Wild and Free.

Парень демонстративно закатывает глаза и идёт за девушкой, захлопывая дверь и оставляя Гарри наедине с собой. Он снимает пиджак и уже начинает расстёгивать рубашку, как только в спальную комнату заходит отец Луи, пряча руки за спиной. Медленным шагом он ходит вокруг Гарри, рассматривая его со всех сторон, заостряя особое внимание на кулоне, висящем на его шее. — Что-то не так? — Всё совсем не так, — Остин останавливается напротив Гарри и сверлит взглядом, — Я хочу, чтобы ты убрался отсюда. Понимаешь? Исчез, растворился, пропал, неважно. Главное, чтобы я больше не видел тебя со своим сыном. — Но почему? Что я сделал? — Слушай сюда и не смотри на меня таким жалобным взглядом, — он толкает Гарри в грудь, прижимая к стене, — Этой ночью, в три часа, тебя здесь уже не будет, не смей ничего говорить Луи, ты, молча и тихо, отправишься обратно в свои джунгли и больше не вернёшься. Ты оставишь моего сына в покое, уяснил? — Но он же расстроится… — Не больше, чем ты сам. Ты хочешь, чтобы Луи был счастлив? — Очень, вы даже и представить не можете как… — Тогда сделай одолжение, оставь его, ему будет лучше без тебя. А это, — он указывает на кулон, — Отдашь мне, я передам Луи и скажу, что ты потерял его на лестнице. Гарри послушно снимает кулон и кладёт его в ладонь мистеру Томлинсону. Он уходит, и уже через пару минут возвращается сам Луи, бубня под нос о том, какая же эта Мишель отвратительная и противная девушка. Как ни в чем не бывало, Гарри продолжает начатое и целует его в губы. Долго и чувственно, массируя руками его спину, раз за разом углубляя поцелуй, зная, что больше не сможет этого повторить. — Ты делаешь определённые успехи в этой сфере, — оторвавшись, говорит Луи в его губы, чтобы набрать воздуха и впиться в них с новой силой. — Я не хочу останавливаться, но… — Но? На секунду мелькнула мысль, чтобы рассказать обо всём, но Гарри дал слово, и он его обязательно сдержит. Наивность губит, всё-таки он ещё не умеет разбираться в людях, не может возражать, и не понимает, что на самом деле хорошо, а что плохо. Ему кажется, что чем быстрее уснёт Луи, тем меньше боли он сам будет испытывать. Гарри не будет видеть его перед собой, не будет смотреть в глаза и целовать его губы. — Но я устал и хочу спать, прости. — За что? «За то, что вскоре оставлю тебя». — За то, что не могу дать тебе больше. — О, нет, мне достаточно, поверь. Плотно сжав губы, Гарри опускает голову и прижимает к себе Луи, обнимая так крепко, будто перед ним весь мир, будто жизнь висит на волоске, будто он идёт над пропастью по ветхому мосту. Хотя с другой стороны он понимает, что в нём с рождения заложена дикость и свобода. Он тот — кем хочет быть, и никакие стены не в силах его сдерживать. Расцепив объятие, он томно вздыхает и в последний раз заглядывает в пару голубых глаз напротив. Луи не сдерживает улыбки, пряча её в своих крохотных ладонях. Они сбрасывают одежду, эти неудобные узкие костюмы, и остаются в нижнем белье, по очереди запрыгивая в постель с двух сторон кровати. Гарри сразу же поворачивается набок, спиной к Луи, сохраняя перед глазами самый свежий его образ. — Гарри, я хочу тебе сказать, что я… — Тшш, — он разворачивается и касается его губ указательным пальцем, качая головой, — Не сейчас. Луи несколько раз пытается перебросить руку на Гарри, но каждый раз оказывается отвергнутым. В итоге он разворачивается спиной и засыпает в таком положении. Открыв глаза посреди ночи, он взглядом находит настенные часы, которые показывают четыре утра, затем снова проваливается в сон. Уже под утро в комнату пробираются яркие солнечные лучи, которые играют на его лице, заставляя проснуться. — Доброе утро, недотрога, — Луи поворачивается на спину и проводит рукой по простыни рядом с собой, — Гарри? Он резко вскакивает и осматривает комнату, на вешалке нет его вещей, постель немного смята, дверь плотно закрыта. Выбежав из комнаты в одних боксерах, Луи первым делом забегает в ванную комнату, но она пуста, он бежит по лестнице вниз, в уголках глаз не прекращают появляться упертые слёзы, которые он так усердно вытирает тыльной стороной ладони. В гостиной сидит его отец, согнувшись, опирается локтями о колени, голова опущена, волосы спадают на лицо, в левой руке, на указательном и среднем пальцах зажата черная верёвочка с