Между реальностями

Проснувшись, Кайдэ подумал, что хотя бы за завтраком, при условии, что Хидео еще спит, сможет поговорить с Эйри о вчерашнем. Но мало того, что Хидео уже поднялся и пил кофе, так и Эйри старательно игнорировал Кайдэ, обходясь сдержанными ответами «да» и «нет» и даже не поднимая на юношу глаз. Признаться, такого Кайдэ точно не ожидал. Стоило Хидео отойти на балкон покурить, как Кайдэ тут же подошел к своему напарнику, пока тот мыл посуду, и попробовал завести разговор. – Я хотел сказать тебе еще вчера, чтобы ты не обижался. Эйри продолжал намыливать тарелки монотонными круговыми движениями. – Я не думаю, что ты бесчувственный. И вчера я сказал об этом Хине, именно поэтому мы поссорились. Лицо Эйри не выражало никаких эмоций, словно слова Кайдэ не долетали до его слуха. – Эйри, я верю тебе, искренне верю. Просто мне нужно еще и поверить самому себе. Голос Кайдэ стих, и он просто стоял рядом молча, пока Эйри не домыл посуду и не выключил воду. – Эйри? – окликнул его юноша, так и не дождавшись никакой реакции. – Нам пора к Рэю, – холодно ответил Эйри и, вытерев руки полотенцем, обернулся и бросил. – Через пять минут жду в гостиной. В кабинете Рэя было прохладно из–за включенного кондиционера. Он рассказывал про новое задание, но Кайдэ слушал вполуха. Эйри сидел на противоположном краю дивана, сосредоточенно внимая куратору – полная противоположность Кайдэ. С утра они больше ни сказали друг другу ни слова, и повисшее тяжелое напряжение давило, словно медленно опускающийся потолок в замкнутом помещении. – Кайдэ? – А? – юноша посмотрел на куратора, который, по всей видимости, звал его уже не в первый раз. – Ты согласен? Кайдэ хотел уточнить, с чем, но предпочел не выдавать, что витал в облаках все это время. – Угу, – кивнул он. – Хорошо, тогда обсудите все между собой, инструкции как всегда в папке с делом. Удачи вам и до скорой связи. Будьте осторожны. – Спасибо, удача пригодится, – ответил Эйри, поднимаясь с дивана и наклоняясь за папкой. Уже в коридоре он, не оборачиваясь, обратился к Кайдэ нарочито деловым тоном: – Предлагаю зайти в кафе и обсудить. Небольшая кофейня располагалась в центре города. Сев за круглый столик, Эйри положил между ними папку с делом и заказал кофе и миндальный пирог. Он раскрыл папку, пробежался глазами по первым двум листам. – Думаю, лучше всего делать это не ночью, а днем. Днем, скорее всего, мы привлечем меньше внимания среди людей. Хотя это тоже вопрос спорный. Кайдэ видел, каким невозмутимым выглядит Эйри, и гадал: неужели ему действительно все равно? Эйри даже ни разу не взглянул на него, полностью сосредоточившись на бумагах. – Если одеться лаборантами, хотя с нашим внешним видом это план сомнительного качества... – Эйри, – тихо позвал Кайдэ. – Но, боюсь, что ночью там будет слишком много средств безопасности, про которые мы можем даже не знать… – Эйри, – Кайдэ окликнул его громче, но это снова ни к чему не привело. – Учитывая, что все это охраняется правительством, думаю, у них наверняка предприняты все меры, чтобы не допустить никого чужого на свою территорию, и уж тем более… – Эйри! – выкрикнул Кайдэ, теряя самообладание. Несколько посетителей за соседними столиками обернулись на звук его голоса. Эйри наконец оторвался от бумаг и недоуменно уставился на напарника. – Поговори со мной, Эйри, – на этот раз тише попросил Кайдэ, стараясь не привлекать к себе внимания. – Кажется, я этим и занимался. – Не о работе. О нас. Эйри изогнул левую бровь: – Что именно тебя интересует? Очевидно, у Эйри снова включилась защитная реакция, но Кайдэ предпочел не слышать этого ехидного тона. – Я знаю, что был неправ. И я прошу у тебя прощения. Раньше я действительно думал, что ты абсолютно бесстрастный. Но теперь я так не считаю. Когда ты меня целовал, я чувствовал, что это не так, - щеки Кайдэ стали покрываться румянцем. Он стеснялся собственных слов, но он должен был их сказать – он решил это для себя буквально за пару секунд. – И я чувствовал, что мне тоже не все равно. Да, мне страшно, и на то есть причины. Но я доверяю тебе, Эйри. Потому что… потому что ты стал для меня особенным. Я не знаю, как это назвать. Со мной такое творится, когда ты меня обнимаешь… Внутри все переворачивается, и я ничего не соображаю, мир вокруг перестает существовать. Я хочу, чтобы ты был рядом. И как друг, и как напарник, и как… Кайдэ замолчал. – Ты влюбился в меня? – спросил Эйри, не сводя с него глаз. От этого вопроса, Кайдэ показалось, что он сейчас провалится сквозь землю. Он отвел глаза, надеясь, что его лица не видно будет за спустившимися волосами. – Так, – Эйри захлопнул папку и сунул ее подмышку, – сегодня твоя очередь идти в магазин за продуктами. А после этого я жду тебя дома. Встав, он совершил неожиданное: наклонился и коснулся губами щеки Кайдэ – мимолетно и невесомо, но этого хватило, чтобы место поцелуя заполыхало огнем, как клеймо. – До встречи. Он оставил онемевшего Кайдэ в кафе. Колокольчик зазвенел над дверью, но юноша не услышал этого звона за безумно громким стуком собственного сердца в ушах. Хина сидела перед ноутбуком, выполняя работу, которую взяла на дом, когда в дверь позвонили. Подъехав в инвалидном кресле, она открыла, ожидая увидеть Мисао, обещавшего прийти для того, чтобы обсудить новый проект. Но на пороге стоял вовсе не ее новый напарник, а Эйри. Не дожидаясь приглашения, он прошел в гостиную и присел на спинку дивана. – Что тебе надо? – недружелюбно спросила Хина. – Хочу поговорить. – О чем? – она отъехала на середину гостиной и остановилась напротив него. – Я занята, у меня много работы. – Это не займет много времени, – Эйри скрестил ноги и засунул руки в карманы, принимая абсолютно непринужденную позу. – Я знаю, что вы с Кайдэ вчера поссорились. – Это не