Рон Уизли! Слизерин!

       Рон мысленно перебирал возможные исходы данной ситуации, но не находил ни одного варианта, который был бы благоприятным для него. Квиррелл сразу уберёт свидетеля, как только поймёт, что мальчик что-то слышал. А если это декан... Не ясно, хуже это или лучше.        — Позвольте поинтересоваться, что вы делаете в такое время и в таком месте, мистер Уизли? — услышал Рон знакомый голос.        — То же, что и вы, мистер... Поттер.        Рон обернулся, стараясь скрыть облегчение.        — Я уж думал, что это Квиррелл.        — Неужели я похож на б-б-бедного п-п-профессора Квиррелла? — усмехнулся Поттер. — Как думаешь, пойдёт мне фиолетовый? — он сделал вид, будто примеряет тюрбан.        — Даже не знаю, Поттер, — Рон изо всех сил сдерживал смех. Настолько нелепо всё вышло.        “Квиррелл может быть ещё здесь!” — внезапно вспомнил слизеринец и быстро посерьезнел.        — Заткнись, Поттер. Наш любимый профессор всё ещё может быть поблизости, — сказал он. — Сомневаюсь, что ты сможешь объяснить, чем два первокурсника занимаются в Запретном лесу.        — Ты прав, — кивнул однокурсник. — Нужно убираться отсюда. Садись, прокачу с ветерком.        Рон только сейчас заметил, что гриффиндорец всё ещё одет в квиддичную форму и держит в руках метлу. И как бы заманчиво не звучало предложение долететь до замка (вероятность встретить кого-то из профессоров меньше, чем если бы Рон шёл пешком), боязнь высоты никуда не делась.        — Нет уж, я лучше своим ходом, — саркастично ответил слизеринец, с опаской поглядывая на метлу.        Гриффиндорец только пожал плечами, будто бы говоря "Как хочешь, моё дело — предложить", и, сев на свой Нимбус, быстро скрылся из виду.        На мгновение задумавшись, что же привело Поттера в лес, Рон выкинул эти мысли из головы и зашагал к замку.

***

       Вы знакомы с теорией или, как ещё говорят, эффектом домино? Согласно данной теории, каждое изменение влечёт за собой ряд других изменений, подобно тому, как падают костяшки домино.        У Рона была иная интерпретация: эффект гриффиндорца. "Помоги ему раз — вовек от него не отделаешься," — говорил он и с каждым днём убеждался в своей правоте.        Причиной текущим событиям послужило письмо, полученное Поттером однажды за завтраком. Рон в тот момент уплетал блинчики за обе щеки, не обращая внимание на окружающий мир. Подумаешь, сова; не метлу же несёт. Однако за весь день не заметить странные взгляды, которые Малфой кидал в сторону Поттера, было довольно сложно даже со способностями Рона игнорировать всех вокруг. И довольно скоро, тем же вечером сидя в библиотеке, слизеринец смог узнать, что же так взбудоражило однокурсника.        — Уизли, ты обязан мне помочь! — патетично заявил гриффиндорец, захлопнув книгу, читаемую Роном.        — Мистер Поттер, — подчеркнуто вежливо начал слизеринец, — вы случайно не охренели, нет?        Щёки мальчика покрылись румянцем, но он, не обратив внимание на вполне закономерный вопрос, лишь спросил:        — Мы можем поговорить где-нибудь в другом месте? Это очень важно.        И Рон согласился. Хотя бы из любопытства — не каждый день к слизеринцу обращается за помощью гриффиндорец. В назначенное время мальчик стоял возле знакомой двери. Несмотря на отсутствие какой-либо опасности, он боялся войти. Ни профессора, ни монстры Хагрида (тот же Пушок, к примеру) не пугали его так сильно, как обычное зеркало. Вернее, не оно само, а то, что в нём можно было увидеть. Что ни говори, а, как известно, многие сходили с ума, посмотрев в него. В общем, Рон боялся своих желаний.        “Чего стоило Поттеру назначить другое место? — злился он. — Да тот же туалет с привидением. Нееет, ему нужно было прийти именно сюда.”        К счастью, выбора ему не оставило протяжное "Мя-я-у", раздавшееся неподалёку. Глубоко вздохнув, Рон открыл дверь.        — Ты пришёл, — как-то облегчённо произнес сидевший на полу мальчик.        — Тебе не помешало бы запомнить: слизеринцы всегда выполняют свои обещания, — Рон предпочёл не говорить, что легко мог развернуться и уйти, ведь самого-то "Обещаю" не было. — Итак, что тебе нужно?        — Я знаю, что ты мне ничего не должен и вообще... но я не знаю, к кому обратиться.        Из торопливой речи гриффиндорца, будто боявшегося, что собеседник внезапно исчезнет, стало ясно, что великан-лесничий Хагрид завёл дракона, а Малфой об этом узнал. Правда, Уизли так и не понял, почему и каким образом он вообще должен помочь, и зачем это самому Поттеру.        — И что, по-твоему, я должен сделать? — спросил Рон, едва гриффиндорец замолк. — Уничтожить Малфоя? Или наложить на него Обливейт?        Поттер замялся. Похоже, он совсем не думал над решением проблемы.        — Почему бы просто не пойти к директору? Он довольно лояльно относится к твоему большому другу, — высказал слизеринец самое, на его взгляд, логичное предложение.        Но гриффиндорец почему-то отказался.        — Почему нет? Дракона отправят в заповедник, где он будет жить со своими сородичами. Правда, у лесника будут проблемы, но это уже не...        — У тебя же брат с драконами в Румынии работает, да? — внезапно выпалил Поттер. — Может он смог бы забрать Норберта?        — Я напишу Чарли, — рассмотрев предложение, сказал Рон.        Ответ пришёл через два дня, за завтраком.       Я не представляю, во что ты влез, Рон, и откуда взялся в школе норвежский горбатый, но спрашивать не буду. Доставить дракона в заповедник будет очень сложно. Нужно привести его на самую высокую башню Хогвартса в субботу в полночь. Не представляю, как ты это сделаешь, но это уже не мои проблемы. Пришли ответ как можно быстрее.

