Королевские утехи

      Сашу колотило от злости. Только он не понимал, бесится он на себя или на Антона, что сидит на своем привычном месте в столовке и как ни в чем не бывало ест свой обед. — Значит так ты с Акимовым?! Я покажу как меня обижать! — рыкнул рыжеволосый и пингвинчиком направился в сторону этого богатого индюка. Вчера он прогулял школу, вместо этого отлеживался дома. Но увы и ах, попа болела. Даже сегодня на уроках, он уже волком выл, когда в попе что-то кололо. — Свинокротик, а чего ты меня не подождал? Я понимаете один, должен идти до столовки. Вот обижусь, и кто тебе подгузники в аптеке покупать будет? Ты же сам говорил, что стеснительный, — приторно сладко, начал Саша и поставив поднос на стол, сел поближе к Вершинину, что тут же расплылся в улыбочке. — Что, опять ЭТО началось? Неужели вновь аптеку за тампонами идти? — ахнул Антон и со смешинкой в глазах уставился на нового соседа по столику. — Нет, у меня еще вчера все прошло, а ты видимо сегодня потек? Эх, так уж и быть, помогу и заткну одно место, — ядовито проговорил Саша, заталкивая в свой рот целую котлету. Ребята, с глазами по пять рублей, молча слушали перепалку и еле-еле сдерживали смешки. Антон уже готов был что-то сказать, как его прервал Максим, что повис на Саше, который от неожиданной атаки подавился котлетой. — Акимов, ты что тут сидишь? Пошли к нам, там по тебе твой друг соскучился, — забубнил русоволосый и недоверчиво посмотрел на Антона. Саша махал руками как крыльями, пытался похлопать себя по спине, но выходило это как-то не очень. — А ты я вижу в полном здравии, как с машиной? — спросил Антон Максима. — Хорошо, а твоя? — Отлично. В следующий раз, когда решишь напиться, едь домой на такси, а то за тебя тут люди страдать должны. — черноволосый искривил свои губы в ухмылке, а Максим оскалился. Он боялся его, но в то же время, мог наговорить гадостей. Сейчас он не тот мальчик, что три года назад. — Хорошо, а ты когда едешь на дорогу гляди, а то видите ли… — Помогите! — прохрипел Саша и его тут же похлопали по спине. Сильно так. Со звуком. — Спасибо, но теперь верните мне позвоночник со спинным мозгом. — С тебя, причитается, — сухо отозвался Борзов, усаживая свою пятую точку рядом. — Держи, — Саша тут же протянул парню сок, но его тупо проигнорировали, — Не хочешь и не надо. Пожав плечами, рыжий осушил стакан и громко поставил его на стол. — А это кто? — кинул напыщенный индюк на брюнета, Максим тут же смягчился. — Артем Борзов, — представился парень с глазами дорогого коньяка, крепкого и терпкого. — Антон Вершинин. — черноглазое чудо, тут же протянуло свою руку, из-за катаных рукавов дорогой белой рубашки, переплетами выступали вены, которые привлекали внимание Бельчонка. Бывший друг Александра, только хотел было пожать руку, но его тут же перехватили тонкие пальцы. — Артем, ты эту каку не трогай, а то вдруг заразишься чем, как я с тобой дальше то жить буду, — Акимов тут же распушил свои реснички и глупо так хлопал глазками. — Каку, говоришь? — прорычали за спиной рыжего, но тот даже не обернулся. — Каку. Большую такую. Силиконовую, — хмыкнул Александр, коленки его затряслись, он всем своим спинным мозгом, который из него выбили, ощущал, что пора бежать. — Бельчонок, ты нарываешься? — шипело нечто за спиной, вызывая табун мурашек на загривке. — Нет, что ты, — наигранно проговорил Саша и прокрутившись на стуле, оказался лицом к лицу со своим кошмарищем. Зря он повернулся. Ой, как зря. Его тут же засосали. С напором так. Не пылесосом конечно, но тоже эффектно получилось.       