Между реальностями

- Последний день, - задумчиво сказал Аэна. - О чем ты? – переспросил Тахи, в ожидании листая один из утренних отчетов. - Это их последний день такими, какие они есть. Потом все изменится. Тахи не успел ответить – в дверь постучали. В кабинет зашел Рэй, а чуть позади него двое юношей. После сдержанного приветствия все сели друг напротив друга, и в комнате повисла тишина. Тахи прекрасно видел, как Кайдэ и Эйри нервничали. Они даже сидели близко друг к другу, касаясь бедрами. Кайдэ смотрел на журнальный стол посередине. Эйри – то на Тахи, то на Аэну таким взглядом, будто хотел прочитать их мысли. - Что ж, - нарушила тишину Аэна, - думаю, нам пора поговорить. Кайдэ все решил и до этого разговора. Пусть они с Эйри и не говорили на такие серьезные темы со вчерашнего вечера, и даже сегодня утром не обмолвились ни словом, это вовсе не значило, что Кайдэ примет все, что сейчас им скажут. Он не собирался смотреть, как Эйри отвечает за все один. Кайдэ оторвал взгляд от стола, посмотрев прямо на Аэну, ногти впились в ткань черных брюк. - Прежде чем вы вынесите свой приговор, я хочу кое-что сказать. Четыре пары глаз уставились на него. - Кайдэ? – шепнул Эйри, но тот его не слушал. - Во всем, что случилось, только моя вина. - Кайдэ! – шикнул его напарник. - И я должен за все отвечать, не Эйри. Это только моя вина, что я не смог постоять за себя и позволил Агентам «Двойника» заварить всю эту кашу. Если бы не это, то Эйри бы никогда не нарушил правила. Поэтому я прошу вас освободить его от ответственности и определить мне наказание. Он старался не обращать внимания на то, как смотрел на него Эйри. Должно быть, если бы они были одни, то Эйри бы снова заорал. - Как интересно, - вдруг усмехнулась Аэна и закинула ногу на ногу. – Вы трое просто неповторимы. Эйри берет вину за все на себя. Рэй говорит, что часть ответственности – его. И теперь Кайдэ заверяет, что на самом деле причина всего случившегося – он. И где искать правду? Эйри покосился на Рэя: неужели их куратор говорил подобное? - Думаю, все очевидно, - отозвался юноша, тряхнув черно-красной челкой. – Они просто пытаются меня защитить. - Защитить? - А вы что, сами не видите? Только вот я хотел бы знать, почему ваш муж тоже входит в их число. - Что? – глаза Аэны расширились. Она повернулась к Тахи, который невозмутимо постукивал пальцами по колену. - Оказывается, даже так? – усмехнулся Эйри. – Я думал, у вас нет секретов друг от друга. Но выходит, что Аэна даже не в курсе, кто спас наши задницы, когда Хидео нас чуть не превратил в решето. Женщина прокашлялась, снова перевела взгляд на юношей. - Эйри, я бы попросила тебя обойтись без иронии. - Почему же? Перед смертью не надышишься. - Эйри! – строго оборвал Рэй, но юноше, казалось, было уже на все наплевать. - А что ты меня одергиваешь? - бросил Эйри. – Давайте уже, говорите, как есть. Хватит растягивать удовольствие! - Вот они, гены, - выдохнул Тахи, все такой же спокойный и уравновешенный, будто все происходящее здесь его мало задевало. - Причем здесь мои гены? – возмутился Эйри. – Решили еще и мою мать сюда приплести? - Кто тебе вообще сказал, что вас позвали, чтобы вынести приговор? – вздохнул Тахи. – Ни капли контроля над эмоциями. Не удивляюсь, что ты использовал первую же возможность, чтобы найти своего напарника, не задумываясь о последствиях. Импульсивность – это то, что надо урезонивать. Эйри нахмурился, уцепившись за первую фразу. - Что значит не для приговора? А как же нарушения? - Это факт, и он будет внесен в твое дело, как и факт о похищении Кайдэ. Ты нарушил много правил, Эйри, начиная от дезинформации, заканчивая самоличным использованием способности в своих интересах. Конечно, в твоих поступках были и положительные моменты: теперь мы владеем базами «Двойника», из-за чего там происходит полная сумятица, и ты вернул своего напарника. Но все эти факты уже прекрасно всем известны: тебе, мне, Кайдэ, Рэю и Аэне. В наказание ты отстраняешься от работы на два месяца. Если бы не одно «но». Аэна положила ладонь на руку мужчины, желая продолжить. - Мы ждали