не понимаю, чего тебе не хватает? Оуэн мало доплачивает за интим? Или я произвожу впечатление совершеннейшего тюфяка, который ничего не видит? — Я не… — до Ива дошло, что сказал начбез, и на бледных щеках вспыхнули некрасивые яркие пятна. — Я не сплю с боссом! Вы не имеете права меня обвинять! Я ничего не брал ни из сейфа, ни откуда-либо вообще. Значит, вот как о нем думает этот… Идиот! Впрочем, он и сам хорош, неужели думал, что никто не заметит? Наивняк — птичка, которая долго не живет. Значит, все в компании думают, что Оуэн Лангард его трахает у себя в кабинете? Впрочем, они недалеки от истины. Тем качеством Ричарда Стоунберри, за которое его ценил Старый Босс, было умение прислушиваться к воплям тех, кого он застукал на чем-то предосудительном. Начбез кивнул на ящики: — Займись уборкой. Сам он занялся тем, что любят многие: принялся за пересчет денег в конверте. Тщательно осмотрел купюры, убедился, что они новые, то есть, конверт тут не пару лет висит, затем взялся за счет. В итоге получалось, что здесь у него всего лишь тридцать тысяч. Маловато как-то. — Хм-м-м… — Ричард побарабанил пальцами по колену, перестав что-либо понимать. — Где остальные, в таком случае? Он осмотрел приемную. Конечно, похититель мог бегать по всему зданию и расклеивать конверты, но какой в этом смысл, если можно просто растолкать их в одном помещении, разделив на части? Ричард подошел к шкафу, распахнул его. — Здесь только твоя одежда, Росс? В шкафу висел запасной костюм и пара рубашек, и легкая куртка, в которой он приходил на работу, так что Ив просто кивнул: — Да, сэр. Руки дрожали, когда собирал раскиданные по всей приемной карандаши, ручки, разлетевшиеся во все стороны документы. Придется тщательно перебрать это все, уложить в том же порядке, в каком было, а значит, задержаться после работы. Нет, он не винил Ричарда Стоунберри. Тот выполнял свою работу. Просто было больно и обидно за втоптанную в грязь репутацию. Впрочем, он ведь знал, все понял еще в тот момент, когда босс заглянул в HR-отдел и окинул взглядом пришедшего на собеседование Ива. А потом вызвал менеджера по персоналу, и через полчаса Ив получил место секретаря. Точно ведь наивняк — надеялся, что четкий отказ заставит босса прекратить домогательства. Как же. Ричард перетряхнул одежду, вывернул все коробки с запасными одежными щетками и средствами для ухода за обувью, поднял со дна шкафа очередной конверт, молча предъявил Россу. Что тут вообще происходит, черт побери? Придется перевернуть вверх дном всю приемную. Как не вовремя закрыли камеру цветком. Или вовремя? И где искать остальные конверты? Не хватало еще сорока тысяч. Ричард запер дверь приемной, чтобы никто не помешал, встал на пороге, осмотрелся. — У меня есть три или четыре конверта. Я прохожу мимо шкафа, бросаю один туда, он падает за коробку со щетками. Второй я приклеиваю снизу к свободному ящику. Куда я дену остальное? — бормотал он, игнорируя секретаря. Ив сидел на полу, собирал в аккуратную стопочку раскиданные листы и понимал, что как только начбез найдет то, что ищет, Росса выкинут из компании под зад коленом. И никто не станет слушать его оправданий. Руки машинально разглаживали помявшиеся бумаги, подбирали ластики и скрепки, а в ушах шумело. Он потянулся к закатившейся под кулер ручке, пошарил под ним и вытащил еще один конверт. Сердце глухо стукнуло и оборвалось, он замер в нелепой позе, с ужасом глядя на свой приговор. Из пересохших губ не выдавливалось ни звука. — Отлично, вот и третий, — Ричард пересчитал деньги. — Все сто тысяч… Неплохо-неплохо, хоть и очень глупо прятать деньги на рабочем месте. С другой стороны, забрать их легче. Я верну деньги и не скажу, где нашел, но больше ты воровать не станешь. Если я еще раз найду здесь хоть одну монетку, которая тебе не принадлежит — ты вылетишь отсюда. Через окно, которое внезапно решил помыть. Этаж был четырнадцатый, так что угроза была весомой. — Это не я… — Ив с силой прикусил губу, крепко зажмурился, опуская голову, чтобы упавшие на лицо рыжеватые пряди скрыли, спрятали мокрые ресницы. «Не реветь! Он все равно не поверит слезам!» — Я не брал этих денег. — Наверное, их