Укради моего мужа

— Как чувствовала, что стоит вернуться домой без предупреждения, — Джинни вышла из-за спины Гарри. — И кого же, милый, ты собираешься у нас поселить, да еще и навсегда? — Присмотрись, — сквозь зубы процедил Гарри. Гермиону посетило сильное желание провалиться сквозь землю. Она даже подумала, а не аппарировать ли ей, чтобы не становиться свидетелем семейной ссоры. Но ее останавливало то, что она — причина назревающего скандала. Посмотрев на вмиг погрустневшего Джеймса, уткнувшегося лицом в шею Гарри, Гермиона поднялась со стула. — Здравствуй, Джинни. Светло-карие глаза буквально впились в ее лицо, но по мере узнавания взгляд Джинни смягчился. — Гермиона? — с сомнением спросила она. — Извини, что так получилось. — Тебя с трудом можно узнать, — улыбнулась Джинни и, поднявшись на носочки, поцеловала Гарри и обняла вмиг повеселевшего Джеймса. Он, видимо, готовился к очередным крикам. — Прости, дорогой. Я так понимаю, ты решила вернуться, — она подошла к Альбусу, попутно забирая у Гермионы его ложку. — Еще не знаю, — ответила она, отходя от ребенка и оглядываясь на Гарри. Он с некой грустью наблюдал за Джинни, но, услышав ответ Гермионы, удивленно посмотрел на нее. Джеймса у него на руках уже не было. — Пожалуй, пойду к себе. Не буду мешать. Она быстро выскочила из кухни, закрыла дверь и вздохнула. Все было еще хуже, чем она думала. — Почему дети здесь? — услышала она резкий вопрос Джинни и прикрыла глаза. — Потому что я их отец, — ответил Гарри. — Нанял Грейнджер в няньки? Да что она знает о детях? — фыркнула Джинни. — Джеймсу Гермиона понравилась, — раздраженно бросил Гарри, сделав акцент на ее имени. — Ну знаешь, — протянула Джинни угрожающим тоном. — Я не хочу, чтобы она жила в одном доме с моими детьми. Заявляется через хрен знает какое время и думает, что все как раньше! — А что-то изменилось? — хмыкнул Гарри. — Все изменилось, Гарри! — Джинни уже почти кричала, и Гермиона поморщилась, вспоминая слова Джеймса. — У тебя уже давно своя жизнь, семья, дети. Она не может просто так взять и влезть. — Вообще-то, может, — ровным тоном произнес Гарри. — Потому что то, что касается Гермионы, не изменилось. — Ты по-прежнему ее верный пес, — Джинни произнесла это с такой ненавистью, что Гермиона невольно содрогнулась. — Я по-прежнему ее друг, — рявкнул Гарри. — И она будет здесь жить столько, сколько захочет. Раздался грохот — видимо, Джинни с силой поставила тарелку на стол. — Почему ты не считаешь нужным советоваться со мной? — А если бы на месте Гермионы был Рон, ты бы тоже требовала учитывать твое мнение? Джинни громко хмыкнула. — Рон мой брат. — Значит, считай, что Гермиона моя сестра. — Она тебе не сестра, в том-то и дело, — прошипела Джинни. — И если я еще раз увижу ее рядом со своими детьми... — Они еще и мои дети, — перебил ее Гарри. — А ты хотела найти для них няню. Значит, по-твоему, то, что возле детей будет крутиться чужой незнакомый человек лучше, чем если за ними присмотрит Гермиона? — А может, и лучше, — злобно ответила Джинни. — Но у тебя же бзик — не пускать чужих в дом! Гарри не отвечал. Гермиона решила, что он наконец вспомнил о заглушающих чарах, и провела ладонью по лицу. К глазам подступили слезы. Хотелось ворваться в кухню, схватить Джинни за волосы и бить головой о стол до тех пор, пока она не поймет, как надо обращаться с Гарри, пока она не поймет, что он заслужил совершенно другого отношения. Гермиона тихо всхлипнула и вздрогнула, резко обернувшись к двери, когда прозвучал голос Гарри. — Хорошо, — негромко сказал он. — Ищи няню, но она должна быть симпатичной и не старше двадцати пяти. Гермиона удивленно приоткрыла рот. — Что?! — возмутилась Джинни. — Что это еще за фантазии? — Самые обычные. Тебя не было дома полтора месяца, и вот по возвращении вместо того, чтобы тащить драгоценного мужа в спальню, ты закатываешь ему очередной скандал. Может, тебе это и доставляет удовольствие, но мне нет. Гермиона прижала руку ко рту, жалея, что услышала все