WTF?!

Едва придя в сознание, Доктор уже успел в очередной раз спасти Землю. Вернув Розу и Джеки домой, он с несвойственной ему ранее дотошностью долго выбирал себе одежду в гардеробной ТАРДИС, в итоге остановившись на приталенном пижонском костюме-тройке и плаще. И вот теперь, надев на себя это великолепие, Десятый придирчиво рассматривал своё отражение в зеркале. Лишь теперь, спустя сутки после очередной регенерации, он смог узреть, в кого он на этот раз превратился. Засунув руки в карманы пиджака, Доктор покрутился, разглядывая свой тощий зад и тонкую, как тростинка, талию. Затем он приблизился к зеркальной поверхности, чтобы получше рассмотреть своё лицо, и погладил ладонью бледную веснушчатую кожу щеки. Открыл рот, провёл языком по острым зубам, словно изучая их наощупь, и удивлённо поднял брови. Затем Десятый резко втянул носом воздух, дабы убедиться в том, что зрение его не обманывает. В воздухе ТАРДИС всё ещё сохранялся насыщенный мускусный запах самца – капитана Харкнесса, очаровашки Джека. Кровь мгновенно устремилась к низу живота, заставляя почувствовать давно забытое ощущение возбуждения. Вот чёрт! Раньше Доктор не реагировал на запах другого мужчины столь остро. Смазливое личико с тонким носом и громадными выразительными глазами, тонкая кость и усилившееся обоняние не оставляли сомнений в том, что он регенерировал в омегу. Далек задери умника, который создал этот генотип, названный в его честь! Значит, он неспроста бросил Джека на «Спутнике 5». Интуитивно почувствовав, что с этой регенерацией что-то не так, Доктор решил избавиться от угрозы, которую теперь представлял для него альфа, наверняка изменившийся под действием артронной энергии настолько, что стал подобен таймлордам. А в том, что Джек – альфа, у Доктора никогда не было сомнений. Десятый кивнул своему отражению. Стало быть, он поступил правильно. Капитан и сам как-нибудь справится со своей новой сущностью и найдёт себе место во Вселенной. Это раньше, будучи бетой, Доктор мог позволить себе поддразнивать явно влюблённого в него Джека, а теперь это было бы чревато серьёзными проблемами. Самой меньшей из которых мог быть укус на загривке (Десятый поправил галстук, старательно прикрывая шею), а самой большей – залёт во время течки, каковая рано или поздно неизбежно случится. Окажись Джек рядом в подходящий момент, его теперь не остановишь. Ну уж нет, Доктор не позволит какому-то альфе покушаться на свою задницу и независимость. И уж, тем более, не собирается рожать детей, подчиняясь, так называемому долгу каждого сознательного омеги. Галлифрей канул в лету вместе со всеми своими обитателями и дурацкими законами. Так что он теперь волен распоряжаться своей жизнью, как пожелает, невзирая на физиологические особенности нового тела. А дети?.. Когда-то давным-давно, можно сказать, в иной жизни на другом конце пространства и времени, у него уже были дети. С него хватит. Слишком больно было бы снова пережить своих детей. Он успел обзавестись ими ещё до проклятия 508-й Пифии, сделавшей бесплодными большинство галлифрейцев. Поначалу никто не придал значения словам старой ведьмы, ведь наука всё больше вытесняла магию, которой владели правившие до этого планетой Пифии. Однако с каждым годом на свет появлялось всё меньше девочек, да и те, повзрослев, зачастую оказывались неспособными к деторождению. Когда на Галлифрее осталось лишь 10% женщин, а большинство мужчин оказались стерильными, Рассилон понял, что раса галлифрейцев находится на грани вымирания, и дал задание величайшему учёному своего времени Омеге придумать что-нибудь, что могло бы их всех спасти. Омега, со свойственным гениям размахом, решил не размениваться на эксперименты над слишком малочисленными женщинами, и взялся за разработку генома мужчины, который мог бы вынашивать и рожать детей. В результате сотни лет трудов и множества ошибок новый геном был разработан и повсеместно внедрён под видом вакцины от якобы смертельно опасного вируса, способного сохраняться даже в межпланетном пространстве. Дальше началось самое интересное. Подавляющее большинство галлифрейцев-мужчин так и остались бесплодными бетами. Ну а остальные (как кому повезёт) после очередной регенерации становились альфами, самцами, способными к оплодотворению, или омегами с двойным набором половых органов, которые в определённый период могли зачать и выносить ребёнка. Большинство регенераций Доктора оказывались бетами, поэтому он никогда не заморачивался по поводу дремавшего в нём омежьего генома. И вот теперь эта дрянь кардинально изменила его тело и ощущения. Как хорошо, что люди ничего не знают об этих омежьих делах. Но на всякий случай всё же не стоит брать в спутники мужчин. Женщины-спутницы ничуть не хуже. У них есть лишь один недостаток – почти все они в определённый момент влюблялись в Доктора, не зная, что беты не только бесплодны, но и абсолютно равнодушны к сексу. Чтобы не ставить дам и себя в неловкое положение, приходилось периодически менять спутниц. Зачастую, чтобы избежать долгих мелодраматичных прощаний, он просто на время исчезал и больше никогда не возвращася. Кажется, Роза уже была слишком близка к тому, чтобы полюбить его. Но Десятый не хотел пока с ней расставаться. Ведь она была не только милой и заботливой, но и по-настоящему храброй. Доктор вздохнул и направился ко входной двери. Там, снаружи, его ждал накрытый стол, и проголодавшаяся Роза, не утерпев, уже начала разрезать индейку. Когда-нибудь это всё закончится, и он вынужден будет с нею распрощаться, но сегодня Рождество, и он будет с удовольствием уплетать тушёную птицу и салаты, громко и беззаботно смеяться, словно не видел гибель множества цивилизаций и будущее этой планеты. Он даже позволит напялить себе на голову дурацкую бумажную корону и будет горланить песни, радуясь тому, что снова выжил. И плевать на то, что может случиться позже.