Дождь за окном

Андрюшка рисовал. Анна взглянула на детский шедевр. — А это что такое? — спросила она у племянника. — Облако, — серьезно ответил ребенок. — А вот это? — Машина. Мне такую же дядя Вова пересылал. Она потом поломалась. Во взгляде мальчугана промелькнуло сожаление. Анна обняла Андрюшку. — Не грусти! Хочешь, мы такую же в магазинах поищем? Может, еще найдем. — Нет, — хмуро ответил он. — Та была от дяди Вовы. — Ты давно его знаешь? — поинтересовалась Анна. Андрюшка кивнул. — А откуда? — Он с папой и со мной по скайпу разговаривал. Много раз. А потом машину прислал. В детских глазах снова отразилась грусть. — Это еще, когда мама с папой были. Анна снова обняла его и крепко прижала к себе. — Не надо, Андрюшка, — голос дрогнул несмотря на старания своей хозяйки. — Не плачь… Она вымученно улыбнулась, сдерживая собственные слезы. — Хочешь, дядя Вова к нам в воскресение в гости придет? Андрюшка снова кивнул и недоверчиво поинтересовался: — А ты его позовешь? — Уже позвала. Теперь малыш обнял Анну. Крепко-крепко.

***

В воскресение за окном опять шел дождь. Все тот же скучный, холодный дождь. А на кухне было уютно и тепло. Андрюшка уплетал за обе щеки пирог и смотрел на дядю Вову, как на Деда Мороза. Анна давно не видела племянника таким оживленным. Он потащил гостя в свою комнату, показывал шедевры из того самого конструктора, знакомого Владимиру. — А помнишь, ты мне машину подарил? — спросил Андрюшка. — Как же мне не помнить? Помню, — отозвался Корф и, посмотрев на Анну, добавил: — Чужие дети быстро растут. Я на его примере убедился. В первый раз, когда по скайпу увидел этого героя, он только начинал разговаривать. Зато так быстро научился болтать. Каждый раз что-то новое выдавал. Папку от скайпа оттолкнет и давай со мной контакт налаживать. В два года сам так и сказал: «А ты мне машину подаришь?» Как тут не пообещать! Корф повернулся к Андрюшке: — А раз мужчина слово дал — надо держать. Да? — Да! — будущий мужчина улыбнулся, а потом серьезно спросил у настоящего: — А ты больше никуда не уедешь? А то ты машину прислал, а сам куда-то уехал. Мне так папа сказал. И скайп тебя больше не показывал. На лице Владимира на секунду задержалась тень прошлого. — Никуда, — ответил он. Переведя взгляд на Анну, он повторил: — Никуда… Детские глаза заблестели. Анна вновь отметила про себя: Андрюшка уже давно так сильно ничему и никому не радовался. — Тетя Аня, а давай дядю Вову еще в гости позовем? Все те ж детские глаза теперь смотрели с надеждой. Анна перевела взгляд на Владимира. Он молчал, но во взгляде читалось ожидание ее решения. И она решилась: — Если дядя Вова не против. Корф оживился. Радость, промелькнувшая на его лице, показалась Анне искренней. — Я приду. Внезапно Анна поймала себя на мысли, что только у него одного вот такая улыбка, от которой почему-то становится тепло. «А скольких женщин он ею согрел?» — невольно промелькнуло в голове. Она мысленно усмехнулась. Не хватало еще ревности. Похоже на хохму. Ей было неизвестно, о чем думал в эту минуту сам Владимир Корф. Но если бы Анна могла читать его мысли, то поразилась бы их схожести с собственными: «Красивая. Упрямая. Если бы не Андрюшка, сама бы точно не позвала. А ведь правильно говорят: в хрупкости — сила. Эта маленькая женщина привыкла бороться. Одна? Или находились помощники? Кандидаты, наверняка, были. А, может, до сих пор есть». Владимир машинально окинул взглядом комнату, словно пытаясь отыскать в ней следы незнакомого «помощника». И тут же осекся. Нет у него права ее ревновать. Пока нет. — Мне пора, — произнес он. — Уже уходишь? — с сожалением протянул Андрюшка. Корф по-мужски протянул ему руку и серьезно заверил: — Я еще приду. — В следующее воскресение? — с надеждой спросил Андрюшка. Владимир на секунду перевел взгляд на Анну. Она едва заметно кивнула, и Корф твердо ответил Андрюшке: — Да.

***

Сев в машину, Владимир еще раз взглянул на одно из окон, в которых горел свет. Как хорошо вот так возвращаться домой по вечерам. Туда, где горит свет, где тебя ждут. Только есть ли у него на это право? У него, у которого за спиной столько всего. Начало было неплохим: Корф, имея высшее юридическое образование, успешно прошел стажировку за границей. В голове строилось много планов, но смерть отца разрушила большую часть из них. Владимир вернулся в Москву. Надо было поднимать отцовскую фирму, вникать в дела. Общение с друзьями, свободная жизнь временно отошли на задний план. Корфу было не до того. Он работал, работал и еще раз работал. Эту гонку прервала новая смерть, ударившая по его жизни. Надежда Николаевна была на тот момент для него, племянника, единственным родным человеком, но из-за постоянной занятости Владимир ее почти не навещал. Похоронив тетю, Корф замкнулся. Мучило чувство вины перед женщиной, о которой он почти забыл. Видеть и слышать никого не хотелось. Даже Мишку, звонившего и предлагавшего приехать из Питера и помочь. Но все же Корф окончательно не сдался. Он нашел силы подняться. Поклялся сам себе, что во имя памяти отца и тети сохранит семейное дело, чего бы это ни стоило. Работал на износ. Фирму удалось поднять. Но у покойного отца было много недоброжелателей. У Владимира их оказалось не меньше. Его подставили. Подбросили наркотики. Дело затянулось. Первый суд признал Корфа виновным. Адвокат предложил подать на пересмотр. Состоялся второй суд. На этот раз Владимира оправдали. Все пришлось начинать сначала. Ему помог старый друг Сашка Романов. На самом деле именно от него, а не от Наташи и соцсетей, Корф, освободившись, узнал про гибель Мишки и Лизы. Еще один человек ушел из жизни, а он, Владимир, снова не успел. Но ведь остался Андрюшка. Милый мальчуган, которому так рано выпало в жизни узнать горечь потери. Владимир решил: в память о друге, с которым в армии служили в горячей точке и прикрывали друг друга от пуль, сделает все возможное для Мишкиного сына. На тот момент он ничем не мог помочь Андрюшке. Самому надо было подняться. Но Корф знал: у мальчика есть тетя Наташа. Сашка когда-то был в нее влюблен. Теперь Натка, как называл ее Михаил, замужем за Андреем, братом Лизы. Романов женился на милой девушке Маше. Владимир был уверен, что Натка племянника не бросит. А он, Корф, в свое время сделает для Андрюшки то, что может. Владимир поднялся. Вернул с Сашкиной помощью отцовскую фирму. Открыл филиал в Питере. Перебрался туда. В Москве многое напоминало о прошлых потерях. Настал момент исполнять обещанное. Корф связался с Наткой, и она рассказала ему про Анну. Оказывается, Андрюшку воспитывает сестра Лизы. Ее телефон Наталья и дала Владимиру. Никто тогда не подозревал, что это окажется новым поворотом в жизни двух уставших людей.