Серый Орден: Тайные послания.

С утра пораньше Удовольствие вышел из комнаты. Минуту постоял лениво у оконного проема, закурил и выдохнул облачко дыма. Нет, в целом, Неа мог бы и не курить, но поддерживать маскировку надо. В стекле отразилась недовольное лицо самого Мика. — Только сигареты переводишь, — буркнул он. — И когда ты вылезешь из моего тела? — Когда своим обзаведусь. Хотя мне и твое нравится. — ответил Кемпбелл, по-кошачьи щурясь, и стряхнул пепел в специальную баночку. Тики ничего не ответил, вдохнув. Позавтракав с семьей, Четырнадцатый быстро покинул Ковчег, отправляясь в Индию к Мерсиму. Тот обнаружился в больнице, в человеческом обличье и форму Ноя принять не мог. Правда, обругивал всеми далеко не лестными эпитетами одного златовласого мальчишку из Серого Ордена, начал одеваться, не замечая улыбки спутника. А Неа не мог не улыбаться — заклятие, даже спустя столько лет, не потерялось, а еще усиленно практикуется. Граф, осмотрев Жалость, развел руками. — Я ничего не могу сделать. Этот юноша воспользовался сильным заклятием. — Каким таким заклятием? — поинтересовался Шерил, присаживаясь рядом в кресло. Остальные Нои навострили уши. Тысячелетний вздохнул. — Его придумал Четырнадцатый. Это заклинание и еще парочку, — Первый еще раз тяжело вздохнул, — их суть заключалась в уничтожении сущности Ноя. Раз и навсегда. Роад ахнула, Лулу испуганно вздохнула, остальные поежились. Неа, стоящий у окна, передернул плечами, как будто и его пробрало, но тихо усмехнулся — боятся, значит, уважают. А Адам — то как вздохнул! Гордость распирала его изнутри, и только актерский талант позволил ему ничем себя не выдать. Повисла тишина, нарушаемая едва слышным дыханием собравшихся, да треском поленьев в камине. Наконец, он спросил: — А как тогда они оказались у рядового экзорциста, да еще спустя, сколько там…- он замялся, силясь вспомнить количество прошедших лет. — Да мне это самому непонятно, малыш Тики, — ответил ему Первый, — ведь экзорцисты всегда враждовали с Ноями. А уж этот Серый Орден уже на печенках сидит, — последнее предложение Граф произнёс очень тихо, переводя взгляд на  дрова, горящие в камине. Ночью, когда все улеглись спать, Неа покинул комнату, оказавшись в палате того златоглазого экзорциста. Сидевший у окна юноша даже не дернулся. — Здравствуйте, — произнёс Эд, почувствовав, что это не Суман. — Привет, — весело ответили ему, — А ты молодец, парень. — Вы о чем? — скосил под дурочка Вон Вансет, поворачиваясь к Ною. — О твоем блестящем исполнении заклятии убийства сущности Ноя. — Неа вышел из тьмы угла и приблизился к экзорцисту, спокойно сидевшему на стуле. — Так это вы — Неа Кемпбелл, — догадался блондин, чуть выше поднял подбородок. — И чем я могу вам помочь? — Ну почему сразу помочь, — Ной прошелся до окна и остановился там, облокачиваясь бедром на подоконник, хитро щуря демонически - жёлтые глаза с вертикальным зрачком, — я хотел заглянуть, похвалить за талантливое исполнение и… — У нас все обучены, — резко ответил Эд, и, уловив какое-то изменение в лице Неа, вздохнул. — Курите, если уж невтерпёж. — А у тебя хорошее зрение, малыш, — хмыкнул Кемпбелл, доставая сигареты, — но это не моя привычка, а хозяина тела. — А сам Ной вынужден быть бледной тенью в отражении? — уточнил экзорцист, наблюдая за собеседником. — Да, — Четырнадцатый стряхнул пепел, — ничего не попишешь. Какое — то время они провели в полнейшей тишине, а после, Неа, докурив, выбросил сигарету, убрал остатки пепла, потрепал по голове Эда и произнес: — Давай, поправляйся, надеюсь, скоро встретимся, — и шагнул в открывшийся проход. Шаги. Тихие, по - кошачьи мягкие. Аллен перевернулся, подтягивая колени