Исполнитель желаний

      Пробуждение было более чем… странным и неожиданным. Снаружи был слышен шум дождя, который был нередким событием в Зоне, и два сталкера мирно спали, переплетясь руками и ногами и то и дело спихивая друг друга с изрядно смятой подушки. Сонно потянувшись и желая подольше понежиться в постели, Олень перевернулся на другой бок, нос к носу встретившись с Ричи.       — Твою, блядь, мать! — хрипло прошептал мужчина и резко отодвинулся, падая с низкой железной кровати и задевая стоящую рядом тумбочку, с которой с грохотом упала пустая металлическая миска, поставленная тут кем-то. При попытке вспомнить, что было вчера вечером и ночью, в голову пришло лишь пребывание на вышке, а вот потом — пугающая неизвестностью пустота.       — Хули так шуметь?! — послышалось с другого конца комнаты — там, где прошлой ночью звучал раскатистый храп, — а затем всё вновь стало тихо.       — Ты чего вскочил? Рано же еще, — Ричи с ленивым интересом приподнялся на локте и взглянул туда, где лежал Олень. — Спьяну приснилось что-то не то? Ты бы там не лежал, задницу отморозишь.       — Что вчера было? .. — тупо спросил мужчина, держась за голову и забираясь обратно на постель. — И да, считай, приснилось.       Достав из рюкзака, валяющегося рядом, бутылку воды, сталкер присосался к ней, как умирающий под палящим солнцем Сахары.       — Ну как… мы с тобой пили. Курили потом. Ты мне показывал огненные столбы. Красиво было. Потом мы пришли сюда и вот… — приоткрыв один глаз, Ричи заметил, почти пустую бутылку в руках Оленя и поспешил забрать её, допивая оставшиеся пару глотков. В блаженстве он растянулся на узкой постели, слегка задевая разлегшегося рядом мужчину. — Я в душ сходил, а потом спать лег. Хотел у тебя спросить, какую кровать занять можно, а потом так решил, с тобой.       Олень тихонько выдохнул, окончательно расслабившись, и даже пихнул своего соседа по кушетке локтем в бок, довольно усмехнувшись. Кажется, всё было не так ужасно, как можно было решить с первого взгляда.       — Мог бы лечь где угодно, — проговорил сталкер, бросив взгляд на наручные часы. — Уже почти одиннадцать утра. Ну, завтрак мы пропустили в любом случае… Хотя можно попытаться найти что-нибудь съестное в столовой.       — Ну уж нет. А если бы я занял постель того Кабана, который ко мне в столовой прицепился? Уж лучше с тобой, — Ричи усмехнулся, похлопав Оленя ладонью по бедру, от чего он забавно дернулся в сторону, но видимо, поняв, как это глупо выглядит, вновь расслабился. - Ну, наверняка тут есть какие-нибудь барыги или менялы, у которых можно выцепить еду, в обмен на какую-нибудь ерунду. Я пока шастал по Зоне эти дни, набрал немного всякой лабуды. Хотя не думаю, что тут она ценится — я у вас не видел, чтобы кто-то пользовался чем-то из этого.       — Да нет ни у кого тут своей постели — они ж общие, — мужчина красноречиво указал на нарисованный зеленой краской значок анархии на противоположной стене корпуса. — К тому же, прицепись к тебе Кабан, ты бы заорал, я бы проснулся и угомонил бы эту машину убийств.       Зевая и потягиваясь, мужчины принялись собираться. Накинув куртки и взяв походные рюкзаки, они покинули казарму, направляясь к уже знакомой столовой. На улице шел мелкий моросящий дождь, и вся дорога была покрыта большими пятнами луж, в которых, дробясь и расплываясь, отражались серое небо и редкие деревья, покрытые рыжеватой хвоей.       — Сперва позавтракаем, а после заглянем к торговцу — если мы на самом деле пойдем к Центру, нам нужно будет закупиться перед дорогой, — с некоторым сомнением протянул Олень, раскуривая сигарету. Он сомневался в том, что Ричи не изменил своему вчерашнему решению, ведь они оба были изрядно пьяны и все обещания друг другу давали, не подумав.       — И что, ты не передумал идти со мной к центру? Не боишься идти неизвестно куда, неизвестно за чем? Долг — это, конечно, серьезная штука, но ты подумай, я ведь не требую, чтоб ты шел со мной, — кажется, они оба сомневались в твердости решения друг друга, и оба желали непременно отправиться в путь.       