Привычный порядок вещей

Билл так и не появился в школе до среды. Сказать, что Пайнс извёлся за это время – ровным счётом не сказать ничего. Чёрт, да, он не знает, что скажет этому блондинистому придурку при встрече. И, вообще-то, в понедельник Диппер даже боролся с чересчур двояким желанием увидеть Сайфера и желанием того, чтобы он вообще в тот день не попадался в поле зрения парня. Но, чёрт возьми, уже среда и Дипперу кажется, что если он не увидит привычную ухмылку на лице Билла прямо сегодня, то этот мир развалится на мелкие кусочки. Это кажется настолько же неправильным, насколько и необходимым. Пайнс, сидя на одной из скамеек на крыльце школы во время большой перемены, вбивается пустым взглядом в асфальт и в тысячный раз прокручивает в голове один и тот же сценарий. И в тысячный раз чувствует, как что-то необъяснимое заставляет всё внутри него сжиматься в болезненный колкий комок оголённых чувств, пульсирующих в голове и мешающих мыслить. Мешающих… рационализировать. Грёбанный поцелуй, боже, не может же это продолжаться вечно – думает Диппер, но с каждой секундой ему всё сложнее поверить в собственные мысли. Идёт уже третий день, а он не может даже толком обдумать данную ситуацию так, чтобы не задыхаться каждый раз при одном только воспоминании о том, как Сайфер наклонился и поцело- ….ааааа! Пайнс жмурится и шипит, закрывая глаза ладонями. Проходящие мимо старшеклассники с удивлением смотрят на мальчишку, а после – пересекаются взглядом друг с другом и легко усмехаются, шагая дальше. Это какой-то грёбанный цирк. Неужели Сайфер просто на просто струсил и решил больше не появляться в школе, пока ситуация не решится сама собой? Хах. Нет. Конечно нет, и Диппер, к его же сожалению, понимает это как никто другой. Несмотря на то, что Билл Сайфер всё ещё остаётся самой большой загадкой в жизни Сосенки, и на то, что парень всё ещё не может его прочитать так же, как читают его – как открытую настежь книгу – и, вероятно, никогда не сможет, он всё же сблизился с ним более чем достаточно, чтобы понять, что этот вечно ухмыляющийся придурок – далеко не тот человек, который может пустить всё на самотёк. Нет. По крайней мере, не это. Или же Диппер просто пытается себя убедить в этом? Эх… Он и сам не может понять, чего он хочет. Увидеть его. Ударить его. Услышать его голос. Услышать, как он произносит его прозвище. Увидеть его дурацкую ухмылку. … Обнять его. - Твою мать! – Выдыхает Пайнс и давится воздухом. Слишком сложно, слишком непонятно, слишком много Билла Сайфера, слишком, господи, мало Билла Сайфера, и Диппер не может с этим сделать ровным счётом ни-че-го. Быть может – это, конечно, только предположение, а не планы, нет, не более – быть может стоит зайти к нему сегодня и… проверить всё ли в порядке? То есть, ведь могло что-то случиться с ним или… да кого ты обманываешь, Диппер Пайнс? Ты просто хочешь его увидеть. И в этом желании надеешься понять и разобраться в том, чего же ты хочешь от него сам. Да. Да. Так он и сделает. Соберётся с силами, придёт к Биллу сам и выскажет всё, что только у него в душе накопилось за эти несколько безумных дней, которые медленно и методично доводили парня до ручки.

