***
Матвей Багров в этот ясный солнечный день находился на улице. Он нутром чувствовал, что Ирка очнулась, но идти к ней не хотел. Он винил во всём произошедшем себя и только себя. Он не смог спасти любимую, какой он теперь парень и защитник? Он искал подсказку, путеводную ниточку внутри себя и не находил. Матвею всё опротивело – солнце, небо, деревья, он сам… Он — некромаг, мрак, тьма! А Ирка… Она всю жизнь была светом и светом останется. Он не для неё. Ей нужен другой: смелый, отважный, светлый… С которым она не погибнет. Багров пришёл к отнюдь неутешительным выводам за те дни, когда Ирка лежала без сознания. Парень хотел отгородить от себя девушку, но понимал, что не сможет без неё. Он искал выход в себе, вокруг, но не находил. Не находил, но собирался искать дальше, искать. Матвей не сдастся, это уж точно. А остальное решится само собой… Наверное.Пролог
18 июля 2011 г., 14:32
Ирка очнулась в квартире у Бабани. Вернее, у себя дома. Немного повалявшись в кровати, девушка все же откинула одеяло. Она помнила всё, что с ней произошло, всё, до последней капли. Но, вопреки её ожиданиям, ноги не изменились, не стали костлявыми. Ирка осторожно пошевелила пальцами ног, и это у неё вышло. Сев на кровати, на которой до этого лежала, она стала радостно болтать ногами.
Ещё ни разу в своей жизни Ирка так не радовалась возможности ходить, бегать и прыгать.
В это время в комнату зашла Бабаня, неся в руках поднос с завтраком. Она знала, что в это время внучка уже просыпается. Старушка посмотрела на Ирку, и поднос упал, со звонким стуком ударившись об пол. Каша растеклась, а чашка с чаем разбилась. Стоит ли говорить, что напиток оказался разлитым по светлому ковру в комнате девушки…
Бабушка Аня не могла пошевелиться. Она смотрела на свою внучку и глазам своим не верила. Ещё недавно Ирка, а точнее, морок, не могла встать с коляски, а теперь… Теперь она сидит на кровати, дрыгает ногами и смело смотрит прямо в глаза старушке.
Соседи сверху могли слышать нечленораздельный вскрик и весёлое топанье ног где-то под ними. Грузная женщина встала с кресла у телевизора и настойчиво постучала по батареям. Только её призыв к спокойствию остался проигнорированным.