твое дело. – Мое, если речь идет обо мне. – Речь идет в первую очередь о Кайдэ. – Отлично, значит, поговорим о Кайдэ. Хина хмыкнула и откинула назад каштановые волосы. – Что именно тебя интересует? – Почему ты так против наших отношений? – Мне не за что любить тебя после того, как ты над ним издевался. – Только ли? – Эйри пропустил мимо ушей намеренное преувеличение. – Мне вот почему–то кажется, что дело не только в том, что ты так заботишься о Кайдэ. – Я не понимаю, о чем ты. – Ты ревнуешь меня к нему, да? – Ревную? Он мой друг! – Хина нахмурилась. – Уверен, он считает тебя именно другом. Но я не такой наивный и кое–что понимаю в женщинах. Ты ведь любишь его? Глаза девушки сверкнули. – О чем ты говоришь? – Ты смотришь на него не как на друга. Еще тогда, в кафе, я заметил это. – Значит, ты слеп. – Скорее не я, а Кайдэ, – Эйри тряхнул головой, откидывая челку. – Но я скажу тебе одно: мне дорог этот мальчишка, и мне плевать, что ты будешь делать, пытаясь вставить нам палки в колеса. Эйри ожидал услышать очередную воинственную реплику в свой адрес, но вместо этого в глазах девушки показались слезы, и она торопливо спрятала лицо в ладони. – Что ты понимаешь в любви? – всхлипнула она. – Тебе никогда не понять, что это такое – столько лет любить человека и знать, что он видит в тебе только подругу! Мы всегда были не разлей вода, а потом появляешься ты, врываешься в нашу жизнь, и меньше месяца прошло, а Кайдэ уже говорит о тебе так, будто ты – центр вселенной. Я столько делала для него, я всегда была его опорой и поддержкой, мы были неразлучны, а теперь… Ты хоть понимаешь, какую боль причинишь Кайдэ, когда тебе надоест играться в эти любовные игры? Ведь он для тебя просто очередная игрушка! Глядя на плачущую девушку, чье сердце разрывалось от безответной любви, Эйри ощутил острую жалость. – Он не игрушка для меня. В этом, по крайней мере, я могу тебя заверить. А что касается тебя и Кайдэ… Иногда дружеская привязанность крепче и важнее влюбленности. И у Кайдэ по отношению к тебе именно такой случай. Он любит тебя больше всех, и ты всегда останешься для него самым близким человеком, сестрой, подругой. Но не нужно пытаться лишить его возможности быть с тем, кого он выберет по любви. – Ты и меня пытаешься купить красивыми словами? – Хина посмотрела на него, вытирая рукавом слезы. – Я уже говорил: мне всегда было плевать на чье–либо мнение. Но ты очень дорога для Кайдэ, только поэтому я здесь. – Как благородно, – съязвила Хина. – Почему ты ему не призналась за все эти годы? – после некоторой паузы спросил Эйри. – А что бы это изменило? Он бы только испугался такого проявления чувств. – А к чему тогда предлагать ему познакомиться с какой–то девчонкой? У тебя развилась склонность к мазохизму? Хина пожала плечами: – Думала, это поможет ему стать смелее в отношениях. И что он сможет сравнить меня и ее, увидеть, кто из нас ему ближе. Эйри покачал головой: – Ох уж эти женские уловки… – Эйри, пожалуйста, не делай ему больно. Он не заслужил этого, – вдруг с мольбой в голосе попросила Хина. Эйри кивнул и побрел прочь, но остановился на полпути. – Я рад, что мы поговорили. Даже если и не поняли друг друга до конца. Она подняла на него большие, покрасневшие от слез глаза. – Не говори ему, что я к нему чувствую на самом деле. Пожалуйста. – Договорились, – согласился юноша. – И еще кое–что. – Да? – Что произошло с ним в интернате? Почему он до сих пор никого к себе не подпускал? Хина тяжело вздохнула и развернулась к нему. – Он не рассказывал тебе? – Нет, он всегда избегает этой темы. – Знаешь, в интернате есть свои очень жестокие правила среди детей и подростков: если ты не с ними, то ты против них. А Кайдэ всегда был сам по себе, белой вороной. Ему часто за это попадало, но однажды подростки чуть старше его... – Хина замялась. – Это не было изнасилованием в полном смысле этого слова, но они избили его и заставили делать слишком унизительные вещи. - она потерла лоб рукой, когда произносила следующие слова вслух: – С тех самых пор он совсем замкнулся в себе и никому не позволял до себя дотронуться. – Что стало с теми парнями? – уточнил Эйри. – Ничего, кроме простого наказания. Ведь физического насилия, кроме избиения, не было. А о моральном состоянии никто никогда не говорил. – Сволочи, – Эйри со злостью стукнул кулаком по стене. – Второй раз он был более удачливым, ведь ты оказался рядом, там, в парке. Эйри оперся спиной о стену и запрокинул голову. – Спасибо, что рассказала. Мне нужно идти, а то Кайдэ вот–вот вернется. – Думаешь, он действительно меня любит — как друга? – вдруг спросила Хина, и губы ее дрогнули. – Уверен, – ответил Эйри, открывая дверь и выходя из квартиры. – Удачи с работой. Дома, кинув ключи на комод, Эйри сразу отправился на балкон, на ходу прикуривая сигарету. Сизый дым вился спиралями в воздухе и растворялся в потоке ветра. В голове Эйри крутились картины подростковой жестокости и, хотя Хина не стала вдаваться в подробности произошедшего, он прекрасно мог представить, что Кайдэ пришлось пережить в интернате. Если бы у него была возможность, Эйри собственными руками придушил бы тех ублюдков, которые оставили на душе его напарника такие незаживающие раны. Теперь все встало на свои места: Эйри понял, почему Кайдэ скинул его с себя вчера, и почему в карих глазах сквозил такой испуг. Он вспомнил, как когда–то сам чуть не стал жертвой насилия, но в тяжелые моменты его силы всегда словно удваивались. Возможно, инстинкт самосохранения сыграл свое дело, и Эйри не позволил этому случиться. Но даже тогда он был один на один, а на Кайдэ, как он понял из слов Хины, приходилось несколько превосходящих его по силе и возрасту подростков. Он услышал шуршание пакетов и щелчок замка и выглянул из дверей балкона. Кайдэ снимал