Каждая часть

— А! — неловко подвернувшаяся нога, и внушительная стопка книг грозно покачнулась, стремясь с грохотом вывалиться из рук.       Но Сион почувствовал уверенные руки на плечах, придерживающие его, и ничего этого не произошло. — Ты б еще весь стеллаж унес. И за ногами следи, — с небрежным упреком сказал Ив. — Спасибо, Недзуми, — юноша облегченно выдохнул, благодарно глядя на товарища.       А тот в ответ смотрел так, будто ожидал большего, чем пара слов, несомненно, сказанных от чистого сердца. После затянувшегося молчания, актер, почти неслышно вздохнув, закинул правую руку на левое плечо Сиона, а другой потрепал его по волосам. Склонившись над его ухом, он тихо сказал: — А как же поцелуй благодарности? — плечо под ладонью напряглось. — В Западном Квартале так выражают чувства. И благодарность в том числе. — Сказал он с лукавым выражением лица.       Ив внимательно наблюдал за реакцией Сиона, вернее, за ее отсутствием. Наконец, Сион повернул голову, и взгляд актера встретился с взором умных-умных темных глаз. Осторожно отстранившись, Сион, собираясь еще несколько секунд с силами, произнес: — Спасибо, Недзуми, — непонятно зачем, повторил он и легко чмокнул подвисшего друга в щеку.       Однако тот быстро пришел в себя и, став еще раза в два хитрее и бессовестнее, взял Сиона за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Кто сказал, что в щеку? — и, объясняя ему, как маленькому ребенку, постучал указательным пальцем по своей нижней губе, едва не хохоча над быстро поглупевшим выражением лица юноши.       «Подобное иногда встречалось в Шестой Зоне. Мне тогда не нравился этот обычай, очевидно же, что я и сейчас не в восторге», — глядя на сожителя, думал он. И вот, он смиренно приблизился, смешно зажмурившись. — Спасибо, Недзуми! — ну вот совсем непонятно, для чего, повторил он и, краснея, запечатлел робкий поцелуй на губах Ива, нагловато смотрящего на него. ***       В серо-синей комнате, не согретой светом лампы, но не кажущейся от этого менее уютной, раздавались тихие шаги. — Уже уходишь? — спросил Сион, тоже, впрочем, собиравшийся скоро идти к Инукаши. — Да. — До вечера, — мягко улыбаясь, попрощался юноша.       Вместо ответа Ив подошел к нему и, подарив небрежный поцелуй, развернулся и быстро вышел, не лицезря, к сожалению, неоценимой реакции Сиона. ***       Сумрак сонной каморки, две пары глаз, доверчиво смотрящие друг на друга. — Спокойной ночи, — тихо сказал Сион. — Ага, — отстраненно сказал Ив, думая о чем-то.       Сион придвинулся ближе, как будто ожидая. Заметив это, Недзуми хотел, было, уже сказать что-то ядовитое, но передумал. Так же придвинувшись ближе, заглянул в огромные глазища, черные в темноте, блестящие, как звездное небо. Трепетное касание губ и быстрый поворот к стене. — Спи, — глухо бросил актер. — Хорошо, — довольно улыбаясь, ответил Сион, послушно смыкая веки. ***       Тяжелая дверь приветливо скрипнула, впуская хозяина в теплую обитель. Крысы оживленно заверещали, встречая его, а Сион отошел от печки. — С возвращением, Недзуми. — Как будто пару лет не виделись, а? — сказал Ив, стаскивая плащ и снимая куртку. — Ну… — замялся Сион, наблюдая, как Недзуми изящно скидывает сапоги. Вдруг актер почувствовал, как по его плечу стучат указательным пальцем. Довольно чувствительно и надоедливо. — Ну что? — резковато спросил он, поворачиваясь.       Сион тут же встает на цыпочки и на секунду утыкается губами в губы Недзуми. Недолго смущенно смотрит на застопорившегося друга и возвращается к печке. Ив, постояв еще немного, хитро ухмыляется, смотря на ручных крыс, находящихся в замешательстве.       «Забавно». *** — До встречи, Инукаши. — Прощался Сион, застегивая пальто. — Давай. Чтоб завтра пришел. — Владелец гостиницы стоял, уперев руки в боки, окруженный спящими вымытыми собаками. — Хорошо, — он повернул голову, кивая. — Эй, Сион, — встрепенулся собачник, — стой.       