это, и едва не подпрыгнула, когда увидела спускающегося по лестнице Джеймса. Джинни начала что-то кричать, но Гермиона подскочила к ребенку и, подхватив его на руки, быстро поднялась на третий этаж. — Опять кричат, — тихо сказал Джеймс, когда Гермиона посадила его на кровать в детской. — Почему мама всегда кричит? — Я не знаю, — так же тихо ответила Гермиона, погладив его по голове. — Но я уверена, что скоро они помирятся. Джеймс покачал головой. — Они кричат, потом молчат, а потом мама опять уезжает. А когда приезжает, они опять кричат. Мама со мной не играет. Когда папы нет дома, она смотрит какие-то яркие книжки и говорит, что папа козел. Но я знаю, как выглядит козел, папа на него не похож. Почему мама так говорит? Она не знает, как выглядит козел? — Такое бывает. Взрослые часто ругаются. — Но с вами папа не ругается, — капризно ответил Джеймс. — Я с твоим папой тоже ругалась, — ободряюще улыбнулась Гермиона, пытаясь вспомнить хотя бы одну подобную ссору. — Не верю, — Джеймс прищурился. — С вами он улыбается, как со мной и Алом. Он часто говорит, что любит меня и Ала. Значит, он и вас любит. Гермиона вздохнула и обвела взглядом комнату. Джеймс узнал из родительских скандалов слишком многое, чтобы сейчас можно было его в чем-то убедить. Утром Гермиона долго не решалась выйти из комнаты, не желая встретиться с Джинни, и хотела уже аппарировать прямо из своей комнаты, но вспомнила, что ее палочка осталась на кухне. Джинни дома не оказалось, как и детей. Схватив со стола свою палочку, Гермиона зашла в гостиную, но не успела она взять с дивана оставленную накануне книгу, как камин зашумел и из него буквально выскочил Рон. — Гермиона! — воскликнул он, крепко ее обнимая. — Ну вы даете с Гарри! Мне почему ничего не сказали? — Не сказали что? — настороженно спросила она. — Как что? — Рон едва не подпрыгивал. — Что ты наконец вернулась! — А откуда ты тогда знаешь? Рон мгновенно помрачнел, и Гермиона поняла, что ее догадки верны. — Джинни, — бросил он. — Примчалась с детьми с утра пораньше в Нору с воплями: «Помогите, крадут мужа!» — Вот, значит, как, — тихо сказала Гермиона, медленно опускаясь на диван. Рон взволнованно посмотрел на нее. — Да не обращай внимания, — сказал он, легонько толкнув ее в плечо. — Все к этому уже привыкли. — К чему? — удивилась Гермиона. — К их ссорам, — вздохнул Рон. — Джинни постоянно в разъездах, а когда возвращается, устраивает Гарри сцены ревности. Он тебе не рассказывал? — Нет, — она покачала головой. — Но если она так боится потерять Гарри, почему же не бросит свой квиддич? — Рон опустил глаза и поморщился. — Рон? — Они заключили магический контракт, и Джинни уверена, что Гарри никуда от нее не денется, — ответил он, не поднимая глаз. — Какой еще контракт? — Который не предусматривает развода, — тихо ответил Рон. — Чтобы развестись, нужна очень веская причина, и измена, например, таковой не является. — А она не думает, что Гарри просто выгонит ее из дома и без развода? — хмыкнула Гермиона. — Ты же знаешь, что он так не сделает, — Рон щелкнул ногтем по краю столика. — И Джинни угрожает ему, что запретит видеться с детьми. Конечно, такая угроза сама по себе абсурдна. Запретить что-то Главному аврору, — Рон усмехнулся, — и не просто Главному аврору, а самому Гарри Поттеру, — он поднял вверх руки и хохотнул. — Но Гарри очень любит детей, — серьезно продолжил Рон, — и терпит все это ради них. К тому же не хочет лишний раз расстраивать маму. У нее и так в последнее время здоровье сдало. Хотя я ему не раз говорил, что от того, что он расстанется с Джинни, хуже маме не станет. — Гарри говорил, что она пыталась уговорить Джинни бросить спорт. — О да! И не раз. Но все заканчивалось одинаково — жутким скандалом. Джинни кричит, что не хочет сидеть дома и отращивать зад, занимаясь лишь кухней и детьми. — Зачем же она родила двоих детей? — хмыкнула Гермиона. — Это Гарри накосячил, — улыбнулся Рон. — Могла бы и сама принимать зелье, — буркнула Гермиона, невольно