X
9 февраля 2016 г., 20:40
Хороший, конечно, это был выход, но уж больно плохой. (с) Аркадий и Борис Стругацкие. Отель «У погибшего альпиниста»
Люси была полностью растеряна. Пространство вокруг нее сжималось, раздувалось, моменты из ее жизни и жизни других людей проносились мимо нее, все вертелось с бешеной скоростью. От непрерывного вращения кружилась голова, а в глазах плясали темные круги. Люси подавила рвотный позыв, и попыталась успокоить дыхание. А все вокруг продолжало меняться быстрее и быстрее, превращаясь в смазанные пятна. Люси плотно закрыла глаза, понимая, что просто сойдет с ума в этом водовороте. Внезапно до ее ушей, где-то вдалеке, донеслись едва слышные голоса. Звуки приближались, Люси уже улавливала отдельные фразы вместе с нарастающим шумом какой-то потасовки. Она издала тихий вздох, вмещающий в себя все, что было у нее на душе. И этот вздох был громче крика, он на мгновение перекрыл уже громкий шум, а затем растворился в словесной неразберихе. Все остановилось. Люси ощущала твердую поверхность под ногами, привычное тепло лета и луч солнца на плече. Она приоткрыла глаза навстречу хорошо различимым крикам, заполняющим пространство. Абсолютнейший хаос — первое, что пришло на ум. Суматоха. И потрясающая до глубины души неразбериха в виде целого клубка тел. Всё казалось слишком странным и нереальным, напоминая до боли реалистичный сон, выбраться из которого при помощи щипания себя за руку было невозможно. Люси тупо смотрела вперед, пытаясь понять, где она и что вообще происходит. Она зацепила взглядом деревянные столы и такие же деревянные лавки, глаза взметнулись к высоким потолкам и ступенькам на второй этаж. Привлекла внимание барная стойка шумом вокруг нее и непринужденным смехом незнакомой девушки, стоящей прямо за ней. В ее сторону Люси и направилась. Девушка выглядела приветливой и внушала доверие. Однако, стоило сделать пару шагов, как к месту ее пригвоздило всего лишь одно слово. Точнее, имя. - Люси?! - восклицание-вопрос. Надломленный голос, срывающийся на шепот. Она обернулась и буквально утонула в море эмоций, которое плескалось в его глазах. Недоверие. Страх. Ярость. Тихая радость, которая с каждой секундой крепла в его взгляде. Совершенно незнакомый парень подлетел к ней и прижал к себе. Обнял. Прижался щекой к щеке, вдыхая ее запах. Отстраняясь, чтобы еще раз трепетно обнять. Уткнуться носом в шею и тяжело вздохнуть. А вот Люси не могла дышать. Как будто она посмотрела что-то, что ее не касалось. Слишком личным это было. Интимным и не для чужих глаз. Она высвободилась из объятий и твердо посмотрела незнакомцу в глаза. - Я вижу вас впервые в жизни. И она тут же прикусила язык. Потому что парень будто умер на мгновение. Взгляд его остекленел, а брови машинально нахмурились. - То есть... Как? Он явно утратил способность правильно мыслить. Весь его вид выражал непонимание и слабую надежду. Тоска, скользившая в каждом его движении причиняла боль даже ей. - Похоже, я не твоя Люси, - смогла прохрипеть она, заставляя себя не отворачиваться. Смотреть, как все больше меняется его лицо, тускнеет улыбка и темнеют серо-зеленые глаза. - Тогда кто ты? И что ты делаешь в нашей гильдии? - вопрос задала та самая девушка-с-барной-стойки, которая незаметно подошла к ним. Люси пожала плечами, с облегчением переводя взгляд на говорившую. Она сама хотела бы знать, что с ней произошло. И она рассказала. Выложила двум незнакомцам все, что пережила за это короткое время. Только про ссору с мамой умолчала, теперь она понимала, что это было глупо и совсем по-детски. - Надо сказать старику, - подал голос парень, который так и не сводил с Люси взгляда. - Может, он сможет помочь. - Да-да, я схожу за ним. Девушка кивнула Люси и ушла, оставив ее наедине с... - Нацу, - коротко бросил он. - Люси, - она брякнула, не подумав, и увидела новый всплеск боли. - А что случилось с... той... Люси? Нацу покачал головой. Она поняла, что говорить ему было