к груди. Аккуратный стук в дверь, слышен вопрос: — Можно войти? Светловолосый сморщил нос, почесал его, и снова затих. — Да, — отвечают из темноты, сверкают золотые глаза, — Только тихо, Ману не разбуди. Уолкер развернулся, ложась звездой, одеяло немного съехало, показывая левую красную руку. Нескладный рыжий юноша с круглыми очками тихо приотворяет дверь и быстро заныривает в темное помещение, тихо и уверенно идет до кровати друга и присаживается в ногах. — Ты как? Уже лучше? — спрашивает шёпотом гость и забирается на матрас с ногами, ибо пришел босиком, а пол холодный, да и ветер сквозит из всех щелей - зима на носу. — Да, — отвечают все так же из темноты, — Иначе я бы не смог убедить брата подремать хоть чуточку. Экзорцист сел на кровати. В темном углу, прямо напротив него, сверкнули дьявольски - жёлтые глаза. — Привет, не помешал? — ехидица в голосе, но чувствуется напряжение. — Нет, все в порядке, — Аллен откинул одеяло и спустил ноги с кровати, потянулся к спичкам и зажег свечу. Свет рассеял немного тъму, показав стол и стул, стоящие рядом с кроватью, и шкаф, рядом с которым и находился его собеседник. Уолкер встал и подошел к молодому человеку, одетому в черный фрак. Придирчиво оглядел его и, хмыкнув, отошел к столу. — Ну, как я понимаю, это временное тело, хотя если ты намерен в нем остаться, то говорю сразу — мне нравилось твое предыдущие обличие больше, — взяв кружку с водой, отхлебнул оттуда немного и облокотился бедром на сам стол. Неа усмехнулся. Алма встал раньше всех и, быстро одевшись, выскочил из гостиницы, где они остановились, дожидаясь корабля Аниты, бодро зашагав через бамбуковую рощу и прилежащую деревню. Он пересек еще несколько поселков, перелез через забор, минул еще несколько лесов, преодолел еще один забор и остановился наконец у руин, некогда бывших одним целым строением. Сейчас от постройки мало что осталось — к примеру, основной вход уже обвалился, как и прилежащий к нему коридор, развалился главный зал с когда-то шикарными арочными проемами и огромным потолком — куполом. Но Карму не интересовали сами руины, а крест, стоящий в одной из обвалившихся комнат, обвалившихся еще тогда, восемь лет тому назад. Он присел перед ним, поправил перекосившуюся перекладину, и грустно улыбнулся. Потому что она не любила, когда они с Юу грустили, и всегда старалась их рассмешить. Ясу была их на два года младше, была более болезненной и слабой. Девочка являлась дочерью одного из сотрудников Черного Ордена, где были созданы они с Юу. Ее мама умерла, когда заболела Ясу. После этого у бедняжки отказали ноги. Но девочка старалась улыбаться, ведь так ей было легче переносить все трудности. Канда и Карма стали ей друзьями. Экзорцист рассеянно поправил растение, обвившее основание креста. Солнечный погожий денёк, тот чертов день. Алма первым выскочил на улицу, следом вышел Юу, толкая перед собой коляску с их общей подругой — Ясу с книжкой на коленях, завернутых в плед, в сотый раз извинялась перед мальчиком, за то, что она доставляет им неудобства. Канда же обратно твердил, что все хорошо. Они расположились под деревом, и девочка открыла книгу, начиная читать. Карма присел рядом, прикрывая глаза и прислоняя голову к ее коленям. Канда разлегся на траве, тоже прикрывая глаза. Голос Ясу уносил их в приключение, в сказку, где не было этих болезненных и страшных попыток синхронизации, где не было надоевших сотрудников. Неожидано девочка зашлась в жутком кашле, но когда они вскочили, уверила, что все хорошо и продолжила чтение. Время, отведенное на прогулку, пролетело быстро. Чуть позже девочке стало еще хуже. Алма просидел рядом с ней до ночи. А когда их уложили спать, вылез