вашего возращения, - сказала она. – По сути, я думаю, что это была даже некая проверка вас, с который вы справились. - Проверка? – переспросил Эйри. - Образно говоря. Когда-то у нас с Тахи было подобное. Жизнь сама подбрасывает препятствия, проверяя, насколько мы сильны. Это укрепило нас и нашу связь окончательно, что и стало причиной того, кем мы сейчас являемся. - Но мы-то тут причем? Мы же не метим на место Главы Дома Солнца, - усмехнулся Эйри и откинулся на спинку дивана, ловя на себе серьезный взгляд Аэны и Тахи. - Метите или не метите, но это ваш долг. - Что еще за долг? Аэна улыбнулась и, прикрыв ладонью рот, тихо засмеялась. - Тахи, ты помнишь мою реакцию? Она же была в точности такой же, даже слова звучали точь-в-точь. - Только давайте не будем вдаваться в ностальгию, - проворчал Эйри. – Я вообще уже не понимаю, что здесь происходит. Он повернулся к Кайдэ, собираясь одним взглядом показать, как ему здесь все надоело, но друг сидел с таким каменным и ошарашенным выражением лица, что Эйри осекся. - Кайдэ? – тихо позвал он. Ноль реакции. - Вы хотите сказать…? – слова Кайдэ были адресованы вовсе не Эйри, а Аэне и Тахи. - Кажется, ты более догадлив, - заметил Тахи. – Я же говорю, импульсивность мешает. - Так что вы хотите сказать? – раздраженно переспросил Эйри. - Меня здесь что, за дурака держат? - Вы возглавите Дом Солнца после нас. Эйри подумал, что ослышался. Он даже рот приоткрыл от удивления, потом нервно усмехнулся, думая, что над ним шутят, но все оставались серьезными, заставляя поверить в то, что каким-то непостижимым образом ему сейчас сообщили правду. - С чего бы это? – сглотнул Эйри. – Почему мы? Может, он и выглядит как тупой, но как подобное уложить в голове? Аэна поднялась с кресла, прошла до дивана, на котором они сидели, и присела на край, положила ладонь юноше на плечо, отчего тот даже вздрогнул. - К этому все шло. У вас открылась способность – это и есть причина. Только Агенты с подобной способностью могут стать здесь Главными. Мы хотели сказать вам об этом, но потом пропал Кайдэ, а за ним и ты. Только одна пара раз в сорок или даже пятьдесят лет. Это закономерность. Это… - Аэна улыбнулась, - судьба. - А если появится кто-то еще? – недоверчиво спросил Эйри. - Исключено. - А если мы откажемся? Аэна пожала плечами. - Вы не можете этого сделать. За вами будущее нашей реальности и многих других. Эйри перевел взгляд на Рэя, желая проверить, знал ли тот об этом, но судя по настороженному выражению лица, мужчина не был в курсе. - Альтруизм не входит в список моих добродетелей, - все еще щетинился Эйри. Признать подобный факт он просто не мог. Живешь себе спокойно двадцать с лишним лет и живешь, а потом бац – и тебе сообщают новость о том, что ты «наследник престола». - И сговорчивость очевидно тоже, - прокомментировал Тахи, подперев рукой голову. – Ничего, у вас еще будет возможность осмыслить все. - Подождите, - вмешался Кайдэ. – Так поэтому не будет наказания? И, Тахи, значит, вы спасли нас тогда, потому что знали, что нам предстоит в будущем? Мужчина пространно повел рукой. - Вам предстоит многому учиться, - продолжила Аэна. – В любом случае, пока вы только преемники. Наша задача – со временем передать Дом Солнца в ваши руки. - Как скоро это произойдет? – спросил Кайдэ. - Думаю, лет через семь. Обычно к тридцати годам это и происходит. Эйри помотал головой, все еще не веря в то, что ему говорили. Зарывшись пальцами в челку, он нахмурился и пробубнил: - Черт знает что. Жизнь становится похожа на какой-то каламбур. Ждешь, что тебя как минимум изгонят из Дома Солнца, а в итоге выясняется, что ты будешь тут Главой. И как все это понимать? - Просто принять, - ответила Аэна. – Как приняли в свое время мы. Когда я услышала об этом, вела себя так же, как и ты. Но время многое меняет, все расставляет по своим местам. - Нас будете учить вы? – уточнил Кайдэ. - Да, я и Тахи. Юноша кивнул, так же пытаясь осмыслить услышанное. - Так что там с моим отстранением на два месяца? – напомнил Эйри. - Боюсь, что это не будет полностью выполнимо, учитывая количество заданий в