Скажи, если узнаешь мой голос (Tainted Love продолжение)

Мэнсон обхватывает одной рукой снова моё горло, но не так сильно и прижимается ко мне, входя короткими и резкими толчками. - Тебе хорошо? – Шепчет мне в ухо, облизывает мочку. Сильнее прижимает к себе. Выдавливаю из себя чуть слышное «да». - Детка… Ты такая… хорошая… сучка… ты… такая… сексуальная… Его сознание где-то далеко, я знаю, что вот-вот и он кончит. Шепчет мне на ухо что-то, слова разорваны, и дыхание сбито, от ритмичных движений внутри начинает теряться чувствительность. Я пытаюсь немного приподняться и вытянуться вперед, чтобы изменить угол проникновения, и Брайан резко подается за мной, одной рукой сжимая мою шею, а другой с силой проводит по спине. Чувствую, как моя кожа из под его ногтей начинает гореть огнем. Волна удовольствия снова накатывает, и на этот раз, когда движения Мэнсона становятся особенно резки, я резко вытягиваюсь и, тяжело дыша, утыкаюсь лицом в простыню. - О боже… - слетает с губ. Брайан проводит рукой между моих ног, и я слышу в его голосе улыбку. - Ты такая мокрая… На красных полосах на спине я ощущаю теплую жидкость и тоже довольно улыбаюсь. Правда, Брайан моей улыбки не видит. Он быстро развязывает мне руки и поднимается с кровати, трясущимися руками натягивает штаны. А в комнате пахнет сексом. Обожаю этот запах, он ни с чем не сравнится. А еще пахнет чем-то сладковатым, химическим. И я даже знаю чем – наркотик испаряется с кожи. Я блаженно вдыхаю аромат с кожи моих рук и переворачиваюсь на спину. - Брайан? - Да? – Он почти оделся. - Ты сейчас оставишь меня? - Не совсем… - Чувствую, что его мысли сейчас совершенно в другом месте. Он достает из внутреннего кармана две пластиковые карточки, встает на колени перед кроватью, кладя карточки на простынь, предварительно разгладив ее, чтобы ничего не просыпалось от нечаянных движений. - Эмбер, поднимайся. - Он поднимает на меня взгляд и усмехается, - И присоединяйся. Я сползаю с кровати, и пока Мэнсон вытягивает белый порошок в идеально ровную, безупречно красивую дорожку, я быстро одеваюсь и пристраиваюсь на колени перед кроватью рядом с ним. - Какую хочешь? - Спрашивает Мэнсон, и, не дожидаясь моего ответа, добавляет, - Они одинаковые. Беру из его рук уже сложенную купюру. Наклоняюсь, несколько секунд разглядываю белоснежную линию, похожую на очень мелкую соль, в которой проглядываются небольшие кристаллы. - Ну же! - Не выдерживает Брайан, и я медленно вдыхаю, чувствуя, что ноздри прожигает, как от черного перца, только с резким химическим запахом и горьким вкусом, когда порошок проникает в носоглотку, и в голове снова раздается маленький взрыв. Совсем не такой, как в первый раз, но чувствовать себя начинаешь определенно лучше. Мэнсон проделывает аналогичные действия, поднимается, подходит к зеркалу и, опираясь на столик под ним, внимательно смотрит на свое отражение. Я подхожу сзади. Его кожа бледная, почти без грима, лишь небольшое количество тональника с каплями пота стекает вниз. Лицо выглядит старым, измученным, а тело трясет. Я выгляжу не лучше: спутанные волосы, прилипшие к шее и щекам, обрамляют страшные, бешеные глаза, зрачки расширены насколько, что даже не видно цвета глаз, впалые щеки и тонкий нос делают моё лицо похожим на обтянутый кожей череп. Внутри чувствуется нарастающая дрожь, сердце, кажется, сейчас выпрыгнет из груди. В отражении вижу, как к подбородку Мэнсона из носа течет кровь. Он пытается слизать ее языком, втягивает струйку обратно, еще сильнее наваливается на узкий стол и упирается лбом в