из кровати и вышел в коридор, однако услышав шаги в свою сторону, затаился в одном из углов. И с трудом сдержал вскрик — двое сотрудников везли на каталке прикрытую белой простыней Ясу… На следующее утро Юу спросил на счет их подруги, когда ее отец взглянул на остальных ученых и срывающимся голосом ответил, что Ясу потребовалось срочно увезти от сюда на поезд в южные страны для поправления здоровья. — Никуда вы ее не отвозили на какой-то мистический поезд в южные страны! — Алма вскинул голову, озлоблено смотря на мужчину. — Ясу умерла, так? Так. Но вы намерены врать нам, считая, что мы всего лишь оружие, которое это не должно заботить, так ведь? Ну же, что вы молчите? Кира отделилась от группы следующей и увела коня в леса. Она почувствовала Ноя. Или двух, девушка так и не поняла, но предпочла увести следы куда подальше от оставшейся пары. В итоге выяснилось, что она была права — все-таки двое юношей, обращающихся к себе Джасдеби, преследовали их тогда. Разборки с братьями Узами были короткими, но эффектными. Ферд собиралась уже вернуться к команде, когда в лесу, в нескольких часах езды, она заметила странную пещерку. Арес остановился у прохода, и экзорцистка внимательно оглядела место, доставая на всякий случай оружие. Конь спокойно стоял, пока спрыгнувшая девушка проверяла седельную сумку. В итоге животное быстро скрылось в лесу, недалеко от пещеры, а сама Кира направилась в глубь естественного коридора. Аллия глубоко вздохнула, стоя у окна и наблюдая, как фигура, оплаченная в серый плащ, садится на вороного коня. Юноша взглянул мельком наверх, улыбнулся и двинул жеребца рысью. Уолкер чуть нахмурилась и занавесила окно. Прошлась по комнате, остановилась в центре и расслабленно прикрыла глаза, прислушиваясь к чему — то. Потом, резко открыв их, дошла до стола и, присев, открыла быстро чернильницу. Перо замерло над листом бумаги на пару секунд, а после яростно заскрипело, выводя буквы и знаки. Юу не подал и виду, что проснулся, когда Дейсия потряс его за плечо. Экзорцист с колокольчиком на капюшоне устало выдохнул и отошел от друга, кладя что-то на стол и выходя из комнаты. Канда рывком сел, сбросил одеяло и подтянул к себе сапоги. Быстро обувшись, юноша подошёл к бумажному конверту. Сорвав незнакомую восковую печать, он достал сложенный вдвое листок, отмечая, есть ли что-то еще в конверте. Листок оказался письмом с вложенным внутрь еще одним посланием. «Когда пересечешь море, Желая на остров попасть, Гнев убери, Тень отыщи, У нее подсказки спроси, Меня отгадай при полной луне, Луне, исчезнувшей во мраке.» — Юу, вставай! — к двери с другой стороны послышались шаги учителя, и экзорцист, скинув обувь, прыжком нырнул в постель, под одеялом пряча посылку. — Сейчас! — отозвался он, притворно зевая и садясь. Юу. Мечник завертел головой, пытаясь понять откуда слышал свое имя. Прости меня. Японец нахмурился и чуть отстал от спутников. Где же этот человек? — Юу, ты че, глюки слушаешь? — Барри налетел сзади на юношу и повис на нем. — Тч! Не слушаю никаких глюков, это они у тебя! — огрызнулся темно-синеволосый, сбрасывая друга, — и сколько раз говорить — не зови меня по имени! И он быстро зашагал вперед, догоняя Мари и Тидола, не замечая (или делая вид, что не заметил) мимолетной грустной улыбки Дейсии, который быстро поднялся на ноги, незаметно роняя что-то, и бегом добираясь до ушедших генерала и сокомандников. Высокий бедно одетый человек с наброшенным на голову темным капюшоном, остановился недалеко от бочки с водой, разглядывая мостовую. Наконец он выцепил взглядом маленький камушек красноватого оттенка и, усмехнувшись, постучал кулаком по третьему от края бочки камню на