взял я, распихал тут, чтобы потом найти и обвинить тебя, да? — с сарказмом бросил Ричард. — Или Оуэну поразвлекаться захотелось. В дверь постучали, послышался голос эйчара, Людвига Кейна: — Мистер Росс, почему вы позволяете себе тут запереться в разгар рабочего дня? Ричард щелкнул замком. Людвиг уставился на него. — Мистер Стоунберри. Простите, я не знал, что вы тут…, а что случилось? — Рабочие моменты. — У меня в отделе ваши сотрудники, они переворачивают все вверх дном… Господи, вы тут тоже развлеклись? Что вы ищете? — Уже ничего, мистер Кейн, возвращайтесь на свое рабочее место, скоро процедура закончится. И Ричард вышел прочь. Людвиг посмотрел на Росса. — Не волнуйтесь, я вам напишу самую блестящую характеристику на место будущей работы, мистер Росс. И о краже денег не упомяну. Ив промолчал. Просто не видел смысла что-то говорить — все равно ему никто не поверит. Слизнул с уголка губ соленую каплю, остервенело вытер ладонью мокрый след, ненавидя себя за то, что все же развел сырость. И принялся подбирать остатки бумаг и вещи из шкафа. Характеристику… Даже если в ней не напишут ничего, порочащего его честь, Оуэн точно внесет в «черный список», просто потому, что уже пообещал это, когда Ив порывался уволиться сам. Выхода он не видел, не сейчас, когда разум был занят только стыдом и обидой. Может ли начальник службы безопасности подкинуть деньги в сейф так, чтобы никто не понял, что он это сделал? Легче легкого. «Обнаружить» их оказалось еще легче. — Кто вообще пересчитывал деньги? — Я, — пискнула молодая стажерка. — Там ровно сто пятьдесят тысяч. Было, когда я пересчитывала. А по бумагам должно быть двести пятьдесят. — Мисс, вам вредно волноваться на этой должности. Я отсюда вижу, что там купюр больше, чем сто пятьдесят тысяч. Верная Адель сработала грамотно, о пропаже денег знала лишь стажерка, миссис Лендрис и глава бухгалтерии, к которой стажерка и прибежала. Именно глава отдела сперва принялась допытываться у уборщицы о пропаже денег, а потом оповестила службу безопасности. Ричард протянул девушке платок и мягко принялся увещевать: — Давайте, мы просто забудем про это недоразумение, хорошо? Вы ошиблись при счете, переволновались, такое бывает. Вы славная девушка, у вас будет блестящая карьера, если вы перестанете так бояться ответственности. Стажерка хлюпала носом и кивала, Хелена Майс пересчитывала деньги, уверяясь, что никакой пропажи не было и хмуро поглядывала на Ричарда, зная, что тот ведет какую-то игру. Миссис Лендрис угощалась элитным шоколадом и прощала Хелену, налетевшую на нее. — Что произошло? — все-таки Ричарда приперли к стенке, когда ушли стажерка и уборщица. — Ничего, — жестко ответил Ричард. — Она ошиблась при подсчетах, ты переволновалась и ошиблась в пересчете, деньги были все время в сейфе. Обыск был по подозрению в хранении наркотиков, Паоло заметили в туалете нюхающим кокаин. Хелена кивнула: — Хорошо. Я возьму отгул на два дня, мне надо отдохнуть, чтобы не ошибаться. Ричард хмыкнул и вернулся в приемную. — Деньги не пропали, ошибка в подсчетах уставшего бухгалтера, работавшего две недели сверхурочно и без выходных. О том, где я их нашел, знаем только мы двое. У тебя в столе я искал наркотики. Все понял? Парня почему-то было жаль. От хорошей жизни он бы не стал так глупо воровать. Может, у него что-то с семьей? Оуэн запретил копаться в его прошлом, Ричард проверил исключительно отсутствие судимостей. — Да, сэр, — голос уже не дрожал, в приемной был наведен идеальный порядок, не считая сложенных стопками бумаг на столе. Росс выглядел так же, как и всегда, если не обращать внимания на покрасневшие глаза. Шустро печатал что-то, не глядя на клавиатуру, только в блокнот, лежащий перед ним. Послать всех к чертям и проверить мальчишку по всем статьям? Кто узнает, что он это сделал, кроме него самого? Пиликнул телефон. — «Лангард», приемная господина Лангарда, слушаю вас, — с вежливостью автомата пропел Росс. - Да, мисс Дэфф, позвольте, я переключу вас на исполнительного директора. Простите, мисс Дэфф, я… На все еще бледных щеках снова загорелись пятна румянца, секретарь прикрыл глаза, но Ричард, внимательно