Nobody needs you, nobody loves you

POV Джерард Прошло ещё две недели, больше похожих на Ад. Марк вернулся из своей командировки ещё злее, чем раньше. Он знал, что меня должна была настигнуть ломка, и так проверял меня. Я не прошёл проверку и теперь расплачивался за это. За то, что не сдох по его вине. Купер был уверен, что я с кем-то спал, и пытался узнать у меня имя этого мужчины, но я молчал. Я не мог так подставить Доминанта, проявившего ко мне доброту и сострадание, поэтому я молча терпел все побои, унижения и издевательства, даже не пытаясь что-то предпринять. А зачем? В любом споре, особенно в суде, всегда будет слово Марка, уважаемого бизнесмена и сильного Доминанта, против меня, несовершеннолетнего сабмиссива. Мне никто не поверит. — Скажи мне, с кем ты спал, — приказывал мне Марк, когда я лежал перед ним, связанный по рукам и ногам. Но я упрямо молчал, чувствуя жуткую боль. Сопротивляться приказам истинного мучительнее всего, это выжимает из тебя все соки. Пощёчина обожгла моё лицо, и я сжал зубы, чтобы ни единый стон не сорвался с моих губ. Я не позволю ему услышать мою боль. — Тогда и валяйся так до завтра. И он ушёл. Скоро хлопнула дверь квартиры, и я позволил себе сорваться. Я тихо плакал, умоляя Смерть прийти за мной и избавить от этих мучений, но даже ей я был не нужен. Затуманенным взглядом я осматривал свою комнату. А принадлежала ли она мне? Даже здесь во всём чувствовалось присутствие Марка. Не было каких-то моих личных вещей, кроме одежды в шкафу да учебников на столе. Всё остальное безжалостно летело в помойку. Сколько рисунков, которые были мне так дороги, было сожжено на моих глазах. Всего лишь бумажки для Марка — целый мир для меня. Но Доминант никогда меня не слушал. Я перевёл взгляд на календарь. Завтра девятое апреля. Мой день рождения. Первый, который я должен был встретить со своим Доминантом. Интересно, а он вообще вспомнит про него? Или просто поколотит и уйдёт трахаться с другими сабами? А может, он хоть раз в году подарит мне право выбирать самому? В животе протяжно заурчало. Во время командировки Марка я поправился на два килограмма, что не осталось незамеченным. Он вернулся четырнадцать дней назад. Последние три я не ел ничего. Но самое ужасное было в том, что я чувствовал, что заслуживал это. Я смотрел в зеркало и больше не хотел видеть своё тело. Казалось, что мысли Марка стали моими. Я больше не чувствовал себя комфортно в собственном теле, и я всеми силами старался убрать лишние килограммы. Я понимал, что это болезнь, но не обращался за помощью. Возможно, я смогу заморить себя голодом и закончить всё это. Я вспомнил мистера Айеро и его приказы. Он кормил меня, даже не подозревая о том, что делал только хуже. Но он заботился обо мне. Делал то, чего никогда не делал Марк. Он оставил мне свой номер, говорил, что может помочь, но я не хотел передавать себя в чужие руки. Я смогу справиться и со своей жизнью, и с тем, что делает со мной истинный Доминант. Я почти всю жизнь провёл в одиночестве, и я выжил, справлюсь и сейчас. Верёвка натирала и так повреждённые запястья. Марк не умел быть нежным, а когда он заметил шрамы вокруг своего имени, он рассмеялся мне в лицо. — Ты действительно настолько наивен, что думал, что мог изменить судьбу? — усмехался он, разрезая мою футболку. — Смирись, тебе некуда бежать. Ты навсегда останешься со мной, — в его глазах вспыхнул огонь, и в нём было чистое безумие. Я часто видел этот взгляд. У Марка были проблемы с психикой, и, если бы я смог это доказать, он бы перестал быть моим опекуном, и я бы смог уйти от него. Но у меня нет ни единого подтверждения моим словам. И в этом была вся проблема. Он умел себя контролировать в присутствии посторонних, показывая своё