краснея. — Могла, — согласился Рон. — Но ей нужен был рычаг, чтобы надавить Гарри. И, как видишь, это работает. — Это мерзко, — прошептала Гермиона. — Неужели она не видит, как страдает Джеймс? — Не видит. Она полностью поглощена квиддичем. В Хогвартсе я за ней такого рвения не наблюдал, — он обнял Гермиону за плечи. — Приглашаю тебя в Нору. Мы все очень по тебе соскучились. Джинни уже ушла, — добавил он, понимая заминку Гермионы. — Умчалась тратить деньги Гарри. И Джеймс просил, чтобы ты его забрала домой. — Джинни категорически не хочет, чтобы я приближалась к ее детям. — А ты и не приближайся, — улыбнулся Рон, глядя на удивленное лицо Гермионы. — Приближайся к детям Гарри и моим племянникам, а к ее детям — нет. — Как у тебя все просто, — улыбнулась в ответ Гермиона. Молли встретила Гермиону со слезами на глазах, и она сама не смогла сдержать слез, обнимая ее. Сидя в Норе на кухне, Гермиона боялась только одного — возвращения Джинни, но наступил уже поздний вечер, а она так и не пришла. Зато в изумрудной вспышке волшебного камина появился Гарри, и Гермиона облегченно выдохнула, улыбаясь ему. Вырваться из Норы они смогли лишь через час — только после того, как Молли запихала в Гарри едва ли не весь запас приготовленной еды. Когда Гарри уложил детей спать и спустился в гостиную, Гермиона протянула ему чашку чая с большим ломтиком лимона. — Держи, — улыбнулась она. — Полегчает. Гарри сделал глоток кислого напитка и кивнул, устало откидываясь на спинку дивана. — Гарри, — осторожно начала Гермиона. — Конечно, это не мое дело, но почему ты не ставишь Заглушающее, чтобы Джеймс не слышал ваших с Джинни скандалов? — Это магия дома Блэков, — отозвался он. — Она не позволяет что-либо скрывать от членов семьи. — Но ведь дети... — она замолчала. — Да, это большой минус, согласен, — ответил Гарри и, не отрывая голову от спинки дивана, посмотрел на Гермиону. — Ну а ты убедилась, что никто не поменял свое отношение к тебе? — он слегка улыбнулся. — Джинни не в счет. — Убедилась, — кивнула Гермиона. — Но Гарри, через неделю я должна вернуться в Австралию. Он резко выпрямился. — Вернуться? Но ты же... — Я просто устроила себе небольшой отпуск, — перебила она. — Я же не могу исчезнуть без предупреждения. Мне надо... Я не хочу закрывать свою контору, передам ее в руки Джону, а сама уволюсь, — она стушевалась под пристальным взглядом Гарри. Он слегка прищурился и тихо произнес: — А вот сейчас ты врешь. Гермиона едва заметно вздрогнула и быстро отвела взгляд, испугавшись того, что Гарри мог владеть легилименцией, и в эту минуту, прочитав ее мысли, узнать, что она опять хочет сбежать. — Я не вру, — слабо запротестовала она, не поднимая на него взгляд. — Мне надо все подготовить для своего отъезда. Ты ведь не отговаривал меня в прошлый раз... — О, и не раз потом пожалел об этом, — кивнул Гарри. — Не останавливай меня, пожалуйста, — она посмотрела на него. — Ты ведь однажды уже справился с этим. Отпустил меня и не искал. Сделай это еще раз. Гермиона не ожидала увидеть на лице Гарри хитрую улыбку. — Гарри? Он улыбнулся еще шире и издал тихий смешок. — Гермиона, ты действительно думаешь, что я вот так запросто отпустил тебя на другой конец света и девять лет жил здесь себе спокойно, не переживая, все ли с тобой в порядке? — Я не понимаю, — прошептала она. — Да через месяц после твоего отъезда я связался с Австралийским Авроратом. Гермиона удивленно приоткрыла рот. — Все это время за мной следили? — Нет. Но периодически проверяли, все ли у тебя хорошо. Я знаю адрес, — Гарри одарил Гермиону многозначительным взглядом. — И если ты надумала опять сбежать, то имей в виду, что я приду за тобой. — А как же разговоры о том, что я должна жить для себя? — улыбнулась Гермиона, но улыбка сразу же исчезла, когда она увидела, как по лицу Гарри пробежала тень и он отвернулся, опустив голову. — Да, ты права, извини, — глухо проговорил он. — Я не смею тебя заставлять. — Прости, — она придвинулась к нему ближе. — Я не должна