Старый торговец

      Ичиго лежал на кровати уже второй месяц, ничего не менялось. Физические ранения зажили, но в душе оставалось неприятное ощущение и отрицание всего.       Порой казалось, что никаких сил и в помине не было. Не было временного шинигами Куросаки Ичиго, не было хрупкой девушки Кучики Рукии, не было до жути опасного путешествия в Сейрейтей, не было ожесточенных сваток с капитанами. Ничего не было, ну и Урахара, старый торговец Урахара был плодом больного воображения.       Ишшин молча наблюдал за происходящим, давая сыну свободу действий, он понимал, насколько сложно терять абсолютно все. Он ничего не говорил, по буднично будя парня, силой заставляя пихать в себя завтрак. Куросаки старший даже не заикался о шинигами, квинси, пустых, арранкарах и Урахаре, будто всего этого не было, а Ичиго просто попал под машину и все это время лежал в коме, видя сны о потусторонних мирах, всемирном очкастом зле и старом торговце, покорившим его юное сердце.       Порой он считал себя шизофреником, вспоминая те красочные и до жути реалистичные сны о изнуряющих тренировках с экс-капитаном, которому было уже давно за тысячу. Он вспоминал про старую потрепанную игрушку Кона, который был пусть и надоедливым, но каким никаким другом. Удостоверение шинигами, странные конфеты, чай с мятой. Удивительно, но он все еще помнил тот неповторимый аромат чая.       Он помнил ту боль во всем теле, он помнил имена всех капитанов, всех своих "друзей", помнил Урю и его невероятные силы каких-то квинси, помнил чудо-заколочки Орихиме, крутую руку Чада.       Пытаясь убедить себя в том, что все, что он помнил лишь сон, он пошел в лавку старого торговца, но вместо лавки он наткнулся на стену. Простою стену, за которой велись строительные работы.       Мир вдруг потерял те пестрые цвета и краски, что были раньше. Странно ощущать, что все что с тобой было, лишь сон, а мужчина, которого ты любил всем сердцем - плод больного воображения. Твой духовный меч, твоя любовь, твой главный враг, твои друзья и союзники — все это просто странный сон, длившийся возможно неделю или месяц. Весь тот год, который ты прожил сражаясь за право жить в чистом и невинном мире, это просто сон. Не было ничего. Совершенно. Была лишь пустота. Кровать. Отец. Сестры. Школа.       Парень хотел закрыть глаза, отрыть их и увидеть привычный потолок в гостевой комнате Урахары, увидеть усмешку скрывавшуюся за веером. Увидеть лезвие своего меча, вновь сразится в подсознании со своим пустым, вновь быть нужным этому городку.       Но ничего ведь не было, да?...