истинное лицо лишь мне. Всё тело ныло от неудобной позы, запястья и лодыжки были стёрты в кровь, а в голове был туман. Но, несмотря на всё это, я уснул, всё ещё надеясь, что завтра случится чудо. *** Но чуда не произошло. Я проснулся от боли на тыльной стороне ладони и, резко открыв глаза, я увидел алеющий след идеально круглой формы. Рядом с кроватью стоял пьяный Марк, а в его руке была потухшая сигарета. Он задумчиво рассматривал оставшийся след, иногда переводя взгляд на моё лицо. — Мне нравится этот след. Скоро их будет больше, и почему я раньше не тушил сигареты о тебя? Тебе идут эти красные круги. Из них можно выжигать целые изображения, ты же так любишь искусство. А сейчас вали в школу и только попробуй прогулять, — Доминант развязал причудливые узлы на моих руках и ногах, пока я с ненавистью смотрел на него. Впервые я ощутил такую ярость, мне казалось, что я готов убить его. Я быстро принял душ и взял свою сумку. За эти двадцать минут Марк уже завалился спать. Пьяный, он становится совершенно невменяемым, и в это время с ним лучше не связываться. Пока он окончательно не протрезвеет и не избавится от похмелья, дома лучше не появляться. В школе мне было только хуже. Группа самых сильных Доминантов сегодня решила обратить своё внимание на меня, а я был слишком истощён и морально, и физически, чтобы противостоять им. Не так я хотел отметить свой день рождения, совсем не так. — Уэй, — громкий голос Алекса Коннора, капитана футбольной команды и при этом одного из лучших учеников школы, настигнул меня у моего шкафчика, когда я трясущимися от недоедания руками пытался его закрыть. — Ты плохо выглядишь. Тебе нужна помощь? Я думаю, мы можем решить твою проблему. Ты получишь удовольствие, поверь мне. — Пожалуйста, уйди, — тихо попросил я, будучи абсолютно уверенным в том, что меня не услышат, и в миллионный раз проклиная свою сущность. — Я сам справлюсь. — Да ладно тебе, Джерард, — ко мне подошла одна из черлидерш, она была Доминанткой и считала, что все сабы созданы лишь для её удовольствия. Она придвинулась ко мне вплотную, приподнялась на носках и, прикусив мочку моего уха, прошептала, — я буду нежной. Я испытывал лишь отвращение. Я не хотел видеть этих людей, смотреть на их усмехающиеся лица. Я просто хотел сбежать отсюда, но едва я развернулся, чтобы сделать это, три голоса одновременно произнесли самый позорный для меня приказ. — На колени, — и я, абсолютно измученный, не смог сопротивляться сразу трём Доминантам и опустился на колени прямо на грязном полу школы. Все остальные ученики в коридоре замерли, наблюдая за разворачивающимся перед ними действием, но никто даже не попытался мне помочь. У меня никогда не было друзей. А ни одного учителя поблизости, как назло, не оказалось. — Ты жалок, Джерард, — зашептал мне на ухо Коннор. — Ты падаешь на колени по первому приказу, как самая последняя шлюха. Уверен, ты часто стоишь на коленях и умоляешь чужих мужчин трахнуть тебя так, чтобы ты не мог двигаться. И тебе нравится это. Ты просто шлюха. Он ваш, — последние два слова были произнесены гораздо громче, и я понял, что сейчас мне снова будет больно. Парализованный приказом и жестокими словами, я даже не сдвинулся с места, когда три Доминанта поволокли меня к выходу из школы. Ученики постепенно расходились, кто-то смотрел на меня с сочувствием, но никто ничего не сделал. А за школой меня избили. Тяжёлые удары ложились поверх свежих и старых синяков, оставленных Марком, я почувствовал, как в некоторых местах выступила кровь. А они всё били и били, пока я не начал отключаться. Тогда они остановились. — Если решишь согласиться на наше предложение, мы всегда тебе рады, — прошипел мне на ухо чей-то голос. А потом они просто ушли, оставляя