была соглашаться жить у тебя. Если бы я знала обо всей этой ситуации... — Так ты хочешь уехать из-за Джинни? — Гарри резко вскинул голову. Гермиона вздохнула. — Я вернусь, — она тепло улыбнулась и потрепала его по волосам, придавая ему привычный для нее взлохмаченный вид. — Честно. Она обняла его и положила голову ему на плечо. «Я попробую», — мысленно произнесла она, закрыв глаза. Чувство умиротворения, когда она находилась рядом с Гарри, было поистине волшебным. Изменившийся до неузнаваемости дом Блэков в первый же день стал ей родным, и Гермионе хотелось как можно дольше наслаждаться его магией. Долгожданное утро выходного дня Гарри Гермиона провела на кухне. Она специально рано встала, чтобы порадовать Гарри и Джеймса вкусным завтраком. Джинни, как оказалось, вернулась в Лондон лишь для того, чтобы купить в Косом переулке новую форму для тренировок. Устроив Гарри еще один скандал, она умчалась обратно в Италию. Или Бразилию. Гарри так и не задал ей вопрос, где именно она сейчас готовится к игре, а Гермиона и вовсе не высовывала носа из комнаты. А на ее вопрос, неужели Джинни не могла приобрести нужное ей обмундирование в той «Бразиталии», Гарри только махнул рукой и скрылся в своей спальне. Гермиона не спрашивала, как он жил с Джинни сразу после свадьбы, были ли тогда у них ссоры, и не знала, устраивала ли Джинни хоть раз такие семейные завтраки, поэтому реакция Гарри ее очень волновала. Она хотела окружить его заботой и лаской, которых и ему, и Джеймсу, и даже маленькому Алу очень не хватало, но одновременно она боялась, что Гарри расценит это как более чем дружеское проявление внимания. Намазывая тост джемом и углубившись в свои мысли, она не сразу заметила появившегося в дверном проеме Гарри. — Давно на этой кухне не было таких вкусных ароматов. Гермиона ойкнула и уронила нож. — Доброе утро, — улыбнулся Гарри. — Доброе, — с легким смущением ответила Гермиона. — Я подумала, что ты не будешь против, если я немножко окружу тебя заботой. — Конечно, не буду, — сказал Гарри, направляясь к кофейнику и по ходу запечатлевая на макушке Гермионы легкий поцелуй. — Ты этим занимаешься едва ли не с первого курса. — Что поделать, если тебя нельзя оставлять без присмотра, — усмехнулась Гермиона. — Ты права, — ответил Гарри, садясь за стол напротив нее. — То приключения лишние себе найду, то жену неправильно выберу. — Не надо так, Гарри, — Гермиона положила готовый тост на тарелку и убрала нож в сторону. — Вам просто стоит все хорошенько обсудить и найти выход из сложившейся ситуации. Гарри посмотрел на нее поверх чашки с кофе и молча покачал головой. — Или перетерпеть этот неприятный период, — неуверенно произнесла Гермиона. Гарри снова молча покачал головой. — Оставишь все как есть? — Может, мне действительно уйти из Аврората? — задумчиво проговорил Гарри. — Как... — Гермиона закашлялась и сделала глоток чая. — Как уйти? — Так и уйти. Желающих стать Главой Аврората полно, замена быстро найдется. — Но ты же с ума сойдешь от скуки, — Гермиона с жалостью смотрела на Гарри. — От скуки? — засмеялся он. — У меня целых два развлечения, — Гарри кивнул головой в сторону двери, за которой располагалась лестница. — А когда мальчишки уедут в Хогвартс? — Тогда устроюсь куда-нибудь, — вздохнул Гарри. — Нет, — Гермиона решительно тряхнула головой. — Это не выход. И я же вижу, что тебе нравится твоя работа, сколько бы много времени она ни занимала. Гарри грустно улыбнулся и поднес к губам чашку. — Я думала, Джинни будет такой же домашней, как Молли. — Все так думали, — хмыкнул Гарри. — Но... Он резко замолчал, а через пару секунд в дверном проеме показался заспанный Джеймс. Он сонно потер кулачками глаза и, часто моргая, осмотрел кухню. Увидев Гарри, он радостно улыбнулся и побежал к нему, шлепая босыми ногами по полу. Гермиона с полными глазами слез от умиления смотрела, как Гарри сажает счастливого Джеймса себе на колени и нежно его обнимает. Ей действительно хотелось остаться в этом доме навсегда.