Миры и Грани Шестигранника. История 19. "Личный сорт кофеина"

— Тебя подвезти? — Ричард остановил свою машину рядом с Россом, открыл окно. Сегодня он был очень великодушен. Почему этот парень не имеет своей машины — вопрос другой. — Я далеко живу, сэр, — Ивэйн покачал головой. — Спасибо, что предложили, но вам будет неудобно. — У меня достаточно мощная машина, она быстро ездит. Адрес? — Госсуэй-орчард, тысяча триста сорок, — вздохнув, назвал Росс, садясь в машину. Пристегнулся, сложил руки на коленях. Образцовый мальчик, да и только. Ричард ввел адрес на навигаторе, приподнял бровь. Парень, что, живет в какой-то коробке на улице? Он же прилично зарабатывает, почему не снимать жилье поближе к работе? — Музыку? Кондиционер? В бардачке есть минералка и шоколадный батончик, можешь взять. — Спасибо, сэр, не стоит беспокойства. Вопреки опасениям Ричарда, район Госсуэй-орчард оказался не настолько ужасен. Когда-то он, наверное, даже был престижен. Лет так сто назад. Сейчас все эти старинные дома потихоньку разваливались, превращались в ночлежки, притоны, подпольные бордели. Но конец улицы, где жил Росс, еще был более-менее чистым. Конечно, только по сравнению с остальными закоулками. — Спасибо, что подвезли, сэр, я очень вам благодарен, - Ив, даже не успевший задремать в машине, хотя в автобусе всегда урывал часок сна, сонно поморгал, встряхнул челкой. — Идем, я провожу тебя, уверюсь, что ты в безопасности, тогда уеду. Не внушал доверия Ричарду даже этот дом, какие-то подозрительные личности ошивались около него, скрываясь за углом. — Вы же уже не на работе, — внезапно улыбнулся Росс, — хотя вы, наверное, как папа, не умеете оставлять работу за дверями офиса. — Профессиональная деформация. Идем, — Ричард проверил наличие оружия в наплечной кобуре. Квартирка, которую снимал Ивэйн, скрывалась в конце длинного замызганного, заваленного мусором и хламом коридора на пятом этаже, за обшарпанной дверью. Но в ней самой, насколько успел заметить Ричард, когда Росс открыл дверь, царила почти стерильная чистота. Ив помедлил, потом все же спросил: — Зайдете на чашечку кофе, сэр? — Зайду. Стой тут, — Ричард прислушался. — Я осмотрю квартиру, только тогда ты зайдешь. Слишком уж часто любители поживиться забирались именно в такие чистые квартиры, рассчитывая, что у хозяина найдутся деньги, которые он не тратит на наркотики. А царапины на замках Ричарду не понравилась сразу же. В конце концов, лучше уж выглядеть перестраховщиком, чем потом выяснить, что Ивэйна прирезали. Росс понятливо замер, вжался в стену. Сын полицейского, что уж там, теперь это было видно. Но все же, почему он живет в таком районе? Должен же понимать, чем это грозит? Ричард вытащил пистолет, толкнул дверь и вошел. Прихожая — чисто. Гостиная — чисто. По ногам прошел сквозняк из приоткрытого окна. Ивэйн не идиот проветривать квартиру в свое отсутствие. Что тут остается? Либо спальня, либо ванная. Ричард затаился, прислушиваясь. Тихий скрип донесся со стороны спальни. Правильно, лучше не рисковать, в ванной битой не размахнешься. Или преступник там с ножом? В любом случае, в спальне больше простора для маневра. Осталось понять, где там выключатель — Ричард на фоне более-менее освещенного коридора будет заметен. Судя по петлям, дверь открывается внутрь. Ладно. Ричард щелкнул выключателем, освещая коридор и гостиную полностью. Дальше тело действовало само: пнуть дверь, вкатиться в комнату, выцепить взглядом цель, выстрелить. За исключением последнего пункта, все было выполнено. Стрелять было не в кого — окно было распахнуто настежь, скрипела рама. А Ричард валялся посреди вывернутого из шкафа белья и раскиданных вещей. — Росс, звони в полицию, у тебя украли трусы, левый носок и стопку