Две правды

Пару дней была тишина, все было как обычно. Но к выходным прошел слух о том, как и в какой позе, директор проводит свой досуг. Об этом шептались и ученики, и даже учителя, но в основном молодое поколение преподавателей. Северус был в бешенстве, он чуть не придушил Алекса. Я впервые видела его таким, он не контролировал себя. Тем более по отношению к Алексу он никогда так себя не вел. Я вовремя подоспела и отстранила от разъяренного Северуса ребенка. Северус просто орал на него. Алекс прижался ко мне и плакал. — Папочка, я ничего никому не говолил. Не говолил! — плакал и оправдывался Алекс. — Не ври мне, Александр! — кричал Северус. — Папочка, я не влу, — ныл уже он. — Мамочка, я ни влу. Я долго молчала и смотрела на Северуса, который ходил по кабинету и орал на сына. — Прекрати орать на ребенка! — заявила я ему. — Ты сам должен понимать, что это должно было когда-нибудь случиться. И нечего винить его в том, что ты расслабился и не подумал о последствиях. — Значит, это я расслабился и не подумал? — переспросил он меня. — Я что, один во всем виноват? — рявкнул он. — Я не говорила, что ты виноват, просто меня это не задевает. А тебя, видимо, да! — ответила я. — Алекс, иди к себе, пожалуйста. Нам с папой нужно поговорить, — сказала я Алексу. — А как я должен к этому относиться, Анри? — поинтересовался Северус. — Спокойно, — ответила я ему и подошла ближе. — Ты директор, у тебя семья, естественно, про тебя будут судачить. — Я не намерен закрывать на это глаза! — рычал он. — Это выходит за рамки приличия! — Нужно веселей смотреть на это, — убеждала я его. — Может, мне еще голым по школе пройтись! — уже орал Северус. — Конечно, эффект был бы потрясающий, дорогой, но лучше не стоит, — уточнила я. — У тебя потом появятся поклонницы, и причем большинство — несовершеннолетние. — Ты еще и издеваешься! — фыркнул он. — Прошу тебя, — я подошла к нему ближе и погладила ладонью по груди. Северус выдохнул и посмотрел на меня. Я прижалась к его груди. Его сердце бешено стучало. — Относить к этому проще, пожалуйста, — сказала я ему. — Я постараюсь, но не обещаю, — ответил он и прижал меня к себе руками. — Но собрание все же проведу по этому поводу! — заявил он. — И еще, дорогой… ты немедленно идешь к своему сыну и извиняешься за свое поведение, — сказала я ему и поцеловала в губы. — И даже не думай, что я закрою на это глаза, ты никогда не позволял себе так орать и ругать его. Ты же понимаешь, что он может отвернуться из-за этого от тебя? — Хорошо, радость моя, — ответил Северус. — Я знаю, что перегнул палку.

* * *

Собрание проходило вечером в субботу. Я стояла у окна в кабинете директора. Молодой коллектив школы сидел в креслах возле стола директора. Я решила пока только наблюдать. — Я собрал вас в своем кабинете, коллеги, чтобы… — он начал спокойно. — Чтобы обсудить очень деликатнейший вопрос. До меня дошли слухи, что я стал просто героем-любовником! Кто-нибудь объяснит мне, чья эта шутка? — уже подняв свой тон, спросил Северус у учителей. Все молчали и уставились на ковер. Северус прошел вокруг них и остановился возле Гарри. — Вы ничего не хотите мне сказать, мистер Снейп? — спросил Северус у Гарри. — Отец, я понятия не имею, о чем ты, — ответил тихо Гарри. — Не имеешь понятия, — переспросил Северус, уже слегка раздраженный. — Ну тогда я тебе расскажу, если ты не в курсе о том, как директор школы «Хогвартс», Северус Снейп, проводит свой досуг, — взорвался Северус. — Крестный! Но мы и вправду не знаем, кто разнес по школе этот слух! — возразил Драко. — А я тебя пока не спрашивал! — рявкнул Северус на Драко, так что даже Невилл затаил дыхание. — Мало мне одного бегающего недоразумения, так еще и вы! — фыркнул Северус и посмотрел в мою сторону. — Ладно, Алекс еще мало соображает, но ты, Гарри! — возмущался он. — Директор, но мы и правду не знаем, кто решил так подшутить, — наконец раздался голос Гермионы. — Конечно не знаете, зато распространять этот бред по всей школе вы позволили, — ответил он грубо. — Вся школа обсуждает мои позы и стоны в сексе! — уже закричал