облицовке дома, и мальчишка, стоявший на противоположной стороне улицы, швырнул яблоко в окно на первый этаж, в пекарню, располагающуюся чуть дальше по улице. Цепочка была запущена. Аллен первым поднялся на корабль и тут же занял позицию на верхушке мачты. Лави, подивившись, помог Линали отнести их вещи в каюту, внутренне волнуясь за пропавшего еще с утра Алму. Было решено отплывать без него, и когда уже якорь был поднят, а они начали выходить из порта, юноша показался на набережной. Он быстро побежал по краю, и юный Историк уже хотел было протянуть ему рукоять молота, чтобы помочь, как Карма неожиданно сильно столкнулся от выступа пирса и вцепился руками за корму, потягиваясь и буквально переваливаясь на палубу, ложась звездой. — Успел, — выдохнул он, улыбнувшись ошеломленному рыжику, склонившемуся над ним. Шаман и Эльза продолжали путь на Восток. Кира известила их, что чуть задержится, но постарается побыстрее освободиться от дел, Аллену срочно потребовалось исчезнуть на пару недель, а посему знать о себе он не давал. С каждым днем они уезжали все дальше и дальше от штаба, от Киры и Аллена, навстречу неизвестности в восточных странах. Почему неизвестности? Да потому что никто не знал, что может там ожидать, но от информатора стало известно, что Граф стягивает туда Ноев и акум, но выяснилось это поздно, да и информация не была подтверждена. Роза, по словам Аллии, была в безопасности, как и Лаки с Алленом, братом медика Серого Ордена. Аллен сидел на верхушке мачты очень долго, разглядывая горизонт. Тимпкампи пару раз слетал на разведку, но ничего не заметил. Решив, что днем не особо будет видно его исчезновения, Уолкер открыл себе проход, смело шагая в него. По левую руку появился огромный арочный проем, поросший мхом и лианами. По правую огромное пано, тоже покрытое растительностью. Экзорцист отодвинул растения, свисающие с верхушки проема, как будто занавсес, и вышел в небольшой дворик, тоже весь заросший. Легко перелез через корни какого-то дерева, зашел в другой, полузаваленный проход и нажал на камень. Где-то что — то заскрипело и на удивление легко отъехала часть стены куда-то в сторону. Светловолосый ни минуты не медля шагнул в темноту, ожидающую его в коридоре. Алма, почувствовав, что Аллен ушел, тихо выдохнул и позволил себе подоставать Лави самыми различными вопросами. Кроль в этот момент почти ничего не слышал, настолько глубоко уйдя в себя, что он даже, кажется, задремал. Вот только это Карме и требовалось. Он тут же откинулся в кресле, запрокидывая голову и меняя цвет глаз с синего на золотой. Черты лица заострились, юноша потянулся, отмечая, что тело тоже поменялось. Волосы стали немного длиннее и экзорцист, вытащив из потаенного кармана на груди шнурок, завязал маленький хвостик. Алма выдохнул. Эта форма… Он чаще использовал ее для маскировки, но в ней было так комфортно, словно это было его реальное обличие. Юноша закинул ногу на ногу и расслаблено устроился в кресле, прикрывая глаза. Юный Историк дремал, а Карма сидел охранял его, изредка сверкая золотыми глазами с вертикальным зрачком. Лави с удивлением отметил, что сидит у горного озера, окруженного густым лесом. Приятно пахло травами, щебетали птицы, журчал ручеек. Солнечные лучи пронизывали водную гладь, показывая настолько она прозрачна, и можно было с легкостю разглядеть каменистое дно. Рыжий огляделся, замечая себя маленького, спокойно сидящего на пне и терпеливо ожидающего, когда Кроль соизволит перевести на него свой взор. Историк вздохнул и кивнул. — Привет, я — Лави. — Я знаю, кто ты, — ответил весьма прохладно он сам маленький, а после положил руку себе на грудь, — Я — Сердце, Сердце Чистой Силы.