Время вокруг остановилось. Вот Саша слышит как кто-то ахает, визжит, сплевывает и материться. Всем своим существом он ощущает эти сильные руки на своей шее и пояснице, чувствует как его губы опухают от укусов и посасывания, улавливает тихий запах дорого одеколона и геля после бритья. Грубо, властно, мягко и опьяняюще. — А тампоны я тебе все же куплю, большие такие, вибрирующие. — услышал Саша и его как сковородкой по голове. Антон широко улыбался и походкой хищника, направился в сторону выхода. Саша побелел, потом покраснел, а теперь сидел с такой моськой маньяка, что Максим спрятался за спину Артема, который был просто в шоке. — Так ты че это, пидр что ли? — глухо спросил брюнет. — Пидр, а чего не пидр. Да, именно пидр! Этот ублюдок, просто ПИДР! Вот я ему… Саша тут же вскочил со своего места, вытер губы и побежал за Антоном, оставив охуевать за спиной, добрых, тридцать классов. — Ах тыж сука! — с этими словами, Саша взлетел в класс темноволосого, что сидел за последней партой и ничуть не удивлялся. — Что такое, Бельчонок? — промурлыкал Антон, а Саша уже искал красивый косяк, чтобы приложиться об него головой. — Ты что там устроил?! — А что ты устроил? — Я… — Вот и я решил, просто сделать официальное заявление, что мы с тобой встречаемся. — Как это встречаемся? — пропищал Саша и с широко открытыми глазами, уставился на индюка. — Ты же сам мне предложил, не помнишь? — ехидный смешок. — Я? — голос становился тише и Саше хотелось уменьшиться в размере. То представление, зря он все это начал, теперь каждый микроб будет считать его подстилкой этого буржуя. Да и ведь никто не поверит. Хоть на лбу всем пиши, все ровно поверят Антону. Да и тот поцелуй… Саша даже не помнит, отвечал он на него или нет… А если да? Что тогда… — Бельчонок, иди в класс, скоро урок, — проворковал личный кошмар Акимова, который поджав свои истерзанные губы, удалился.       В школе он решил не оставаться, но СМС-ка«Уйдешь с уроков, трахну в актовом зале», все же остановила парня. Урок прошел как-то не заметно. Он даже не услышал, что говорил ему учитель по математики. Все мысли были заняты — местью. Холодной, до жути ледяной. Главное не напортачить и самому не замерзнуть. На перемене к Саше тут же подскочил Макс. — Так вы что, это, того? — Нет, не того, — прохрипел Акимов, подняв свои фиолетовые глаза на парня. — И нет, мы не трахались. Почти… Последнее слово, он сказал лишь губами, от чего Макс того не расслышал и с облегчением выдохнул. — Но, то что он сделал… — Знаю, теперь каждая падаль думает, что я заднеприводный, — хмуро сообщил Саша и бросил злой взгляд на девчонок, что почти во всю глотку орали о сцене их поцелуя с Антоном. — И что делать будем? — спросил Макс усаживаясь попой на парту индиго. — Идейка одна есть, но мне нужна помощь. — не обращая внимания на то, что его парту вновь оккупировала чужая задница, рыжеволосый улыбнулся. — Я в деле — голубые глаза Макса засверкали, он был полон решимости и азарта. Что-что, а напакостить Вершинину, это он любил. — Мне нужен еще и Артем, — кое-как выдавил из себя Саша. Максим удивился, посмотрел на рыжего, а потом на пустую парту Борзова, что уже куда-то слинял. — Я ему сейчас позвоню и он тут же придет, — быстро бросил русоволосый и ускакал в коридор. Через десять минут в кабинете появились и Максим, и Артем, что хмурил брови, явно жалея о приходе. — Ну рассказывай, — подлетев к парте своего рыжего друга, прохрипел Макс. — Не тут, пойдем где меньше ушей.