следивший за ним, видел, с какой силой вцепились в край стола пальцы левой руки. — Да, мисс Дэфф, как скажете. Я передам. До свидания. В приемную вошел Оуэн, осмотрел обоих. — Все в порядке? — В полном, — холодно ответил Ричард. — Мне звонили? — Оуэн перевел взгляд на Ивэйна. — Мисс Дэфф, две минуты назад, сэр, — доложил секретарь, не поднимая глаз. Щеки еще полыхали. — Ничего важного, кроме просьбы перезвонить, когда вы освободитесь. Ах, как смутился Оуэн, посмотрел на Ричарда щенячьим взором. А ведь как клялся, что отношений с Лорой Дэфф у него больше нет! «Все кончено, я заявил ей об этом прямо и неприкрыто». Во рту поселился ничем не изгоняемый кислый привкус. Мало того, что у него секретарь, который выглядит так, словно его качественно затрахивают, так теперь еще и Дэфф. Оуэн улепетнул в кабинет, прикрываясь плащом. — Свари мне кофе, Росс, — Ричард прикидывал, как именно разрывать отношения с Оуэном. Ивэйн вскинул голову, открыл рот, закрыл его и вышел из приемной, готовить кофе. «Ненавижу подвешенное состояние. Когда меня уволят? Уволят ли? Что делать?» — Ив молол кофе, руки делали давно привычную работу машинально, без участия разума. Перец. Корица. Зира. Цедра лимона. Немного тростникового сахара. Кофе — это напиток богов, он не терпит суеты и спешки. Мягко мерцает медь джезвы, потрескивает песок в жаровне. Греется белоснежная чашечка, стоя на краю. Настоящий бариста никогда не процеживает сваренный кофе через ситечко. Нет, кофе без кофейной гущи — неправильный. Нектар богов льется тонкой струйкой в фарфор, распространяя свой аромат. — Ваш кофе, сэр. Кофе был отличный, Ричард смаковал его по крохотному глотку. Последний раз он пил такой в маленькой кофейне в Риме, темной, упрятанной среди неприметных домов. Тогда он сопровождал Старого Босса на переговорах. Это было хорошее время, Ричард был моложе, чем сейчас, а компания развивалась, принося доходы. Странно, но сейчас он уставал гораздо больше от этой якобы безупречно налаженной работы, когда то и дело приходилось ловить воров, вытаскивать наркотики и следить за тем, чтобы глава филиала компании не вмешивался в ее работу. — Стоунберри, — в приемную вошел Стивен. Строгий, подтянутый, немногословный, личный помощник, на самом деле, фактический руководитель здешнего офиса, не дававший фантазии Оуэна выплескиваться за рамки и портить контракты. — Лаурс, — кивнул Ричард. — Проблемы? — Уже никаких. Босс у себя, мистер Росс? — Да, сэр, доложить о вас? — Ивэйн потянулся к кнопке селектора. Стивен Лаурс вызывал у него ощущение айсберга. Вот смотришь на человека, и видишь кусочек его личности — махонький такой, строгий, с четкими, резкими линиями, белоснежной безупречностью. А интуиция подсказывает, что под темной водой там еще такая глыба, и соваться не надо, лучше держаться подальше. Однако эта ледяная глыба на самом деле очень и очень нужна, а то этот их мини-океан попросту закипит. Поэтому Ив был с Лаурсом сама вежливость и предупредительность. Вот уж кому он не отказал бы в чашечке кофе. Только Лаурс кофе терпеть не мог, пил исключительно зеленый чай без сахара и смотрел на Росса, как на ничтожество. Перед Стивеном лебезил даже Оуэн, который сразу же пригласил его войти. Ричард усмехнулся — понимает селедка, что акула приплыла. Самому Ричарду Стивен даже нравился, вот от такого любовника он бы не отказался, спокойный, выдержанный, никаких истерик. Только Стивен был счастливо и прочно женат, в отличие от Ричарда, который зачем-то навязал на свою голову Оуэна Лангарда, хотя Старый Босс долго его отговаривал, утверждая, что сынка своего младшего, бестолочь и разгильдяя, знает. Против отношений он не выступал, рассудив, что привязать к семье Лангард Ричарда Стоунберри будет нелишне, а сгодится для этой цели и Оуэн. — Еще кофе, Росс, будь так любезен. Надо было тоже пойти и пообедать, но так не хотелось выбираться из прохладной приемной в жаркую дневную суету. Может, заказать обед в ближайшем китайском ресторанчике? — Сэр, при всем уважении, мне нужно работать. Я не могу бегать и варить вам кофе каждые двадцать минут. К тому же, это вредно. Ивэйн с огромным трудом заставил