порножурналов. Ивэйн влетел в комнату, повел взглядом по разгрому и рассмеялся с явным облегчением: — Что вы, сэр, ничего не украли. Даже кольца родителей. Я ведь не идиот — хранить что-то ценное в этом клоповнике. Кольца — простенькие золотые ободки — оказались хитро спрятаны на самом виду, вделаны в безыскусную картинку в стиле «стим-панк» из шестеренок, ключей, деталей от часов и прочего мусора. Росс любовно коснулся их, потом махнул рукой: — Идемте на кухню, сэр, я потом здесь все приберу. — Нет, ты сейчас соберешь все ценное, а также то, что тебе дорого как память, после чего мы уезжаем. Я могу помочь отнести одну сумку, вторая рука у меня будет занята пистолетом. Так что все не утащишь. — А… К-куда? — захлопал глазами парень. — Но мне некуда ехать, сэр. — Я найду, куда. Собирай вещи. Кольца родителей, свои турки — в общем, исходи из самого плохого расчета, что сюда ты либо не вернешься, либо все унесут. Ив постоял немного, прикрыв глаза, потом развил бурную деятельность, собирая вещи и документы в одну сумку, не самую большую, кстати, у него было не так уж и много барахла. Книги о кофе и специях, запас и того и другого, три медных джезвы, ручную кофемолку и прочие в самом деле драгоценные для него вещи пришлось аккуратно уложить во вторую — гораздо большую сумку. Она и тяжелее была в несколько раз. Но он собирался нести ее сам, не доверяя даже Стоунберри. — Все, уходим отсюда. Машину, к счастью, никто не тронул, не решились связываться с владельцем. — Сумки можешь поставить на заднее сиденье, оно достаточно мягкое. Отвезти Ивэйна Ричард мог только к себе, оставалось решить, куда именно: то ли в собственную квартиру, больше напоминавшую берлогу, то ли к родителям, их квартира напоминала археологический музей. Зато там было больше места, да и ехать до нее было ближе. Решено. То, что Росс уснул, он заметил через десять минут. Ход у его внедорожника был плавный, даже несмотря на колдобины на этих улицах, и Ивэйн прижался виском к стеклу, насколько позволили ремни безопасности. Видимо, вымотался за день нервотрепки, что на работе, что дома. Будить его Ричард не стал. Сумки со всеми предосторожностями были отнесены в квартиру, самого Ивэйна он вытащил, стараясь не разбудить, унес, уложил на диван и вернулся загнать машину на стоянку и закрыть ее. Дом был красивым, старинным и тщательно оберегаемым, изящный двухэтажный особняк на четыре квартиры. Родители никогда не бедствовали, а их находки требовали большого пространства. Маленькому Ричарду казалось, что квартира напоминает дворец, огромный и пустой. Когда он стал подростком, место оставалось лишь в его комнате и спальне родителей. Мимоходом заглянул в свою комнату, хмыкнул: даже там уже поставили стеллаж, наполовину заполненный каким-то черепками, статуэтками, камнями и железяками всех мастей и степеней проржавелости. Н-да, вот так и не появляйся в доме пару лет — вовсе не останется места, где голову преклонить. По крайней мере, гостевая комната, где спал Ивэйн, была украшена только африканскими масками на стенах. Видимо, родители решили захламлять комнаты поочередно. Так, холодильник. Пуст и выключен. Пришлось заказывать доставку еды, ехать в магазин уже сил не было, хотелось свалиться у телевизора и потягивать пиво. Еду Ричард, поколебавшись, заказал на двоих. Что ест Ивэйн, он не знал, так что просто выбрал самое нейтральное — стеклянную лапшу с курицей и свинину в кисло-сладком соусе. И сразу десять бутылок рисового пива. Доставка приехала достаточно быстро, чтобы еда еще не остыла. Теперь нужно было разбудить Росса. Даже если он не захочет есть, ему все равно нужно раздеться, может быть, сходить в душ. Еще объяснять ему, где оказался. — Росс, проснись, — Ричард решил его не трясти