Между реальностями

Аэна ходила взад-вперед уже минут пять. Указательный палец был прижат к губам, уголки губ чуть вздернуты в улыбке. - Значит, они вернулись, - повторила она одну и ту же фразу уже в третий раз за то время, сколько Рэй сидел напротив нее. - Да, они здесь. - А они еще сильнее, чем я думала, - почти что заговорщицким тоном сказала женщина. – Выходит, Эйри удалось и вытащить своего друга, и лишить «Двойника» главных козырей. Очень интересно… Аэна снова задумалась о чем-то своем, продолжая мерить шагами комнату. После некоторой паузы Рэй прокашлялся и позволил-таки себе задать мучавший его вопрос. - Могу я спросить? - Спрашивай, конечно. - Что теперь ждет Эйри и Кайдэ? Особенно Эйри, ведь он нарушил целый список правил. - Да, с этим не поспоришь, - вздохнула Аэна. – Это было дерзостью самостоятельно принять подобное решение и перейти в другую реальность. - Но, может быть, то, что теперь у нас есть базы «Двойника», смягчит его наказание? - Посмотрим, - Аэна взглянула на наручные часы. – Извини, но мне пора. Рэй понимающе кивнул и поднялся с кресла, понимая, что это явный намек на то, что он должен уйти. Но прежде чем сделать это, он все же решил использовать еще одну возможность. - Аэна, я хотел сказать, что если понадобится, я готов взять часть ответственности за Эйри на себя. Женщина обернулась, в глазах промелькнуло легкое удивление. - Ладно, я учту, - сдержанно ответила она, провожая Рэя взглядом до самых дверей. Потом накинула на плечи пальто, взяла ключи от машины и вышла следом. - Жаль, что такие ужины в последнее время мы устраиваем нечасто, - Аэна улыбнулась, глядя на мужчину, сидящего рядом с ней за столом. Тот накрыл ее руку ладонью. - Думаю, вскоре у нас появится больше времени, - ответил Тахи и пригубил белое вино. – Суматоха с «Двойником» и этой парочкой Агентов требовала много сил. Кто бы знал, что где-то есть идентичная нашей организация. - Нужно просмотреть базы. - Займемся этим завтра прямо утром. - Может, пригласим Эйри? - Ты уже решила ему сообщить? - Не будь так официален, - фыркнула Аэна. – Знаешь, Рэй сегодня сказал, что готов взять половину ответственности за его действия на себя. - Рэй? – удивился Тахи. - Именно. - Странно, на него это не похоже. - Видимо, и у него есть любимчики. Недаром он так тщательно подбирал тогда напарников для Эйри и Кайдэ. - Эти мальчишки… Неужели у них все может быть серьезно? - У них открылся дар через связь, а ты еще спрашиваешь, серьезно ли? – засмеялась женщина, а потом шутливо поморщила нос. – Иногда ты бываешь невыносимым скептиком. - В нашей работе это качество бывает необходимо. Например, когда кто-то из Агентов нарушает целый свод правил Дома Солнца. - И исключений не может быть? - Ты и сама знаешь ответ на этот вопрос. - Сегодня наш врач был у Кайдэ, я разговаривала с ним перед тем, как встретиться с Рэем. - И что он сказал? - Мальчик все еще очень слаб. Похоже, его перекачали какими-то анестетиками в «Двойнике», от которых была нарушена жизнедеятельность всего организма. Но ему становится лучше. После необходимой терапии все должно наладиться. - Так когда мы сообщим им? - Подождем пару дней. Пусть придут в себя. Эмоции сейчас будут ни к чему, а я не думаю, что они способны рационально мыслить после того, что случилось. Тахи согласно кивнул, снова отдаваясь каким-то собственным мыслям. - Думаешь о том, что теперь делать с «Двойником»? - Да, этот вопрос все еще требует внимания. Базы базами, но там есть люди, в том числе и со способностями. - Подумаешь об этом завтра. И я тебе