себя поднять голову и не опускать глаза, пока говорил. Руки замерли над клавиатурой, пальцы чуть-чуть подрагивали. — Работают тут четыре человека: Стивен, я, Хелена и миссис Лендрис. Остальные либо нюхают кокаин в туалете, либо грабят сейф компании, либо пьют кофе, либо его варят, а чашки я перед тобой не вижу. Просто кофе у тебя получается отличным. Он и зарплата — вот два условия, которые меня тут еще держат. Условий было намного больше, но о них Ричард распространяться не стал. Да и почему бы не сделать комплимент, если кофе действительно получается превыше всяких похвал. Росс опустил голову, проделал необходимую процедуру безопасности с компьютером и вышел. Молча, прямой и внешне невозмутимый. Интересно, насколько его вид во время обыска был игрой? Жалость к парню потихоньку таяла, как сахар в кипятке, слишком уж он казался Ричарду противоречивым и неправильным. А вот решимость проверить всю подноготную — крепла. — Ваш кофе, сэр. Вышел Стивен, мельком глянул на секретаря. — Гоняешь кофе варить? — Не гоняю, а вежливо прошу. Жаль, что ты не пьешь кофе, он великолепен. Почти как в Риме. — Идем, пообщаемся. У нас возникли проблемы. Ричард с сожалением отставил чашку, вскочив. Проблемы компании важнее наслаждения напитком. Стивен привел его в переговорную. — Мне кажется, сопляк сливает налево информацию о сделках, слишком уж конкуренты зашустрили внезапно. Ричард внимательно посмотрел на Стивена, затем поинтересовался: — Разберемся с этим сами или все-таки уведомим Старого Босса? — Сами. Мне нужны его телефонные переговоры, почта и выписки с банковского счета. Сможешь? Ричард хмыкнул. Это все он мог организовать легко. — И секретарь у него какой-то очень странный. Спит с ним? Может быть во всем этом замешан. — Я проверю. Утверждает, что не спит, но учитывая, в каком виде он выходил утром из кабинета.… В общем, организую полную проверку и его вдобавок. Стивен улыбнулся, оттаяв на мгновение, затем снова принял вид айсберга и величаво уплыл разбираться с делами. Ричард взялся за телефон, следовало провернуть немало дел: отправить запросы на Росса, слить почту Оуэна, воткнуть пару прослушивающих устройств в телефон. Внутри клокотало бешенство — неужели мальчишка и впрямь решил сливать информацию? Он же не может не понимать, что здесь, в налаженном организме компании, найти утечку информации будет легче легкого? Или реально не понимает, потому что не привык думать? Ну как у Старого Босса мог получиться столь неудачный отпрыск! Видимо, в самом деле, на детях гениев природа отдыхает. Хотя тот же Джереми, старший, или Ник, средний — хорошие парни, дельные. Ричард понимал, что старик Лангард, скорее всего, уже давно определился с наследником своего дела. А этот филиал — кость младшему, чтобы не возникал. Вернее, даже не так — кресло босса — вот его кость. А главой компании будет Стивен. На месте Старого Босса он бы так не поступил, рвать гнилье нужно сразу. Но и понимал его тоже — все-таки, свое, родное дитя. Стали поступать данные. Ивэйн Росс. Двадцать лет. Колледж Виктории. Курсы секретарей. Ни в чем предосудительном не замечен, тихий милый мальчик. Сирота, родители погибли год назад. — Хм, сын полицейского? В общем и целом ничего компрометирующего на Росса нарыть не удалось, так что Ричард оставил в стороне его дело. А вот звонки Оуэна были куда как неприятнее, номера телефонов совпадали с номерами боссов конкурирующих организаций. — Ненавижу свою работу. — Шеф, мы уходим, — в кабинет заглянула Адель. — Уже вечер. Вы остаетесь? — Да. Ричард решил покопаться в кабинете Оуэна, поискать что-нибудь интересное. Заодно надо было поставить пару камер, видео с которых пойдет на закрытый сервер. В приемную он вломился, не ожидая увидеть там никого. И едва не наступил на секретаря, старательно сортирующего на ковре бумаги. — Ай! П-простите, сэр, я… Мне нужно разложить документы… — Раскладывай, — хмыкнул Ричард, открывая кабинет Оуэна ключ-картой, заботливо продублированной еще с год назад. — У меня тоже полно дел. Кабинет пропах удушающим одеколоном, который сам Оуэн считал верхом парфюмерного искусства. — Как тут включается вытяжка или кондиционер? Или