сразу, сначала попробовать разбудить словами. — М-м-м, пап, я счас, — парень перевернулся набок, потянул на голову декоративную диванную подушку. — Росс, я слишком молод, чтобы быть твоим отцом! Ивэйн подскочил, не проснувшись, метнулся за спинку дивана перекатом, заставив Ричарда сдавленно хрюкнуть от смеха: похоже, не у него одного профдеформация. Потом вспомнил, что родители Росса погибли всего год назад, оборвал смех. Видимо, мальчишка еще не привык к тому, что их нет. — Росс, успокойся. Я — Ричард Стоунберри, начальник службы безопасности фирмы, где ты работаешь. Твою квартиру ограбили, я привез тебя к себе домой. Вспоминаешь? — голос Ричарда был мягким и почти ласковым. Сонный, помятый и в пыли, Ив выбрался из-за дивана, виновато огляделся. — Простите, сэр, показалось… приснилось… А вы здесь живете? — Нет, это квартира моих родителей. Они археологи, сейчас в экспедиции. Здесь есть гостевая комната с ванной, необжитая кухня, много интересных вещиц и плазма на всю стену. — Сэр, — Росс сцедил в кулак зевок, потер лицо, пытаясь проснуться окончательно, — я не смогу платить вашим родителям аренду. То есть, могу, но совсем немного. Я вам очень благодарен, сэр, но… — Какую аренду? Я не сдаю тебе эту квартиру, а предлагаю в ней просто жить. Чтобы воры не покусились на нежилые апартаменты, знаешь ведь, как это бывает, — отмахнулся Ричард. О том, что Росс будет платить за квартиру, он не думал, когда его сюда вез. Просто парню надо где-то жить, а шикарное двухуровневое родительское жилье выглядит презентабельней холостяцкого логова с раскладушкой на кухне и залежами пыли в комнате. — Значит, когда они вернутся, мне нужно будет съехать? А когда, сэр? Не хотелось бы внезапно остаться без крыши над головой. — Нет, тебе не нужно будет никуда съезжать. Их комнаты на втором этаже, вы вообще не будете видеться. К тому же, они явятся через полтора года минимум, там какие-то ну очень увлекательные мумии. Ладно, я понимаю, что тебе это непривычно, но я просто предлагаю тебе тут жить, без арендной платы и необходимости съезжать. Все просто — есть пустая квартира, где полно свободных комнат, есть ты, которому негде жить. Складываем все вместе, получаем вот это… — Ричард обвел рукой комнату. — Кухня в твоем полном распоряжении, я подключил холодильник, им можно пользоваться. Также можешь брать кастрюли, ложки, вилки, прочие странные блендеры, тостеры и кухонные комбайны. Он не знал, как объяснить Россу, что родителей просто оскорбит мысль о том, что они будут брать деньги с кого-то, кого привел пожить Ричард. Все немногочисленные друзья сына родителями сразу записывались в члены семьи и обладали всеми соответствующими правами. Друзей, правда, было ровно трое: Стивен Лаурс, Адель Марэ и Франклин Лангард. Ивэйн несколько минут обдумывал его слова, глядя в глаза. Отвести взгляд было просто невозможно, что-то в них, очень светлых, было такое магнетическое. — Хорошо, сэр, я вас понял. Если позволите, я постараюсь навести здесь порядок. Ну, то есть, протереть пыль, помыть полы и стеллажи. Обещаю, что все вещи останутся на своих местах. — Если ты хочешь протереть тут все, тебе придется уволиться на полгода. Впрочем, можешь развлекаться, как тебе угодно. Вот ключи. Этот — от верхнего замка, этот — от нижнего. Код сигнализации выгравирован на брелке от ключей. До работы ехать пятнадцать минут, остановка через квартал вверх по улице. Магазинов здесь нет, так что съездим после работы в супермаркет и затарим тебе холодильник. Что еще… В принципе, это центр города, развлечений хватает. Если сесть на седьмой автобус, окажешься возле Гранд-опера. Ричард не знал, что еще сказать, рассказать и показать. Ив сжал в ладони связку ключей, как что-то очень дорогое, что, он был