в прихожей куртку, потом начал расшнуровывать черные кеды. Эйри выкинул окурок и, тихо подойдя к нему сзади, сгреб в охапку. После услышанной истории ему хотелось защитить этого мальчишку от всего мира, спрятать в кольце своих рук, загородить собой. Кайдэ от неожиданности вздрогнул, но, оглянувшись и увидев Эйри, немного расслабился, позволяя себе откинуться спиной на его грудь и прикрыть глаза, чтобы хотя бы на пару секунд снова ощутить приятное чувство тепла другого человека. Значило ли это объятие, что Эйри его простил? – Давай быстро обсудим дело, перезвоним Рэю и расскажем, как видим его исполнение. А потом просто уйдем куда–нибудь в город и побудем вдвоем. Голос Эйри прозвучал прямо рядом с его ухом, горячее дыхание обожгло шею, и Кайдэ стало щекотно. Он улыбнулся и кивнул. – Хорошо, я согласен. – Вот и отлично. Что ты купил? – Эйри выпустил его из объятий и раскрыл один из стоящих на полу пакетов, когда дверь спальни Кайдэ открылась, и в ней показался Хидео с набитым рюкзаком в руках. Эйри смерил его не особо дружелюбным взглядом. – У нас такая мода притворяться отсутствующим? – Я собирал вещи, слушая музыку в наушниках. Не слышал, что вы вернулись. – Ну–ну, – закатил глаза Эйри. – Вещички собрал? – Собрал, так что ты можешь быть спокоен. – Разве ты сегодня должен был уехать? – удивленно спросил Кайдэ, подходя ближе к Хидео. – Нет, но сегодня утром я разговаривал с Рэем. Послезавтра у меня начинаются занятия, так что я уже могу жить сам по себе. Кайдэ понимающе кивнул и проводил взглядом Эйри, уносящего пакеты с продуктами на кухню. Потом снова повернулся к Хидео: тот стоял, крутя в руках лямку рюкзака. – Мы можем с тобой встретиться наедине и поговорить? – тихо произнес Хидео, чтобы Эйри не услышал. – Конечно. Если тебе нужна моя поддержка, ты всегда можешь обратиться. – Отлично. Тогда завтра вечером, скажем, в семь. У входа в парк. – У нас завтра задание. Я не уверен, что со временем точно получится. – Я все равно буду ждать, – в глазах Хидео промелькнуло упрямство. – Ну, мне пора. Удачи. – И тебе, – Кайдэ пропустил его вперед и придержал входную дверь. – Еще увидимся. Почему–то Кайдэ не жалел, что Хидео уезжает. Он с самого начала хорошо к нему относился, но сожительство Хидео с Эйри явно не приносило радости никому из всей троицы. В любом случае, Кайдэ сможет продолжить общение с Хидео, ведь теперь тот будет учиться в Доме Солнца. И Кайдэ снова вернется на свою законную кровать. Только от последней мысли юноша не испытал радости. Более того, ему не хотелось возвращаться в одинокие стены своей спальни. Он привык к присутствию Эйри в комнате, и теперь оно его почти не смущало. – Ушел? – Эйри выглянул из кухни. – Наконец–то! Он уже убрал все продукты в холодильник, оставив только пакет сока на столе. – Что у нас сегодня на обед? – поинтересовался Эйри. – Не знаю, я не думал еще, извини… – Слушай, а, может, закажем китайскую лапшу, и ну ее, эту готовку? – Давай, – облегченно выдохнул Кайдэ. Сегодня ему совершенно не хотелось готовить, поэтому он, не откладывая, позвонил в службу доставки небольшого китайского ресторанчика и заказал две порции лапши. Курьер привез их обед достаточно быстро, и еще быстрее они опустошили квадратные коробочки с помощью палочек и, довольные и сытые откинулись на спинку дивана. – Итак, задание, – отчеканил Эйри. – Быстрее определимся, быстрее освободимся. Кайдэ подождал, пока тот принесет черную папку с делом. К Эйри, казалось, снова вернулась его гиперактивность и повышенный энтузиазм, и Кайдэ было приятно снова видеть его самим собой. – Только расскажи мне про него. Я почти не слушал Рэя. – Ммм, – протянул Эйри. – Обо мне думал? – Отстань, – засмеялся Кайдэ. – Ты все утро ходил как туча, думаешь, я не переживал? Кайдэ поймал себя на мысли, что он еще никогда так легко и непринужденно не общался с Эйри, и тем более не говорил в открытую о своих эмоциях. Словно после их разговора в кафе он избавился от тяжелого, давящего груза. Он посмотрел на улыбающегося Эйри и снова отметил искренность и теплоту его улыбки. В такие моменты красота Эйри была не холодной и броской, а настоящей, влекущей, притягательной. Голубые глаза озорно блестели, темные длинные ресницы отбрасывали на смуглую кожу легкие тени. – Может, это и эгоистично, но мне приятно, что ты переживал, – ответил Эйри - Значит, тебе не все равно. – Ты невозможный эгоист, – улыбнулся Кайдэ и забрал у него папку. – Так что там с заданием? – Цель: забрать вакцину от вируса, распространение которого может существенным образом сказаться на демографической ситуации в другой реальности. Если вирус распространиться, то это уменьшит прирост населения. – Забрать? – переспросил Кайдэ. – Украсть, – спокойно объснил Эйри и продолжил: – Если эту вакцину пустят в ход в другой реальности, то численность населения не спадет, а, наборот, будет только увеличиваться. Количество людей может каким–то образом начать давить на нашу действительность, может произойти смещение плоскостей и, соответственно, перетекание населения из одной реальности в другую. По крайней мере это то, что я понял со слов Рэя. – Где находится эта вакцина? – В лаборатории, под охраной государства. Там очень высокий уровень защиты и безопасности, поэтому придется постараться. Для начала давай решим, когда лучше проникнуть в здание – днем или ночью. – Ночью меньшая вероятность быть замеченными, но днем можно затеряться в толпе. Но тогда надо что–то делать с твоим внешним видом - он слишком яркий. – Нет уж, – фыркнул Эйри. – Ни за что! Кайдэ улыбнулся: – Ну да, ты мне тоже больше таким нравишься, – и покраснел, когда понял, что сказал. – Да? – проворковал Эйри, цепляясь за оброненную фразу. – Мило. И что же тебе еще во мне нравится? – Вернемся к делу, – попытался