меня под кустом. Я не знаю, сколько я пролежал. Я не хотел открывать глаза и снова видеть этот мир. Я уже сдался и просто хотел умереть. Но я не умирал, словно сама Судьба хранила меня. Для чего, спрашивается? Всё равно я не смогу жить нормально. Скоро пошёл дождь, заливая меня холодными струями и приводя в сознание. Земля подо мной постепенно раскисала, и я не хотел даже представлять, на что сейчас был похож. Весь в синяках, крови и грязи, наверное, я был похож на труп. Жаль, что моё сердце ещё билось. Но я нашёл в себе силы подняться и подойти к большому дубу, который рос в школьном дворе. Широкий ствол скрывал меня от школьников, которые могли видеть меня из окна, поэтому я позволил себе немного расслабиться и, жмурясь от боли, прислониться к дереву. Надо придумать, что делать дальше. Я не мог вернуться домой, занятия ещё не закончились, и Марк, наверное, всё ещё злой, как чёрт. Поехать к семье я тоже не мог, их сейчас не было в городе. Оставалось либо шататься по улицам, корчась от боли на каждом шагу, либо… Признать, что мне нужна помощь. Телефон предательски потяжелел в кармане, а сердце забилось гораздо чаще, когда я подумал о таком решении. И сейчас оно казалось самым правильным. Дрожащими руками я вытащил телефон и смятую бумажку с номером. Я не забивал его в телефон, чтобы Марк ничего не нашёл, а всегда бережно носил с собой. Никто не знает, что может случиться. Несколько раз промахнувшись мимо клавиш, я набрал правильный номер и приложил трубку к уху. Послышались гудки. Я не надеялся на ответ, когда на том конце раздался хриплый голос: — Это Фрэнк Айеро, чем могу быть полезен? *** POV Фрэнк Я сидел в своём кабинете и просматривал отчёты, когда мой телефон зазвонил. Номер был неопределён, но это мог быть кто-то из моих партнёров, поэтому я нажал кнопку ответа. — Это Фрэнк Айеро, чем могу быть полезен? — Мистер Айеро, — звонивший говорил очень тихо, будто чего-то боялся. Я не любил, когда люди начинали мямлить и не могли связно объяснить, чего они хотели. — Простите, что беспокою Вас, но, возможно, Вы мне поможете? — Кто это? — раздражённо спросил я. Голос казался смутно знакомым, но я не мог точно сказать, кому он принадлежал. — Это Джерард, — тихо ответили мне, — Джерард Уэй. Теперь происходящее немного прояснилось. Джерард часто говорил тихо и запуганно, но сейчас его голос был будто изломан. — Я думал, ты не позвонишь, — я усмехнулся. — Что тебе надо? У тебя начинается ломка? — Не совсем, — подросток немного помялся. — Мне нужно где-то побыть до завтрашнего утра, у Вас не будет места? Я могу убрать у Вас дома, или приготовить ужин, или ещё что-нибудь… Пожалуйста, мистер Айеро. Я улыбнулся, услышав мольбу в голосе Джерарда. Он был таким наивным и искренним, что я просто не мог устоять перед ним. Взглянув в расписание, я увидел, что никаких встреч у меня сегодня не было, и я вполне мог позволить себе устроить небольшой выходной. Одной рукой собрав нужные мне отчёты, я положил их в папку, всё ещё слыша тяжёлое и напряжённое дыхание Джерарда. — Мистер Айеро? — неуверенно позвал он. — Да, ты можешь приехать ко мне. Я буду дома через час. Доберёшься сам? — Да. — Тогда жду тебя. Сбросив вызов, я начал быстро собираться. Кажется, вечер можно провести очень весело. Этот сабмиссив был мне симпатичен, это глупо отрицать. Ему нужна помощь, а мне он был интересен. Конечно, оставалась проблема в виде его Доминанта, но об этом человеке сейчас хотелось думать в последнюю очередь. Ровно через час я был дома. Моя огромная квартира встретила меня привычной пустотой. Так странно осознавать, что скоро в ней появится кто-то ещё. Через двадцать минут раздался звонок домофона. Джерард приехал. Ещё через три минуты он был у двери