не уверен, не будет отобрано назад со смехом. — Почему вы мне помогаете, сэр? — Я привык защищать гражданских, только и всего. Почему бы мне не помочь тебе? Ты не преступник, не числишься в базах неблагонадежных граждан, не производишь впечатления того, кто вынесет все ценное из дома и сбежит. К тому же, раз уж я решил тебя увезти, не мог же я бросить тебя на улице. — Вы могли просто оставить меня на Госсуэй-орчард. Это не первое ограбление, точнее, попытка за этот год. До сих пор моя квартира воров просто разочаровывала. Там совершенно нет ничего ценного. То есть, не было. — Мои принципы не позволяют мне оставлять кого бы то ни было в таких трущобах, — отрезал Ричард. — Еда на кухне, я голоден. Не знаю, что ты ешь, я взял китайскую еду на свой вкус. Если хочешь принять душ, полотенца в шкафу. Раз в месяц приходит прислуга, она тут смахивает пыль и стирает все в шкафах, поэтому тут относительно чисто, а вещи свежие, Альма была вчера. Я принесу тебе свой гель для душа. — Спасибо, сэр, я бы сначала принял душ, — Росс чуть наклонил голову, будто принимая все сказанное и все изменения в своей жизни, как должное. Ричард не совсем понимал, то ли парень фаталист, то ли пофигист. Хотя, нет, пофигистом он явно не был, то, что произошло в офисе днем, это явно иллюстрировало. Хотя не был и истериком, это уже радовало. Другой на его месте все-таки или разревелся бы, или устроил скандал, а Росс держался. Ну, по крайней мере, на людях. Ричард принес ему гель для душа. Он предпочитал свежие морские запахи, вряд ли такие же любит Росс, но что ему делать? — Я принес тут еще кое-какие вещи, можешь надеть их после душа. Все новое, я просто отрезал бирки. Надеюсь, тебе будет не очень велико, — Ричард положил на постель футболку и штаны. — Я буду на кухне. Ивэйн еще раз поблагодарил, забрал гель и ушел в душ. На кухню он пришел двадцать минут спустя, распространяя аромат чистоты и морской свежести, в собственных потертых и белесых от частых стирок джинсах, художественно продранных на коленях и не только, и в футболке Ричарда, которая была ему велика, и ворот постоянно сползал на левое плечо. С собой он приволок тот огромный баул, в котором привез все свои кофейные сокровища, принялся выставлять на стол миллион и одну баночку со специями и травами, разными сортами кофе, сахара и прочей растительной ерунды, джезвы и что-то еще, названия чему Ричард не знал и знать не хотел. — Я так и не угостил вас кофе. Но… уже довольно поздно, и я могу заварить ройбуш, он без кофеина и гораздо полезнее. — Нет, я выпью пива и лягу спать, а ты хозяйничай тут, — отмахнулся Ричард. — С работы можешь забрать ноутбук, тут есть выход в Интернет, так что скучать не будешь. Будильник выставлю на семь. Он зевнул, прикрыв рот ладонью. — Хорошо, сэр, — Росс снова наклонил голову, Ричарда даже позабавило сравнение: как принц в изгнании, ей-ей, словно сошел с экрана какого-нибудь псевдоисторического сериала. Через полчаса, уже засыпая под бормотание телевизора, он услышал, как парень тихо прошел в отведенную ему комнату, и как щелкнула задвижка на двери. Он, что, боится, что Ричард решит вломиться среди ночи? Стоунберри хмыкнул и перевернулся на другой бок, укутавшись в плед. Будильник отработал четко, Ричард поднялся и побрел в душ, перед тем постучав в дверь Росса: — Вставай. Пора собираться на работу. — Я уже встал, сэр. Росс обнаружился на кухне, колдовал чего-то со своими травками и зернами. А когда Ричард выбрался из душа, по всему первому этажу квартиры уже витал безумно-упоительный аромат кофе, рождающий ассоциации с солнечными улочками итальянских городов. Кроме кофе, на завтрак была та самая китайская жратва, которую не съели вчера. Кофе привел Ричарда в более-менее бодрое