слишком больно. - Умерла. - выдавили губы. - Шестьдесят четыре дня назад. Да, Люси, ты и твой мозг сегодня на высоте. - Мне жаль. - Мне тоже, - он горько усмехнулся и указал рукой на деревянную скамью. - Присядь, Мира сейчас придет. Он коротко кивнул, прощаясь, и исчез в толпе людей. Люси последовала его совету и присела, тщательнее оглядывая место, куда так неожиданно свалилась. Но перед глазами было лишь лицо того парня, поглощенное болью. Нацу был красив. Необычный розовый цвет его волос, за который мальчики из ее класса назвали бы любого парня геем, ему очень шел. Грубые черты лица придавали ему мужественности, а взгляд Люси даже запомнил гладкие мышцы на руках. Но тень скорби и ложная надежда сильно старили его. - О мой бог! Вылитая Люси! - ее мысли прервало восклицание. Она встала, поклонившись маленькому морщинистому старику, который усиленно проходился по ней взглядом снизу вверх. Почему-то Люси стало неудобно и захотелось прикрыться. Опустив взгляд на себя, она нашла в себе силы удивиться - на ней каким-то чудом оказался голубой короткий топ и юбка на ладонь выше колена в тон к нему. На ногах красовались длинные кожаные сапожки. Прямо в стиле остальных. И правда, обстановка пахла чем-то средневековым, далеким от современности и даже волшебным. Будто в подтверждении ее мыслей прямо над головой Люси пролетела абсолютно реальная ледяная птица. Коротко взмахнув крыльями и описав круг под потолком, она вылетела из здания навстречу обжигающему солнцу. - Я поговорю с другими мастерами, - старик все говорил, пока Люси любовалась и изумлялась странностям, - потому что я мало чего слышал о путешествии между мирами. Это очень сильная магия, магия, которая зародилась в самом начале, она первобытная и сейчас ее никто не использует. Магия. Отлично, Люси, почему бы после того, как ты побывала в шкуре призрака, немного не поколдовать? Люси устала удивляться. - Мира, мне нужна бумага. Время идет, и чем скорее мы выясним, что делать дальше, тем лучше. Люси просто устала. - Хорошо, мастер. Люси хотела лишь заснуть. Веки закрылись сами собой.***
Нацу добрался до выхода, успев натолкнуться на нескольких волшебников, у кого-то снести стол и расплескать пиво. Ему было все равно. В голове билась пустота. Сжирала нутро. Выла как раненый зверь. С ее смерти прошло шестьдесят четыре дня. Этот дурацкий отсчет вспыхивал в мозгу каждое утро. Три, двенадцать, потом как-то быстро появилось число тридцать, пятьдесят. И часы где-то внутри все тикали, предвещая новый день. Гребаный день без нее. Люси. Нацу смаковал ее имя на языке, повторял бессонными ночами, вдалбливал кулаками в деревья Западного леса, куда он убегал, когда было невмоготу держать в себе все чувства. Ее имя впиталось в воздух рядом с ним. Л.ю.с.и. Четыре буквы. А столько боли. Столько невысказанного. И слишком много выкрикнуто. В ту минуту, когда он дотронулся до ее холодного тела. Она улыбалась до конца, сжимала его ладонь в своей. По ее щеке текла кровавая дорожка, а Нацу не мог ее смахнуть. В тот момент он не мог ничего вообще. Лишь скулить, прижимать к себе и ронять скупые слезы ей на волосы. - Все будет хорошо, - ее последние слова. Но Нацу ей не поверил. И правильно. Какое к черту хорошо, если она умирала у него на руках, и ничего нельзя было сделать? Нацу отдал бы за нее свою жизнь. Бессмертную душу. Лишь бы она жила, улыбалась и говорила эти дурацкие слова, которые тогда бы были правдой. Ты всегда была моим успокоительным. И вновь Нацу выбежал за границы Магнолии, понесся в многострадальный от его огненных вспышек лес. С ревом ударил первое попавшееся дерево. Оно разлетелось на щепки с оглушительным треском. Он уже несся к следующему. А ведь он на чертову секунду поверил. Что это она. Живая. Невредимая. Такая нужная. Говорящая "все будет хорошо". Уйди-из-моей-головы. Прошу. Хотя бы на мгновение. Помоги вдохнуть воздух без боли. Без тебя. Не получается. Кулаки вновь сбиты в кровь. Плевать.