настоящее время и незаконченную историю с «Двойником», - сказал Тахи. – Хотя это нужно было бы сделать, чтобы в следующий раз ты не принимал самолично подобные решения. - Только не нужно снова читать мне нотаций. - Эйри! – одернул его Рэй. – Не забывайся. - Забудешься тут. Что ни день, так очередная новость. Я уже вообще понятия не имею, что ждет впереди, и какой сюрприз в очередной раз подбросит жизнь. Эйри почувствовал на себе взгляд Кайдэ и повернулся. Видимо, он был не одинок в своих чувствах. Говорить больше ни о чем не хотелось. Надо было и так переварить полученную информацию. Понимая, что оба юношей погрузились в собственные мысли, Аэна переглянулась с мужем, потом посмотрела на Рэя. - А теперь я хотела бы попросить вас оставить нас с Эйри наедине. Кайдэ вздернул голову и обеспокоенно спросил: - Зачем? Вы же сказали, что Эйри ничего не будет! - Не волнуйся, мы просто хотим поговорить. - О чем? Я не оставлю его. Я уже говорил вам, что… - Кайдэ, это личная тема, - серьезно сказала Аэна. – Нам нужно поговорить, и мы не собираемся причинять Эйри вред. Тем более, после того, что мы вам озвучили ранее. Нам нужно учиться доверять друг другу. Кайдэ неуверенно посмотрел на напарника, но тот только лишь кивнул, словно заверяя его в том, что все будет нормально. Поэтому юноше не оставалось ничего другого, как встать следом за Рэем и выйти в коридор. Эйри понятия не имел, о чем сейчас пойдет речь и что это за личный разговор, который у него должен состояться с теми, кто управлял Домом Солнца. Может быть, будут говорить о его поведении, снова тыкать тем, что он начхал на все правила, решив вытащить Кайдэ? Но, кажется, никто не торопился с тем, чтобы начать беседу. Аэна рассматривала свои ногти на пальцах. Тахи монотонно покачивал ногой. - Кхм, - прокашлялся Эйри, привлекая к себе внимание. Кажется, это сработало, потому что Аэна повернулась к нему полубоком и задала вопрос, который он ожидал сейчас услышать меньше всего: - Что ты знаешь о своих родителях? Глаза Эйри округлились, потом прищурились. - Причем тут они? - Что ты о них знаешь? - Ничего особенного. Мать умерла при родах, отец спился года через четыре. Все это должно быть в моем личном деле. - Ты плохо помнишь детство? - Не очень хорошо. Помню только, что с отцом мы жили в каком-то небольшом, грязном фургоне недалеко от шоссе. А потом он отдал меня своей сестре и ее мужу, которые были не лучше, чем он. Аэна кивнула, и в ее взгляде промелькнуло что-то, граничащее с сожалением. - Значит, ты совсем не помнишь свою мать. - Это было бы сложно. Так все же, к чему все эти вопросы? С чего вас так беспокоят мои родители? Аэна снова положила руку юноше на плечо, ее лицо было напряжено, губы сжаты. - Твоя мать – моя сестра. - Что?! – выпалил Эйри и тут же замолчал. Слова кончились. Кажется, это уже окончательно был перебор. Слишком много сюрпризов за один день, тем более за один час. Он нервно усмехнулся. – Шутите?! Он видел, как Тахи встал с кресла и пересел ближе к ним на другой конец дивана. - Это не шутки, Эйри, - спокойно заверил мужчина. – Особенно для Аэны. - Тогда… - Эйри потерялся, а потом, когда эмоции стали находить выход, требовательно заявил: – Тогда какого черта вы решили мне сказать об этом только сейчас?! - Мы и сами не знали. Пока не изучили твое дело вдоль и поперек после того, как у вас открылась способность, - попыталась объяснить Аэна. – Я знала, что сестра родила ребенка и скончалась при родах, но куда делся ее муж, никто не мог сказать. Говорили, что он просто взял мальчика и уехал куда-то. Все нити были оборваны. Я пыталась искать его, но все было тщетно. Я уже и не надеялась, что когда-то смогу отыскать своего племянника. Но вот ты здесь, рядом со мной, - женщина подняла руку и коснулась волос юноши, отчего тот дернулся. Никто никогда не касался его так, тем более кто-то из родственников. Аэна обеспокоенно заглянула в голубые глаза. – Эйри? - Не надо думать, что я маленький мальчик, который расплачется от счастья, что нашлась его родня. Мне двадцать три. Я состоявшийся человек. Я всю жизнь прожил с