настроение, прогнав обычную утреннюю хмурость. — Поехали. Мне еще работать надо. Ив не знал, чем он думал, когда соглашался ехать до офиса вместе с начбезом. Знал ведь, чем это аукнется, но, наверное, с утра мозги отключились. Или он просто переспал — обычно, ему удавалось поспать не больше пяти часов, потом или кто-то начинал орать, или бить в стены, или кого-то били под окнами. А здесь стояла блаженная тишина, и организм, похоже, пришел в шок от возможности поспать подольше. Кто-то стукнул Оуэну Лангарду, с кем он приехал. И тот, влетев в кабинет, через пять минут вызвал Ива к себе. С холодеющим от предчувствия неприятностей сердцем Росс собрал документы, требовавшие подписи босса, и вошел в кабинет. — Значит, теперь ты живешь с Рикки, да? Ты, шлюха, значит, я для тебя недостаточно хорош, ты решил увести у меня парня? — Сэр, вы все не так… — Ив задохнулся, привставая на мыски, когда его схватили за горло и прижали к стене. Папки с бумагами посыпались на пол. Он мог бы вывернуться, отец учил, как ударить, чтобы избежать насилия. Мог бы. Но после первой же попытки Лангард пообещал уволить его. До сих пор он ограничивался тем, что пытался зажать в угол и поцеловать или облапать. Иву просто некуда было деваться, хотя он упорно не позволял разжать себе губы, а наглые руки отталкивал. — Теперь и мне хочется попробовать, что же такого нашел в тебе Рикки, — удар отшвырнул Ива на ковер. Через пять минут дверь открылась, на пороге возникла миловидная блондинка в синей робе уборщицы. — Простите, — с милым французским акцентом произнесла она. — Дверь была не заперта, а вы оставили распоряжение явиться и срочно протереть стекла, мистер Лангард. Росс ретировался из кабинета так быстро, словно испарился. Хотя девушка явно видела и разорванную рубашку, и то, в какой позе он валялся на ковре в кабинете. Он заперся в туалете, пережидая, пока перестанет выскакивать из груди сердце. Успокоиться получалось плохо, пришлось до крови прикусить кожу между указательным и большим пальцами на правой руке — Ив был левшой, и долго умываться холодной водой. Горло болело, над воротником запасной рубашки проступали следы. Но с ними он ничего сделать не мог. В туалет вошел высоченный громила в форме охранника, посмотрел на Ивэйна, молча положил на умывальник какой-то тюбик с мазью, поставил пахнущий успокоительными каплями стакан и вышел, печатая шаг. Ив с благодарностью употребил и то, и другое по назначению. Потом понял — камеры. Вчера начбез не просто так копался в кабинете босса, он поставил там камеры. Стоило поблагодарить мистера Стоунберри. Только слова подобрать. Ричард, словно откликаясь на мысли, влетел в туалет. — Да, я тебя понимаю, Стив, да, материалы уже у тебя. Я перезвоню. Позвони Адель, она должна как раз закончить извлечение его звонков. Нет, я просто хочу умыться, у меня закипает мозг. Дай мне пять минут. Да. Пока. Трогать начбеза в состоянии уже далеко не тихого бешенства Ив просто побоялся. Тихо пискнул «Спасибо, сэр» и по стеночке направился к выходу. Внимания на него не обратили, зашумела вода, потом раздался плеск, Ричард обогнал его, снова с кем-то беседуя насчет каких-то звонков и переписки. Потом навстречу попался Людвиг Кейн, которого под руки вели два камуфлированных «шкафа», лица у них были очень недобрыми. Кейн с бессильной злобой глянул на Росса, но промолчал. — Мистер Росс, — его перехватила та же уборщица. — Идемте со мной. Ив просто потерялся в странных событиях, которые каруселью вращались вокруг, набирая ход. Он безропотно последовал за девушкой, понятия не имея, что ей нужно от него. Понимал, что она такая же уборщица, как он — танцор балета, на это мозгов хватало. Она привела его в одну из комнат, на двери которой красовалась