***

— Я не буду ради этого, звонить Девятому, — как упертый баран продолжал Артем, загнанный в угол туалета. — Ну Артёмчик, — хныкал Саша, а Макс ему помогал в этом нытье. — Нет, и вообще, ты педик, так что… — Не пидик я! — рыкнул рыжик, забыв о своей роли нытика. — Тогда, что за, херня там была? — А тебе так все и скажи, — бросил Акимов, надув губы. — Точно не педик? — сузив свои шоколадные глазки, недоверчиво спросил Артем. — Был бы я педиком, трахался бы с твоей сестрой? — И то верно. — Вот вот. — Ладно, позвоню, -сдался Артем и достал из своего кармана, потрепанных джинс, телефон. Набрав знакомый номер, он бросил быстрый взгляд на рыжего и со свей силы приложил свой кулак к его скуле. Саша тихо заскулил, на месте удара тут же образовалось покраснение. — За сестру. — бросил тот и отошел подольше, чтобы не слышать под ухом ворчание Акимова, который обещал отомстить и ему, но после. — Н-да, все же вы отличная парочка, — заржал как конь Макс, что восседал на подоконнике и курил. И пофиг, что в школе. И пофиг, что в служебном туалете. — Позвонил. Пришлет кого по красивше, — сказал Артем, крутя в пальцах тонкий телефон. — Такого, какого я описал? — Спросил Бельчонок, Борзов тут же кивнул. Все же их совместная задумка, должна была произвести фурор. — Сань, не думаешь что это только добавит тебе проблем? — решил вставить свои пять копеек Макс. — Я если что, все на тебя свалю, — с улыбочкой, прошагав мимо офигевшего Максимки, промурлыкал Саша. — Ну, тогда отсидимся тут, а дальше, по плану.

***

Пробило двенадцать. Трое отважных парней, перебежками добрались до спортивного зала. Сегодня у них физкультура и надо было так то налакаться, чтобы поставить физ-ру у всей одиннадцатой параллели! Трое мальчишек тут же быстро переоделись и прошмыгнули в зал, где девятый класс навострил свои лыжи в раздевалку. Раздался звонок. Со стороны открывающихся и закрывающихся дверей, было столько визга, писка и мата, что Саша был рад, что они пропустили физику и переоделись перед звонком на перемену. — Вышли отсюда, малявки! — последовал рык, такой знакомый, что Акимов уже готов был бежать галопом домой. — А как же месть? — остановил его Макс, от чего рыжий тут же гаденько захихикал. Такое, нет не так… ТАКОЕ, он точно не пропустит! Шесть классов, стояло строго по линеечке. Девочки в коротких шортиках, выпячивали в перед грудь, выставляя свои формы на показ молодому физруку, что уже пожалел о выбранной работе. Нет, девочки — это хорошо, но внимания слишком много. — Смирно! Бегом, марш! — крикнул молодой юноша, и уселся за классные журналы. Отмечал он предельно долго, сначала один класс, второй, третий… Все это время Саша свесив язык на плечо, бежал и бежал. Кажется даже голова закружилась, но это было еще цветочками. Лучше бы он еще так побегал, но надо было учителю раздать всем скакалки! Вот тогда и началось… Антон подкрался незаметно. Замах и крик. Саша визжал как девчонка! Но ему не стыдно, ему обидно и больно. Антон заржал как конь и ушел в сторону, чтобы не прилетело от обиженного. Прыгали долго. Саше прилетело пару раз с разных сторон, причем случайно и уже не по попе, а по щеке и рукам, где тут же оставались красные полоски. Шипя и матерясь, рыжий допрыгал, эти злощавые, пятьсот раз. — Стройся! — скомандовал Надзиратель, как прозвал его Саша. Ибо, человек который может наблюдать за всеми шестьюдесятью учениками — не человек! — Прошу прощения, вы торт заказывали? — раздалось с боку, и в зал двое мужчин вкатили огромный торт, чуть ли не в два метра выстой! Саша присвистнул и облизался. — А вы собственно к кому? — физрук обращался к одному из мужчин, что тут же что-то начал объяснять Надзирателю, отводя его в сторонку. Второй подключил к телефону колонку, поставил рядом с тортом и отошел. Оживились все! Тихий звук струн, плавно перетекал в минус, напоминающий клубняк. Мужчина, чей голос никогда не станет известен, издавал странные звуки. Верх торта, резко откинулся назад и из него медленно появлялось нечто. Волосы были уложены на бок, из них торчали кошачьи черные ушки с небольшим золотым колокольчиком на кончике. Круглое смуглое лицо, резкие черты лица, нос с горбинкой, в котом поблескивал камушек — пирсинг. Длинные накладные ресницы, тонна голубых теней на веках и длинные жирные черные стрелки. Густая щетина сияла от переизбытка блесток в ней, а губы были перемазаны в красной помаде. Это нечто плавно уместилось на краю торта и мягко спрыгнула на пол. Громкий удар плеткой по полу, еще один и еще. Воздух разрывали по полам, свист отдавался где-то в кончиках пальцев, а громкий хлопок тут же эхом отдавался в голове. Ты опять увлечен чередою событий Этот глобус в руках твоих жаждет открытий Повторится вновь история No regret, no gloria.