Чарли

.        — Не очень-то по-братски он с тобой общается, — заметил тогда Поттер, прочитав письмо.        Рону, который никогда особо близко со старшим братом не общался, почему-то стало очень обидно за несправедливое обвинение.        — По твоей вине мой брат ввязывается в сомнительную авантюру, — как можно язвительнее произнёс Уизли. — Вероятно, прежде чем просить меня написать Чарли ты не потрудился узнать, что перевозка драконов незаконна. То есть, если переводить для тупых, — по виду слизеринца сразу становилось ясно, кого именно он таковым считал, — Чарли проведёт несколько лет в тюрьме, стоит кому-то их заметить. И ему сильно повезёт, если не в Азкабане.

***

       Ночь была тёмной и облачной, Поттер немного опаздывал, вероятно, из-за Пивза, играющего в теннис с самим собой прямо в холле первого этажа. Надо сказать, получалось весьма неплохо. Полтергейст двигался неожиданно быстро и успевал отбивать мяч то с одной, то с другой стороны. Рон даже залюбовался и с некоторым сожалением вышел из замка, когда Поттер, пройдя мимо теннисиста, снял мантию-невидимку рядом с Уизли.        — Пойдём, — позвал он.        Когда мальчики подошли к хижине, оказалось, что одной из проблем, решение которым слизеринец так и не придумал, стало меньше — Хагрид уже упаковал Норберта в огромный деревянный ящик.        — Я там ему кучу крыс запихнул и бренди...        Рону было абсолютно плевать, какую ещё дрянь великан наложил в ящик к дракону, выслушивая эти "сопли", рыжий успел пожалеть о несостоявшемся походе к директору или хотя бы к декану одного из факультетов.        Наконец всё закончилось. Поттер и Уизли, предварительно наложивший на них обоих чары, заглушающие шаги, встали по обе стороны ящика и набросили на себя мантию.        Позже Рон бы и сам не смог объяснить, как им удалось дотащить ящик до замка, а потом и до верхушки башни. Казалось, дракон весит, как минимум, тонну, а лестницы никогда не закончатся.        Минут через десять из темноты спланировали четыре метлы. Люди Чарли быстро расспросили мальчиков о драконе и, зафиксировав ящик на специально изготовленном креплении, поднялись в воздух и скрылись в темноте.        Рон заметил, как Поттер вздохнул с облегчением. Да и сам Уизли, с каким бы невозмутимым видом он ни ходил, был сильно взволнован.        — Теперь всё закончилось, да? — спросил гриффиндорец.        — Вроде бы, — тихо ответил Рон.        Мальчики спускались по лестнице, когда за углом послышались тихие шаркающие шаги.        — Мантия! Я забыл её на крыше! — осенило Поттера.        Похоже, он был готов прямо сейчас бежать обратно за своей собственностью. Рон выругался и, схватив упрямца за шиворот, нырнул в какую-то нишу. Переждав пару минут, пока шаги не стихли, Рон наконец отпустил Поттера.        — Заткнись! — одним словом прервал излияния гриффиндорца Уизли. — Сейчас мы пойдём в спальни, мантию завтра заберу я. И не упирайся, ты же не хочешь неприятностей?        Рон так и не понял ни почему однокурсник так легко послушал его, ни зачем он сам сделал то, что сделал, и ещё долго размышлял об этом, лёжа в постели и перебирая пальцами необычную ткань, будто частично состоящую из воды.