Рон Уизли! Слизерин!

      Дни полетели незаметно. Рон был занят учёбой, домашними заданиями и практикой заклинаний. С последним было тяжелее всего, потому что место, где его никто бы не увидел, было очень сложно найти. Наконец Рон остановил свой выбор на коридоре на третьем этаже. В начале года директор говорил что-то про неминуемую смерть, так что слизеринец в первый же месяц туда залез, обнаружив пыльный коридор с запертой дверью в конце.       Осознав, что никто так туда и не ходит, Уизли сделал себе небольшую переносную лабораторию прямо в одном из классов, находящихся там. Он так и не понял, почему их не используют, раз неминуемая смерть по логике вещей находится в конце коридора. Впрочем, ему же лучше.       Уизли варил там зелья и практиковался в заклинаниях, по утрам занимался спортом, а уходя, скрывал следы своего пребывания чарами невидимости. Иногда Рон наблюдал за тренировками по квиддичу. И за слизеринцами, и за гриффиндорцами. Раньше ему действительно нравилась эта игра, но через пару лет пришло понимание, что она не имеет смысла, ведь всё зависит от ловца, и плевать, как играет остальная команда. Но когда хотелось отдохнуть, Рон смотрел квиддич. Флинт начал всячески гонять команду, едва Уизли рассказал про нового ловца. Этот рассказ дался рыжему с трудом. Ему хотелось получить какую-то пользу, но жалость к факультету пересилила, слизеринцы узнали о Поттере и его новой метле.       Рон шёл по коридору с книгой в руках. Праздничный ужин в честь Хэллоуина, как ни странно, не привлекал его. Это всего лишь был прекрасный повод позаниматься, ведь все ученики находятся в Большом зале.       Внезапно, в совершенно пустом коридоре послышались шаги. Скорее инстинктивно, чем осознанно (годы жизни с пятью братьями и не тому научат) Рон нырнул за статую в нише и уже там узнал шаги: прямо к нему шёл декан. За время учёбы Уизли очень даже преуспел в зельях, правда, Снейп этого не знал и всячески подкалывал Рона. Предателей никто не любит, поэтому даже гриффиндорцы смеялись над «шутками» профессора. А Рон не обижался, ведь всё было не так, зелья он знал лучше всех в классе.       Рона Уизли сложно было удивить, но в этот день у Хогвартса получилось. Сначала мимо статуи, за которой прятался слизеринец стремительно пронёсся Снейп. Следом за ним спешил Поттер. А потом появился запах. Он напоминал вонь навозной кучи и грязных носков. Единственным существом, обладающим таким запахом, которое мог вспомнить Рон, был…       — Это же тролль… — тихо сказал он.       В это время Поттер быстро приблизился к женскому туалету, где, по всей видимости, и находился обладатель данного «аромата», и закрыл дверь на ключ. А затем оттуда раздался женский визг. Поттер открыл дверь и вошёл в комнату, явно собираясь сражаться с троллем.       Проклиная Поттера и своё благородство, Рон сосредоточился и взмахнул палочкой.       — Экспекто патронум! — произнёс он. Перед мальчиком появилась… лиса. — Иди прямо по коридору и передай Северусу Снейпу слово в слово: «В женском туалете, который вы только что прошли, тролль. И Поттер с Уизли. И девочка какая-то.» Иди.       Лиса превратилась в яркий свет и отправилась в указанном направлении. Ругаясь словами, которые не положено употреблять порядочным людям, Рон поспешил к туалету. Успел он как раз вовремя: тролль держал Поттера в руках, замахиваясь дубиной, девочка, похоже, была в ступоре и не знала, что делать. Даже не думая о том, что он творит, Рон выкрикнул слова заклинания, направляя палочку на тролля:       — Статим Мори! *       Слова, прочитанные лишь единожды, вырвались сами собой. В тот день Рон впервые залез на чердак и листал старые книги. Молли забрала книгу в чёрной обложке, сказав, чтобы он больше никогда её не трогал. Но мальчик запомнил одно из заклинаний, написанное с пояснением «От всех неприятностей.»       Рон застыл на месте с поднятой палочкой, непонимающе глядя на результат своего труда.       — Он… он мёртв? — первой нарушила тишину девочка, оказавшаяся грязнокровкой Грейнджер.       — Не думаю, — ответил Поттер, обретя дар речи вторым. — Я полагаю, он просто в нокауте.       — На самом деле, он умер, — прошептал Рон. Гриффиндорцы ошеломлённо смотрели на него. — Не говорите учителям, что я сделал. Скажем, что мы с помощью «Левиосы» ударили его дубиной.       Хлопанье дверей и громкие шаги заставили всех троих поднять головы. Первым ворвался Снейп, а в следующую минуту МакГонагалл и Квиррелл. Рону оставалось лишь надеяться, что гриффы его не выдадут, а декан не прочитает мысли.       Снейп нагнулся над троллем, а профессор МакГонагалл сверлила взглядом Гарри и Рона. Рон никогда не видел её настолько разозлённой. У неё даже губы побелели.       — О чем, позвольте вас спросить, вы думали? — в голосе МакГонагалл была холодная ярость. — Почему вы не в спальнях?       