*       Саша тихо хрюкнул, когда он заметил прикид этого ЧУДА! Розовая маечка из латекса, такие же короткие шортики, черные чулки в большую сетку и сапожки на каблучках. Это бородатое нечто, походкой от бедра, приблизилось к топе школьников, что просто были в глубоком шоке. Обведя их взглядом, он наткнулся на того, кто был сегодня в списке важных клиентов. Игривая улыбка тут же появилась на его лице. Плавные движения бедрами и вот, он возле своей жертвы. Никаких слов, плавное движение всем телом, хватает своими наманикюренными коготками широких плеч юноши и проводит по обнаженным рукам, своими. Неистовый зверь, мой повелитель Моя колыбель — твоя обитель И ты уже решил, что будет делать всё наверняка Плохая девочка Неистовый зверь, мой повелитель Моя колыбель — твоя обитель И вот уже готова быть с тобой на час и на века Плохая девочка*       Бородатое чудо, всем телом прижалось к Антону, что с каменным выражением лица, принимал такие откровенные касания. Поворот спиной, движение бедрами, совсем неслучайное прикосновение чужого паха. Шлепок по латексной попе, поворот обратно. Мужчина, ласково прикасается к нежной коже парня, проводит по его шее, отталкивается от его груди и отходит назад. Поочередное движение руками, ясное только ему. Нежное касание своей груди, вниз к паху, проводит ладонями по ногам и присаживается за ними. Резко раздвигает коленки в сторону и встает на четвереньки. Делает несколько волн, будто под ним не пол, а человек. Садится на свои пятки, мотает головой, от чего блестки сыпется в разные стороны. Проводит своими руками по лицу с щетиной, прикусывает губу и вновь на четвереньках. Медленно приближается к Антону, что стал бледнее на столько, на сколько позволяет загар с каких-нибудь Мальдив. Ты на теле моем зажигаешь вулканы Я взрываться вот так никогда не устану Повторится вновь история No regret, no gloria       Подарок из торта, укладывает свою голову возле ног черноволосого, перевернувшись на спину. Двумя руками очерчивает свою грудь, описывает пальцами свой живот и оставляет ладони на бедрах. Резко двигает пахом вверх, выгибаясь на максимум и плавно в низ. Переворот, вновь на коленях. Руками касается ног Антона, прижимает к ним свою щеку и невзначай целует. Поднимает подбородок. Неистовый зверь, мой повелитель Моя колыбель — твоя обитель И ты уже решил, что будет делать всё наверняка Плохая девочка Неистовый зверь, мой повелитель Моя колыбель — твоя обитель И вот уже готова быть с тобой на час и на века Плохая девочка.       Медленно встает, попутно трогая чужое тело. Когда ладони, этого мужчины оказывается на упругой попе юноши, то он с силой вжимает его в себя. Отпускает, проходит за спину и прижимается грудью к широкой спине. Губами, что беззвучно напевают песню, касается солоноватой кожи. Шаловливые ручонки шарят по чужому телу, а бедра трутся о задницу. Еще одно резкое движение руками и грубая плетка, оказывается на шее Вершинина. Легонько затягивая ее, юноша подался назад, опрокинул свою голову на чужое плечо. Мужчина с игривой бородкой, тут же прикоснулся губами, чужих губ. Провел по ним языком и отпустил мальчика. Резко обходит толпу и вновь оказавшись у торта, начинает медленно снимать с себя топ. Сбрасывает его в сторону, поворачивается спиной к школьникам, качая бедрами туда сюда… Последние аккорды. Пальцы перехватывают липкую, розовую резинку. Моя плохая девочка… Штаны резко в низ. Ахи и охи раздаются по всему залу, только трое парней взявшись за пуза, уже лежа на полу и заливались хохотом.