что-то вроде того… — бормотал Ричард. У дверей щелкнул тумблер, встроенный в панель световых выключателей, кондиционер зашуршал, гоня поток чистого прохладного воздуха. — Сэр, можно вас спросить? — Ивэйн Росс опустил руку и уставился на Ричарда холодными голубовато-серыми глазами. — Разумеется, можно, спрашивай, — Ричард бесцеремонно обшаривал стол Оуэна, из чистого любопытства. Ничего интересного не находилось, кроме одной загадочной коробочки, внутри которой лежало кольцо с бриллиантом. — Размер не мой, — оценил Ричард, плюхнувшись в кресло босса. — Мда… Было даже не обидно, просто неприятно, что его считали таким уж идиотом. — Зачем вы сказали мистеру Кейну о том, что обвиняете меня в краже? Вы же пообещали, что не скажете, где нашли деньги, — голос дрогнул, Ив с силой вогнал ногти в ладони. — Теперь все будут знать, что обвинили меня. — О чем ты? Я никому ничего не говорил. О пропаже знали четверо, о том, где я их нашел — только ты и я. — Но… Мистер Кейн сказал, что, когда меня уволят, он не станет упоминать в резюме об этом обвинении… — Так-так, а вот теперь уже мне любопытно, откуда это он узнал об этом, — Ричард приподнялся, потом упал обратно и набрал номер на телефоне, стоявшем на столе. — Виктор, в мусорном ведре в бухгалтерии лежат три желтых конверта, ты должен снять с них отпечатки пальцев и прогнать по базе сотрудников. Мои исключи. Потом просмотри камеры. В какое время Людвиг Кейн был в коридоре у бухгалтерии. В какое время он был возле приемной. Подними досье на него. — Мне нужно сорок минут, шеф. — Жду. Ивэйн снова шуршал своими бумагами — по сути, бесполезной макулатурой. Никому, кроме него, они не были нужны. Его бы к какой-нибудь полезной работе приставить, с педантичностью и любовью к порядку был бы прекрасным сотрудником компании. Если б не был блядью. Но тут тоже еще вопрос открытый. Пока Ричард ожидал результатов, он успел вернуть на место кольцо, поставить пару «жучков» в телефон и воткнуть камеры. — Алло, шеф. Я выбросил ваши отпечатки, отпечатки Хелены и миссис Лендрис. Один конверт трогали Росс и Кейн, два других только Кейн. Конверты новые, это помогло. Кейн был в коридоре у бухгалтерии, возможно, заходил внутрь, сорок минут его не было на камерах в коридоре. В приемной он пробыл пятнадцать минут. — А Росс? — Росс в это время выходил в туалет. Касательно досье — у Кейна были отношения с Оуэном Лангардом четыре года назад. — Спасибо. Что ж, осталось прояснить вопрос, зачем бы Кейну внезапно подставлять Росса. — Сэр, мне нужно выключить свет и кондиционеры, — в дверях кабинета нарисовался тот самый Росс, — и запереть приемную. Вы… вам… у вас еще много работы, сэр? — Нет, я закончил. Можешь радоваться, деньги взял Кейн и зачем-то подбросил их в приемную. Так что с тебя обвинения сняты, а вот Кейну завтра придется несладко. Секретарь посмотрел на него удивленно: — А почему вы мне это говорите? Разве вы не должны… ну, держать все подробности расследования в тайне? — Для твоего душевного спокойствия, Росс. К тому же, служебное расследование касается и тебя, так что я решил сказать, что ты больше не подозреваемый. Заодно будешь теперь меньше доверять Кейну, а то вдруг он подбросит тебе в карман мои наручные часы. — Ясно. Спасибо, сэр, — Ивэйн вернулся в приемную, снял со спинки стула свою куртку, снова повесил ее. Начбез не торопился покинуть помещение, и Ив с тоской думал о том, что придется идти через темные дворы, рискуя напороться на шайку наркоманов, о которой говорила два дня назад соседка. Да и вообще, домой он доберется хорошо, если к полуночи. Последний автобус в его сторону вот-вот должен был уйти. — Теперь я точно закончил, — Ричард вышел из кабинета. — Доброй ночи, Росс. — И вам, сэр, — Ив бросился выключать и закрывать все, надеясь на чудо. Например, на то, что сегодня автобус опоздает. Мимо Стоунберри он промчался, как вихрь, пролетел по ступеням, не дожидаясь лифта, выскочил из дверей офиса и помчался по улице в сторону остановки. Ричард видел это из окна. И то, как парень замедлил бег, перешел на шаг, понурив голову, когда вдали мелькнули алые габариты отъехавшего от остановки автобуса.