Королевство послеобеденного сна

Living without hurting anyone. Then the true meaning of love can be understood No matter how the tears well up The only wish is to hold on to the dreams of two people «Золотые крылья», эндинг

Май 490 года Зигфрид знал, что его жена носит дочь. Точно узнал как раз перед отправкой с Феззана. Еще до этого, в ноябре, когда шли учения, Райнхард предложил скорректировать планы, чтобы Кирхайс мог остаться дома, но он, несмотря на всю любовь к Аннерозе, отказался. Выбор был нелегким, и все-таки Зигфрид предпочел отправиться туда, где реально мог что-то изменить своими действиями. Аннерозе поняла это решение, она сама сказала, что ей будет спокойнее так. От супруги он ничего не скрывал, она понимала, что эта война необходима, а значит, особых вариантов нет. Конечно, они держали связь, но этого было так мало... Он даже подцепил у Миттельмайера привычку после боя писать письма. А еще Аннерозе являлась почти каждую ночь, к счастью – почти всегда в мирных и спокойных снах. Но ни сны, ни сеансы связи не могли, как оказалось, подготовить к таким простым словам... – У тебя дочь, Кирхайс, – Зигфрид не сразу понял, почему эту новость сообщает ему лично Райнхард, но спустя секунду сориентировался, что все верно – информацию с Одина вначале получили на «Брунгильде». – Родилась сегодня ночью. Девочка здорова, Аннерозе тоже. Уже решили, как назовете? – Еще нет, – честно ответил Кирхайс, радуясь про себя, что принял сигнал сидя. Ребенок родился в срок, никаких особых неожиданностей, но все равно никак не получается взять себя в руки. Ощущение – как в падающем лифте, сердце бьется где-то под воротником формы. Во взгляде Райнхарда ясно читалось «надо было все-таки оставить тебя дома», и это помогло прийти в себя. – У меня, если честно, тоже пока нет предложений, – тем временем произнес он. – Кирхайс, главное, что с ними все в порядке. Я найду способ поскорее отправить тебя к семье. – Не раньше, чем я сделаю все, что собирался, – только-только ведь начал искать специалистов по лечению этой проклятой болезни. Хорошо еще, Ройенталь прилетел, ему можно было перепоручить некоторые вопросы. – Ты чем-то занят сейчас? – Вызов пришел прямо посреди разговора с Яном. Он сейчас ждет в гостиной, – Райнхард слегка смутился, но Зигфрид прекрасно помнил, как много для друга значит этот человек. С самой первой встречи на поле боя – и до последней. Слишком, Хель побери, рискованной. Сейчас Кирхайс не собирался говорить ничего на эту тему, даже по защищенному каналу. В принципе, от первых новостей с Вермиллиона он уже давно отошел. Но когда Райнхард прилетит, у них будет очень серьезный разговор насчет «безопасных» планов и необходимости таки надевать иногда перчатки. Яна ведь голыми руками взять все равно не получилось, пришлось задействовать аварийный ход с захватом Хайнессена и приказом сдаться. Вот только, если бы Райнхард тянул с отмашкой еще дольше... Зигфриду не хотелось думать о вероятном исходе. – Тогда – удачи, она тебе понадобится, – он не стал добавлять, что будет рад увидеть Яна среди адмиралов. Кирхайс не так уж и долго общался с этим человеком, но подозревал, что он может отказаться. «Ничего, – думал Зигфрид, глядя на погасший экран, – найдется способ обезвредить его, не переманивая на нашу сторону. Ян на самом деле нужен нам далеко не до такой степени, как тот же Фаренхайт. Вполне достаточно просто удержать его от попыток воевать с Рейхом. Не дать собрать флот, тщательно проверять все системы, где могут базироваться покинувшие Вермиллион корабли, найти документацию по законсервированным базам. И не трогать его самого, ни в коем случае не трогать, просто тщательно наблюдать». Но пока что Ян и так под присмотром. И можно беспокоиться не о нем, а о дочери... вот только мысли все равно сворачивают на другое. Интересно, позволил бы Ян себя поймать, зная, что есть кому наследовать Райнхарду? Они все решили еще год назад, когда врачи поставили диагноз. И в курсе был лишь очень узкий круг людей. Семья, Триумвират, глава Службы безопасности и личный секретарь Райнхарда. Впрочем, роль этой женщины была на деле несколько более важной. Хильдегарде была одной из тех, к чьим советам он прислушивался. План завершающего этапа «Рагнарека» разрабатывали не без ее участия, и это она предложила подстраховаться, когда главком начал настаивать, что нельзя позволить Яну почувствовать ловушку. Райнхард согласился, но сказал, что готов разделить победу только с Кирхайсом. Зигфрид далеко не сразу понял, почему друг хочет удержать его подальше от себя, отправить на несложное по сути задание. Райнхард боялся, что снова повторится Гайерсбург, уже в несколько иных масштабах. Не повторилось. И где-то через неделю фактический правитель Рейха прибудет на Хайнессен, чтобы принять капитуляцию и решить судьбу не только «законного правительства в изгнании», но и Альянса Свободных Планет. Это – официально, но на самом деле есть еще одна причина. Ведь победа над внешним врагом потеряет всякий смысл, если не победить внутреннего. Райнхард сделал все, чтобы его дело смогло пережить его самого. Но лучше бы все эти меры не потребовались. «Я хочу, чтобы ты жил, Райнхард. Чтобы ты сам увидел свой триумф».