табличка «Служебное помещение». За дверью оказался закуток с роскошным кожаным диваном и низким столиком, на котором стояла ваза с апельсинами. — Вам пока лучше не показываться в приемной, — безмятежно заявила уборщица. — Пока Лаурс разбирается со всем происходящим, побудете со мной. Апельсин? — А что, собственно, происходит? — Ив скромно приткнулся на краешке дивана, взял в ладони поданный фрукт, но чистить не спешил, просто держал, перекатывая в ладонях, как игрушку для снятия стресса. — Арест Людвига Кейна я видел, но шуму, кажется, гораздо больше. — Оуэн Лангард продавал конкурентам информацию. Его отец внезапно решил отреагировать… жестче, чем мы планировали. Ричард, то есть, мистер Стоунберри, сейчас занимается… реакцией. — Вот как… Росс поднес к носу апельсин, вдохнул аромат. Он был рад, правда, почти счастлив тем, что больше не будет почти ежедневных попыток принуждения к сексу. Но в то же время, он понятия не имел, как все повернется. Нужен ли будет новому боссу секретарь, который идеально перепечатывает никому не нужные бумажки, варит кофе по первому требованию и… и все, собственно. Ах, да. И у которого в корпорации слава подстилки босса. — Адель, дай мне апельсин, раз уж Росс пропал и кофе от него не получить, — позвали от двери. — Ты закончил, мон шер? — Нет, занят поиском сбежавшей кофеварки, Стивен требует его перед свои ясны очи, а он пропал со всех камер, — голос Ричарда звучал устало. Иву не оставалось ничего иного, кроме как выйти из комнаты, сунуть в руку начбеза согретый в ладонях апельсин и молча направиться к кабинету личного помощника босса. Если Лаурс его искал — промедление смерти подобно. Может, искал для того, чтобы объявить, что он уволен. Ивэйн не был бы этим удивлен ничуть. — Проходите, мистер Росс, — Стивен посмотрел на него самую чуточку любезнее, чем на пустое место. — В правлении филиала произошли кадровые перестановки, теперь главой филиала официально назначен я. Поскольку для успешной работы нам требуется всего семьдесят процентов сотрудников из тех, что есть сейчас, я провожу некоторую чистку рядов. Ив внутренне заледенел. Ну, вот и все, конец работе. Снова придется метаться по офисам, рассылать резюме и экономить каждый цент, пока не отыщется хоть какое-то место. — Да, сэр, я понимаю, — побелевшие губы двигались независимо от его сознания. — Так что вам придется некоторое время задерживаться на работе, чтобы перепечатать документы на каждого уволенного. Разумеется, сверхурочная работа будет оплачена. Закажите табличку с моим именем и новой должностью, проследите, чтобы ее сменили на двери вашего бывшего босса. Кофе я не пью, мне нужен зеленый чай. Для мистера Стоунберри варите кофе так же, как и раньше. Входящую почту сортируйте, деловые письма несите мне сразу же, рекламный мусор отсеивайте сами. С моими личными помощниками вы познакомитесь завтра. Стивен перебрал какие-то бумаги, показывая, что беседа окончена. — Да, сэр, разрешите приступать? Ив еще раз мысленно поблагодарил того здоровяка и начбеза за успокоительное: очень вовремя он его выпил. Все события словно происходили где-то за стеклом, он был только свидетелем. Потом накроет, он так подозревал, главное, чтобы в одиночестве. Он никогда не любил выносить свои чувства на всеобщее обозрение. — Приступайте. В приемной нашелся Ричард, как всегда, сидел, вытянув ноги на половину комнаты. При виде Ивэйна он нехорошо обрадовался. — Кофе мне, Росс. И карусель закрутилась еще быстрее, только теперь подхватив и Ивэйна в свои стальные тиски. Он всерьез думал, что рухнет от усталости на кухне, или упустит кофе, который варить приходилось каждый час. Или неправильно заварит этот чертов зеленый чай, о котором он знал, конечно, базовую информацию, но даже