Северус. — Северус, — отдернула я его. — Прошу тебя. — Да, Анри, и твои, кстати, тоже, — ответил он мне. — Всем интересно, как ты стонешь подо мной, что кричишь во время оргазма, какая любимая поза и что я шепчу тебе, когда кончаю! — уже просто рычал он. — Отец, но это ведь шутка, — уточнил Гарри. Северус повернулся к нему и просто в бешенстве заорал: — Шутка? Я директор школы, а не шут! — Ну и что ты так орешь на мальчика? — раздался голос в кабинете. Все обернулись в сторону голоса. Он донеся из портрета Альбуса Дамблдора. — Альбус, только тебя не хватало! — фыркнул Северус. — Они и вправду ничего не знают, Северус! — возразил Альбус Северусу. — Зато придумывать они умеют! — рявкнул Северус. — Директор, но вы всегда сдержанны по отношению к своей жене, поэтому и произошло это недоразумение, — сообщила Гермиона. — Ну да, я ведь гроза школы. Они же не задумывались, откуда у меня сын — и не один! — возмутился он. — О том, что я люблю свою жену, и сделаю все, чтобы она была счастлива, — уже спокойно сказал он. Я улыбнулась на эти его слова. Мне все же было приятно, что он так, при всех, выражает свои чувства и эмоции. — Отец, может не надо так все близко принимать на свой счет! — уточнил Гарри. — Я бы посмотрел на тебя, если бы твое мужское достоинство обсуждала вся школа! — возразил ему Северус. Северус немного успокоился и сел за свой стол. Я молча подошла к шкафу, оперлась о него спиной и наблюдала за всеми. — Может, у нас в школе появился шпион? — раздался голос Невилла. Все посмотрели на него и засмеялись. Северу изогнул бровь и посмотрел на Невилла. — Мистер Лонгботтом, вы забыли, что я и есть шпион? — поинтересовался Северус у него. — Ну вы же бывший шпион, директор, — очень невнятно ответил Невилл. — Может, кто-то решил подпортить вам репутацию, — задумчиво сообщил он. — Моя репутация, Мистер Лонгботтом, и так попорчена, куда еще, — уточнил Северус. — И откуда, интересно, ему известны такие подробности, что он умудрился пустить этот слух по всей школе? — поинтересовался он. — Думаю, что, мальчик мой, нужно просто двери закрывать, — опять раздался голос Альбуса в портрете. — Что ты имеешь в виду, Альбус? — спросил Северус его. — То, что вы, директор, не закрываете двери в свою спальню, — ответила за него Гермиона. — Это, конечно, дело каждого, но я не раз была свидетелем ваших слегка неприличных стонов, которые доносились из ваших покоев, когда я заходила к вам в кабинет передать документы, — сообщила она. — И я, крестный! — согласился Драко с Гермионой. — Отец, может, стоит начать с этого, а потом будет видно, — уточнил Гарри. — Вы решили меня еще и поучать, сами-то нет, чтобы уйти или заблокировать дверь, стояли и слушали, — возмутился он. — А почему бы и не послушать, когда так эмоции и такая страсть? — тихо прошептал Альбус. — Это ты, Альбус! Это твоих рук дело! — заорал Северус. — Как же я раньше не догадался! — Мальчик мой! Ну, я так радовался тому, что ты наконец обрел счастье, что не мог не поделиться, — виновато ответил Альбус. — Я себя сожгу! — фыркнул Северус. Все разошлись после чаепития. Я подошла к Северусу и села на край стола. — Это, конечно, хорошо, что мы разобрались с этим происшествием, но Алекс до сих пор дуется на тебя. Может, ты поговорил бы с ним, — сообщила я Северусу.  — Я завтра варю новое зелье, думаю, ему будет очень интересно поприсутствовать при этом, — ответил мне Северус. — Как тут еще могут строить заговоры, если кругом портреты? — возмутилась я и посмотрела по сторонам, где висели портреты. — Ну, портреты не везде. В моем кабинете, да на лестницах, — сообщил Северус. — Хорошо, что мы здесь хоть любовью не занимались, — уточнила я ему. Позади нас раздался голос Дамблдора: — Еще как занимались, — ухмыльнулся. Я посмотрела на Северуса и вспомнила тот вечер, когда я вломилась к нему и стала выяснять отношения из-за Драко, и как мы на столе занялись любовью. — Я точно сожгу тебя, Альбус! — в бешенстве заорал Северус. — Знаешь, я иногда думаю, что я незамужняя, — внезапно сказала я ему. — Что ты говоришь, женщина? — возразил