в этом помогу, - Аэна пригубила вино, поднялась из-за стола и, подойдя к музыкальному центру, включила легкую, спокойную музыку. – Пригласишь меня на танец? Тахи перевел взгляд на стройную фигуру с плавными женственными формами и кивнул. - С радостью. Сколько лет они были вместе? Он все еще помнил, как увидел Аэну впервые, когда их представили друг другу напарниками. Первая мысль была о том, как эта девчонка в мальчишеской одежде может с ним работать? Он был настолько уверен, что будет делить напарничество с парнем, что какое-то время просто стоял и молчал от удивления. Но потом началось самое сложное: притирание. Его напарница оказалась настоящей сорвиголова, похлеще мальчишек-однокурсников. Он же, будучи всегда спокойным и сдержанным, совершенно ее не понимал. Только спустя четыре месяца что-то в его отношении к ней стало меняться. Совместные задания, острый запах опасности и та забота, которой она одаривала его, сделали свое дело: и в какой-то момент Тахи просто понял, что девушка засела в его сердце надолго, возможно, даже навсегда. Теперь его виски стала трогать седина, а Аэна постоянно искала в отражении зеркала новые морщинки. Но если менялись тела, то чувства оставались прежними. Медленно танцуя под мелодичные ноты, они снова были вместе. Вне Дома Солнца. Дома, только вдвоем. И даже если мысли еще не успели остыть от жизненно важных дел организации, эта интимность расслабляла разум. - Кстати, где ты был вчера вечером? Я долго тебя ждала в кабинете, - вдруг спросила Аэна, но мужчина только лишь поцеловал ее в висок. - Смотрел отчет технического отдела. Ничего особенного, - и снова растворился в звуках музыки. Полдня Кайдэ провел с Хиной. Они долго разговаривали, потом пообедали вместе, хотя это сложно было назвать полноценным обедом, потому что Кайдэ все еще лежал в постели, несмотря на то, что со времени их возвращения прошло четыре дня. Силы медленно прибавлялись – по крайней мере, теперь он без чьей-либо помощи мог дойти до туалета или принять душ, и ему не надо было краснеть перед Эйри, как в первый вечер, когда тот его сам мыл, усадив в ванную. От воспоминаний о том, как Эйри касался покрытой пеной мочалкой его тела, щеки начинали покрываться румянцем. Эти прикосновения поднимали на поверхность те же глубокие интимные ощущения, которые он испытывал с ним прежде в постели, и казались настолько же непристойными, насколько и влекущими. А если уж совсем откровенно, то он понял, что нуждается в них, хочет, не только разумом, но и телом. Если раньше он боялся даже подобной мысли, то сейчас все изменилось. Точнее, с Эйри все изменилось. Когда подруга ушла, Кайдэ встал с кровати и неторопливо подошел к окну. Эйри ушел по магазинам, его не было уже приличное время, и отчего-то от этого делалось тревожно. Если снова произойдет что-то, хватит ли у них сил на то, чтобы спасти друг друга вновь? Кайдэ перевел взгляд на свой сгиб локтя: синяки еще не прошли до конца. Следы от игл красно-фиолетовыми точками покрывали бледную кожу там, где под ней просвечивались вены, словно у наркомана. Тот момент, когда он видел своего отца, до сих пор отдавался болью в сердце. Но еще больнее было потом – когда Эйри рассказал ему все в деталях спустя пару дней. Тогда он сказал, что отец Иру являлся Главой «Двойника», и именно он тогда подстроил сцену с их встречей во время задания. Эйри уверял, что этот человек был всего лишь визуальной копией отца Кайдэ, хотя юноша и сам это прекрасно понимал. Но только сердце не понимало. В его мыслях и памяти родители остались