не подозревал, что в процессе заваривания столько тонкостей. Он заказал табличку и напечатал целую кучу документов, изведя две пачки бумаги. У него болели руки, особенно правая, укус припух, но приходилось не обращать внимание. Пообедать он забыл, а после окончания рабочего дня пришлось задержаться еще на три часа. Неудивительно, что голова у него закружилась, когда поднимался со своего места, чтобы отнести на подпись Лаурсу очередную кипу бумаг. Рухнул он кому-то на руки, над головой ругнулись, затем раздался приказ какой-то Адель собрать бумаги и послать в задницу какого-то Стива, можно в любой последовательности. — В больницу или домой? — спросил голос над ухом, обращаясь теперь уже к Ивэйну. — Я в порядке, сэр, простите, — прозвучало явно неубедительно, заплетающимся языком. Ричард с сомнением рассматривал пытающегося выбраться из его рук парня, снова бледного, как смерть. На этом фоне налившиеся густо-лиловым, даже несмотря на мазь, синяки на тонкой шее выглядели устрашающе. Да и бледные губы не внушали оптимизма. — Видимо, в больницу. — Нет-нет, сэр, все в порядке, правда, — Ив трепыхнулся, выдрался из чужих рук, заставляя обморочную слабость отступить. Нельзя показывать, что слаб. — Простите за беспокойство. — Так, Ивэйн, хватит. В больницу. Спрашивать, сможет ли он идти, Ричард не стал, просто оттащил в машину и рванул в ближайшее приемное отделение к семейному доктору, который постоянно лечил в детстве Ричарда. — Не знаю, что с ним такое, но что-нибудь сделайте, доктор Корделл. Ивэйн внушал опасения, причем вполне закономерные. Выглядел он так, словно с неделю не ел. Ричард всерьез побаивался за его здоровье. Спустя полчаса доктор Корделл выставил более-менее пришедшего в себя Росса из кабинета и пригласил туда самого Ричарда. — Ну-с, мистер Стоунберри, зачем же вы загоняли молодого человека до обмороков? Переутомление, длительный недосып, да и единственный прием пищи во время завтрака здоровья вашему подопечному не добавят. — Это секретарь моего босса, а не мой подчиненный. Что посоветуете с ним сделать? — Для начала — накормить. Дать отдохнуть. Ах, да… Ричард, синяки у него на шее. — Не смотрите так на меня, док, это не я. Я никогда никого не принуждал силой. Значит, накормить и дать отдохнуть. Сколько? Пары дней ему хватит? — Думаю, да. Витамины, здоровый сон. Свежий воздух, погода позволяет. Касательно принуждения: если юноша пережил насилие, желательна беседа с психологом. Такие вещи нельзя пускать на самотек, вам ли мне объяснять? — Хорошо, я найду ему хорошего психолога, куплю фруктов и дам вволю отоспаться. Это точно ему поможет? Не нужны какие-нибудь анализы, исследования? Ричард плохо представлял, что делать с Ивэйном, вокруг него всегда были самостоятельные и волевые люди, за которыми ухаживать не требовалось. Хотя, за ними и не хотелось приглядывать, а вот о Россе позаботиться Ричард почему-то считал своим долгом. — Ричард, я не учу вас ловить промышленных шпионов, правда? — нахмурился доктор. — Если уж вы вдруг взялись приглядывать за молодым человеком, просто не давайте ему загонять себя до состояния «умру, но сделаю». Я, конечно, не психолог, но именно это вижу в вашем подопечном. — Хорошо, док, — смиренно произнес Ричард. — Никакой сверхурочной работы, я понял. Всего вам доброго. Росса он нашел на кушетке. легко встряхнул за плечо. — Идем, доберемся до дома, там ты упадешь в теплую мягкую постель и вволю отоспишься. Ивэйн воздвигся на ноги, являя собой самую наглядную иллюстрацию к словам доктора, и свеженьким зомби поплелся следом за Ричардом к его машине. — Завтра суббота, так что ты можешь отсыпаться вволю. Я куплю тебе каких-нибудь фруктов с утра, тебе нужны витамины, — Ричард усадил его на заднее сиденье. - Спи, в