Северус. — Ты моя жена! — Да? Ты уверен? — поинтересовалась я. — А вот я не уверена. Ты всегда ведешь себя отстраненно, даже когда мы наедине. Может, тебе так удобно и ты привык скрывать свои чувства и эмоции, но я думала, что хоть чуть-чуть тебя изменила. Но, видать, ты неисправим! — Анри, что ты хочешь от меня? — злился Северус. — А ты чего хочешь? — поинтересовалась я ему в ответ. — У меня все есть, есть ты, есть сыновья, есть любимая работа! Я на большее и не рассчитываю, — ответил Северус. — А ты не думал, что твоей жене, мало того, что ты просто рядом? — сообщила я ему. — Она хочет чувствовать твое внимание, твою заботу. — Тебя что-то не устраивает? — возразил он. — Северус, когда я была беременна, ты пылинки с меня сдувал. Ты проявлял заботу и не боялся проявлять ее при посторонних. А что сейчас? — сказала я. — Ты обходишь меня иногда стороной, мы целый день даже не видимся. — У нас есть для этого ночь, Анри, — рычал Северус. — О, только не говори опять это! — возмутилась я и слезла со стола. — Ты не понимаешь, что я хочу любить тебя не только ночами. Хочу утром целовать тебе за завтраком. Встречаясь с тобой в коридорах, не просто проходить мимо, а прижать в темный угол и целовать до безумия. Вечерами присесть тебе на колено и любоваться игрой Алекса, — я даже не верила, что ему высказала. Северус встал из-за стола. — Что ты сейчас сказала? — переспросила он и подошел ко мне. — Я хочу чувствовать твою любовь не только ночью, Северус, — взорвалась я. — Нет, другое, ты сказала, что хочешь любить меня, — уточнил он. — Ты никогда мне не говорила, что любишь меня. Я смотрела на него, он на меня. Моя грудь часто стала подниматься от волнения. Я и вправду за все это время, что мы были вместе, ни разу ему не сказала, как я его люблю, что чувствую к нему, да он и не просил. Ведь он видел, как я отношусь к нему, как отдаюсь, как млею под ним. Разве этого было мало? Наверное, он хотел большего, слышать эти слова и видеть мои глаза, когда я ему об этом говорю. Может, пришло время уже сказать ему, как сильно я его люблю? Северус подошел еще ближе и взял меня за руку. Я посмотрела сначала на его руку, потом на него. Он поднес мою ладонь к своим губам и поцеловал ее. — Северус… — неуверенно начала я. — Я… — я задумалась. — Северус, — собралась я с мыслями, — ты единственный мужчина, который смог меня приручить. Ты тот, с кем мне хорошо и спокойно, конечно, за исключением тех моментов, когда ты не в духе. Я никому так не отдавалась и никому не хотела так отдаться, как тебе. Ты мой воздух, ты моя жизнь, мое счастье. Ты даришь мне то, что никто просто не мог подарить, — закончила я. Северус все это время смотрел на меня и не отпускал мою ладонь от своих губ. — И? — спросил он и изогнул бровь. — И я хочу, чтобы ты не прятал свои чувства ко мне и прекратил сдерживать себя, — сменила тему я специально. — И это все, чего тебе не хватает? — усмехнулся он. — Да, — ответила я. — Иди ко мне, счастье мое! — позвал он меня, обнял рукой и притянул к себе. — Я попробую быть более внимательным к тебе и не забывать прижимать тебя в углах школы, — ухмыльнулся он. Я стукнула ему по груди в знак неудовольствия, он улыбнулся. Притянул меня сильнее, и я обняла его за спину и уткнулась лицом в его грудь. — Мне никогда не было так спокойно, так хорошо, как с тобой! — прошептала я ему в грудь. — Ты повторяешься, Анри! — язвил он. Я подняла голову и посмотрела на Северуса. Подняла свои руки, прижала их к его лицо и притянула его к своему лицу. Наши носы соприкоснулись кончиками, я поцеловал его кончик носа. — Я люблю тебя, Северус Тобиас Снейп. Люблю безумно! — призналась ему. — И мне всей жизни будет мало, чтобы доказать тебе свою любовь. Северус смотрел мне прямо в глаза. Из них покатились слезы. Я сказала ему то, что никому не говорила, да и не было того, кому я хотела сказать это. Северус схватил мое лицо и стал целовать его, не пропуская ни дюйма. — Любимая моя, любимая, — шептал он в то время, как целовал мои глаза, губы, лоб, виски. — Ты счастье мое! Жизнь моя! Он прижал меня