сменить тему Кайдэ. – Тогда остается вариант проникнуть туда ночью. Есть карта, показывающая все средства безопасности? – Есть, вот она, – Эйри достал один лист из папки и стал водить по напечатанной схеме пальцем. – Три этажа. Охрана на первом и втором. Кабинет, который нам нужен, находится на последнем этаже, вот здесь. При этом наличествуют сигнализация, кодовые замки и камеры видеонаблюдения. – Да, задание не из легких, – вздохнул Кайдэ. – Портал в двух кварталах оттуда? – Именно. У меня были подобные задания с Эшли. В принципе, все эти системы безопасности не представляют особой сложности, если знать, как с ними справиться. – И ты знаешь? – Есть немного, – Эйри самодовольно усмехнулся. – Если мы проникнем в здание, то можно проскользнуть незамеченными мимо охраны, подняться по лестнице на третий этаж, а там воспользоваться тем, что камеры автоматически реагируют на любое, даже малейшее движение, то есть обмануть их. – Каким образом? – У меня есть одна идея. Предоставь это мне. Кайдэ отложил папку в сторону. – А кодовые замки? – Дай подумать, – Эйри начал водить указательным пальцем по губам. – Думаю, здесь точно не обойтись без помощи Эшли. – Эшли? – Он спец в электронике. Сейчас позвоню ему. Эйри выудил из заднего кармана джинсов мобильный и выбрал номер из телефонной книги. Эшли взял трубку почти сразу же. – Привет, малыш, – послышался радостный голос экс-напарника из громкого динамика мобильного. Услышав столь фривольное приветствие, Кайдэ насторожился. – Привет, братишка. Нам нужна твоя помощь. Помнишь те примочки, которые ты мне показывал и которые якобы могут вскрыть любой кодовый замок? – Вы собрались ограбить банк? – хихикнул Эшли. – Нет, всего лишь лабораторию. – Тебе понадобились результаты твоих анализов? – Не умничай, – улыбнулся Эйри. – Так ты поделишься с нами своим честно украденным богатством? – Помнится, когда я говорил тебе, что такие вещи надо прихватывать, ты сверкал на меня глазами, торопил и орал, что я вечно таскаю домой всякую ненужную рухлядь. – Ты хочешь, чтобы я раскаялся? – Думаю, до конца жизни не дождусь. Завтра утром буду в вашем районе, могу подвезти. Подойдет? – Отлично. Я у тебя в долгу. – Не бери в голову. – Тогда до завтра. Чао, детка. – Бай–бай, красавчик. Эйри нажал на кнопку сброса звонка и поймал на себе вопросительный взгляд Кайдэ. – Что? – недоумевающе спросил Эйри. – Вы всегда так общаетесь с Эшли? – юноша постарался придать голосу безразличие. – Ну, вообще-то да, это же смешно. А что именно ввело тебя в замешательство? – Эйри усмехнулся и отложил телефон. – Ничего, – насупился Кайдэ. – Ну, хочешь, я и тебя буду называть деткой? Кайдэ резко поднял на него голову и угрожающе сверкнул глазами. – Даже не вздумай! – Тогда не ревнуй, – Эйри улыбнулся, обнажив белые зубы. – Ревную?! – возмущенно взвился Кайдэ. – С ума сошел? Мне что, больше заняться нечем? Эйри уже смеялся в голос. – Ты очарователен, ты знаешь об этом? Ребячество его реакции смутило Кайдэ. Поерзав на стуле, он отвернулся. – И такой же упрямый, как и я. Хотя нет, гораздо упрямее, – Эйри потрепал его по русым волосам. – Сейчас позвоню Рэю, скажу, что мы все продумали, и потом я весь твой. – Все продумали? Но мы не обсудили деталей. – Завтра утром и по ходу дела обсудим, – Эйри поднял папку со стола, аккуратно убрал листы бумаги и отложил ее в сторону. – Ты же знаешь, я предпочитаю планировать все заранее, – нахмурился Кайдэ. – Тогда распланируй наше свободное время на вечер, – Эйри наклонился и коротко чмокнул друга в губы. – Все, бегу звонить Рэю. Когда он вышел, Кайдэ дотронулся пальцами до губ и улыбнулся. У него еще никогда не было такого отличного настроения, как сегодня. – Ну, так что, решил, чем займемся? – На улице дождь, – ответил Кайдэ, выглядывая за шторы. – Не погуляешь даже. Можно взять какой–нибудь фильм и купить попкорн или мороженое. - Юноша обернулся на Эйри и пожал плечами. – Я скучный, да? – Знаешь, – Эйри прищурился, а потом широко улыбнулся. – Значит, тогда я тоже скучный, потому что твоя идея кажется мне замечательной. И я сто лет не ел мороженого. Ты какое любишь? – С кленовым сиропом, – недолго думая, ответил Кайдэ. – Кто бы сомневался, если твое имя похоже на слово «клен». На губах юноши играла улыбка. – Ты помнишь? – А то! – Эйри подхватил с комода ключи. – Пойду в магазин. Значит, с кленовым сиропом и фисташковое для меня. Найди пока какую–нибудь комедию. Он вернулся минут через пятнадцать, скинул в коридоре кеды и, прошествовав в гостиную, поставил на журнальный столик несколько упаковок мороженого. Кайдэ ждал его, уже устроившись на диване. – И куда ты столько накупил? – удивился юноша. – Решил для разнообразия взять несколько видов, чтобы уж наесться – так наесться. И тебя накормить. Эйри сбегал на кухню и принес две чайных ложки, одну из которых протянул другу. Потом устроился рядом на диване, упер ноги в журнальный столик и передал другу упаковку мороженого. – Держи, с кленовым сиропом. – Спасибо, – Кайдэ поставил ее на колени и нажал кнопку “play” на пульте. На экране замигали стандартные титры, заиграла музыка. – Что смотрим? – Эйри уже с аппетитом поглощал мороженое, отправляя в рот одну ложку за другой. – Это старая французская комедия. Я не придумал ничего другого. – Отлично, люблю французские комедии. Кайдэ с улыбкой посмотрел на Эйри, пытаясь понять, говорит ли он правду или просто хочет сделать ему приятное. Да какая на самом деле разница? Главное, что они нашли наконец взаимопонимание. Не прошло и пятнадцати минут с начала фильма, как Эйри пододвинулся ближе к напарнику и с интересом заглянул в его стаканчик с мороженым. – Можно попробовать? – Конечно, – Кайдэ оторвался от экрана и протянул стакан. Эйри зачерпнул ложкой сладкую массу и сощурился от