квартиру тебя носить я уже почти привык. «Зомби» бормотнул что-то благодарное и отключился, свернувшись трогательным клубком на широком заднем сидении. Все время, пока ехал домой, Ричард пытался проанализировать, какого дьявола он вообще взялся опекать это бледное рыжее недоумение. Ну, не совсем рыжее, чуть вьющиеся волосы Ивэйна были, скорее, цвета ржаных колосьев, а на носу и скулах едва-едва золотились точки веснушек. А вот ресницы и брови у него были темными. Ричард понял, что мысли забрели куда-то не в ту степь и попробовал снова. Получалось, что опекать его он взялся просто так, потому что сильнее, имеет возможность о ком-то заботиться и вообще может кого-то защитить. А еще потому что Росс варит потрясающий кофе. И с ним точно не бывает скучно. — Эх… Из машины он его вынес на руках, дотащил до комнаты и принялся раздевать, размышляя, какие фрукты принести. Апельсины, может? Того, что мальчишка, почуяв чужие руки на себе, не просыпаясь, примется отбиваться, используя приемы для женщин-полицейских, он не ожидал. — Росс-сс-сс, — орать на него было нельзя, так что Ричард ограничился только шипением, потирая подбитую скулу. — Это Стоунберри, я просто снимаю с тебя одежду, чтобы ты отдохнул. В понедельник слухов не оберешься — у одного следы пальцев на шее, у второго синяк на лице, а все вместе картина «злобный насильник и невинная отбивавшаяся жертва». А дополняет ее кромешный ужас в огромных серых глазах. Чудно, просто чудно! — Я-а-а… простите, сэр, я не хотел… — Господи боже, Росс, просто разденься и ложись спать. Когда он вышел, задвижка на двери снова сухо щелкнула. Это уже наводило на нехорошие мысли. Надо будет расспросить, что с ним произошло. Ричард вытащил бутылку пива из холодильника и с шипением приложил к щеке. Мысли сменились на то, что пора бы в аптеку за какой-нибудь мазью от синяков, она обоим сильно понадобится. Заодно можно и апельсины прихватить, а еще купить на завтрак чего-нибудь, раз уж аптека находится в одном здании с супермаркетом. А еще против воли на лицо выползала дурацкая ухмылка: кулаки у Ивэйна были небольшие, но очень… острые. И бил он четкими движениями, затверженными до автоматизма, вбитыми в рефлексы. Почему же тогда не сопротивлялся в кабинете Оуэна? — Эту сову мы тоже разъясним, — решил Ричард, вспомнив что-то из прочитанного в юности, положил пиво обратно и отправился в магазин. Багажник у машины был вместительным, так что продуктами его забить оказалось не так уж и легко, но Ричард постарался от всей души: макароны, крупы, овощи, фрукты, соки, он даже шоколадку прихватил зачем-то. В аптеке он приобрел мазь, которая должна была спасти от синяков, прихватил успокоительное в таблетках и каплях. И вернулся домой, принявшись перетаскивать все это в квартиру на стол. Гора продуктов росла. Холодильник — огромный двухстворчатый монстр — оказался забит до отказа. Упаковка сока осталась стоять на подоконнике, потому как уже не влезала. Ну и ладно, не испортится, они ее выпьют раньше. Только минут через десять, отмывая руки и открывая себе бутылку пива, Ричард едва не уронил ее на пол. Он же не собирался жить здесь, нет? У него есть своя квартира, вернее, холостяцкая берлога. Он собирался оставить тут Росса, а теперь планирует, что надо завтра отвезти того в магазин, потому что одной бутылки геля им на двоих надолго не хватит? Странное ощущение — планировать совместную жизнь с кем-то, с кем и жить-то не собирался. С другой стороны, это и его квартира тоже, она ближе от работы. И за Ивэйном надо присматривать. Глубокомысленно хмыкнув, Ричард допил пиво и тоже свалился спать. Это Росс метался от приемной к кабинету Лаурса, а вот ему пришлось побегать по всему офису филиала, а это далеко не один этаж.