образцом добродетели, и сложно было представить, что человек, похожий на отца, как две капли воды, мог быть полной противоположностью. Легкий снег шел за окном, и Кайдэ подумал о том, что Эйри наверняка пошел на улицу без шапки и в куртке нараспашку. Ведь опять замерзнет, вернется с покрасневшими щеками и холодными руками. В коридоре послышался хлопок двери, и юноша обернулся. - Я дома, - раздался голос Эйри из коридора. – Ну и холодрыга там! Кайдэ подошел к порогу комнаты, чувствуя, как снова накатывает усталость. Так и есть: Эйри был без шапки, на черных волосах блестели капельки растаявшего снега. - Тебя долго не было. - Да, но зато я сделал важное дело. - Какое? - Заказал гитару для Шинни. Представляю, как он сейчас рвет и мечет, что я не сдержал обещание, - Эйри поставил пакеты с продуктами на кухонный стол.  - И как ты собираешься ее передать? - Не знаю, придумаю что-нибудь. Конечно, мы могли бы с тобой сгонять в ту реальность и навестить нашего знакомого, - усмехнулся Эйри. – Но не думаю, что это одобрят, если узнают. - Мы и так много всего нарушили, так что не думаю, что что-то изменится, если мы отблагодарим его. - Сама доброта, - сыронизировал Эйри, потом подошел ближе, положил ладони на талию юноши.  - Холодные, - улыбнулся Кайдэ. - Ммм? - Твои руки холодные. Ты снова не надел перчатки, - Кайдэ перехватил ладони друга, накрывая своими, чтобы хоть немного согреть. - Так, а чего это ты разгуливаешь тут? – Эйри отстранился, намеренно не желая поддаваться тем ощущениям, которые в нем вызвало это простое прикосновение. Кажется, из-за воздержания он уже скоро станет дерганным.  - Надоело лежать.  - Смотрю, тебе точно становится лучше, - Эйри стянул толстовку, оставшись в одной футболке, и повесил ее в шкаф. – Как провели время с Хиной? - Хорошо, - Кайдэ присел на край кровати. – Она говорит, что Дом Солнца собирается проводить какую-то операцию в «Двойнике». - Чистку? – выгнул бровь Эйри.  - Она не в курсе деталей.  - Интересно, что стало с Хидео. Или станет… - Я не думал, что ты задашься этим вопросом, - признался Кайдэ. - Я же не сказал, что меня волнует его судьба. Всего лишь простое любопытство. Эйри тряхнул челкой, на которой теперь виднелись ярко-красные пряди. Когда он вернулся от парикмахера два дня назад, то полчаса стоял перед зеркалом, разглядывая свой обновленный имидж и жалуясь, что в салоне не было синей краски для волос.  - Он делал все это, потому что любил Иру, да? – тихо спросил Кайдэ, глядя куда-то в пол. – Поэтому так неоднозначно относился ко мне – я же был его копией.  - К чему ты все это говоришь? - Не знаю, - честно признался юноша. – Наверно, мне жаль его, ведь умер его любимый человек. - Невыносимо! – фыркнул Эйри. – Тебе жаль человека, который сделал все это с тобой. И со мной. Иногда я тебя совершенно не понимаю, Кайдэ. Нельзя быть таким мягкосердечным. А потом Эйри словно озарила какая-то вспышка. Он вспомнил Иру и то, какими разными они казались с Кайдэ. Разве он не считал тогда мягкосердечность Кайдэ добродетелью и его отличительной чертой? Все познается в сравнении, а теперь он ругается на него за это.  Эйри потрепал себя по волосам и махнул рукой. - А, ладно. Лучше будь таким.  Юноша непонимающе взглянул на него. - Просто будь собой, - усмехнулся Эйри, не вдаваясь в детали. – Я голоден. Пойду перекушу что-нибудь.  