наслаждения. – Ммм, вкуснятина. Хочешь мое? – Давай, – улыбнулся Кайдэ, уже собираясь нырнуть ложкой в его стакан, но Эйри отодвинул его руку и с загадочным выражением лица соскреб мороженое на собственную ложку. Потом повернулся к юноше и протянул ее к его губам. – Держи. Когда Кайдэ ел что–то из рук Хины, в этом не было ничего особенного, но сейчас подобное действие казалось интимным. Он взглянул на развернувшегося к нему Эйри. Глаза молодого человека блестели при тусклом свете торшера. Стараясь отогнать от себя дурацкие мысли, Кайдэ приоткрыл губы и подался чуть вперед, слизывая с ложки мороженое. У него был яркий фисташковый вкус, не такой сладкий, как у кленового сиропа, но не менее приятный. Холодная масса начала таять во рту, и он едва успел ее проглотить, как Эйри наклонился и прижался губами к его губам. Кайдэ даже не успел среагировать, как горячий язык друга скользнул внутрь и мягко коснулся его собственного Это касание словно стало началом цепной реакции, которая затронула все тело и вскружила голову. Ресницы Кайдэ сами собой опустились, словно пытаясь скрыть стыдливость в глазах, а руки предательски потянулись навстречу теплу, исходящему от Эйри, обвили его за талию. Он чувствовал перемешавшийся вкус кленового сиропа, сливок и орехов, сладкий, почти приторный, но казалось, что это сам поцелуй был таким, а вовсе не мороженое. Стоило Эйри чуть отстраниться, как Кайдэ судорожно и тяжело выдохнул, с трудом поднимая веки. Щеки порозовели, сердце прыгало в груди. А Эйри смотрел на него и улыбался. – Ммм, у тебя такие теплые ладони, – промурлыкал Эйри, и Кайдэ только сейчас осознал, что каким–то образом забрался Эйри под футболку. Он резко отдернул руки, словно ошпарившись. – И–извини, – пролепетал он. – Ничего, – на удивление тихо и спокойно ответил Эйри. – Мне было приятно. Потом он поднял руку Кайдэ, раскрыл и прикоснулся к ладони влажными губами. Казалось бы, такое незатейливое действие, но Кайдэ всего встряхнуло. Стало жарко и душно. – Покорми меня мороженым. – А? – растерянно переспросил Кайдэ. – Покорми меня своим мороженым, – повторил Эйри и, словно в доказательство своим намерениям, протянул юноше чайную ложку. Он лег на живот, положил руки на колени Кайдэ и выжидающе посмотрел на него, как кот, которому должны вот–вот дать блюдце со сметаной. Кайдэ и сам не понимал, почему идет у него на поводу, но слегка дрожащими пальцами все же подцепил на ложку мороженое и поднес к губам Эйри, замечая, как в голубых глазах напротив заплясали смешинки. Прежде чем слизнуть сладкую массу, Эйри накрыл своей рукой пальцы юноши и довольно сощурился. – Я тебя смущаю? – спросил он после паузы без тени раскаяния в голосе. – Вовсе нет, – упрямо ответил Кайдэ, не желая признавать очевидного. – Ну, конечно, – протянул тот, потом привстал и, ловко подхватив Кайдэ под колени, усадил себе на бедра. – Ты что… – Кайдэ, чтобы удержать равновесие, невольно схватился за его плечи. Сидеть в такой позе было не то чтобы неудобно, но стеснительно. Юноша опустил голову, стараясь скрыть глаза за упавшими на лицо прядями волос. Он вздрогнул, когда вдруг губы Эйри коснулись его ключицы в вырезе майки, а горячее дыхание обожгло кожу. Отчего–то стало страшно, но вместе с тем Кайдэ внезапно осознал, что не хочет убегать или отталкивать друга. Эти прикосновения были настолько приятными и желанными, что и тело, и разум отказывались ему подчиняться. Мягкие, но настойчивые губы Эйри скользнули выше к основанию шеи, затем спустились к плечу, и Кайдэ бездумно откинул голову, предоставляя своему напарнику поле для действий. Мягкость губ вскоре сменилась щекочущими касаниями влажного языка, который обрисовывал контуры выступающей и пульсирующей жилки на шее, поднимаясь к мочке уха, и это было настолько невообразимо волнующе, что Кайдэ тихо застонал. Этот звук словно стал сигналом к еще более откровенным действиям Эйри, ладони которого пробрались под тонкую майку, стали гладить поясницу, заставляя юношу выгибаться. – Эйри… – тихий шепот раздался прямо над его ухом. – Хочешь, чтобы я остановился? – Да. Нет. Я не знаю… – голос Кайдэ совсем сел. – Значит, тебе приятно, – констатировал Эйри и улыбнулся, убирая с лица друга пряди волос. – Клянусь, я никогда не сделаю ничего такого, что могло бы хоть как–то напомнить тебе о тех ублюдках в интернате. – Откуда ты знаешь? – Кайдэ нахмурился. – Не имеет значения. Я хочу, чтобы ты забыл об этом. Доверься мне, Кайдэ. Я хочу показать тебе, что заниматься любовью — это прекрасно. Кайдэ судорожно сглотнул и вдруг обнял Эйри так крепко, словно хотел спрятаться в его руках от всего вокруг. – Поцелуй меня, – тихо, но твердо попросил Эйри. – Сам. В карих глазах отразилась нерешительность, и Эйри уже было подумал, что ничего не произойдет, но Кайдэ поднял руку, осторожно дотронулся пальцем до щеки молодого человека. Взгляд остановился на приоткрытых губах брюнета, а потом Кайдэ чуть подался вперед и коснулся губами уголка его рта. Эйри замер, боясь спугнуть, сделать хоть что–то, что заставит Кайдэ повернуть назад, а еще он просто не мог не признать, что все действия юноши настолько его волновали, что в груди стало тесно. Он даже перестал дышать, а губы Кайдэ тем временем легко накрыли его губы, осторожно поцеловали, потом еще раз. Эйри втянул носом воздух, по коже побежали мурашки, как россыпь бисера. Господи, с каких это пор один только поцелуй способен довести его до такого состояния? Тем временем кончик языка пропутешествовал вдоль нижней губы и нерешительно скользнул внутрь, дразня, соблазняя, и Эйри понял, что больше не может сдерживаться. Он ответил на поцелуй горячо и пылко, перехватывая инициативу. Запечатлев пару легких поцелуев на подбородке юноши, Эйри снова спустился к шее, лаская гладкую нежную кожу и