Wild and Free.

— Я благодарен тебе больше, за доверие, — Луи аккуратно поправляет чуть задравшийся рукав, застёгивая запонки на каждом запястье. Оставив приличную сумму в этом магазине, они направляются в другой, а дальше в третий, четвёртый, и так час за часом. К счастью, торговый центр имеет три этажа, где на каждом минимум по четыре бутика с мужской фирменной одеждой. Размахивая шуршащими пакетами, Гарри плетётся рядом с Луи и старается делать шаги меньшего размера, чтобы не убегать вперёд. Когда их руки на мгновение касаются друг друга, происходит нечто, похожее на лёгкий удар тока, сердце бьётся в бешеном ритме, в животе — цунами, а с ногами вообще творится что-то неладное. Луи нравится контролировать Гарри, заботиться о нём, на самом деле, ему просто нравится наблюдать за этим высоким и немного диким парнем, который без конца поправляет свои волосы и по-детски удивляется каждой незнакомой вещи. Его глаза округляются, а лицо сияет счастливой улыбкой. Что может быть лучше неподдельного восторга и тёплых рук на плечах Луи. Каждый, кому не лень, смотрел только в их сторону, искренне улыбаясь этой странной парочке, неуклюже танцующих под энергичную музыку на каждом этаже. Гарри понятия не имеет, как нужно двигаться, поэтому просто переминается на одном месте, кружа Луи вокруг себя за руку. — Мои ноги ужасно болят, — жалуется Гарри и останавливается, чтобы отдышаться. — Я, на самом деле, сильно удивлён, что они не начали болеть ещё час назад, — Луи забирает из его рук пять пакетов с одеждой, позволяя немного отдохнуть от тяжести. Он очень вежливый и внимательный. В этот момент он смог заставить Гарри почувствовать безопасность, тепло и то, будто он единственный, кто важен для него в этом мире. Убедившись в том, что у Гарри есть все, чего он хотел, парень улыбается, и его улыбка точно все-все хорошие чувства вместе, которые он когда-либо испытывал. Сейчас Луи смотрит на него, а сердце начинает болеть. Это непонятное чувство в груди, потому что он действительно хорошо выглядит, и он высокий, приятный, дружелюбный для каждого, независимо от того, какой это человек. То, как он изъясняет свои мысли, говорит, жестикулируя руками, пытается выучить новые слова, путая их с уже знакомыми — всё это делает его особенным, не таким, как все в его окружении. Медленная, но понятная речь, тихий и немного хриплый голос — этот парень всё, что есть у Луи на данный момент. Спускаясь на лифте на первый этаж торгового центра, Гарри, в прямом смысле этого слова, прилипает лицом к прозрачному стеклу, рассматривая фонтан под своими ногами. Он уже ничего не боится, ведёт себя спокойно, но в то же время безумно, восторгаясь необычному освещению мраморного пола и необычно украшенных стеклянных витрин магазинов. Луи останавливается перед стеллажом с солнцезащитными очками, выбирая между «авиаторами», «броулайнерами» и «тишейдами». — Нет, — Гарри откладывает «тишейды» с круглыми линзами, ссылаясь на их странную форму, — Вот эти, — он берёт в руки «авиаторы» и протягивает их Луи. — Хороший выбор, мне нравится, — он расплачивается карточкой, и затем пристально наблюдает за тем, как Гарри старается правильно надеть «броулайнеры», — Тебе помочь? — Нет, я сам, — протестует парень и снова крутится у зеркала, пока Луи оплачивает и эту покупку. Он берёт Гарри за руку и тянет к выходу, прозрачные двери открываются автоматически, как только нога ступает на определённое место под ковровой поверхностью. За пределами торгового центра, где всегда светло и ярко, уже наступил вечер. Лиловый закат практически тонет за линией горизонта, чистое небо без единого облака, Даллас медленно погружается в ночную жизнь, зажигая огромное количество огней разного цвета. Уличные музыканты выбираются из душных помещений в просторные парки, захватывая с собой всю необходимую аппаратуру и увлекая толпы пешеходов. Недолго думая, Гарри отпускает руку и делает резкий рывок в сторону, но тут же останавливается, падая на спину и закрывая уши от оглушительного сигнала проезжающих машин. — Это дорога! Ты что, с ума сошёл?! — кричит Луи и оттаскивает напуганного парня обратно к