Привычный порядок вещей

Утро в школе начинается хуже некуда, — думает Диппер, — если ты встречаешься взглядом с человеком, которому, кажется, неплохо подпортил жизнь. Ну, не всю жизнь, конечно, а только некоторые незначительные моменты, но всё-таки, Пайнсу от понимания этого легче не становится. Стюарт, старшеклассник, учится на одной параллели с Диппером, но совершенно в другом классе. Ну и, конечно, выбрал Стюарт совершенно другие занятия, поэтому его расписание с Пайнсом почти не совпадало. А теперь, когда у них совместный урок, — тригонометрия, — желание оказаться где-нибудь на другом конце континента резко подлетает в разы. Диппер не здоровается с ним, только на один короткий миг пересекается взглядом и тут же отворачивает голову, ускоряя шаг и проходя к собственной парте, всё ещё чувствуя, как в спину врезается пронзительный озлобленно-яростный взгляд парня. И, чёрт, Пайнс почти жалеет о том, что вообще влез в их с Мейбл отношения. Поправка: бывшие отношения, поскольку после слов и доводов брата, Пайнс почти тут же бросила своего качка-парня с оглушительными криками и истериками, которые были слышны, наверное, всей школе, если не всему чёртовому городу. С другой стороны, Диппер не мог не отвести такого придурка от своей сестры. Да и ладно бы просто придурка, — их у Мейбл было предостаточно, — так ещё и действительно отвратительную личность, ведь ни для кого из старшей школы не было секретом, что Стюарт в школьном туалете на большой перемене продаёт малолеткам запрещённые препараты. И, чёрт, да, этого было достаточно, чтобы тут же отвести от него Мейбл. Почти не задумываясь над тем, что этот идиот наверняка просто так не спустит это Пайнсу с рук. Сидя за своей партой, Диппер старается не замечать концентрацию ненависти в другом конце класса и утыкается лицом в учебник, хотя на тексте сосредоточиться всё равно не удаётся. Время поджимает, звонок должен прозвенеть с минуты на минуту, а Сайфера рядом всё ещё нет. Ничего странного, — думает Диппер, — он вполне может проспать или ещё чего. Но, почему-то, отсутствие под боком придурка в жёлтом свитере, кажется слишком непривычным, каким-то даже неправильным, странным. То ли Пайнс привык к его обществу, то ли, чёрт, он действительно может назвать Билла другом. Почти уверен, что хочет его так назвать. Особенно сейчас, когда стены кабинета давят на него самого; одиночество, которое так остро выражается в толпе, сводит с ума; а беспокойство, заставляющее нервно вздрагивать при каждом движении идиота-качка Стюарта за передней партой, выходит за все допустимые нормы. Хочется сбежать. Куда-нибудь, неважно куда, на свежий воздух. Лишь бы подальше отсюда и… Мысли Диппера обрываются резко, почти мгновенно, когда в кабинет широким шагом забегает Сайфер, растрёпанный даже больше, чем обычно — вероятно спешил, — и без привычной довольной ухмылки на лице. Проспал? Да ладно, Билл, которого Диппер знает, не стал бы из-за этого так заморачиваться. Быстро вычислив местонахождение Соснового деревца, Сайфер, подойдя к нему, тут же хватает его за капюшон толстовки и, ничего не сказав, тащит его в сторону выхода. — Какого хера, Сайфер?! — Вопит Диппер и, пока его ещё не утащили, старается рукой зацепить портфель, потому что не похоже, что парень вытаскивает его на минутный разговор. На удивлённые и вопросительные взгляды класса они оба уже давно не обращают внимания. — Так, окей, ты мне собираешься рассказывать, что за фигня сейчас произошла или нет? — Шипит Диппер, разминая затёкшую шею. Билл дотащил парня аж до холла, чуть не скатив Диппера по лестнице; хотелось бы верить, что по чистой случайности. Похоже так и было, потому что злым блондин не выглядит. Он вообще ведёт себя… странно. Растрёпанный вид ещё куда ни шёл, но тёмные круги под глазами, отсутствие привычной и, боже, уже практически полюбившейся (он серьёзно думает именно в контексте этого слова?) ухмылки на пару с огоньком в золотой радужке глаза — это нечто совсем из ряда вон выходящее. Забавно, что любое изменение