чувствуя, как начинает дрожать в его руках тело Кайдэ. Через пару минут он стянул с него майку, и, прижав все еще сидящего на его бедрах Кайдэ к спинке дивана, коснулся языком ореола небольшого розового соска. Юноша вздрогнул и шумно выдохнул через нос. Его кожа уже давно стала горячей, и Эйри мог прекрасно представить, что творилось сейчас с Кайдэ в душе. Да он и сам уже зашел слишком далеко в этих ласках, чтобы поворачивать назад. Странным было только то, что Эйри делал это, не думая о самом себе. Ему просто хотелось, чтобы Кайдэ было хорошо. Это осознание поначалу удивило его. Никогда прежде он не задумывался о том, каково это – доставлять удовольствие кому–то кроме себя. А теперь… он хотел, чтобы Кайдэ стонал от наслаждения, чтобы еще крепче вцеплялся пальцами в его плечи, чтобы эти глаза с янтарным оттенком окончательно покрылись дымкой удовольствия. Эйри скользнул пальцами вдоль плоского живота юноши, обвел по кругу выемку пупка, достиг кромки джинсов и положил ладонь на натянутую ткань . И догадываться не нужно было, что его ласки привели к таким последствиям. Он и сам уже чувствовал, как горит пламя в собственном паху, но предпочел просто об этом не думать. Эйри посмотрел на Кайдэ, встречаясь с карими глазами, цвет которых сейчас стал гораздо темнее и насыщеннее. Грудь юноши приподнималась и опускалась. На ней блестели все еще влажные дорожки, оставленные губами Эйри. Местами, пятнышки. Тело юноши было настолько изящным и тонким, что при одном только взгляде на него голова начинала кружиться. Тело, до которого никто прежде не дотрагивался. Никогда. – Красивый, – шепнул Эйри рядом с его ухом и слегка улыбнулся. – Наверно, я не заслуживаю тебя… Эти слова вырвались сами, Эйри и не думал произносить ничего подобного. Он сам опешил и, прикрыв глаза, уткнулся лбом в плечо Кайдэ. Уже через пару секунд он почувствовал, как пальцы юноши перебирают его волосы на затылке, так успокаивающе, так нежно… – Не нужно так говорить. Эйри поднял голову. – Может, нам действительно стоит остановиться? Господи, что он такое говорил?! С каких пор он стал думать о ком–то так? Заботиться? Беспокоиться? Глаза Кайдэ округлились, а потом он и вовсе отвернулся, пряча лицо за волосами. Убрав руки от Эйри, он обхватил себя за плечи, будто в комнате стало холодно. – Кайдэ? – тихо позвал его Эйри, но никакой реакции не последовало. – Кайдэ. Он положил руку ему на щеку и повернул к себе, замечая влагу в уголках глаз. – Черт возьми, Кайдэ! – Эйри порывисто обнял его и прижал к себе. – Прости меня. Прости, пожалуйста. Ему вдруг стало стыдно за все свои слова, за все поступки, которые он совершил с Кайдэ прежде. И он просил прощения за все, начиная с самого первого дня их знакомства. – Извини меня, – Эйри коснулся губами его виска. – Я не имел в виду, что не хочу тебя. Просто… Черт, Кайдэ, я совершенно не знаю, как вести себя с тобой. Ты совершенно особенный. И я… Я… Эйри запнулся. Он глубоко втянул носом воздух и еще крепче прижал юношу к груди. – Я никогда ни к кому не относился серьезно. Никогда никем не дорожил. А с тобой… все по–другому, Кайдэ. Совсем иначе. Он почувствовал, как юноша напрягся в его руках, а потом слегка отстранился. Во влажных глазах читалась растерянность. – Эйри… Я тоже. – Тоже? – переспросил его тот. Голос отчего–то дрогнул, но вместе с тем стало так радостно и свободно на душе. – Кайдэ... – улыбнулся он, зарываясь лицом в его волосы. Он снова усмехнулся и посмотрел юноше в глаза, а потом коснулся губами его щеки, пока не нашел губы и не слился с ним в поцелуе. И теперь не было никаких преград и барьеров. Внутри Эйри распустилось цветком такое ощущение счастья, что стало все равно, что происходит вокруг. Единственное, что его волновало, был Кайдэ, которого он сейчас обнимал за талию и целовал, чувствовал, как тот отвечает – сперва робко, потом более пылко и самозабвенно. И ладони снова скользили по телу, и, с удивлением понял Эйри, не только его ладони… Кайдэ обнимал его, гладил по спине, по бокам. – Подожди, – улыбнулся Эйри, отстраняясь и стягивая с себя футболку. – К черту ее, правда ведь? Кайдэ только кивнул и улыбнулся – впервые за все это время. Откинув футболку на пол, Эйри снова притянул к себе юношу и стал оставлять дорожку поцелуев от шеи к груди, задержался на нежных сосках, снова ощущая приятное чувство волнения от того, как они твердели на его языке. Опустив руку к джинсам Кайдэ, Эйри лукаво улыбнулся и потер ладонью натянувшуюся ткань в области паха – юноша глубоко втянул носом воздух. Пряжка ремня звякнула, пуговица и молния поддались сразу же, открывая часть черного нижнего белья. Чтобы стянуть штанины, пришлось уложить юношу на диван под себя. Кайдэ вздрогнул, когда Эйри приподнял резинку его боксеров, чтобы спустить последнее препятствие вниз по бедрам, обнажая его полностью. Худая грудь, плоский живот, узкие бедра и стройные ноги, чуть согнутые в коленях, аккуратной и ровной формы член, возбужденный и слегка подрагивающий с едва заметной вязкой каплей влаги на гладкой головке… Эйри вздохнул, накрывая юношу своим телом и прикрывая глаза. Как можно было прятать такое от других все эти годы? Он снова поцеловал его, потом приподнялся на одном локте, и губы дрогнули в улыбке. – Сам меня разденешь? Он заметил, как замешкался Кайдэ, но все же взял себя в руки и принялся бороться с ремнем друга. Его пальцы дрожали, щеки раскраснелись, но он справился, поднимая глаза на Эйри и останавливаясь. Кайдэ казалось, что это было так неловко, но вместе с тем он не мог отрицать, что желание сводило все тело и сознание. Прежде он и понятия не имел, каково это – желать кого–то, гореть от его прикосновений, таять как воск свечи, хотеть большего. Собрав всю свою смелость, он потянул джинсы Эйри вниз вместе с