***

Школа – это то место, где царит и ежедневно подтверждается главное понятие: сила в численности. Это работает чертовски просто: чем больше у тебя друзей – будь те просто подлизами, фанатиками, либо шестёрками – тем больше у тебя возможностей. Кто в большинстве – тот и правит. И едва ли кого-то будет волновать подобный строй – пока ты вписываешься в окружение и не переходишь дорогу тому, кому не стоило, то будешь, если не жить припеваючи, то хотя бы не подвергаясь извечным нападкам и издёвкам. Не то что бы Диппер входил в число тех лузеров, жизнь которых школа ежедневно превращает в сущий ад, но и в большинстве он, мягко говоря, не был. Вообще-то, жизнь эдакой «серой мышки» или «ботана» его всегда более чем устраивала. За мнимой славой, вроде как у школьных футболистов или симпатичных девчонок, он не гнался. Удалось провести спокойный день в школе – хорошо. Удалось ещё и поболтать с друзьями на переменах и не попасться под нападки местных задир – просто прекрасно. Однако Пайнс никогда не задумывался над тем, насколько может поменяться его школьная жизнь, когда Сайфера – за которым, как стадо баранов, большинство готово было бегать – не было рядом. Не то что бы Билл его намеренно укрывал от нападок неадекватных подростков, гормоны которых бушуют через край и приказывают откровенно издеваться и унижать всех, кто им не по нраву. Нет. Просто само присутствие Билла рядом с парнем давало многим понять, что к Дипперу в лучше не приближаться даже на ближайшие метр или два, если не хочешь заработать себе проблем. Пайнс это понял далеко не сразу. Пожалуй, решающим фактом, подтолкнувшим его на подобную мысль стал смачный пинок в живот. Неплохая такая мотивация для здравого размышления. Не правда ли? Парень падает на колени, хватаясь руками за живот и громко закашливаясь. Под глазами всё резко вспыхивает яркими цветами и так же резко тухнет, размазывая картинку мелкими тёмными крапинками. Это не первый удар, нет. Первый пришёлся по лицу и стал причиной разбитой губы Пайнса и того, почему воротник жилетки заляпан в его же крови. Стюарт выпрямляется и затягивается сигаретой, пока пара его друзей усмехаются, стоя позади него. Вполне привычная некогда ситуация теперь кажется Дипперу невыносимой, странной, чем-то из ряда вон выходящей. Пайнс и правда надеялся, что будет пересекаться с этим идиотом только на уроках тригонометрии и не более, но, чёрт, конечно же он ошибался. Бывший парень Мейбл, водиться с которым Диппер сестру быстро отговорил, заходится глухим смехом и садится на корточки напротив причины своего плохого настроение. Эта причина вздрагивает, но едва ли может что-то сделать, кроме попытки вспомнить как дышать. - Что, не так-то круто, когда нет того, за чью спину можно спрятаться, а, Пайнс? – Стюарт делает ещё одну затяжку и выдыхает дымом в лицо парня. Диппер, прищурившись, смотрит прямо вниз и сжимает зубы с такой силой, что челюсть начинает ныть от боли. Либо же это просто последствия первого удара, но какая к чёрту разница. Такое чувство, словно внутри него сгорает целая вселенная. Обида, горечь, непонимание. Ощущение собственной слабости и понимание от того, что ты ничего не можешь с этим сделать. Господи, Пайнс бы сейчас всё на свете отдал, чтобы оказаться подальше отсюда. Где-нибудь… Где угодно. Рядом с Биллом? Впрочем, парень не жалеет о своём поступке, нет. Спровадить этого громилу от своей сестры было правильным решением. Это было ради неё. Ради Мейбл. Она стоит того, чтобы пожертвовать ради неё всем грёбанным миром, не говоря уже о паре синяков и, может, сломанного ребра. От этой мысли Диппер, почему-то, не может сдержать кривой и болезненной ухмылки и хриплого тихого смеха, который с болью пузырится где-то на дне лёгких. Смешно. Болезненно смешно от того, что он пытается помочь даже тогда, когда ни сил, ни возможностей помочь, чёрт возьми, у него нет. И этот смех, смешанный с глубинным отчаянием бьёт в голову с такой силой, что всё перед глазами начинает кружиться. Если бы он не смеялся сейчас, то наверняка бы заплакал. В каком-то месте бывший хахаль Мейбл прав. Дипперу и правда не за кого спрятаться, но самое обидное, пожалуй, даже не это. Куда тяжелее понимать то, что он за Сайфера вообще прятался. Пайнс и не замечал этого никогда. Он просто… был рядом с ним, только и всего. Этого было достаточно. Этого… Этого дьявольски не хватает. Стюарт кривится и, тяжело дыша, хватает Диппера за волосы так, что тому невольно приходится поднять голову и встретиться с ним взглядом. Кепка падает на грязный асфальт, и Пайнс крупно вздрагивает. Глухое отчаяние накрывает с головой, и парень сжимает ладони в кулаки, задерживая дыхание. Громила, вытаскивая изо рта почти докуренную сигарету, щерится, а после чего, тушит бычок о тыльную сторону ладони Диппера. Чёрт. Чёрт. Чёрт! Это действительно больно, но парень только громко шипит, трясётся, намертво припечатав наполненный бессилием взгляд к асфальту. Эта боль, словно разряд тока, порыв ветра. Чистая и незамутнённая она с силой заставляет Пайнса прикусить и без того разбитую губу. - Руки убери! – Позади, недалеко от выхода на задний двор школы, слышится знакомый звонкий голос и на миг, на один короткий, словно ненастоящий, миг, Дипперу кажется, что это голос Билла. Господи, он готов поклясться, что весь мир тогда перевернулся с ног на голову, и Сосна бы даже заплакал, но в следующую секунду он понял, что слышит голос собственной сестры, которая в несколько размашистых шагов преодолевает расстояние до них и пихает вставшего с асфальта Стюарта в грудь. Тот вдыхает, что-то пытается сказать и оправдаться, стараясь говорить в те короткие паузы между недовольством девушки, но тщетно. Мейбл буквально поставила его на место несколькими фразами, и на короткий миг поднявший взгляд Диппер увидел в его глазах такую покорность и бессилие, что невольно провёл параллель с самим собой. Что за глупость. - Я сказала, что не хочу тебя видеть, неужели не ясно? То же касалось и моего брата! – Пайнс переходит чуть ли не на крик, размахивая руками, - Но нет, ты, придурок, решил так мне отомстить через него или что? Господи… - Она громко выдыхает и поворачивается к брату, тут же падая на колени и хватая его лицо в ладони, разглядывая каждую ранку. – Ох, Диппер… Извини, мне так… Это ведь всё из-за меня… - Глухо извиняется она, на что её брат только удивлённо моргает и неловко улыбается. Ну отлично, за него заступилась собственная сестра. Можно ли пасть ниже? Наверное нет, но не то что бы это Сосенку сильно волновало. Парень аккуратно убирает холодные ладони бледной от беспокойства сестры и тихо заверяет её, что всё в порядке. - Мейбл, послушай, я просто хотел… - Стюарт мнётся, когда Пайнс одаривает его непривычным холодным взглядом карих глаз, и тут же затихает, поворачиваясь к своим друзьям и кивая им в сторону выхода. - Только посмотри, что они с тобой сделали. – Тихо шепчет сестра, хватая в руки ладонь Диппера и смотря прямиком на налившийся багровым ожог от сигареты. – Останется шрам. - Ерунда. – Он врёт. Врёт так прямо и бесстыже. Нихрена это ни ерунда. Нет. Сердце гулко бьётся где-то под рёбрами, и с каждым грёбанным толчком оно готово взорваться на мелкие ошмётки, если это уже не произошло ещё тогда, дома у Сайфера. К слову о нём. - Извини, Мейбл, - Пайнс поднимает на сестру отречённый взгляд от которого девушка вздрагивает, но ладонь брата не отпускает, а только сжимает сильнее. – Мне нужно кое-куда сходить.