клыком. Луи медленно подходит к нему, всхлипывая, но все ещё изо всех сил пытаясь не показывать эмоций, даже притом, что никто не увидит, он опускает взгляд вниз, к кулону и снова глубоко вздыхает. — Это кулон Гарри. Где он? — Я нашёл это на лестнице, когда спускался вниз. Видимо, он потерял его, когда уходил. Мне так жаль, Луи… — Нет, нет, подожди. Он не мог никуда уйти, охранник, который на воротах сидел, должен был его видеть, другого пути нет, я спрошу у него… — Стой, пожалуйста, послушай меня, — Остин отдаёт ему кулон, но Луи его не слышит и говорит куда-то сквозь него, — Сын, ты должен понять, что он ушёл и больше не вернётся, он сделал выбор, понимаешь, так бывает, смирись с этим. Он же дикий мальчишка, выбрал джунгли… — Он не мог оставить меня! — прерывает его Луи, — А ты, случайно не причастен к тому, что он ушёл?! Признавайся! — Нет, о чем ты! Как ты мог подумать! У нас же уговор! Луи отталкивает отца со своего пути и выходит из комнаты, направляясь в ванную. Там висит большое зеркало, напротив которого он встаёт и смотрит на себя. Подойдя ближе к нему, Луи видит свои глаза: они стали красными от слез, а голубой цвет глаз изменился на серый. Он включает воду, наполняя ванную тёплой водой. Когда на нём не осталось ничего из вещей, он забирается в воду. Сначала Луи просто лежит в теплой воде и обнимает себя, но затем он погружается под воду полностью. Нет, у него нет мыслей о том, чтобы покончить с собой. Он просто погрузился в нее, а когда организму потребовался вздох свежего воздуха, парень хватается руками за края ванны и поднимается из воды. Вдох... Луи продолжает сидеть в той же позе и жадно хватать воздух. С головы по лицу течет вода, с лица она струйками стекает по шее, оттуда на грудь и обратно в ванную. Руками он стряхивает оставшиеся капли воды на лице. Просидев около часа в ванной в одном и том же положении, Луи наконец решает выбраться из нее и спустить воду. Он вытирается и идёт в комнату, завязав полотенце на талии. В комнате он расправляет постель и ложится на то место, где лежал Гарри, вдыхая его запах на подушке. Уснуть не получается, всё время из глаз текут слёзы. Тогда Луи накидывает на себя домашнюю одежду, спускается в гостиную и достаёт из витрины бутылку виски. Отец любит его, и одну бутылку он решает одолжить у него. Сев на пол в своей комнате, облокотившись спиной о кровать, Луи открывает бутылку и подносит горлышко к своим губам. Приподняв бутылку, жидкость из нее понемногу начинает вливаться в его рот. Он делает глоток, виски обжигает горло, оставляя после себя приятное, с нотами горечи, послевкусие. Затем он делает еще один глоток. На этот раз жидкость уже не так обжигает горло. А со следующим глотком это почти уже не чувствуется. С каждым глотком в бутылке становится все меньше жидкости, а по мере опустошения бутылки, он становится пьянее. Остановившись на половине, Луи держится за голову и отставляет виски подальше от себя. Говорят, что когда плохо, то алкоголь это не выход из положения. И это правда. — Я вернусь обратно и буду ждать его там, в джунглях, я знаю, он вернётся туда, — Луи озвучивает единственную светлую мысль из своей дурной головы и трезвеет в ту же секунду. Он спускается вниз и ищет отца, сжимая в руке кулон Гарри. На первом этаже плотное облако дыма, и вдобавок ко всему, стоит едкий запах сожженной еды. Пройдя на кухню, Луи сразу же складывает мозаику воедино, потому что рядом с плитой крутится Мишель в очередном откровенном платье, только теперь оно ярко-зеленого цвета. На тарелке лежит подобие оладий чёрного цвета, пахнет также отвратительно, как и выглядит. — Доброе утро, Луи, никуда не уходи скоро завтрак, — говорит Мишель и вертит лопаткой над сковородой. — Нет уж, я лучше земли поем, спасибо. Где отец? — Как грубо, — она резко поворачивается и отбрасывает свои длинные волосы, специально задевая ими лицо Луи, — Он был на улице вместе с Питером. Парень, не отвечая девушке, босиком выбегает на улицу и бежит за дом, где раньше был бассейн. Там он находит Остина, который расслабленно лежит на шезлонге, выпивая какой-то коктейль и мирно разговаривая с Питером о погоде. — Ты точно ничего не говорил Гарри?! Спрашиваю последний раз! — рычит Луи, наклонившись над отцом и загораживая солнце. — Точно, точно, он просто ушёл. — Питер, поднимай