зеркало. - Что-то мне... нехорошо. - Мямлит он, - Я думаю, мне нужно побыть одному. - Да. Мне нужно вызвать такси. Конечно, было бы не слишком правильно оставить его, но я чувствую примерно тоже, что и он. В сердце медленно, но верно вселяется тихая паника. Мэнсон ложится на кровать и складывает руки на животе. - Мне нужен телефон, Брайан, дай мне телефон! - Нервно говорю, ходя по номеру от стены до стены. За окном глубокая ночь, я нахожусь в задрипанном мотеле с больным на голову рокером, который, будто, вот-вот откинется, и я чувствую острую потребность покинуть как можно скорее это грязное место. - Дай мне телефон! - Повторяю еще громче, на что Мэнсон приподнимается и начинает лазить по карманам. Но вместо телефона он снова достает этот гребаный пакет. - Сделай еще, Эмбер... "Чертов ублюдок». Забираю пакет, карточки с кровати и встаю около зеркала, раскладывая все эти реквизиты на столике. Долбанный наркоман, как же он бесит меня сейчас... Высыпаю все, что осталось на одну карточку, другой разделяю белую горку на две равные части... Вытягиваю в длину. Смотрю на Брайана. Глаза его смотрят прямо вверх, в потолок, прямо на разбитую люстру, от которой остались только две лампочки, одна из которых не горит. И что-то ударяет в голову, я отделяю от его дорожки половину и присоединяю к своей. Быстро нюхаю. - Эй, всё готово. - Обращаюсь к нему. Мэнсон поднимается, трясущимися руками забирает из моих рук купюру, нависает над столом. - Меня щас вырвет... - Только без меня. - Да на тебе телефон, боже, только уйди отсюда! - Достает из кармана трубку, кидает на кровать. Я тут же хватаю его и ищу в телефонной книге хоть какое-нибудь такси. К счастью, Мэнсон частенько вызывает бомбил, поэтому поиски не затянулись. Через пятнадцать минут я под оглушающий стук своего сердца выбегаю из мотеля и сажусь в тачку кислотно-оранжевого цвета. Называю свой адрес. Угрюмый и недовольный таксист не спеша выезжает на трассу. Он бесит меня, мне кажется, он мог бы ехать раз в пять быстрее. Бросаю взгляд на спидометр - 120 км/ч. Приличная скорость, но в моей крови она еще выше. - Курить можно? Таксист кивает. Достаю сигарету, но не могу найти зажигалку. Нервно шарюсь по карманам, зажимая сигарету в зубах. Из-за того, что меня порядочно трясет, сигарета чуть ли не вибрирует между моих губ. - С вами всё в порядке? - Уточняет таксист, поглядывая на меня. Я не отвечаю. Тело пронизывает дрожь, я резкими движениями залезаю во все карманы на своей одежде. Таксист протягивает мне спички. - Чего так испугалась то? Случилось чего? - Да там... беда с родственником... - Ляпаю, что первое пришло в голову, чиркаю спичкой, закуриваю и высовываю руку с сигаретой в окно. - Да что вы, всё так серьезно? Вы прям сама не своя! Какой наивный, глупый, надоедливый мужик... До моего дома оставалось буквально несколько кварталов. Но таксист, будто специально, останавливается на всех светофорах, притормаживает на переходах... Всё бы ничего, но время - около 4 утра и на улице ни единой души! Лишь несколько машин за всю поездку проехали по встречке, несясь в сто раз быстрее этого "правильного" таксиста. Паника меня охватывает всё сильнее. Мне кажется, что Алекс всё знает, что он дома и знает ВСЁ. Страх сковал меня. С трудом вылезаю из машины, отдаю таксисту последнюю мелочь. Он недовольно качает головой, но видя, как меня колбасит, молча берет деньги и уезжает. Дома никого не оказалось. Алекс, по всей видимости, приезжал, потому что исчезли практически все его вещи. Внутренняя паника переросла во что-то большее - абсолютно необъяснимое чувство ужаса. Прикладываю ладони к обезумевшему сердцу и сползаю на пол, пытаясь успокоить его. Но стимулятор, принятый этой ночью в огромных количествах заставлял моё тело постоянно двигаться и извиваться, я подтягиваю ноги к себе, резко выпрямляю, переворачиваюсь на живот, поднимаюсь... Бегу на кухню в поисках алкоголя, чтобы хоть немного отпустило. Мини-бар постоянно заполнен, в поисках "чего-нибудь покрепче", я разбиваю несколько бутылок вина. - Ах ты ж!.. Вот сука! Разлитое вино расползается по полу, который вмиг становится красным и липким, будто заляпанный кровью. Случайно встаю на осколок коленкой, но боли нет. Достаю чекушку водки (откуда у нас в доме водка?!) Передозировка препаратом чувствуется в каждой вене, а каждом капилляре. Слышу, как моя кровь пульсирует по ним, это оглушает меня, пульсация от разбитой коленки сравнима с вынутым наружу из груди живым сердцем. Открываю водку, делаю несколько глотков. Горло обжигает, огонь спускается по пищеводу и как только достигает желудка, всё выпитое резко вырывается обратно вместе с желчью... Теперь меня тошнит, из-за жуткой трясучки и заполняющего меня страха, я не могу дойти до туалета, ноги кажутся ватными, поэтому все результаты моих рвотных позывов оказываются перемешанными с осколками и вином. "Скорую, нужно вызвать скорую", - приходит в голову мысль, но тут же отвергается. Нельзя чтобы кто-либо узнал о том, что со мной происходит. Нужно выпить, срочно, очень много выпить, чтобы алкогольное опьянение перекрыло наркотическое, тогда мне станет легче. Решаю замутить коктейль - выливаю всю оставшуюся водку в большой стакан и заливаю гранатовым соком - единственное, что я нашла в холодильнике, что бы подходило, для того, чтобы снизить градус и сделать прием алкоголя более терпимым. К счастью, этого оказывается достаточно, я делаю несколько больших глотков, снова сажусь на пол. Еще несколько глотков. Где Алекс? Что происходит? Должна ли я что-то предпринять? Сейчас или позже? Явно не сейчас... Но одной оставаться очень мучительно. Паника постепенно отпускает, я допиваю водку залпом, на четвереньках ползу до столика, где лежит пепельница с недокуренными мною когда-то бычками. Устроившись на полу и прислонившись к ножке стола, я смотрю на пол. Какой же он мерзкий... Но убираться я явно буду завтра. Или нет, завтра должна придти наша горничная Алиса, пусть уберет она. Хотя нет, я не хочу, чтобы кто-то видел весь этот ужас. Решаю просто собрать осколки... Осколки! Опускаю взгляд на свою коленку: сквозь порезанные штаны сочится темно-красная кровь. Да и хрен с ней. Достаю из-под раковины старые тряпки, собираю всё в центре кухни, пропитываю ткани вином, поднимаю вместе с осколками и скидываю их в мусорное ведро. Пол выглядит не намного лучше, но остальное можно и Алисе скинуть. Благо она не проживает в нашем доме и приходит к нам периодически как на работу. Нужно еще выпить. К утру в дверь позвонили. Этот звонок вывел меня из дурмана, но я была настолько пьяна, что с трудом смогла дойти до двери. Открываю. В коридор входит Алекс, кладет портфель на тумбочку. - Привет... - Единственное, что я могу выдавить. Комок застрял в горле, и меня снова охватил страх. - Привет. - Алекс проходит на кухню, его взгляд останавливается на грязном полу. - Я могу всё объяснить... - Запинаясь, хочу оправдаться, но муж меня перебивает. - Не надо. - Он заходит в ванную, открывает ящички, забирает несколько своих принадлежностей. - П-почему? - Чувствую, как слезы подступают. - Потому что мне всё