тротуару, — Тебя могли сбить! Это опасно! — Я… я… я не подумал… прости… — мямлит Гарри себе под нос, вокруг столпились люди, его губы и руки трясутся, а сам он издаёт еле слышные всхлипы. — Вставай, всё хорошо, — Луи помогает ему подняться, придерживая за плечи, — Идём домой. Собрав пакеты, Гарри смотрит на разбитую пару солнечных очков, которые разлетелись вдребезги от удара, и тяжело вздыхает, бросая сожалеющий взгляд на Луи. Молча покачав головой, он одним взмахом руки ловит такси и называет адрес дома. Они вдвоём устраиваются на заднем сидении и опускают вниз глаза, но в темноте автомобильного салона рука Луи находит руку Гарри и несильно сжимает запястье. Кудрявый украдкой улыбается и отводит взгляд в сторону окна, переплетая и крепче сжимая пальцы шатена. Дорога занимает около десяти минут, но этого времени Гарри хватило, чтобы уснуть на секунду. Луи аккуратно касается его плеча и заставляет проснуться лёгким поцелуем в висок. — Мы приехали, пора выходить, — он говорит и протягивает водителю купюру, выволакивая Гарри из машины. Луи первый заходит в квартиру и выпускает из своих рук все пакеты, затем разминает затёкшие локтевые суставы, поднимая руки вверх и опуская вниз. Сонный маугли с прикрытыми глазами снимает обувь и наощупь пробирается через коридор, где разбросаны пакеты, плюхается на мягкий просторный диван в гостиной, свернувшись комочком. Луи идёт за ним и присаживается на корточки напротив его лица. — Здесь есть более удобное место, — он ждёт, пока тот откроет глаза, но, похоже, Гарри действительно уснул, — Хорошо, я принесу плед. Луи идёт в спальную комнату и стягивает с кровати коричневое покрывало, затем возвращается в гостиную, где мирно посапывает Гарри, подложив сложенные ладони под щёку. Он тихо накрывает его практически с головой и, убедившись, что парень не проснулся от шагов, разворачивается, чтобы выйти из гостиной. — Луи, — слыша голос за своей спиной, он поворачивает голову и видит, что Гарри протягивает к нему свою руку, — Ты можешь побыть со мной? — Конечно, — Луи снимает джинсовку и садится рядом, сжимая его руку. — Нет, совсем близко, — бубнит Гарри и двигается к краю, освобождая место за спиной. Луи перекидывает через него ногу и с грохотом приземляется на бок. Вытащив из-под себя одеяло, он двигается ближе к Гарри и целует его в макушку, перевернувшись на спину. Наступает удивительная тишина, такие моменты хочется проживать раз за разом, они кажутся вечными и порой неуловимыми. — Можешь обнять меня сзади, пожалуйста? — тихий голос разрушает хрустальную тишину, и парень слегка приподнимает одеяло. — Хорошо, — Луи обвивает рукой его торс и притягивает ближе к себе, что лопатки Гарри тесно соприкасаются с его грудью. Оба издают облегчённые вздохи и расслабляются, засыпая друг у друга в руках. Под утро их будит нудная вибрация телефона в кармане Луи и, пока он пытается достать его, чтобы ответить на звонок, стягивает одеяло на свою сторону. На экране высвечивается входящий вызов от отца, на часах полдень. — Пап? — сонно проговаривает Луи и ложится обратно на подушку, оставляя руку на бедре Гарри, который недовольно бормочет себе под нос что-то невнятное. — Неужели разбудил? — Остин кажется бодрым, поэтому его звонкий голос оглушает через динамик, — Жду вас сегодня к обеду, машину пришлю к двум. — Договорились, — он сбрасывает вызов и тянется к Гарри, целуя его в шею, — Доброе утро, просыпайся, через два часа уже уходить. Луи сбрасывает покрывало и переваливается через Гарри, цепляясь за его ноги и падая на пол рядом с диваном. Быстро поднявшись, он предпринимает попытки столкнуть виновника падения и тем самым окончательно его разбудить, но зеленоглазый даже не морщится носом, когда получает несколько лёгких толчков в грудь. Луи отчаивается и уходит готовить завтрак, через пару минут слышит шлёпанье босых ног по полу, затем ощущает теплое дыхание над ухом и откидывает голову на плечо Гарри, стоящего точно за его спиной. Тот очаровательно зевает и кладёт руки на талию парня, утыкаясь носом в его шею. — Мне щекотно, — Луи вздрагивает, показывая стадо мурашек, проходящих по рукам. Гарри