Гарри покосился на Рона, который не двигался с места и всё ещё держал волшебную палочку в поднятой руке.       — Прошу прощения, профессор, — начал Рон, пытаясь прийти в себя и на ходу придумать, что нужно сказать, чтобы от него отцепились. — Я ушёл из Большого зала раньше, чем узнал про тролля, и как раз направлялся в спальню, когда услышал крик. Вернувшись назад, я увидел, как это существо пытается прикончить Поттера. Я использовал «Левиосу» и сбросил дубину на тролля.       К счастью, Поттеру хватило ума кивнуть.       — Я искал Гермиону, — добавил он. — Мы с ней поссорились перед ужином, я хотел извиниться.       — Это так, профессор, — присоединилась Грейнджер.       Снейп с подозрением смотрел на троицу, Квиррелл со страхом смотрел на труп, а МакГонагалл переводила взгляд с тролля на детей и обратно.       — Я думаю, что вам ужасно повезло. Не каждый первокурсник способен справиться со взрослым горным троллем. Каждый из вас получает по пять призовых очков. Я проинформирую профессора Дамблдора о случившемся. Вы можете идти.       Рон с облегчением выдохнул. Гриффиндорцы промолчали о заклинании, МакГонагалл даже наградила их, а теперь можно идти спать…       — В мой кабинет, Уизли! — развеял всякую надежду на счастливый конец Снейп.       С обречённым видом Рон отправился в указанном направлении.       — Итак, мистер Уизли… — пауза, сделанная Снейпом, не предвещала ничего хорошего.       — Итак, профессор… — не смог удержаться Рон в ответ, но что сделано, то сделано.       — Уизли! — ещё одна зловещая пауза. Как бы не попасться на отработки. — Прогулы без уважительной причины, отсутствие всякого воспитания и манер, неподготовка домашних заданий. Вы подвергли свою жизнь опасности, столкнувшись с троллем и поставив под сомнение профессиональную репутацию профессоров Хогва…       И правда, Рон, зачем ты туда пошёл? Позвал декана и хватит, пусть бы этот национальный герой убился нафиг! Пусть бы и грязнокровка Грейнджер погибла там же! Гриффы бы точно проиграли в соревновании факультетов, а может быть школу бы даже закрыли, и ты бы отправился в Дурмстранг… Ой-ё-ё… Действительно ведь мог отправиться в Дурмстранг. Как сглупил! Ты бы никогда больше не увидел этих Уизли и смог бы избавиться от Клейма Пре…       — Уизли! Я, конечно, понимаю, что предаваться сожалению гораздо интереснее, чем слушать меня…       О, Мерлин, неужели нельзя побыстрее закончить этот разговор? Рон ещё и не поел из-за занятий, пара бутербродов не в счёт. Да и не ставил он под сомнение ничью репутацию, ведь патронус послал, для этого даже счастливое воспоминание выдумал. Домашку всю каждый день готовит, не рассказывает только, но это уже другой вопрос. Прогулы без причин? Только пару раз Историю Магии пропустил, призраку же плевать. А воспитание имеется, просто есть очень хочется после занятий, так что уже не до манер.       — Уизли! Посмотрите на меня.       Рон поднимает голову и встречается глазами с деканом, про себя отмечая: «И правда легиллимент. Надо будет поработать над защитой сознания — окклюменцией.» А воспоминания сами всплывают на поверхность. К счастью, только сегодняшнего вечера, но, учитывая победу над троллем, это спорный вопрос. Рон пытается как-то спрятать свои мысли, про себя методично перечисляя рецепты зелий из книги «Тысяча и один яд, или решения на все случаи жизни».       — Неплохо, мистер Уизли. Правда, возникает вопрос, почему вы не работаете на уроке.       Воспоминания о занятиях в запретном коридоре пытаются всплыть на поверхность сознания. Рон продолжает мысленно перечислять рецепты, глядя Снейпу в глаза. «Нет, я не покажу тебе!» — кричит он в мыслях. Что может сделать неопытный первокурсник против опытного специалиста? Почти ничего.       — Зелья, значит, варите… ещё и в закрытом коридоре… как вас только Филч не поймал?       Рон не отрывает взгляд от пола, пытаясь понять, не померещилось ли ему в голосе декана одобрение. Тот сидит за своим столом и о чём-то думает.       — Отработки по выходным весь следующий месяц, — наконец заключает Снейп. — И чтобы больше на третьем этаже даже духа вашего не было!       — В субботу квиддич. Разве вы не пойдёте? — спрашивает Рон.       — О, а вы ярый поклонник, мистер Уизли?       — Нет. Хотел удостовериться, что не отвлекаю вас от важных дел.       — Я пойду вам на уступки. Отработаете эту субботу в первую неделю декабря.       — Как скажете, сэр. Я могу идти, профессор?       — Идите.       Всё-таки день не задался. Сначала этот дурацкий праздник, потом Поттер и эта Грейнджер с троллем и, наконец, разговор с деканом. Завтра с утра нужно будет сходить в библиотеку за книгами по Окклюменции и Легиллименции. А ещё и отработки целый месяц. Впрочем, это даже хорошо: во время квиддича можно будет перенести куда-нибудь лабораторию и немного позаниматься.