Позавтракав все той же склизковатой кашей и компотом с плавающими в нем сухофруктами, сталкеры разобрали тот хабр, что Ричи нашел по дороге. Среди добычи была пара зажигалок, «бубен», вроде того, что они нашли вчера в электре, но несколько меньше и чуть более блестящий, моток «паутины» и с пяток «батареек». Конечно, в Зоне такое встречалось едва ли ни на каждом шагу, и тут мало кому было дело до таких безделушек, но «на большой земле» многие готовы были заплатить кругленькую сумму, только бы добыть себе что-то подобное. Тем более, многие исследовательские центры и НИИ были заинтересованы в изучении артефактов Зоны, так что торговец с удовольствием скупал всякую ерунду, чтобы позже продать на кордоне и переправить дальше.       Закупившись патронами, некоторым снаряжением и кое-какой провизией, способной долго не портиться, парни вышли на улицу, под всё еще моросящий дождь. Впрочем, небо уже начинало светлеть, и ветер шустро сгонял облака на запад, дальше от военных складов. В такие моменты появлялось ощущение того, что всё происходящее вокруг — лишь иллюзия, обман воображения. Казалось, нет вокруг ни аномалий, ни мутантов, ни опасностей, подстерегающих на каждом шагу, а если выйти за пределы высокого бетонного забора, перед тобой развернется дружелюбный и приветливый мир, готовый принять любого в свои заботливые и нежные объятья.       Стараясь отогнать от себя ненужные и поистине разрушающие иллюзии, Олень вновь закурил и бросил взгляд на Ричи, невольно задумываясь над тем, сходятся ли их мысли, не думают ли они сейчас об одном и том же.       — Эх, последние ночки в комфорте и безопасности, а потом всё: будем спать на земле, в спальниках, среди кровососов и снорков, — сталкер отбросил бычок, силясь настроиться на более позитивный лад. — Есть холодную тушенку из банок…       — Настоящая походная романтика, — поддержал Ричи, закинув руку приятелю на плечи и слегка приобняв. — Что еще нужно двум мужикам среди диких земель Зоны? Спать в одном мешке, пить болотную водицу, отстреливаться от всяких монстров.       — Ну, спать в одном мешке совершенно не обязательно, — смущенно усмехнулся свободовец, слегка пихнув сталкера локтем в бок. — Как и пить воду из болот — облучит так, что хер ночью светиться будет.       Неожиданно рация, прикрепленная к поясу Оленя, ожила и зашипела координаты и приказ. Сквозь шум помех было слышно что-то про Барьер и монолитовцев, а после послышались выстрелы и все стихло.       — Пошли скорее! — глаза свободовца загорелись предвкушением и едва ли ни приплясывал на месте, торопя друга. — Наши перехватили разговоры этих фанатиков — те опять хотят Барьер прорвать!       Ричи ничего не оставалось, кроме как припустить следом за Оленем, бодро рванувшим на север, к выходу с базы. За КПП продолжалась все та же потрескавшаяся асфальтированная дорога, огибающая минное поле, болото и холм, на котором под высоким деревом притаилась электра. Даже сейчас были слышны звуки редкой перестрелки, но это были даже не монолитовцы, а просто твари, которых они гнали перед собой.       Уже на бегу приятели успели снять автоматы с предохранителей, и потому на деревянную вышку они забрались во всеоружии.       — Сейчас станет весело, — уверил Олень, устраиваясь удобнее и приникая к прицелу своего автомата, через который высматривал что-то впереди.       Первыми послышались не выстрелы, а отборнейший и веселейший мат. Впереди из-за покореженных Зоной облезлых деревьев показался целый отряд людей в сером. И лишь теперь застрочили выстрелы: стреляли снайперы и автоматчики, где-то в стороне оглушительно рванула растяжка. Некоторых монолитовцев скосило сразу, но большая часть продолжала двигаться, зачастую не ощущая попавших в них пуль.       — Как такое возможно? Они что, неживые? — Ричи непонимающе переводя взгляд с разошедшегося приятеля на существ, в которых он с таким азартом стрелял.       — Живые конечно, но… просто не бери это в голову. Пойми - или мы их или они нас. Третьего не дано, — словно ставя точку в разговоре, мужчина выпустил очередную автоматную очередь, уложившую еще пару противников.       Несколько долгих секунд Ричи попросту сидел, обдумывая сказанное, а затем, вздохнув, устроился удобнее и так же, как и Олень, принялся стрелять, стараясь попадать в головы — единственное место, способное на самом деле убить этих тварей. Это оказалось очень вовремя, поскольку вскоре вперед выбились фанатики в экзоскелетах и бой стал более напряженным. Тут и там слышался забористый мат, а одиночные выстрелы сменились длинными очередями, способными выкосить все живое. Застрекотали два станочных пулемета, снятых с танков и отремонтированных, и монолитовцы слегли окончательно, на корм воронам.       — Всё. На этот раз всё, — довольно выдохнул свободовец, наконец опуская оружие и приваливаясь спиной к стене. Отложив автомат, он достал из небольшого кармашка на своем комбинезоне самокрутку, набитую травой и, раскурив её, с жадностью затянулся. — Ты не думай об этом всём. Они может и живые, но сам видел — мало что понимают. Им почти подчистую выжигало мозги, и они теперь могут только глыбе внутри ЧАЭС поклоняться, да всех окружающих отстреливать. У них не бывает сомнений в том, убивать или нет.       Кажется, Ричи не выглядел очень убежденным, и сталкер со вздохом вновь взялся за автомат. Нацелившись на что-то, он поманил к себе приятеля, заставляя взглянуть.       — Видишь, там дальше, среди деревьев? .. Это не мы зверствуем. Они. По ночам, — он указывал вперед, туда, где среди деревьев торчала ржавая арматура и на вершинах железных прутов красовались человеческие головы. Некоторые из них были совсем свежие, с кожей и волосами, у некоторых даже глаза ещё были на месте, но от большинства уже остались лишь белоснежные черепа. — Мы пытались счищать это «кладбище», но монолитовцы тогда вообще звереют, пуль не напасешься на них…       — Надеюсь, туда, куда мы пойдем не будет больших скопищ этих тварей? — брезгливо передернув плечами, Ричи отстранился от оптики, по примеру Оленя садясь и опираясь спиной о стену.       — Ну, говорят, что база у них толи в самой ЧАЭС, либо где-то в Припяти, — пожал плечами свободовец. Дождь разошелся, так что особого желания вылезать из сухой будочки вышки не было. — Так что с фанатиками нам в любом случае придется встречаться иногда…       — В Припяти… Это будет очень мило, если мы столкнемся с ними, — Ричи слегка нахмурился и невольно придвинулся к приятелю. Конечно же, он знал, на что идет, сбегая в Зону, но это было как-то слишком. Всё, что знали об этих местах за пределами зоны катастрофы, так это то, что тут много дорогих и полезных артефактов, сталкеры активно уничтожают монстров, и при желании можно жить так же, как и в любом другом месте на земле. К сожалению, никто не говорил об опасных аномалиях, фанатиках, готовых пытать и убивать, и злобных тварях, что желали полакомиться человеческой плотью.       Думая о своем и тихонько бурча, парень привалился к плечу сидящего рядом сталкера и опустил голову на его плечо. Шум дождя, запах дыма, исходящий от самокрутки, и всё еще не до конца отступившее похмелье ввергали его в какое-то подобие сонного транса. Мысли становились тяжелыми и неповоротливыми, и он даже задремал немного, греясь о теплый бок Оленя. Он едва ли ощутил, как слегка вздрогнул и опасливо покосился на него свободовец, отвыкший за долгие годы в Зоне от любой, пусть и столь не значительной, близости.       — Эй, ты спишь что ли? Пригрелся, блин, — дружелюбно усмехнулся мужчина, легонько подтолкнув приятеля и получив в ответ лишь сонное сопение.       Какое-то время было совсем тихо, и лишь дождь шуршал снаружи, убаюкивая всех вокруг. Однако тишина вновь прервалась, на этот раз оглушительным лаем и очередью нескольких автоматов: слепые собачки почуяли человеческую кровь. Вокруг Барьера всегда было полно монстров, что желали полакомиться свежими трупами.       — Что? Где? — Ричи встрепенулся, разбуженный громкими звуками, и, обводя сонным взглядом крохотное помещение, потянулся. — Извини. Что-то я пригрелся рядом с тобой.       — Да ладно, выспался бы хоть, — свободовец выглядел немного смущенным, но достаточно быстро взял себя в руки, поспешив отвлечься. Взяв валяющуюся в углу ветошь, он принялся начищать ствол своего автомата, водя рукой вверх-вниз, вверх-вниз, пока черненая сталь не стала сверкать. — Скоро в путь и черт знает, что нас ждет…       — Да-да, конечно, — парень согласно кивнул, наблюдая за тем, как монотонно и уверенно скользит рука приятеля по стволу. Движения завораживали и будили в душе смешанные чувства полного спокойствия и, вместе с тем, легкого возбуждения, волнами поднимающегося откуда-то из самых глубин сознания.       — Рич? Ричи? — голос приятеля доносился смутно, словно пробиваясь сквозь шум дождя.       — Эээ… да? — переведя растерянный взгляд на сталкера, юноша качнул головой, словно пытаясь отогнать от себя странное состояние, объяснение которому он сам едва ли мог дать. — Не обращай внимания. Это как транс какой-то. Монотонные движения. Ну, сам понимаешь, — он кивком указал на ствол в руках свободовца и сделал движение рукой, словно надрачивая невидимый член. — Не обращай внимания. Видимо, Зона и твоя трава действуют на меня слишком сильно. Наверное, стоит пойти принять душ и спать лечь.       — Да, пожалуй, нам стоит пойти на базу, вечером еще зайти надо будет к торговцу, он обещал пару пачек патронов для моего автомата, — Олень поспешно поднялся, закидывая оружие на плечо. — Раскумариваться в замкнутых пространствах оказывается вредно… Мысли всякие, разные…       Смущенно ворча, свободовец первым выбрался на свободное пространство, вдыхая свежий воздух, пропитанный запахом дождя. За то время, что они сидели на смотровой вышке, небо просветлело, и теперь ветер гнал по сероватому небу крупные, низкие облака, и казалось, что они легко могут зацепиться за верхушки рыжеватых деревьев. Обратная дорога до базы прошла почти в полном молчании, лишь иногда Олень делал какие-то замечания на счет тех или иных аномалий, что изредка встречались на пути. Иногда им встречались другие сталкеры, облаченные во все зеленое, и они обменивались короткими приветствиями и расходились в разные стороны.       Неспешно пообедав в уже знакомой столовой, мужчины решили отложить свой выход на пару дней, чтобы успеть в полной мере подготовиться к путешествию и проложить наиболее удобный маршрут.

***

      Наученный опытом прошлого пробуждения в компании Оленя, Ричи предусмотрительно лег на отдельную постель, но максимально близко к нему, поскольку многие на базе смотрели на чужака крайне настороженно. Видимо, многие боялись за свою шкуру и видели в пареньке наемника, пришедшего именно по их душу. Впрочем, тонкая папка с заданием все еще лежала где-то на дне рюкзака и внутри могла быть прикреплена фотография любого сталкера, нажившего себе достаточно врагов.       Проснувшись, пока свободовец еще спал, Ричи первым делом направился в душ. В этот час, когда все еще спали, оставалась надежда на то, что вода в трубах успела немножечко согреться и теперь не была обжигающе ледяной.       Оставив на месте свой рюкзак и оружие и захватив лишь чистое белье, парень, мурлыкая про себя одну из песен-прилипал, что слышал до того как попасть в Зону, прошел в душ, надеясь провести там несколько приятных минут. Как он и ожидал, вода была приемлемо холодной, и он с удовольствием вылил на ладонь немного геля, растирая его по коже и создавая редкие пушистые барашки пены.       Вода весело бежала по старым трубам, создавая низкий гул и обрушивалась на старую, местами потрескавшуюся плитку, заглушая все звуки вокруг, а потому, когда в душ зашел кто-то еще, Ричи заметил это далеко не сразу, и лишь тень на стене подсказала парню, что стоит обернуться. Вряд ли он мог подумать о том, что чья-то неприязнь выльется во что-то большее, чем просто недружелюбные взгляды или опрокидывание стакана из-под чая.       