хмыкает и расцепляет руки, направляясь в душ, захватывая по пути пакеты с одеждой. Закрывшись в ванной комнате, он слышит несколько звонких ударов в дверь, и открывает её. — Дай костюм, я его приведу в порядок, — говорит Луи, и Гарри протягивает ему брюки, пиджак и рубашку кремового цвета. Когда он освобождает душ, то идеально выглаженные вещи уже висят на вешалке в гостиной, а завтрак из ароматных блинчиков прекрасно дополняет сегодняшнее утро. Гарри заворачивает волосы в полотенце и расхаживает по квартире в одном нижнем белье, каждый раз проходя мимо зеркала и отвлекаясь на него. Наконец он доходит до кухни и садится за стол, где на него уже накрыто одно место: тарелка, вилка, ножик, шоколад и стакан молока. Уплетая завтрак за обе щеки, Гарри ловит на себе взгляд Луи, который уже практически оделся, осталось только надеть пиджак и зачесать назад волосы. — Приятного аппетита. — Спасибо, — говорит Гарри, и еда высыпается из его рта обратно на тарелку. — Не говори с набитым ртом, — смеётся Луи и поправляет воротник рубашки, — И почему ты сидишь раздетый за столом? — Я… я… — Я шучу, ты прекрасен и без одежды, — Луи садится напротив и делает глоток холодного молока, — Но лучше одеться, если ты хочешь познакомиться с моим отцом. Гарри кивает, доедая последний блин с тарелки, и вытирает губы салфеткой, затем встаёт и снимает с головы полотенце. Длинные кудрявые волосы лежат на широких плечах, одна прядь, как обычно, переброшена на правую сторону. Аккуратными движениями он расстёгивает пуговицы на рубашке и снимает её с вешалки, надевая на себя, также аккуратно застёгивая их тонкими пальцами. Луи пропускает одевание остальной одежды, и уже через десять минут перед ним стоит Гарри в прекрасном чёрном костюме, держа в руках синий пиджак меньших размеров от костюма шатена. — Нам пора, — Луи одевается и берёт Гарри за руку, крепко сжимая ладонь, — Я не знаю, что скажет отец, но хочу, чтобы ты знал, мне всё равно, я хочу быть и буду лучшей версией себя. Для тебя. Если тебе что-то не понравится или почувствуешь дискомфорт, просто скажи мне, и мы сразу же уйдём, хорошо? — Мне всё понравится, нравится тебе, значит и мне, — Гарри наклоняется и целует его в губы, ещё так неумело и робко, что всё сжимается в животе лишь от одного горячего дыхания. Спустившись вниз, они сразу же замечают знакомую машину Питера и его за рулём. По дороге к особняку на другом конце Далласа не происходит ничего интересного, только Луи нервно дергается от каждого шума и постоянно вытирает потные ладони о платок. Он действительно боится отца, но больше всего боится его реакции на Гарри, ведь мистер Томлинсон даже и представить не может, какой сюрприз ему предоставит сын всего лишь через пятнадцать минут. В голове Луи множество оправданий и вариантов, чтобы избежать конфликта, но где-то в глубине души он уверен, что ссоры не избежать. Проехав через большие железные ворота, он выглядывает в окно и видит своего отца, ожидающего их на каменной лестнице. Парня передёргивает от страха и неизвестности, его плечи уменьшаются в размерах, а голова врастает в шею от одного только хмурого взгляда. — Эй, что с тобой? — Гарри встревожено трясёт его за руку и пытается привести в чувство. — Ничего… ничего… — монотонно отвечает Луи, делает глубокий вздох и выпрямляет плечи. Машина останавливается, и сердце Луи тоже. Он забывает, как дышать, но вовремя берёт себя в руки и выходит на улицу. Его отец уже спустился и ждёт их внизу, на лице радостная улыбка, что он наконец-то сможет обнять своего сына, но затем его брови сводятся к переносице, когда он видит ещё одного парня, вышедшего из машины следом за Луи. — Пап, это Гарри, парень, который спас меня в джунглях, — он делает паузу и наблюдает за реакцией отца, который бросает на них двоих холодный оценивающий взгляд, — Гарри, это мой папа, Остин Томлинсон. Остин кривится в улыбке и вежливо пожимает руку Гарри, в то время как тот, действительно искренне рад познакомиться с отцом Луи. Втроём они проходят в просторную, светлую гостиную, где в центре стоит длинный стол из красного дерева, накрытый на четыре персоны. — Мы ещё