в лице Билла Диппер так легко подмечает. Ровно настолько же забавно, что это изменение его, кажется, даже волнует, потому что Сайфер явно не из тех людей, которые теряют лицо. Такие как он обычно прячут личное под привычной улыбкой; хотя, самое интересное, ведут себя довольно откровенно с окружением. Пугающий контраст. Нет. Пугающе завораживающий. — Ничего особенного. — Сайфер шмыгает носом и, пожав плечами, засовывает руки в карманы джинс, глядя в упор на Диппера. Он не ожидает от Пайнса ровным счётом ничего, кроме, разве что, его присутствия под боком. Будто это каким-то образом… успокаивает. Облегчает боль, убаюкивает и даёт понять, что всё не так уж и плохо. Господи, как же Билл от него зависим. Настолько, что зубы сводит. Когда это началось? Когда симпатия переросла во влечение, а влечение в болезненную зависимость? Год назад? Два? Три? — Ничего особенного, говоришь… — Недовольно выдыхает Диппер, вскидывая руки и понимая: на урок они уже точно опоздали. Звонок прозвенел, коридоры опустели. И стоя здесь, у всех на виду во время урока, они вдвоём слишком привлекают внимание; как бы кто из преподавателей мимо ни проходил. — Просто… Просто давай прогуляем, хорошо? — Билл смотрит всё так же прямо, сжимая лямку рюкзака на плече. В этом не должно быть ничего странного, — думает Диппер, — не должно быть, но есть. Есть настолько сильно, что Диппер давит гневный порыв, застрявший горьким узлом в горле и устало кивает. С другой стороны, не придётся возвращаться на тригонометрию, на которой сейчас сидит придурок Стюарт. Хоть какой-то плюс. — Так… Ты хочешь куда-то конкретно пойти? — Спрашивает Диппер в полголоса, на что Билл лишь отрицательно мотает головой и продолжает молча смотреть на Пайнса в упор, почти не мигая. — Ладно, хорошо… Тогда как насчёт прогуляться на крышу? — Заметив мелькнувший во взгляде парня интерес, Диппер улыбается. Хоть что-то. Уже лучше, чем молчаливая тоска, да? — Разве крыша не закрыта под замок? — Сайфер хмыкает, поднимаясь с подростком на верхний этаж и лишь провожает его взглядом, когда тот, вместо того, чтобы пойти в сторону входа на крышу, шагает к комнате отдыха школьного персонала. — Да. Но это не важно. Потому что для меня такие проблемы, как два пальца об асфальт. — Диппер лёгкой улыбкой выдыхает, и от этого парень не может сдержать короткой усмешки, чуть коснувшейся поджатых губ. — Ничего смешного, я серьёзно. — Пайнс без стука открывает дверь и, как к себе домой, заходит в отдалённый от остальных кабинет. Впрочем, и сюда ученикам вход тоже запрещён, но у Сосны, как видит Билл, похоже, другое мнение на этот счёт. — Привет, Сус! — Сайфер в душное помещение за Диппером не заходит, зато узнаёт имя местного школьного ремонтника и на секунду удивляется тому, что Сосновое деревце, у которого толком нет друзей, так просто заводит полезные знакомства среди взрослых. Это забавно. Действительно забавно. — О, привет, Диппер. — Отвлекается от работы парень, который до этого корпел над какими-то проводами. — Чего не на уроке? — В голосе нет упрёка, только лёгкая и беззаботная звонкость. — Долгая история. — Парень отводит взгляд в сторону заскучавшего Сайфера. Впрочем, трудно сказать, какие эмоции переживает Билл, когда он в таком состоянии — на лице не отражается ровным счётом ничего и, признаться, это даже начинает пугать. — Слушай, можно взять ключи от крыши? Пожалуйста? В последний раз, обещаю. Сус наиграно вздыхает, но в просьбе мальчишке, как и обычно, не отказывает, протягивая небольшую связку ключей. — Только не забудь вернуть. Мейбл их в прошлый раз чуть не потеряла даже. — Парень заходится лёгким коротким смехом и снова отвлекается на свою работу. — Ты лучший, Сус! — Улыбается Диппер, закрывая за собой дверь и демонстрируя Сайферу связку ключей. Губ Билла касается едва заметная улыбка, и оба парня аккуратным шагом, чтобы их не заметили, идут в сторону выхода на крышу. Погода ранней осенью в Гравити Фоллз всегда радует теплом, в котором ещё чувствуется привкус прошедшего лета. Лёгкий