Эйри разобрал пакеты с продуктами, разложив их в холодильник, поставил в микроволновку купленные полуфабрикаты, в предвкушении хоть какой-то еды, которая заполнит желудок. Первым делом, когда Кайдэ окончательно поправится, он обязательно попросит его приготовить что-нибудь вкусное и сытное. В заднем кармане широких джинсов завибрировал мобильный. «Рэй», - высветилось на экране, и Эйри невольно напрягся. - Здравствуй, - настороженно ответил юноша. - Здравствуй.  - Чем обязан? - Завтра утром в одиннадцать мы ждем Вас в Доме Солнца.  - Мы? - Я, Аэна и Тахи. А так же работники лаборатории: после вашего возвращения вам нужно пройти стандартный осмотр. - Запишите данные о всех новых шрамах и родинках, а потом вынесите приговор? - Пока, до завтра. Не опаздывайте.  В динамике раздались короткие гудки.  - И тебе пока, - Эйри плюхнулся на стул и спрятал лицо в ладонях. Больше всего он боялся этого звонка и самого разговора в Доме Солнца. Сколько бы он ни старался не думать об этом за все дни после их возвращения, мысли все равно преследовали, подобно ловким охотникам, закидывающим силок на несчастную жертву.  Микроволновка запищала, оповещая о том, что еда готова, но аппетит пропал. - Кто звонил? – голос Кайдэ в дверях заставил его вздрогнуть.  - Рэй, - Эйри поморщился.  Кайдэ молчал, но даже и без слов было понятно, что он ждет продолжения. - Завтра к одиннадцати нужно быть у него. Аэна и Тахи так же желают нас видеть, - Эйри поднялся и встал к другу спиной, возясь с микроволновкой, чтобы тот не видел его озадаченного выражения лица. Взявшись за края пластиковой коробочки с разогретой лазаньей, он тут же отдернул руки и вскрикнул. - Ах, черт!  - Обжегся? – Кайдэ оказался рядом.  - Забудь, ерунда, - эта тупая боль в кончиках пальцев казалась ничем по сравнению с его переживаниями относительно завтрашнего дня.  - Покажи. - Я же сказал… - Но ты обжегся… - Хватит! Я же сказал, что ерунда! – закричал Эйри, срываясь. Конечно, Кайдэ был не виноват. Просто нервы дали о себе знать. Эйри помотал головой и зажмурился на пару секунд. – Подумаешь, небольшой ожог. Не устраивай из этого трагедию. «Может быть, завтра, мне выстрелят в затылок, а ты думаешь о каком-то ожоге», - добавил он про себя.  - Иди ложись. Я хочу поесть, - сказал он, краем глаза замечая потупленный взгляд друга.  Кайдэ поколебался еще какое-то время, а потом ушел, не сказав ни слова.  «Обиделся? – посмотрел ему вслед Эйри. – Если бы ты знал, как бесит это чувство неизвестности. Когда понятия не имеешь, просто сдохнешь или над тобой еще поиздеваются. В любом случае нам все равно не позволят больше быть вместе: даже если я останусь жив, они не позволят нам быть напарниками». От подобного утверждения в голове вообще все поплыло. Стоило Эйри представить, что у Кайдэ будет другой напарник и им не позволят даже видеться, как едкое чувство не то ревности, не то ярости стало заполнять изнутри.  «Тогда какого хрена я тут ору на него?» Эйри вспомнил, как в тот вечер, когда его ранили, Кайдэ впервые предложил ему себя. Тогда он сказал: «Я только сегодня осознал, что каждый раз, выполняя задания, мы находимся на грани, и не знаем, что нас ждет завтра. И разве это нелогично? Разве, если любишь кого–то, не хочешь стать ближе? Ведь завтра такого шанса просто может не быть!» Эйри выругался на самого себя, на свою несдержанность и то, что вместо того, чтобы быть с тем, кто был ему дорог, возможно, в последний раз, он стоял тут, один на кухне, глядя на безвкусные полуфабрикаты, поругавшись с Кайдэ. - Ты идиот, Эйри, - обратился он к самому себе. – Даже мягкосердечный Кайдэ понимает больше тебя в этой жизни.  