равно. - Спокойно отвечает Алекс, выходя из ванной. - Почему? - Снова повторяю, всё еще не понимая, что происходит. - Потому что я ухожу от тебя. - Почему?! - Я в ужасе смотрю на то, как он ходит по квартире и собирает оставшиеся вещи. - Я не могу больше с тобой жить. - Он оборачивается и смотрит на меня. - Что у тебя с коленкой? - Упала... - Правильней будет сказать не "упала", а "нажралась и напоролась". - Нет, нет... - Что "нет, нет"? Ты себя со стороны видела? Я думал, что вернусь, увижу мою Эмелин, милую, трезвую, обеспокоенную, хоть как-то сожалеющую о своих выходках. Я думал, что своим уходом я вызову у тебя какие-то мысли, какое-то... Эмелин. Я увидел просто пьяную в хлам женщину. Ты выглядишь некрасивой. Ты выглядишь больной. - Алекс, пожалуйста, я... Я исправлюсь, - Хочется просто разрыдаться, что-то сделать с собой. Хочется убить себя. Муж возвращается в прихожую и складывает всё собранное в портфель. - Не исправишься. Мы прожили вместе много лет. И лишь первые из них я могу назвать "счастливыми"... - Но... - Никаких "но"! Мне надоело, что ты ведешь себя, как последняя блядь. - Я не... - Хватит, Эм. Ты думала, я не знал о твоих похождениях? Любви к тебе уже давно никакой нет. Так же как и у тебя ко мне. Это просто привычка. И мы оба справимся с этим. Мы разведемся, и каждый будет жить так, как захочет. Повестку в суд я вышлю позже. С этими словами он вышел, громко хлопнув дверью. Я в шоковом состоянии вернулась на кухню и, выпив еще немного, отрубилась. ...Просыпаюсь вечером. Алиса уже ушла, оставив дом идеально чистым, но настроение мне этот факт нисколько не улучшал. Первое, что я делаю - это отправляюсь в салон сотовой связи, чтобы восстановить сим-карту и купить новый телефон. Благо, время было не поздним, и большинство торговых точек были еще открыты. Выбрав себе новенький смартфон, я вставила симку, и буквально через минуту раздался звонок. - Эмбер, привет, это Серпент. - Да? - С тобой всё в порядке? Я звонил вчера, ты была недоступна. Только сейчас пришла смс, что ты в сети. - Да, всё нормально. Ты хотел встретиться? - Не сегодня. Я ребенка из лагеря еду забирать. Я звоню, чтобы сказать, что тебя искал Джексон. Не знаю, как он на меня вышел, но он просил сообщить тебе его номер и хочет, чтобы ты с ним связалась по возможности. - Интересно, зачем? - Не уточнил. Просто просил, чтобы ты перезвонила. Запишешь номер? - Диктуй. Звонок Майклу я решаю немного отложить. Сначала нужно обдумать сложившуюся ситуацию. Вернувшись домой, я закрываюсь в спальне, открываю окна и закуриваю сигарету. Алекс принял правильное решение. Мы не подходим друг другу. А была ли любовь? Возможно. Но поистине близки мы никогда не были. Слишком разные для того, чтобы иметь общих детей и жить до старости под одной крышей. Мне определенно нужен другой человек, я знала это, но заморачиваться, что-то менять не хотелось. Нас всё устраивало. Обоих ли? Алекс очень сдержан. Он редко что-то высказывал мне, редко создавал конфликт. Обычно, если ссоры и происходили, то инициатором была я. Он не был подкаблучником, просто всегда был сам по себе. И сам в себе. И я прекрасно понимаю, что любому терпению приходит конец. Но стоило ли терпеть? Если он уже давно понял, что я из себя представляю, почему он не ушел раньше? Сейчас у меня нет чувства, что меня БРОСИЛИ. Он принял решение и выбрал себе другую дорогу. И я рада за него. Я ни в коем случае не желаю ему ничего плохого и с уважением отношусь к его мнению. Он так же дал мне свободу выбора. И я смогу поступать так, как велит мне сердце.