свой зад и вези меня к вертолёту, я возвращаюсь в Амазонку, — он произносит таким грубым голосом, что Питер сначала не понимает, что это адресовано ему, — Питер! — Какая Амазонка, Луи, ты в своём уме?! — мистер Томлинсон пытается возразить, но затем возвращается в прежнее положение, поймав на себе злобный взгляд сына. — Если я узнаю, что это ты виноват, пеняй на себя, ты меня больше не увидишь! — Но, Луи… — Я всё сказал, мне нужно вернуться. Быстро собрав некоторые необходимые вещи, Луи прыгает в машину, подгоняя Питера вести быстрее и аккуратнее. На его шее висит кулон Гарри, будто греет сердце, он сжимает его в ладони, мысленно повторяя: «Я вернусь». От самовнушения становится легче, но приходится перестать об этом думать, когда машина останавливается перед вертолётной базой его отца. Бросив взгляд на Питера, Луи специально громко хлопает дверью багажника, перекидывая рюкзак через плечо. Сильный ветер не в силах остановить его, когда он практически у цели. Одинокий вертолёт стоит на месте посадки, пилот проверяет уровень топлива и уж точно не ожидает увидеть Луи сейчас на базе. — Амазонка. — Опять? Ребята, это не так близко, как… — Опять? В смысле опять? Что ты хочешь сказать? — Несколько часов назад я туда летал с твоим дружком, теперь с тобой. — Гарри?! Переправь меня туда же, пожалуйста! Как можно быстрее! Пилот соглашается и готовится поднять вертолет в воздух. Уже знакомый маршрут, прибитое место для посадки на поле за деревней. Время проходит незаметно, поэтому Луи уже с высоты птичьего полёта осматривает джунгли. Сильный шум лопастей сбивает с толку, но не мешает разглядывать землю под высокими деревьями с широкими кронами. Сейчас искать дорогу обратно очень удобно, солнце ещё не зашло, поэтому не так жарко будет перемещаться по лесу, в любом случае можно будет плюхнуться в воду или умыться под водопадом. Несколько секунд вертолёт кружит над деревней, прежде чем сесть в центр поля. Отстегнув ремни безопасности, Луи снимает специальные наушники и тянется назад за рюкзаком. — Большое спасибо, и передай отцу, если сможешь, что я больше не вернусь, — он достаёт из кармана телефон, вытаскивает сим-карту и ломает её пополам, складывая все детали на пассажирское сидение. Проводив взглядом вертолёт, Луи не медлит и быстрым шагом направляется в сторону джунглей по тропинке на поле. Ветер дует в спину, задирая футболку, поэтому приходится надеть рюкзак на оба плеча, так он не пропускает холодный воздух под одежду, и в таком положении будет удобно пользоваться лианой. Первый и последний раз, когда Луи использовал её самостоятельно, закончился не очень удачно, но у него нет выбора, ему хочется как можно быстрее добраться до дома Гарри, найти его там, убедиться, что он в безопасности, крепко обнять и уже никогда не отпускать. Поле позади, но впереди ещё несколько километров труднопроходимых джунглей, и Луи готов их преодолеть, готов пойти на риск. Он не боится сорваться вниз, удариться об землю, самый сильный удар причинил ему отец, поэтому физическая боль — ничто, по сравнению с той дырой, которую ему оставил родной человек, поступив так глупо и бессмысленно. Теперь он твёрдо стоит на ногах и знает, что делать дальше. Забравшись на дерево и дотянувшись до лианы, Луи проверяет её на прочность, дёргая на себя, затем вспоминает, что нужно обмотать вокруг ноги, сделать шаг назад, прыгнуть и подтянуться. Всё просто, нужно только поверить в себя. — Всё получится, я смогу, — повторяет Луи, закрыв глаза, и делает вздох, шагая назад, — Я готов, мне не страшно, — прыжок, и он подтягивается вверх, — Чёрт возьми! У меня получилось! Луи рассекает прохладный воздух, перехватывая руками лиану за лианой, Гарри бы точно гордился, если бы видел, какой он стал смелый. Ему кажется, что он всегда это делал, после четвертого раза, он мог уже не обматывать лиану вокруг ноги, а держаться на одних лишь руках. Пролетая мимо знакомого озера, Луи отвлекается на пещеру с водопадом и не успевает схватиться за лиану, тем самым соскальзывая с той, за которую держится. Под ним кустарники, поэтому приземление должно быть не таким жестким. В надежде, что он ничего не сломает, парень расцепляет пальцы, свободно падая с восьми метров ориентировочно на кусты. Не рассчитав точку приземления, Луи задевает ветвь