Всё просто, или Восставшие из Чистилища

      «Пожалуйста… Адиос».       Последняя фраза наматывает не первый круг в извилинах души. Но это и впрямь ничего. Жить можно. Вот только пополнить запасы крови и в путь.       Дина можно понять: сразу было видно, что его братишке он не по душе. Видимо, парень не делился с ним подробностями их небольшого совместного приключения. Да и какая, в сущности, разница? Это ведь тоже можно понять. Если об этом не говорить, то, может, этого и не было. Так ведь?       А Бенни сам перешёл черту и подвёл брата на порог непростого выбора. Хотя почему непростого? Всё чертовски просто: Дин — охотник, а он — вампир. Здесь, наверху их дружба, кажется, была обречена с самого начала. Да и разве они не обговаривали это прежде? Ещё в Чистилище они условились разбежаться, как только попадут на Землю.       Тогда им двигала жажда мести. Возможно, именно она не давала ему сгинуть в этом «раю для чудищ». Вероятно, это она вела его к «попутке», походя заставляя перегрызать глотки «собратьям». Наверное, именно она подсказала знакомый мотивчик Эдварда Грига*, чтобы в пылу сражения, насвистывая, не потерять боевой дух. Чёрт, эта жажда была даже сильнее, чем постоянно взывавшая жажда крови. Да и не то чтобы она тогда была ему так уж нужна, скорее, так он выпускал пар. А за пять десятков лет, надо сказать, его накопилось немало.       Гораздо меньше у него было союзников, которым в самом деле можно было доверять. Дину пришлось доверять: выбора особого не было, если он по-прежнему хотел вырваться из Чистилища. Это был бартер, взаимовыгодная сделка. И никаких гарантий ни у того, ни у другого. Только попытка не кануть в этой дыре на веки вечные. Вот и договорились.       Только сначала нужно было найти ангелочка. Чёртов летун смылся ещё в самом начале, когда только заговорили о живом человеке в этих местах. Ради чего стоило устраивать побочный рейд, грозивший не самым приятным исходом в случае провала? Но скоро стало понятно, что Дина не переубедить. Забавно. Он и сам раньше таким был. До того, как попал сюда. Вероятно, и до того, как начал кровью закидываться, но этого Бенни уже почти не помнил. Как ни крути, а кровососом он пробыл немало до того, как Старик, Сорренто и Квентин обеспечили ему билет в один конец. Вот только они сильно ошибались. Пришлось им об этом сказать. Кто знает, может, они ещё обсудят это — там, внизу. Если, конечно, их не прикончат раньше. По второму кругу.       Тем не менее, он отчего-то не просто молча сопровождал Дина, но и пытался помочь. Чем быстрее они найдут пернатого, тем скорее вернутся к изначальному плану. Всё до странного просто. Действительно, тогда ведь всё и впрямь было просто. Не стоило сдерживать себя от того, чтобы разодрать кого-нибудь в клочья. Если хотелось.       Кажется, всё же нужно пополнить запасы «продовольствия», не то он вновь рискует ступить на край человечности. Хм, вампир. Но всё же не стоит привлекать к себе внимание. Особенно, если внимание, которое он привлечёт, будет вниманием Сэма Винчестера. Дин говорил, что его брата стоит опасаться, но Бенни не это волнует: он лишь не собирается подводить друга. Вот и всё. Он и так подставил малого, когда втянул во всю эту историю с Дезмондом. Да и сам чуть не сорвался несколько раз. Странно, что после такого Дин всё ещё продолжал ему верить.       А, ну да, дружба. Всё-таки парень — неисправимый идеалист и мечтатель, если подумать. Быть настолько преданным друзьям и семье… и остаться обязательно преданным. Ими же. Такое всегда случается. Когда прощаешь всё, обязательно находятся те, кто начинает этим пользоваться. Да он и сам не устоял, невольно подтолкнув его к очевидному выбору. И как бы больно ни было, Дину пришлось его сделать. А Бенни пришлось его принять.       Нет, всё-таки горький осадок остался. Бывает же. Похоже, вампир и впрямь привязался к человеку. И всё-таки… всё-таки кем же для него был Дин Винчестер?       Несмышлёныш, друг, наивный романтик с бреднями про долг и дружбу. Человек для вампира. Последний маяк для неприкаянной души монстра. Единственный охотник, под тесак которого не страшно подставить шею. Да самый настоящий младший брат, для семьи которого не жаль и умереть.       Ведь, в конце концов, всё просто.       «Спасибо, что не отказался от меня!»