кого-то ждём? — удивлённо спрашивает Луи, за спиной держа Гарри за руку. — Да, я тоже должен тебя кое с кем познакомить, — мистер Томлинсон хитро улыбается и ведет из другой комнаты высокую блондинку, на вид ровесница Луи, может чуть старше, пышные формы, даже слишком пышные, пухлые губы, накрашенные ярко-красной помадой, — Луи, это Мишель, мы собираемся пожениться. — Что?! Ты с ума сошёл?! — парень берёт отца под руку и выводит из гостиной оставляя Гарри наедине с Мишель, — Какого чёрта ты творишь?! Какая Мишель?! Ты её видел вообще?! Ты знаешь, сколько ей лет?! — А что в ней плохого?! Она хотя бы женщина! А ты кого привёл?! — голос перерастает на крик, и Луи с опаской пятится назад, — Всю свою жизнь я растил гомосексуалиста и это твоё «спасибо»?! — Отец, я… я… я не знаю, как это вышло, но поверь мне, Гарри — лучший человек, который встречался на моём пути. — Тогда и ты мне поверь, что Мишель хорошая девушка под этой тонной макияжа и розовой одеждой, — Остин протягивает ладонь для рукопожатия, и Луи отвечает тем же самым, — Вот и договорились. — Будь с ним вежлив, это единственное, о чём я прошу, — он разжимает руку и заходит в гостиную. Гарри одиноко сидит, зажавшись в кожаном кресле, пока Мишель рассказывает ему о цвете своего платья, сильно выпячивая перед ним свою пятую точку. Игнорируя очевидные попытки флирта, Луи садится за стол и зовёт его к себе. Парень послушно перемещается, обходя пышные формы этой дамочки, которая садится напротив них, заметив, что Остин уже зашёл в комнату. На протяжении всего дня их обслуживает прислуга мистера Томлинсона, парень и девушка в форме официантов разносят еду и выпивку, убирают грязную посуду. Луи и Гарри часто переглядываются и чувствуют себя неуютно в компании такой девушки. Мишель почти никогда не замолкает и постоянно разговаривает о неделях моды, новых прическах и косметике. Иногда она молчит, но это длится несколько секунд, в это время она делает несколько глотков красного полусладкого вина. Остин лишь пожимает плечами, смотря на парней, говоря своим взглядом: «Ну, как-то так». Один раз Луи смог вставить свою историю о том, как несколько дней он жил в джунглях, но затем радостные возгласы Мишель перебивают его. Девушке захотелось также побывать в тропических лесах Амазонки, и она начала перечислять, что бы она взяла с собой в рюкзак. — Мишель, с этими вещами не шутят, Луи мог и не вернуться, — Остин успевает остановить её, пока не стало слишком поздно. — Ну, конечно, Луи, мы так рады, что ты смог выбраться оттуда, — она немного перевешивается через стол и треплет его за щеку, впиваясь в кожу острыми розовыми ногтями, — А твой друг умеет говорить? — Умею, — моментально отвечает Гарри, сжимая рукой колено Луи под столом. — Это же замечательно! Как быстро ты научился разговаривать? — Я умел говорить, благодаря Луи вспомнил больше слов, схватывал мгновенно, — Гарри резко отвечает и делает глоток вина, чуть поморщив нос. — Я рад, что у вас завязался разговор, но я хочу предложить остаться вам на ночь, чтобы завтра вместе сходить на пикник, — Остин понимает, что обстановка накаляется, поэтому решает вмешаться. — Хорошая идея, отец, а сейчас, наверное, пора немного отдохнуть, — Луи смотрит в окно; там уже стемнело, видимо, прошло слишком много времени, — Идём, Гарри. Они выходят из-за стола и поднимаются по винтовой лестнице на второй этаж. Их комната несильно отличается от гостиной цветом стен, справа большая мягкая кровать с полупрозрачным белым балдахином, а напротив неё стеклянная дверь с выходом на балкон, где стоит низкий кофейный столик, по бокам от которого стоят плетеные креслица. — Прости, я не знал, что так получится, — Луи упирается в спину Гарри и тяжело вздыхает, — Спасибо, что терпел эту Мишель. — Ничего страшного, большее время я не понимал, о чем она говорит, — он усмехается и разворачивается к нему лицом, касаясь губами лба, затем опускаясь ниже, застывая над губами Луи, почти целуя, но раздаётся стук в дверь, и Гарри выпрямляется. — Луи, можно с тобой поговорить? — за дверью стоит Мишель всё в том же платье, вытаскивая его из комнаты любыми методами.