дерева, которая царапает его руку, и падает на землю, где торчат корни. В попытке встать, он цепляется руками ствола, карабкаясь по нему вверх, и зажимает ладонью внезапно появившуюся боль в правом боку. К счастью, до пещеры всего несколько десятков метров, но уже что-то подсказывает ему, что там никого нет. Забравшись вверх по камням, он оставляет рюкзак снаружи, чтобы вещи внутри него не промокли. Расправив плечи, Луи быстро проскакивает внутрь и немного вскрикивает из-за ледяной воды, что окатила его с головы до ног. В ответ на его крик пришло лишь одинокое эхо. Пещера пуста. Здесь остался лишь горький вкус воспоминаний из сухих листьев папоротника, собранных в небольшую кучку. Пока ещё не совсем стемнело, Луи решает двинуться дальше в сторону домика на дереве, если ему не изменяет память, то отсюда можно дойти пешком за какие-то там полчаса. Забросив рюкзак обратно на плечи, он спускается вниз к озеру и проходит мимо того места, где у них с Гарри случился «недопоцелуй», вспомнив подробности, он слегка усмехается, затем его бок снова пронзает острая боль. Что бы ни случилось, он обязательно должен дойти до захода солнца. Спустя десять минут ходьбы, парень замечает на ветке кусок черной ткани и немного подпрыгивает, чтобы зацепиться и сорвать её. Луи полностью уверен, что Гарри где-то здесь, недалеко, поэтому он прибавляет шаг. Ещё через пять минут на земле появляются следы, сначала следы обуви, затем через десять шагов, следы босых ног. — Гарри! Это я, Луи! Ответа не последовало, но он продолжает идти вперёд, постоянно натыкаясь на куски рваной одежды. Следом на кустарнике висит подол той кремовой рубашки, в которой он был. Это значит лишь одно — Луи на правильном пути. Теперь перед ним небольшое скопление тонких веток, за которыми находится домик на дереве. Постройка виднеется уже издалека, это питает надеждой, что хотя бы этот дом не пустой. Луи пробирается сквозь растительность и уже стоит рядом с лестницей, ему не терпится быстрее забраться наверх, поэтому он сбрасывает тяжелый рюкзак, оставляя на нём найденные куски ткани, и начинает преодолевать ступеньку за ступенькой. Остановившись на пороге, парень сначала прислушивается, и только потом заходит внутрь. В помещении настолько душно и грязно, что за горой сломанных вещей и пыли, витающей в воздухе, Луи не сразу замечает знакомую руку, которая еле шевелится под переломленной кроватью. — Боже, что здесь произошло?! — парень бросается к завалу, разгребая руками ножки стульев, стола и остальной мебели, проверяя пульс на запястье, — Гарри, ты меня слышишь? Ответь, пожалуйста! — Кажется, я сильно ударился, — еле слышно шепчет Гарри, и его голос раздаётся глухим хрипом, — Мне опять кажется, что он здесь. — Тебе не кажется, я правда здесь! Господи, ты жив! — скидывая последние обломки с тела парня, Луи приподнимает его за плечи и прижимает к себе, целуя каждый сантиметр его лица, — Посмотри, ты весь поцарапан, но ничего, моя аптечка внизу в рюкзаке. Я всё обработаю, я буду заботиться о тебе, обещаю. Почему ты мне ничего сказал? Почему, Гарри? Я так волновался! — Прости, но… я не знаю, как сказать… — Мой отец заставил тебя, я знаю, ты мог же сказать мне, помнишь? Я думал, что потерял тебя... я люблю тебя… — Любовь? Что это значит? — Гарри смотрит на Луи пронзительным взглядом, глазами, полными слёз. — Это значит, что ты моё судно в плавании, ты всегда держишь меня на плаву. Это значит, что рядом с тобой я могу летать, и в этих словах нет ни капли лжи. Любовь — то, что держит людей друг с другом, это та самая нить, которая между нами. В один момент я подумал, что она оборвалась, но потом осознал, что у таких, как мы — она никогда не рвётся. Это значит, что ты мой дом, Гарри, слышишь? Рядом с тобой я буду чувствовать себя в безопасности где и когда угодно. Без тебя я будто в темноту смотрел, моё сердце было такое же пустое, как и места, где тебя нет. Я спотыкался, падал, но не терял надежды, был потерян, но благодаря тебе нашёл выход. Наверное, мне никогда не будет тебя достаточно… И я не буду скучать по своему старому дому. — Почему? — Потому что мой новый дом всегда будет рядом.

Луи опускает руки, потому что теперь Гарри крепко сжимает его талию. Луи отпускает прошлое, потому что перед ним его настоящее и будущее.

— Я тоже люблю тебя, Луи.