***

      «Прости, дружище, но я не подъеду».       Бам!       Худшее из всего, что ему приходилось совершать. Но он должен, просто обязан был сделать это. Отказаться от друга. Бросить, когда тот просил о помощи, оставшись инородным в этом мире. Предать брата. Старшего брата.       Они вместе переходили вброд реки крови, вязли в гниющем мясе и путались в кишках. Было ли хуже в Аду?       Было.       Это его кишки наматывали на руку, топили в собственной крови и ломали его как личность. Это там он стал палачом. Одним из самых талантливых учеников Аластара. И это в душе. Вместо души! И это не вырвать! Не вырезать адским инструментарием, как сам он вырезал плоть. Резал и совсем не терзался чувством вины. Пока не вылез наверх. Не вытянули. Просто сам он сдался. Дин Винчестер сдался!       Но в этот раз он не мог так сплоховать. Просто не мог себе позволить. Хотя бы ради бедного очумелого Каса, который наверняка всё ещё был не в себе. А разве по-другому тот бы его бросил? Винчестер уже вскрыл не первого монстра по пути к другу. Но эти уроды не спешили делиться информацией. Впрочем, адские навыки там были как раз очень к месту.       Наверное, Бенни был слегка удивлён, с каким наслаждением Дин пытал ту мерзкую образину. Даже если и так. Тот всё равно его не кинул и не воткнул свой тесачок в спину полоумного союзничка. Может, думал, что нет другого выхода? Тогда бы он не участвовал в «допросах с пристрастием». Бенни молча шёл за ним. Или рядом с ним. Дин уже не помнит, в какой момент всё переменилось. Когда они стали на равных. Быть может, как раз тогда.       Было множество эпизодов, которые так просто не вытравишь из памяти. Да и нужно ли это делать? Да, в своём роде они прошли «горячую точку». О таком не забывают. Как не забывают и тех, кто разделил с тобой все тяжести пребывания в ней.       «Не говорить на эту тему, не смотреть ничего, не рассказывать, не спрашивать. Стараться уходить от этой темы. То есть, ничего не было, ничего не помню», — простая и проверенная тактика.       Но обмануть можно кого угодно, кроме себя.       И раз, и другой, и третий. Его это не оставит, как не оставил в том месте друг. Близкий друг. Пусть вампир, но, как выяснилось, он куда как надёжней некоторый людей. Тем более что и один из его ближайших родственников оказался когда-то падок до человеческой крови. И хоть те люди были одержимы, но это были люди, а значит, и кровь пускалась вполне человеческая. А этот «монстр» оказался более человеколюбивым, чем они с братом: да, спасли они немало, но разве меньше погибло при их непосредственном участии? И Дину ли с его адским багажом вменять Бенни прошлые вампирские грехи? Особенно после того, как тот спас его близкого друга. Не задумываясь, не мешкая, он просто снёс голову «ротастой» твари и подал руку ангелу. Да, на него можно было положиться. После этого случая Дин явственно сие понял. Понял и принял. Решил дилемму и больше к ней не возвращался.       «В общем, так. Я никогда не забуду, как ты меня выручил, но… всё…»       Аж комком в горле встали эти слова. Всё-таки чем он лучше Сэмми, который его предал? Дин так же теперь предаёт своего старшего товарища, друга, брата. Чёрт, почему именно в этот момент все его доводы перестали казаться такими правильными?! А ведь он действительно пытался быть честным и с ним, и с собой, и даже с Сэмом, хотя последнего-то это уж точно не касается. Как бы то ни было, а не ультиматум брата подвиг его на этот звонок. Свои же собственные слова: там или тут, а третьего не дано.       — «Финиш?» — «Финиш».       Всё-таки Бенни понимал его даже больше кровного брата. Никаких лишних слов. Ни одному из них не нужно было ничего говорить, объяснять, наставлять — каждый сам понимал, что и как делать. И это единило их — и это спасло им жизнь.       «Ну и ладно, всё равно мне мобильники не по душе».       Даже отшучивается так же. Впрочем, Дина этим не обмануть. Ему ли не знать, что прячется за этими словами? Нарочитая бодрость и пренебрежение. Разве сам он не так же поддерживал боевой дух в Сэме, утверждая, что всё в порядке? Бенни не хочет навязывать другу чувство вины, но от того оно только крепчает. Он прямо сейчас бросает своего старшего друга в сложных жизненных обстоятельствах. Может, от чашки кофе не стоило отказываться? Нет. Теперь, пока у него ещё хватает духу это сказать. Кто знает, смог бы Дин произнести всё это, глядя ему в глаза?       «Ты, это, держись там».       Смешно и нелепо. Совершенно не вяжется с образом брутального охотника. Чёрт, что он несёт?! Он злится на себя. Это прозвучало искренне и слишком по-детски. Кажется, от вампира не укрылась вина в голосе Дина. А, да какая к чёрту разница?! Ведь то, что он слышит в ответ, добивает его окончательно.       «И ты держись. В общем, спасибо, что подбросил».       Ни упрёка. Ни слова против. Ни попытки переубедить. Ни единого вопроса. Кому они нужны? Им обоим известно, что, зачем и почему. Не стоит объяснять, что его к тому вынудило: похоже, Бенни и так отлично это понимает. И принимает. Кто бы так смог? А он может. Хоть ему и тяжело. О, да разве можно этого не услышать?! Так же больно и тяжело, как и тому, кто рвёт все связи в клочья. Им обоим стоит попробовать вернуться к привычной жизни. Но Бенни должен знать, что для Дина ничего не изменилось. Вампир по-прежнему часть него, хоть и физически был под кожей лишь четыре с небольшим дня. И он отлично помнит, что они сделали друг для друга там, в Чистилище.       Но после всего, кем остался для Дина Бенни? Всё просто. Он — тот, кто спас его самого, когда всё будущее погрязло в серости Чистилища. Он — тот, кто спас самых дорогих ему людей (и не только), когда Дин не смог собственноручно. Он — тот, кто спас семью Винчестеров от тотального её истребления…       «Пожалуйста… Адиос».