осознанием, что никому не нужен, терпел своих опекунов и их отношение ко мне, как к какому-то мусору! Я каждый день от них слышал в свой адрес слово «выродок», и меня чуть не изнасиловал собственный дядя! А тут вы говорите о том, что я ваш племянник?! Что все это время у меня были родственники?! – Эйри вскочил с дивана и засунул руки в карманы, его ощутимо трясло. Эмоции настолько перемешались, что он не понимал сам себя, а к глазам вдруг отчего-то стали подступать слезы. Господи, кажется, это все влияние Кайдэ и его мягкосердечности. - Эйри… - Вы для меня – две Главы Дома Солнца, начальство, а теперь, очевидно, еще и наставники. Но не больше, - отчеканил он, шмыгнув носом. – Деловые отношения. Сейчас у меня есть только один близкий человек, пусть даже и не родственник, и мне его более чем достаточно. - Не говори так, ты же сын моей сестры, - попробовала образумить его Аэна. – Если бы я нашла тебя в детстве, то смогла бы уберечь от всего этого… - Но не смогли. И к чему теперь эти сцены? - Неужели они действительно так жестоко с тобой обращались? – женщина прикрыла рот ладонью, едва сдерживая слезы. - Прочтите мое личное дело. Там все написано черным по белому. И не лезьте мне в душу! – Эйри поспешно направился к выходу, не обращая внимания на оклики за спиной. Прохладный воздух кондиционеров в коридоре ударил в лицо, но не мог охладить весь пыл, который горел внутри. Юноша потер лицо обеими руками. Безумно хотелось курить. Он даже достал сигарету и зажал ее зубами, чтобы они не скрежетали друг об друга. Надо найти Кайдэ, побыстрее пройти процедуры осмотра и вернуться домой. Хватит с него на сегодня новостей. Уверенным шагом он пошел к кабинету Рэя, задев плечом одного из двух идущих навстречу парней – видимо, какие-то Агенты. Тот огрызнулся, но Эйри не обратил внимания, и слава богу, иначе сейчас в его настроении любая стычка могла бы превратиться в настоящую драку. Кайдэ разговаривал о чем-то с Рэем, но Эйри не вслушивался. Он просто схватил юношу за руку и потащил на выход. Мрачное молчание и нахмуренные тонкие брови друга, прекрасно давали понять, что что-то произошло, но оказавшись в лаборатории, Кайдэ не успел спросить ни слова, как их развели по разным кабинетам. А далее последовала стандартная процедура осмотра и заполнение каких-то листов в личном деле. Теперь там появилась отметка о маленьком шраме выше височной части среди густых русых волос – последствия опытов, которые над ним проводили в «Двойнике», и что-то еще, чего он уже даже не замечая, волнуясь и думая об Эйри. Наконец-то снова дома. Черт возьми, в последнее время эта мысль стала уже просто навязчивой, а их квартира превратилась в убежище, где хотелось ото всех спрятаться. Эйри сел на подоконник, согнув ноги в коленях, и закурил спасительную сигарету, втянув дым так глубоко, что чуть не закашлялся. Кайдэ сидел рядом на краю кровати. - Что случилось? – спросил он, прекрасно видя состояние друга. - Случилось… - раздраженно усмехнулся Эйри. – Родственнички нашлись. - Что? – не понял Кайдэ. - Как тебе новость о том, что Аэна – моя тетушка? – голос юноши был полон сарказма и язвительности, хотя что-то подсказывало Кайдэ, что на самом деле таким образом его напарник пытался скрыть свои настоящие чувства. - Как это могло произойти? – Кайдэ был не менее шокирован услышанным. - Понятия не имею. Говорит, что не знала, что обнаружила, только изучая мое дело. Бред какой-то! Просто полная фигня! – Эйри ударил кулаком по подоконнику. – Она бы еще заявила, что является моей матерью! Какое право она имеет говорить мне все это, переворачивать все с ног на голову?! - Эйри схватился за волосы, теребя челку. Потом потушил окурок, вжимая в пепельницу, и спрыгнул на пол. – Мне надо выпить. Что-нибудь крепкого. И много. Кайдэ пошел за другом в гостиную, пока тот, открыв шкафчик, искал начатую бутылку виски. - Эйри, может не стоит? - Стоит. Еще как стоит! - Алкоголь не решит проблему. - Лично у меня нет проблем, - заявил Эйри и откупорил крышку. – За тебя, моя женушка. Кайдэ вздохнул и устроился с краю дивана, обхватив двумя руками