Отодвинув с пренебрежительным видом остывающую лазанью, он прошел в свою комнату, застав Кайдэ сидящим на широком подоконнике и наблюдающим за тем, как кружится за окном снег. Грусть в карих глазах заставила испытать острый укол вины.  Подойдя ближе и остановившись у другой стороны окна, Эйри проследил взглядом за одной крупной снежинкой, пока она исчезла где-то внизу.  - Я сорвался, - сказал он и сел спиной к стеклу, засунув руки в карманы. – Извини. У него никогда не получалось нормально просить прощения. Да что уж там говорить, Кайдэ вообще был первым, кто от него это услышал. Эйри повернулся лицом к другу и тяжело вздохнул. - Я психую из-за того, что скажут завтра. Поэтому… - Эйри остановился, потом вскочил с подоконника и порывисто обнял Кайдэ, прижимая к своей груди и уткнувшись носом в его висок. – Завтра такого шанса может не быть, - безрадостно усмехнулся он. – Поэтому я хочу использовать его сегодня. Он почувствовал, как Кайдэ ответно обнимает его. Значит, не сердится? Эйри поднял голову, заглядывая в карие глаза: большие и красивые они смотрели прямо на него с такой преданностью и волнением, что горло стягивало. Внезапное осознание ужалило: Кайдэ тоже переживал, не меньше его. Просто, как всегда, не говорил об этом вслух.  - Тогда используй, - шепнул юноша, прекрасная понимая, что имеет в виду Эйри, ведь он повторял его собственные слова. Отчего-то на глаза наворачивались слезы, и он подумал, что вовсе не против воспринять шутку Эйри как правду и сбежать с ним куда-то далеко, лишь бы хоть немного еще продлить минуты близости.  Эйри не спрашивал, как чувствует себя его напарник. Наверно, сейчас это просто было ни к чему. Он просто встал между его ног, баюкая лицо Кайдэ в своих ладонях, и потянулся к ждущим губам. Послушные и мягкие, как и прежде, они тут же открылись, благодарно встречая и принимая. По телу пробежала волна мурашек от тех ощущений, которые мгновенно отозвались в Эйри. Он обхватил ладонями узкие бедра юноши, притягивая его еще ближе к себе, а потом и вовсе вжал спиной в холодное стекло, когда желание и чувства перекрыли собой все остальное.  Он припал губами к шее Кайдэ, как безумный вылизывая каждый сантиметр светлой кожи, прикусывая и тут же скользя одними губами, почти невесомо, с придыханием. И судя по реакции друга: по вцепившимся в его талию пальцам, по учащенным вздохам, по прижимающемуся к нему телу, он понял, что ждал этого момента не один.  - Ты тоже, - усмехнулся он, скользнув кончиком языка по мочке уха напарника, – хотел меня? Кайдэ судорожно кивнул и еще сильнее вжался бедрами в друга.  - И я тебя. Безумно, - шепнул Эйри, проникая ладонями под футболку юноши, стягивая ее наверх, пока и вовсе не избавился от ее присутствия. По коже Кайдэ бежали мурашки, очевидно, от холодного стекла, к которому он был прижат спиной. Поэтому недолго думая Эйри подхватил его за бедра и через пару шагов уронил на кровать.  Спортивные брюки, голубые джинсы, синяя футболка и белье – их больше не было. Остались только два льнущих друг к другу тела, изголодавшиеся друг по другу, уставшие от жизненных перипетий, отдающиеся друг другу до самого сердца.  Эйри пытался продлить начало, не торопиться, но еле сдерживал себя. Ставший каменным член уже ныл от боли, пока он ласкал плоть Кайдэ языком, наслаждаясь знакомым и слегка забытым вкусом. Принимая благодарные стоны, ему казалось, что он сходит с ума, что желание вот-вот превратит его в пепел, сожжет до тла. Пальцы скользнули между ягодиц Кайдэ, настойчиво массируя вход, проникли внутрь один за другим вместе с прохладной влагой геля. Низ живота свело от возбуждения, когда Эйри почувствовал, что Кайдэ уже сам двигает бедрами, пытаясь впустить в себя глубже. Он подумал о том, что, кажется, кончит уже сейчас, даже не дотрагиваясь до себя. Невыносимо… Он перехватил член Кайдэ рукой, напоследок чуть сжав губами головку, и подтянувшись, направил себя между разведенных ног друга. Сантиметр в узкое горячее пространство – и очередная стая мурашек по позвоночнику. Еще сантиметр – и жар превращается в пламя, ласкающее кожу до ожогов. Еще пара сантиметров – и Эйри зарычал, уткнувшись в шею Кайдэ.  - Не жди, - шепнул ему на ухо юноша, окончательно срывая все тормоза.  Эйри не помнил сам себя. Он просто нырнул в это чувство блаженства и нарастающего напряжения, ощущая, как щекочет спину струйка горячего пота, как царапают его бока ногти Кайдэ, как пульсирует в руке член друга, готовый вот-вот излиться, выплеснув все накопившееся ожидание.  - Открой глаза, - как в полубреду попросил Эйри хрипловатым голосом. – Открой.  Темные зрачки сфокусировались на его лице, припухшие губы чуть приоткрыты. Кайдэ обнял его за шею, тяжела дыша и снова принимая в себя.  - Я люблю тебя, - шепнул Эйри. – Запомни это навсегда: я тебя люблю. Чтобы ни случилось.  Может быть, ему показалось сквозь марево приближающегося оргазма, но в уголках темных глаз заблестела влага.  - Люблю… - снова повторил Эйри еще тише и, прислонившись виском к щеке Кайдэ, сделал пару последних резких движений. Пламя окончательно обожгло все тело и все внутренности, сердцебиение зашкалило, и он почувствовал, как напряжение выходит, освобождая, делая практически безвольным. Какое-то время он просто прижимался к Кайдэ, не двигаясь, не шелохнувшись. Где-то на периферии сознания снова пронеслось то самое отчаянное «Завтра такого может не быть…». Будет ли? Эйри приподнялся, освобождая Кайдэ, чья твердая плоть все еще упиралась в его живот. Надо сделать что-то для него… Что-то… Эйри подхватил лежащий сбоку тюбик с гелем, размазывая прозрачную вязкую жидкость между пальцев, обхватил член Кайдэ, скользя пальцами от основания до самого верха. Потом обнял друга за талию, прижимая крепко к себе, и перевернул так, что теперь оказался лежащим под Кайдэ с расставленными по его бокам ногами. - Теперь твоя очередь использовать шанс, - Эйри притянул Кайдэ к себе и поцеловал. – Возможно, я больше никогда такого не позволю. Ну, уж никому – точно.  Кайдэ казалось, что он понял юношу как-то неправильно. Все, что угодно, но подобная мысль не могла прийти к Эйри, ведь… - Чего ты ждешь? – Эйри приподнял бедра, вжимаясь в плоть друга. – Только сначала подготовь. Я… никогда раньше не делал этого.  Это было слишком. Слишком для Кайдэ, чтобы не подчиниться просьбе. И слишком, чтобы не колебаться. Он даже подумать никогда не мог, что Эйри предложит ему… себя.  Видя замешательство Кайдэ, Эйри только лишь поймал его руку и направил себе между ног.  Первые вспышки боли отрезвили, и на какую-то долю секунды он даже подумал о том, какого черта решился на такое, но палец Кайдэ, скользящий внутри него вдруг задел какую-то точку, отчего Эйри вздрогнул и застонал в голос, ловя впервые в жизни подобные ощущения. Они не были похожи ни на один способ секса, который он знал до этого. Палец снова проскользнул внутрь, возвращая их, заставляя тело дрожать в предвкушении.  - Не тяни, - Эйри поймал друга за запястье и обхватил его член, направляя между своих ягодиц. Главное – не передумать.  