редкий ветер, обдающий свежестью и всегда приносящий с собой аромат хвои местных лесов. В подобном и есть прелесть провинциальных городов. — Так что, ты часто бываешь на крыше? — Протягивает Сайфер, делая пару шагов и чуть щурясь от ярких лучей солнца. — Нет, в основном сюда ходит Мейбл. Парней своих водит и… всё такое. — Диппер пожимает плечами и нервно выдыхает, подходя к Биллу, который садится прямиком на пол, высоко приподнимая подбородок. — Так что, ты тоже сюда решил привести парня? — В голосе блондина слышится уже привычная усмешка, по которой Диппер даже соскучился; и Пайнс недовольно хмыкает, присаживаясь рядом. — Будем считать, что я этого не слышал. Сайфер заходится лёгким смехом, а Диппер, привычно обводя взглядом горизонт, начинает думать, что молчаливость шла придурку в жёлтом свитере куда больше. По крайней мере, не было двусмысленных шуточек. И всё-таки, — думает Диппер, — что-то с ним произошло. Сайфер не из тех людей, которые страдают беспричинными перепадами настроения, а если и страдают, то не показывают это окружению. Таких людей не сломать, не разрушить, не просчитать наперёд и не прочесть, как открытую книгу, как Билл читает самого Диппера. Такие люди, — думает Пайнс, — полная противоположность ему самому. Замкнутому, немного неловкому, неспособному всегда сдерживать свои эмоции и, что главное, не обладающему столь пронзительным взглядом, перед которым чужие души как на ладони. И от понимания этого на душе становится тоскливо, немного тяжело и, чёрт, по-настоящему пусто. Просто потому что Билл, который его по-настоящему бесит, при ближайшем взгляде становится просто потрясающим. Всё ещё придурком, да. Но потрясающим придурком. — Билл… — Неловко произносит Диппер, прикусывая нижнюю губу. Сайфер оборачивается, пристально вглядываясь в лицо парня. — Что произошло? — Чёрт, он это сказал. Действительно сказал. Просто спросить, на самом деле, ничего такого. Но спросить о личном - означает переступить какую-то невидимую черту для Диппера. Границу, нарушение которой больше не оставляет двух людей «просто знакомыми» или «одноклассниками». Нечто большее, связывающее обоих. Билл легко и немного грустно улыбается; тянется рукой к Дипперу, снимает с него кепку за секунду до того, как тот чуть приоткрывает рот в удивлении, и, надев её на себя, ложится головой на колени парня, спуская козырёк к глазам, чтобы солнце не светило так противно-ярко. — Ничего особенного, я же говорил. — Хмыкает Сайфер, неспособный сдержать улыбку от того, что у Сосны в этот момент так заметно краснеют уши, а рот заходится в немой попытке высказать всё нецензурное, что он думает о Билле. — Не заморачивайся по пустякам и чужим проблемам, Сосновое деревце. Как-нибудь потом я тебе обязательно расскажу эту увлекательную историю. Ты можешь мне помочь, даже будучи не поставленным в известность. — И как это? — В голосе Пайнса слышатся нервные нотки и, чёрт, он действительно не может скрыть удивления, на пару с каким-то жутким, прошедшим по телу обжигающей дрожью, смущением. Хотя остатками трезвости разума до сих пор пытается себя убедить: в этом нет ничего такого. Ничего странного, это же Сайфер, чего ещё ожидать? Но этого оказывается недостаточно, чтобы просто привычно отмахнуться от парня и, желательно, повернуться в другую сторону, отводя взгляд. И поэтому Диппер просто продолжает сидеть, не шевелясь, всё ещё не понимая, как он вообще связался с этим типом. — Просто будь рядом. Этого достаточно. — Сайфер выдыхает и прикрывает уставшие глаза, скрытые козырьком кепки Пайнса. Присутствие под боком Диппера действительно убаюкивает. Словно снотворное или, скорее такое необходимое обезболивающее. Если бы парень ещё не дрожал так нервно, то тогда Билла бы точно ничего не отвлекало от попытки на миг забыться. Такие отношения, — думает Диппер, — явно выходят за рамки простого знакомства или за рамки одноклассников. Да, чёрт, такие отношения, кажется, выходят даже за рамки дружбы. Но досады, почему-то, Пайнс из-за этого не чувствует.