черными боксерами, стараясь не смотреть вниз, поэтому просто почувствовал, как его живота коснулась упругая, возбужденная плоть друга. Странно, он ведь даже ничего не делал для того, чтобы как–то способствовать эрекции Эйри. Окончательно выпутавшись из джинсов, Эйри не стал долго ждать и, устроившись между ног своего напарника, обхватил сразу их обоих правой рукой, скользя вверх и снова вниз. Он видел, как задрожал Кайдэ, как его губы соблазнительно приоткрылись, а кончик розового языка бессознательно обвел их контур. Веки юноши, наоборот, плавно опустились, и тени от ресниц легли на кожу. Кайдэ не смог сдержать стона, короткого, потом еще одного – более протяжного, вызывая у Эйри еще большее желание, но он вдруг остановился и потянулся вниз, чем привел Кайдэ в явное замешательство. – Что…? – шепнул юноша, а потом взмолился в полный голос, не в состоянии больше выдерживать это напряжение внизу живота. – Эйри, пожалуйста… Кайдэ выдохнул, когда Эйри внезапно снова обхватил рукой его плоть и, наклонившись, скользнул по головке языком, нарочито медленно и плавно. А потом этот плотный вакуум горячего влажного рта Эйри вокруг его члена, скользящие движения языком то по кругу, то вверх и вниз, дразнящие, сводящие с ума, заставляющие рвано хватать воздух и дрожать. Кайдэ сам не заметил, как стал подаваться бедрами вперед, как выгибался, стремясь подстроиться под движения так искусно ласкающего его друга. Живот стали прошивать спазмы, они передались в позвоночник и вверх вплоть до затылка, пока… Кайдэ показалось, что с потолка посыпалась штукатурка, или это блестки покрыли собой все зрение, плыли перед глазами, опускались на пол. Когда он успел так прикусить руку, что теперь на тыльной стороне ладони виднелся красный след от его собственных зубов? А напротив смеялись довольные голубые глаза Эйри, который отпустил плоть юноши и с интересом посмотрел на свои пальцы, испачкавшиеся в чужом семени, поднес к губам и слизнул с одного из них молочного цвета влагу, заставляя Кайдэ покраснеть. После чего Эйри подался вперед и накрыл его рот поцелуем. Солоноватый вкус, смешавшийся со слюной, передался и юноше. – Видишь, ничего страшного, – Эйри обвел указательным пальцем пупок Кайдэ и улыбнулся. – Наоборот, только приятно. Спустя еще одну минуту поцелуев он поймал Кайдэ за запястье и направил его руку вниз, мимо вьющегося узора татуировки и дорожки тонких темных волосков. – Поможешь мне? – шепнул Эйри прямо в губы друга. – Просто… рукой. Кайдэ немного неуверенно кивнул и посмотрел вниз, где в его бедро настойчиво упиралась возбужденная плоть друга. Когда Кайдэ дотронулся до нее, казалось, что он делал что–то настолько непристойное и интимное, но вместе с тем в душе вдруг появилось и другое непривычное, новое чувство – он ощущал, что сам испытывает от этого удовольствие. Кайдэ обхватил ее ладонью, чуть сжал и провел вверх. Эйри что–то простонал ему на ухо и горячо выдохнул: – Еще… Кайдэ повторил предыдущее движение, устанавливая неторопливый темп, привыкая к новому и странному ощущению – чувствовать себя способным доставлять человеку удовольствие. Именно это чувство казалось ему чем–то неповторимо прекрасным, вселяло уверенность, силы, поэтому он смелее убыстрял действия, слыша, как из груди Эйри доносятся несдержанные хрипловатые стоны. Кайдэ наблюдал, как на висках напарника выступают маленькие капельки пота, как еще сильнее наливается его член в ладони, как голубые глаза становятся синими, погружающими в себя океанами, как приоткрываются его губы, будто приглашая припасть к этому рту. Кайдэ поймал себя на мысли, что не может отвести от Эйри взгляда – сейчас он был как никогда притягателен, и вместе с развратностью, которой он искрился, Кайдэ видел еще и неприкрытую искренность – то, что он так любил в Эйри. Залюбовавшись синевой его глаз, Кайдэ не сразу среагировал, когда Эйри потянулся к нему за очередным поцелуем, стал требовательно терзать податливые губы друга и в какой–то момент вдруг дернулся всем телом и густо излился прямо в его ладонь, обхватывая юношу за талию и крепко прижимая к себе. Кайдэ замер, не зная, что делать дальше, что говорить, как теперь смотреть Эйри в глаза, но тот первым нарушил тишину, устроившись у юноши под боком, по–прежнему обнимая, и тихо усмехнулся прямо на ухо: – А у тебя здорово получается. Кайдэ хмыкнул и сдул с лица прядь волос. Несмотря на тепло, исходящее от тела Эйри, прохладный воздух стал остужать кожу, и сделалось зябко, так что он поежился. – Кайдэ? – Ммм? – А если Хидео свалил, выходит, ты переедешь обратно к себе в комнату? Кайдэ напрягся. И с чего вдруг Эйри решил сейчас вспомнить об этом? – Да, а как же иначе? Не спать же мне все время на полу. – Ты прав, – кивнул Эйри, хотя голос выдал разочарование. – Я рад, что Хидео тут больше не будет, но не тому, что теперь мы снова будем в разных комнатах. Просто он меня бесит. – Я тоже тебя поначалу бесил, – напомнил юноша. – Ты – это другое дело. – Почему? – Не знаю. С тобой… – Эйри чему–то загадочно улыбнулся, потом уткнулся носом в волосы друга и втянул их запах. – С тобой хорошо. И спокойно. – Я думал, ты больше предпочитаешь экстрим. – А я и сам так думал, – усмехнулся Эйри. – Пока чуть не попал под колеса поезда, съехав с его крыши. Кайдэ повернулся к напарнику, встречаясь с ним взглядом и, бездумно подняв руку, провел пальцами по его щеке. – Не знаю, что бы тогда делал, если бы… – он тряхнул головой, не желая думать о плохом. – Сначала Хина, потом это… – Я не собираюсь умирать молодым, так что тебе не о чем беспокоиться, – Эйри положил ладонь на грудь Кайдэ и провел линию до его живота, потом до бедра. – И еще… Тебе надо помириться со своей подружкой. – Что? – юноша удивленно посмотрел на него. – Она за тебя переживает. Так