Претерпевая боль, сквозь поцелуи в кровь, Эйри двигался навстречу неторопливым движениям. Он ловил на лице Кайдэ смесь эмоций и чувств и мог поклясться, что еще никогда не видел ничего подобного. И не чувствовал. Особенно когда боль вновь уступила место той тонкой подрагивающей волне удовольствия, которая начала разливаться в нем все больше и дальше. Его вновь твердый член снова изнывал от нехватки ласки, и он уже сам нетерпеливо сжал его в руке, заставляя шкалу наслаждения подниматься выше с каждым толчком. Он даже сам не осознавал, как голова металась по подушке, как свободной рукой он вновь и вновь ловил Кайдэ за шею, чтобы терзать послушные губы. Последние движения, последние поцелуи, последние слившиеся в унисоны стоны – и они застыли в невесомости. У обоих кружилась голова. Воздуха не хватало. Эйри чувствовал, как внутри него разливается горячая влага, равно как и на его животе и пальцах, и отчего-то улыбался. Спустя минуту Кайдэ распластался прямо на нем, вжавшись в его тело, как в спасательный круг.  - Эйри…  Тот ничего не ответил, только перевернул Кайдэ на бок, и сам улегся лицом к нему, обнимая, не отпуская от себя. Голубые глаза были почти что синими, как вечернее небо на грани заката.  - Не говори ничего, - Эйри приложил палец к его покрасневшим губам и улыбнулся. – Мы сейчас сказали друг другу гораздо больше слов.  Кайдэ вернул улыбку и тихо кивнул.  Над ним взвилось одеяло, укрывшее их обоих. И погрузившись в мягкое, уютное тепло от близости друга, несмотря на влагу их тел, Кайдэ не заметил, как заснул.  Он проснулся посреди ночи, убаюканный теплым дыханием рядом со своей шеей. Эйри лежал рядом, закинув на него руку и ногу, и спал как младенец. Улыбнувшись в темноту, Кайдэ снова прикрыл глаза, слыша, как спокойно и размеренно бьется в груди сердце.  Во второй раз он проснулся утром от бряканья посуды на кухне. Оттуда же слышались звуки какой-то песни в стиле гранж. Потянувшись и еще повалявшись какое-то время в постели, Кайдэ поднялся, тут же ощущая, как заболели мышцы на внутренней стороне бедер.  Надев домашние брюки и свежую футболку, Кайдэ прошел на кухню, где Эйри возился с завтраком.  - Доброе утро, - окликнул он из дверей. Эйри обернулся и улыбнулся. - И тебе доброе. Садись, я почти закончил.  Кайдэ с румянцем на щеках проследил взглядом выступающие позвонки на смуглой спине друга, который был в одних только джинсах. Под лопатками виднелась пара царапин и несколько красных отметин у шеи. Покраснев еще больше от понимания, откуда они там появились, Кайдэ послушно сел за стол. Интересно, что тогда с его собственным телом? Хотя важнее другое: Эйри все еще считает правильным то, что было вчера между ними, или уже успел возненавидеть Кайдэ за то, что тот с ним сделал? - Как ты? – решился спросить юноша, водя ногтем по столу. - Отлично, - ответил Эйри. – Если бы не одно «но». Кайдэ напрягся, и вообще вжал шею в плечи, когда напарник повернулся к нему.  - Я не думал, что после этого кайфа наутро так болит задница, - поморщился Эйри, а потом засмеялся вслух. – Особенно учитывая, что ты был девственником. Кстати, - он поставил перед юношей тарелку с горячей едой, - мои поздравления: теперь я лишил тебя девственности во всех отношениях.  Кайдэ залился краской, хотя от сердца отлегло. Эйри не только не злился, но еще умудрялся и иронизировать по этому поводу.  - Приятного аппетита, - Эйри поставил свою тарелку, две кружки с кофе и сел напротив. - Ешь быстрее, есть еще одно дело до визита к Рэю. - Какое? - Узнаешь, - прищурился Эйри и спрятал ухмылку за кружкой. Узнать пришлось скоро. Прямо на этом столе, за которым они завтракали, а теперь занимались любовью с такой страстью, будто в последней раз.