Кабан выглядел все таким же неопрятным, как и в их первую встречу, а на его лице застыла отвратительная кривая улыбка, делавшая черты его лица больше похожими на жуткую гримасу. По нему было сложно определить, чего же он хочет и с какой целью пришел сюда, однако Ричи не очень-то хотел выяснять все подробности, мечтая оказаться сейчас как можно дальше отсюда. К сожалению, этой мечте было не так-то просто исполниться — бородатый сталкер стоял, загораживая своей тушей все пути к бегству, и проскочить мимо него не представлялось возможным.       — Чего тебе надо? Я скоро уйду. Совсем уйду, и ты меня больше не увидишь, — парень, как никогда жалел о том, что оставил все свои вещи и в том числе оружие, возле своей постели. Здоровяк меж тем все приближался, нависая огромной уродливой глыбой, заставляя парня нервничать все больше и больше. — Давай договоримся? Чего тебе надо?       Кажется, Кабан не слышал, что ему говорили и даже не думал останавливаться, и Ричи не выдержал. Размахнувшись, он со всей силы ударил правой, так как учил отец, точно в челюсть, снизу вверх, чтобы голова противника запрокинулась назад, а после нанес еще один удар, пришедшийся точно в висок. Будь на месте толстого сталкера кто-то другой, два этих удара оказались бы сокрушительными, но он лишь пошатнулся, заваливаясь назад. Впрочем, этого хватило для того, чтобы парень смог рвануть к выходу, стараясь уйти от своего противника.       — Рич! Какого черта? — появившийся в дверях Олень стал приятной неожиданностью. Он выглядел немного сонным, в его темных волосах торчало белоснежное перо из подушки, но настроен он был крайне решительно. Поймав приятеля за руку, он заставил его встать за собственной спиной, закрывая от приходящего в себя свободовца. — Что тут творится?!       Ответа Олень не дождался, поскольку толстяк, пришедший в себя, вновь двинулся на них и явно с недобрыми намерениями. Он вытащил откуда-то кусок ржавой, погнутой трубы и угрожающе подняв её, оскалился. Кажется, он не понимал, что перед ним один из своих, а может быть и понимал, но это для него было менее важно, чем желание разделаться с новичком. Так или иначе, Олень не стал ждать: рванув вперед, он попытался сбить здоровяка с ног, но это было не так-то просто – последний был как минимум в пару раз толще и тяжелее. Не дожидаясь, когда победит одна из сторон – а в том, что победит Кабан, прижавший к себе свободной рукой противника, и вновь занесший арматуру, сомнений почти не оставалось – Ричи бросился на выручку приятелю, действуя, может быть, не очень честно, но зато наверняка. Буквально повиснув на руке с железякой и не давая ударить друга, парень подставил ногу, так что следующий шаг нападающего стал для него последним. Запнувшись, сталкер раскинул руки, в попытке удержать шаткое равновесие на скользкой плитке, но его огромная туша по инерции все же шмякнулась назад.       Только сейчас Ричи понял, что все это время шумела ледяная вода, а он сам был обнажен, не считая нескольких еще не растаявших барашков пены. На полу, из-под головы поверженного мужчины расплывалось алое пятно и широкими ручьями, смешиваясь с водой, бежало к водостоку.       — Надо валить, - Олень тяжело дышал, не сводя взгляда с Кабана. Конечно, всё это было самообороной, но он сомневался, что теперь будет желанным членом Свободовцев и что ему позволят остаться тут. – Пошли. Мы успеем уйти, пока его никто не хватился.       Ричи оставалось только кивнуть. Шагнув под ледяную воду, он смыл с себя остатки геля и, позволив себе эту маленькую слабость, старательно вымыл руки. Мысль о том, что он прикасался к этой туше, вызывала омерзение.       Собрались они всего за пару минут. Подхватив оружие и походные рюкзаки, сталкеры, стараясь не спешить и не привлекать к себе лишнее внимание, вышли из казармы, а затем и вовсе покинули территорию бывших армейских складов. Впереди было долгое путешествие по Зоне.