Сын мафии 2

Подготовка к свадьбе шла полным ходом, и дом Чонов все больше напоминал психиатрический диспансер, в котором наступил сезон помутнений: каждый в этом доме носился в поисках чего-то, разговаривал по телефону, договаривался с организаторами, кричал на кого-то и требовал необходимое. Единственным спокойным посетителем дома оставался маленький мальчик, который на непонятном для всех языке лепетал, играя с кубиками, строил башни и крепости с неизменным "Один, два, тли..."* и радовался жизни. Сам же Чонгук просто светился от счастья, бегая по поручениям своей будущей жены, каждое утро таскал ей цветы из маминой клумбы за домом, за что получал неизменный и на редкость стабильный нагоняй от матери, но никак на это не реагировал. Парни, казалось, сами женятся, настолько они втянулись в этот суматошный процесс. Ви же старался не отходить от Лизы и всячески помогал ей с ребенком и подготовкой к свадьбе друзей. Подумать только, оказывается, нянчиться с ребенком, пусть и немного чужим, оказалось весело. Да, парень не понимал, что такого лепечет мальчишка, но был искренне счастлив видеть радость в лучистых глазах и неимоверно довольную улыбку на лице маленького Миши, когда Ви играл с ним в те же кубики, катал на спине, дарил машинки, устраивал этими же самыми машинками гонки, в которых главным призом был поцелуй от мамы. Только ребенок искренне не понимал, почему это дядя Ви все время хочет поцеловать маму в губы. А Лиза была счастлива, наконец-то просто и по-человечески счастлива. А что ещё нужно? Она свободна и вольна распоряжаться своей свободой и (главное!) телом так, как посчитает нужным, у нее есть прекрасный молодой человек, который все свои усилия прилагает для того, чтобы вымолить прощение за свое прошлое поведение, к тому же нельзя не учитывать и тот факт, что быть в чьих-то теплых объятиях очень и очень приятно, если объятия эти не имеют какого-либо сексуального подтекста. Но всё же самым главным оставалось то, что она наконец-то увиделась со своим сынишкой, доверие и любовь которого пришлось заслуживать заново: малыш был слишком мал, когда мама уехала и совсем ее позабыл. Трудно даже представить, что чувствует мать, родной ребенок которой бежит от нее со слезами и прячется в объятиях бабушки. Радовало также и то,что Ви с ее ребенком как-то не заметно для всех подружились, да так крепко, что проводили все свое свободное время вместе, будучи в России да и в Сеуле тоже. Жизнь потихоньку возвращалась в свое привычное русло, немного суматошное пока, но все же в привычное. Но затишье всегда случается перед бурей, которая может нагрянуть в самый неожиданный момент.

***

За неделю до свадьбы в дом Чонов нагрянул Клан в полном его составе во главе с господином Кимом. Чонгук, в это время подбиравший галстук к своему свадебному смокингу, заметно напрягся, чем, несомненно, напугал помогающую ему Суен. Все присутствовавшие в доме насторожились, потому что сам Глава своим визитом не удостаивал просто так, на это всегда была веская причина. Эта, видимо, была просто очень веской, раз он пришел не один. Преклонных лет мужчина молча прошел в гостиную и уселся в кресло хозяина дома, закинув ногу на ногу и сложив пальцы в замок. Он долго молчал и сверлил взглядом Чонгука, пока тот яростно сжимал кулаки и смотрел на убийцу своего отца. Воспоминания нахлынули бурей, сметая все здравые мысли, оставляя позади себя только всепоглощающую ярость.

***

Парень, еще совсем юный, сидел на одной из скамеек на территории школы и складывал тетради в рюкзак, когда за ним подъехала машина. На самом деле, юноша уже тогда понял, что что-то идет не так, потому что его водитель никогда не сигналил и всегда выходил из машины, чтобы открыть перед ним дверь. Парню пришлось поскорее заскочить в машину. Как только за ним закрылась дверь, автомобиль рванул с места, юноша даже понять не успел, как они оказались у семейного особняка. Водитель велел ему подняться к себе и сидеть тихо. Парень насторожился еще больше, но приказ выполнил. Он слышал, как прислуга сновала туда-сюда, гремела посудой и мебелью, словно судорожно собиралась куда-то; мать обеспокоенно сжимала в руках мобильный и все время пыталась дозвониться до кого-то, но в очередной раз слышала лишь короткие гудки. А потом всё произошло словно в перемотке: в дом ворвались какие-то люди, закрыли прислугу на кухне, выволокли парня в гостиную и усадили рядом с матерью и держали под прицелом до прихода Его. Тогда Глава прошел походкой хищника, загнавшего в угол свою добычу; сел в кресло и оскалился: — Ну что ж, вот и пришло время встретиться. Где твой муж? – спросил он женщину. — Отпусти сына. Он здесь не причем. — Думаю, ты не в том положении, чтобы ставить условия. Мужчина лишь хищно улыбнулся, оголяя ряд ровных белых зубов. Юноша прижимаясь к матери, наблюдал за омерзительной гримасой превосходства на лице Главы. Он требовал позвать в комнату отца парня, но его мать молила отпустить сына. А потом в комнату с грохотом ввалились люди Кима и швырнули на пол замученного, побитого отца. Мальчишка хотел подбежать к нему, помочь подняться, но его перехватил поперёк груди один из головорезов Главы, да так крепко удерживая, что воздуха в лёгких стало не хватать. Маму тоже держали, а с отцом разбирался сам Глава. О чём они говорили, юноша, как бы не пытался, вспомнить не мог, но перед его глазами застыл образ отца со стекающей по подбородку кровью, рухнувшего на пол после выстрела. И крик. Мамин истошный крик, пробирающий до дрожи, громкий и отчаянный, полный боли.

***

— Добрый день, Господин Чон, – скрипучим голосом начал мужчина. – Вижу, подготовка в самом разгаре. — Зачем вы здесь? Уж точно не узнать о подготовке, – сдерживая ярость, выговорил Чонгук. — Я рад, что мне не нужно проявлять дружелюбие. Я не нашёл отчётов на своём столе, где они? — Если не нашли, значит, их нет, разве это не очевидно? Парень встал перед Суен, и сжал кулаки, готовясь защищаться. — Это как-то не пришло мне в голову. Что ж, так где они? — Послушайте, вы думаете, я поверю, что вы пришли по поводу отчётов Клана. Что вам нужно? Мужчина медленно поднялся с кресла и подошёл к Чонгуку. — Мне нужен мой сын. И возмездие, – ледяным голосом произнёс Глава. – Как думаешь, я получу то, чего хочу? Всё тело Чонгука вытянулось в напряжении, подобно тетиве лука. — Иногда мы теряем все в самый неожиданный момент, Чон Чонгук, – с презрением сказал Глава, – подумай над этим. По дому разнеслись звуки тяжёлых шагов уходящего мужчины, и остался островатый аромат опасности с кислинкой подвоха.