к себе сильнее и, приподняв меня за бедра, потащил в нашу комнату. — Только не забудь заклинание в дверь кинуть, — напомнила я и заулыбалась. Конечно, после этого было бы глупо думать, что он как-то начнет меняться, но и вода камень точит. * * * Одним вечером мы сидели, ну как, сидели — Северус сидел на кресле, а я у него на коленях. Алекс на полу разбросал подаренную Гарри железную дорогу с поездом и бегал по ковру, сооружая дорогу. Северус командовал на кресле, куда и что положить. Я притаилась у него на груди и просто наслаждалась этим волшебным вечером. Я смеялась, когда они начинали спорить. Северус фыркал на Алекса, но в конце махнул на это рукой. — Ты такой же упрямый, как твоя мать! — рычал Северус. — Северус, я не упрямая! — возразила я. Северус ущипнул меня за бедро и поцеловал в висок. — Ай… Северус… — Ты будешь спорить со мной, женщина? — поинтересовался он и ухмыльнулся. Я посмотрела ему в глаза, он нахально улыбался. — Негодяй, — прошипела я. — Невыносимая, — шепнул он и поцеловал меня в губы. И я растаяла в его объятиях. Он нежно покусывал мою нижнюю губу и смаковал ее. — Северус…. Я чуть не застонала от этого, но вовремя отстранилась и прижалась к его шее. Северус прижал меня сильнее и прошептал: — Тише, радость моя. Мы не одни! Видать, Алекс так был занят железной дорогой, что даже не услышал. Я посмотрела на Алекса, потом на Северуса, улыбнулась и поцеловала кончик носа Северуса. — Последнее время Драко стал неразговорчив, да и нервный он какой-то, — заметила я. — Ты не заметил, родной? — спросила я его. — Да, и Гермиона тоже странно себя ведет. — Ты все же не успокоишься, пока не сведешь их вместе, — ответил Северус и поцеловал меня в висок. — Они красиво смотрятся, почему бы и нет? — предложила я. — Я говорил тебе, что его отец не разрешит ему взять в жены маглорожденную. Он лишит Драко всего, — ответил Северус. — Ну, титул и деньги не так уж и важны, когда есть чувства, — возразила я ему. — Тем более скоро должны будут рассмотреть решение о его досрочном освобождении, — сообщил он. — Значит поэтому Драко такой? — уточнила я. — Ну, а ты как бы себя чувствовала на его месте? — спросил Северус.- Его отец просидел в Азкабане почти восемь лет; за эти годы Драко был изгоем в обществе и только сейчас смог восстановить свое имя. — Хорошо, что хоть ты у него был, — ответила я ему. — Драко — сын моего друга, он мой крестник. Тем более я сам был в его шкуре, — сообщил Северус. — Ты молодец у меня, — сказала я и обняла его за шею. — Самый лучший, — похвалила я и поцеловала его. — Ты забываешь, что мы не одни, радость моя! — произнес Северус мне в ухо. — Значит Люциуса Малфоя скоро освободят? — спросила я его. — Кингсли сказал, что после Рождества, — ответил он. — Он поможет ускорить его освобождение. — Кингсли заинтересован в его освобождении? — поинтересовалась я. — У нас есть одна идея, и нам нужен Люциус, — ответил Северус. — Но только, это, пока никому, дорогая, — уточнил он. — Смотри, если тебя посадят за эту идею, я передачи в Азкабан носить не буду, — возмутилась я. — Все законно, тебе не о чем переживать, женщина, — ухмыльнулся он и погладил ладонью по щеке. — Алекс, ну и что ты там возишься? — спросил Северус у Алекса, не отрываясь от моих глаз. — Папочка, она не лаботает, — возмущенно сообщил Алекс. Северус фыркнул и щелкнул пальцами. Железная дорога вмиг собралась, поезд тронулся и помчался по дороге. Он пыхтел и издавал такой же звук, что и поезд Хогвартс. — Папа, так нечестно, я и сам так мог сделать, — печально сказал он Северусу. — Я хотел соблать ее без магии. — И топнул нагой. — Сын, для этого и нужна магия, чтобы ей пользоваться, — ответил ему Северус. — Мама говолит, что мужчина должен все уметь делать своими луками! — возразил Алекс и посмотрел на поезд. — Ну, видимо, твоей маме виднее, — уточнил Северус и опять ущипнул меня, — что должен делать мужчина руками, — двусмысленно произнес Северус. Я фыркнула и встала с его колен. Ночью он мне доказал, что он много чего умеет делать своими руками, да так, что я просто таяла под ним.