Он подошел к остановившемуся юноше и выцепил из его волос сухой крошащийся лист. — Спасибо, Инукаши, — сердечно поблагодарил Сион и уже машинально, закрыв глаза, поцеловал друга, с которого мгновенно сошла краска. Вытаращив глаза, он, трясясь, уставился на как ни в чем не бывало улыбающегося Сиона. Вблизи послышались тяжелые шаркающие шаги. Они повернулись на звук. — Эй, Сион, привет! Здравствуй, песий мальчик. Что-то ты бледный. А вот не надо со своими собаками из одной миски есть. Все, теперь точно загнешься. Ка-ака-ая досада. — Рикига не упустил шанса поиздеваться над Инукаши. Но тот, не слушая, молча поплелся в гостиницу, еле волоча ноги, продолжая трястись, походя на приведение. — Что это с ним? — недоуменно спросил мужчина. — Я что, угадал? — Нет, что вы! — горячо воскликнул Сион. — Я и сам не знаю. — Да? Хм… ну ладно. — Быстро забыл о бледном собачнике он. — Я пришел, чтобы сообщить хорошую новость. В скором времени в Западном Квартале может появиться возможность изготовления сыворотки против ос-паразитов. — Сияя, как медный пятак, сказал он. — Правда? — точно так же засиял Сион. — Это еще не точно, но вполне вероятно, — Добавил Рикига. — Спасибо, Рикига-сан… — привычно закрывая глаза, Сион потянулся навстречу мужчине. — Чт… — растерявшись, начал он.       В этот момент, дико вопя, Недзуми, неизвестно откуда появившись, разбежавшись, со всей дури ударил ребром ладони по черепушке Рикиги. Тот, постояв еще секунду, понял, что должен упасть в обморок, рухнул, лишившись чувств. — Недзуми! Что ты наделал?! — в ужасе крикнул Сион. — Заткнись. Он скоро придет в себя и даже ничего не вспомнит. Подумает, что бухнул лишнего. А ты сейчас же идешь домой. Ясно?! — рявкнул Ив. — Д-да, — юноша заикнулся от испуга, моментально потеряв весь запал. *** — Ты идиот? — это был первый вопрос, который задал Недзуми по возвращении домой, скрестив руки на груди. Сион сидел перед ним на диване, понуро опустив голову. — Что ты лобызаешься, с кем попало? — Ты же сам сказал, что в Западном Квартале поцелуем выражают чувства, — он поднял виноватый взгляд. — В том числе и благодарность! — вина сменилась праведным гневом. — Только близкому человеку, придурок! — негодовал Ив. — Но ведь Инукаши и Рикига-сан — близкие нам люди. — Не сдавался Сион. — Сион, — практически шипя, произнес актер, кладя руку на плечо друга, — Так выражать чувства можем только мы с тобой. Ты и я. И никто больше. Понимаешь? — он назидательно возвел указательный палец к потолку.       Несколько секунд Сион молчал, внимательно смотря на нависшего над ним грозного актера. Он вдруг улыбнулся. — Что? — спросил Недзуми. — Мама так же часто целовала меня на ночь, как ты, или на прощание, когда я уходил в школу. Я воспринимаю это как родственные отношения, хоть мы и не являемся родственниками с тобой, Инукаши или Рикига-саном. И если тебя разозлило сегодняшнее, то напрасно, — говорил он, продолжая улыбаться.       Недзуми залился краской то ли смущения, то ли разочарования. — Вокруг меня столько хороших людей, — продолжал юноша, — потому я счастлив.       Некоторое время актер непонимающе взирал на него, но, взяв себя в руки, позвал: — Сион, — потупив взгляд, и беря его лицо в ладони, замечая недоумение со стороны другого.       Внезапно-быстрое соприкосновение губами, такое стремительное, что Сион непроизвольно мотнул головой. Своевольное скольжение языка между губ, зубы, борзея, кусаются, от чего Сион, забывший хотя бы для приличия закрыть глаза, но зато покрасневший за двоих, вцепился в предплечья Ива, беспрестанно мыча что-то, по-дурацки неумело встречаясь то с почти исчезающим, то неожиданно вновь появляющимся и занимающим всю ротовую полость все тем же языком. Недзуми склонился еще ниже, практически наваливаясь на Сиона, но чудесным образом удерживая равновесие. Тот тяжело засопел, усиливая давление на руки Ива, случайно помогая ему не упасть.       Крысы, ничего не понимающие, переглядывались друг с другом из разных углов комнаты, тихо попискивая, как будто строя свои предположения о происходящем.       Открыв глаза, Недзуми наконец-то отстранился, продолжая держать лицо Сиона в ладонях, а тот не убирал рук с предплечий актера. Он дышал через рот. Не то, чтобы задыхался, но чувствовал, что если не будет дышать так, то точно сгорит от смущения, а прохладный воздух остужал его, резко отрезвляя. — Что?.. — заговорил юноша. — Это взрослый поцелуй, Сион. — Открыто глядя на него, говорил Недзуми, оставаясь безэмоциональным, но если приглядеться, то можно было заметить, что он ухмылялся. — Знаешь, о каких чувствах говорит он?