что не думаю, что ты должен с ней ругаться из–за меня. Но этим ты займешься позже, а сейчас… – Эйри приподнялся на локте и его глаза хитро блеснули, – переместимся в спальню? – Зачем? – Чтобы продолжить. – Но разве…? – О, не-е-ет. Я не собираюсь ограничиться одним разом, – засмеялся Эйри, слезая с дивана и стягивая друга за собой. В этот раз ощущения были такими же сильными, но несколько другими — может быть, потому что Кайдэ учился наслаждаться ими, а не пугаться собственных реакций. Ему казалось, что Эйри уже успел прикоснуться к каждому сантиметру его тела, и оно каждый раз отвечало трепетом и легкой поверхностной дрожью, которую никак не удавалось контролировать. Ощущать, как прижимается к нему Эйри, было тоже неимоверно приятно, чувствовать его мышцы под кожей, вибрирующее тепло дыхания и легкое скольжение языка – вверх к левому соску, чтобы прихватить его губами, чуть сжать зубами, заставляя загореться маленьким островком боли, и зализать легкий укус, вынуждая Кайдэ вцепиться пальцами в простыни. Эйри улыбнулся, когда услышал, как еще один тихий стон сорвался с губ Кайдэ – все же юноша совершенно не умел скрывать свои эмоции, да и надо ли было? Изучая его тело, Эйри хотел найти те самые точки, прикосновение к которым вызывало бы в Кайдэ особые реакции, и он уже минут пятнадцать путешествовал руками и губами, исследуя изгибы его фигуры. Парочку таких мест он уже обнаружил и теперь периодически возвращался к ним: соски, нежные розовые бугорки которых твердели, стоило до них дотронуться, сгибы локтей, где под тонкой кожей виднелись нити фиолетовых вен, и плоский живот, вздрагивающий под ласками. Теперь… ниже… Эйри спустился ладонью к бедру Кайдэ, провел вверх по внутренней стороне, намеренно не дотрагиваясь до возбужденной плоти. Реакция друга умилила Эйри – тот слегка раздвинул ноги, предоставляя ему пространство для действий. А что, если… Эйри подтянулся к нему, накрывая губы поцелуем, пытаясь отвлечь от того, как в это время его пальцы скользнули между ног Кайдэ, чуть глубже – между ягодиц, осторожно дотрагиваясь до чувствительной кожи спрятанного входа в тело и поглаживая, потом слегка нажимая. Он почувствовал, как Кайдэ напрягся всем телом, как дыхание шумно вырывалось из губ, пока Эйри целовал его. Но неожиданно ладони Кайдэ уперлись в грудь друга. – Эйри… я… В карих глазах мелькнула паника. «Ты слишком торопишься», – сам себе сказал Эйри, убирая руку от скрытых интимных мест друга и накрывая ладонью его член. – А так лучше? – улыбнулся он и выгнул бровь, потом дотронулся большим пальцем до головки члена юноши и обвел ее по кругу, чувствуя, как Кайдэ сразу же подается навстречу, а через секунду Кайдэ резко притянул Эйри к себе за шею и требовательно поцеловал, сам, без приглашения. «Приятный сюрприз,» – ликующе отметил про себя Эйри и заскользил рукой по члену юноши, вознаграждая его за инициативу и смелость. Это было приятно – осознавать, что все его действия вызывали в Кайдэ такие искренние яркие реакции, начиная от тихих выдохов, заканчивая громкими стонами. Как и сейчас… – Тссс, – шепнул Эйри в приоткрытые навстречу губы, которые уже без стеснения искали ответных ласк, убыстрил темп рукой и усмехнулся. – Ты же не хочешь, чтобы твоя подружка нас услышала через пару квартир? Кайдэ судорожно помотал головой и накрыл свой рот ладонью, крепко зажмурившись. – Эй–эй, я пошутил, – Эйри еле оторвал его руку от лица за запястье. – Не закрывай глаза. Не сдерживай себя. Откройся. «Ты слишком много хочешь,» – подумал Эйри, но, к его удивлению, Кайдэ поднял ресницы, и карие глаза вдруг приобрели непривычный золотистый оттенок. Очередной судорожный выдох вырвался из его груди, а рука потянулась вниз, неожиданно обхватывая твердый член Эйри и начиная двигаться в едином ритме. – Я хочу… чтобы мы вместе… – Кайдэ запнулся, облизнул сухие губы. – Одновременно… Эйри улыбнулся одним уголком рта и коснулся губами шеи юноши. – Непременно, – шепнул он, чувствуя, как низ живота наливается свинцовой тяжестью, предвещая о скором приближении разрядки. Кайдэ прижимался спиной к его груди и уже спал. Размеренное дыхание убаюкивало и Эйри, а плоский живот Кайдэ слегка приподнимался и опускался в такт грудной клетке под его ладонью. Тишина комнаты была на удивление комфортна, как и тепло, исходящее от чужого тела, лежащего в его постели. Впервые за всю жизнь Эйри делил свою кровать с кем–то, да еще и после секса. Раньше обычно всех ждала только одна участь: хлопок двери за спиной. Но с Кайдэ было по–другому. Эйри и подумать не мог, чтобы отпустить его куда–то, пусть даже на соседний матрац на полу, который они еще не успели унести. Часы показывали около трех ночи. Кайдэ заснул, едва перевернувшись на бок, уставший после того, как Эйри в третий раз заставил его излиться и побывать на пике наслаждения. «Такой неискушенный, – усмехнулся Эйри в затылок напарника. - Но в третий заход уже явно многому научился.» Ему совершенно не хотелось думать о том, что будет завтра, и даже волнительное предвкушение от задания не переполняло как прежде. Если бы у него была возможность проваляться в постели с Кайдэ целый день, он бы обязательно так и поступил. Лунный свет из–за приоткрытых штор падал на голое плечо юноши, придавая коже серебристый оттенок, и Эйри не удержался и коснулся его губами ровно там, где виднелись три крошечных темных родинки, создавая ровный треугольник. Нежная, шелковистая кожа, такая приятная и гладкая на ощупь, теплая… – Кайдэ? – он и сам не знал, зачем окликнул его и что собирался сказать. – Ммм? – сонно отозвался тот, накрывая руку Эйри на своем животе ладонью. – Да нет, ничего, – юноша помотал головой. – Спи. Спокойной ночи. – И тебе, Эйри, – казалось, Кайдэ тут же снова заснул, стоило ресницам плавно сомкнуться.