моей квартиры. Я ужаснулся, когда увидел его. Весь грязный, он был покрыт синяками, его лицо напоминало сплошную рану, одежда была порвана в нескольких местах, а на руке была уже запёкшаяся кровь. — Здравствуйте, мистер Айеро, — вымученно улыбнулся Джерард. — Спасибо, что позволили приехать. Обещаю, я завтра же покину Вашу квартиру, не хочу приносить неудобства. — Ты ответишь мне честно на вопрос, что с тобой произошло? — словно пропустив мимо ушей его предыдущую реплику, спросил я. — Всего лишь драка в школе, ничего особенного, — пожал плечами Джерард. — Я могу воспользоваться душем? Я не хочу испачкать Ваш дом. Пожалуйста, — добавил он тихо. — Да, — не задумываясь, ответил я. — Я дам свою одежду. Скорее всего, она будет тебе велика, но я думаю, ничего страшного не случится, если ты наденешь её. — Спасибо, — улыбнулся саб. — Вы так добры ко мне. Джерард пошёл в душ, а я взял несколько своих вещей из шкафа. Боксеры, футболка и джинсы, которые я очень любил и никак не мог их выбросить. Они напоминали мне о буйной молодости. Я зашёл в ванную и сквозь прозрачные стенки душевой кабины увидел Джерарда. Он стоял ко мне спиной, но и этого было достаточно, чтобы понять, как сильно ему досталось. На коже было множество синяков, уже пожелтевших и ещё ярко-фиолетовых, кое-где виднелись заживающие следы от ударов плетью. Подросток не заметил меня, а я быстро оставил вещи и ушёл, размышляя о том, сколько же ещё кровоточащих ран на его теле. Когда Джерард вышел из ванной, я ничего не сказал про следы на его спине, просто придвинул чашку горячего чая чуть ближе к зажатому подростку и попытался выдавить из себя улыбку, которая мгновенно померкла, едва я увидел на тыльной стороне его ладони алый круг от ожога сигаретой. — Знаешь, ты можешь оставаться здесь столько, сколько тебе нужно, — сказал я. Это было спонтанным решением, но сейчас я чувствовал себя так, будто был в ответе за этого сабмиссива. В каком-то смысле так и было, между нами появилась какая-то связь, хоть мы и не были знакомы долго. — Спасибо, — тихо ответил Джерард. Он похудел с нашей последней встречи и, казалось, стал ещё бледнее. Он был несчастен, это было видно по его глазам. Сейчас я мог тщательно их рассмотреть, мы сидели не так далеко друг от друга. Они были красивы, странного болотного цвета, но в них не было огня. Я не видел в них ничего, кроме бесконечной усталости от жизни. Грустно видеть такие чувства в глазах подростка, который должен был быть любим своим истинным, но получал лишь страдания. Я понял по следам на его спине, что его били не только в школе. Удары плетью мог нанести только Доминант. Марк Купер был жестоким человеком, он был способен причинить боль отдающему себя без остатка Джерарду. Но подросток всё ещё продолжал надеяться. Ближе к вечеру сабмиссив приготовил вкусный ужин, а потом пошёл спать. Я не стал ни о чём расспрашивать его в этот день: ему и так досталось. У меня ещё будет время всё узнать, и, если я узнаю, что это Марк нанёс ему большую часть синяков и ран, я больше не отпущу его. Он не заслужил этого. Когда Джерард уснул, я взял его сумку. Копаться в чужих вещах плохо, но я должен был узнать о нём хоть что-то. В сумке было его удостоверение*, которое я изучил, но в глаза бросалась только одна деталь. Девятого апреля у него день рождения. Это сегодня. Своё семнадцатилетие он встретил избитый, в чужом доме, без малейшей надежды на то, что кто-то вспомнит о нём. И в этот момент я понял, что в его глазах была не усталость от жизни, а нечто другое. Отчаяние. ____________ *В США основным документом, удостоверяющим личность, является водительское удостоверение, а тем, кто не водит, в 16 лет выдают пластиковые карточки с основной информацией и фотографией