свои колени. - Я просил не называть меня так, - тихо напомнил он. Эйри сделал еще один глоток и закурил новую сигарету. Он будто не обратил внимания на то, что сам сказал, продолжая размышлять и злиться вслух. - Решила вдруг вспомнить, что у нее есть племянник… Что ж она не вспоминала об этом прежде, когда я в этом нуждался? Когда каждый день мечтал о том, чтобы сбежать из этого ада, который мне устраивали опекуны? Папаша-алкоголик, тетка-истеричка и напоследок дядюшка – похотливый кобель, который повелся на смазливое личико племянника и решил, что ничего страшного не будет, если трахнет его. Где она была тогда?! Когда я еще верил в то, что волшебные феи существуют и придут за мной! Пока еще не взял в руки пистолет, чтобы отстрелить этому кобелю-дядюшке яйца, когда он завалил меня прямо на полу! Чертовы феи… Эйри плюхнулся на пол рядом с диваном, держа в руке бутылку с виски. Его плечи тихо вздрагивали, и Кайдэ только тогда понял, что происходит: Эйри плакал. По-настоящему. Вскочив со своего места, он опустился рядом с ним на пол, обнял двумя руками за плечо, чувствуя, как Эйри сразу же поддается, утыкается лицом ему в грудь. - Чертовы феи… - продолжал шептать юноша. – Ведь когда-то я в них верил… Кайдэ перебирал пальцами темные волосы на затылке друга. Он не старался говорить какие-то глупости для успокоения, а просто был рядом, обнимал крепко и надежно. Даже несмотря на то, что он привык видеть Эйри сильным и крепким духом, сейчас Кайдэ понимал состояние напарника, понимал смысл его слов. Потому что когда-то верил сам… - Кажется, я совсем превратился в тряпку, - шмыгнул носом Эйри, когда слезы стали отступать. – Реву, как девчонка. - Не только девчонки плачут, - Кайдэ коснулся губами его виска. – Иногда полезно избавиться от своих эмоций, чтобы потом трезво мыслить. - Трезво мыслить… - повторил юноша. – Разве не этим мы будем заниматься всю оставшуюся жизнь? Теперь мы знаем свое будущее как это ни парадоксально, ведь еще вчера мы мучились его неопределенностью. - Тебя не особо радуют перспективы быть Главой Дома Солнца? - Да не то чтобы… - Эйри как-то невнятно хмыкнул. – Просто эта новость упала как снег на голову. Да и потом мне сложно себя представить таким серьезным как Аэна и Тахи. - Только поэтому? - Ну, да, - Эйри покосился вверх на друга. Его глаза все еще были красными и слегка опухшими, но слезы остановились. – А что ты подумал? - Что это еще связано и со мной. Может, факт, что нам придется все время быть бок о бок, не очень тебя обрадовал. - Глупый, - констатировал Эйри и, сев ровно, сделал глоток виски. – Вечно напридумываешь себе что-нибудь. Лучше на, выпей со мной, - он передал бутылку напарнику. - Тебе тоже не помешает. Кайдэ покрутил ее в руке, разглядывая надпись «Jack Daniels». Последний раз он пил виски в баре с Эйри, Эшли и Хидео. Тогда же он сбежал, приревновав Эйри к какой-то девчонке, а еще чуть позже Эйри целовал его в переулке так, что он запомнил это на всю жизнь. Может, и правда стоит выпить? Хоть ненадолго расслабиться. Кайдэ пригубил виски и тут же поморщился. Видя его реакцию, Эйри забрал бутылку и тихо усмехнулся. - В холодильнике есть лед. Тащи сюда. Спустя два часа Кайдэ уже лежал головой на ногах Эйри, сознание плыло вместе с реальностью. Он не помнил, когда успел так опьянеть, что ноги и руки казались ватными. Пальцы Эйри, монотонно перебирающие его волосы на затылке, навевали еще большее умиротворение. Кайдэ поднял руку вверх, растопырил пальцы, глядя сквозь них на белый потолок. - Что пытаешься углядеть? – улыбнулся Эйри, который в отличие от друга, был относительно трезв. Кайдэ слегка пожал плечами. - Жаль, что потолок – это всего лишь потолок, а не небо. - Почти что тянет на философию, - засмеялся Эйри. – Черт возьми, Кайдэ, хотел напиться я, а в итоге напился ты. Это несправедливо. - Я не пьян, - заявил Кайдэ, противореча самому себе. - Ну конечно! - Не пьян! – Кайдэ попытался сесть, но равновесие не было сейчас его сильной стороной, и он завалился на друга. – Ну, если совсем чуть-чуть… Эйри все еще смеялся позади него, потом обхватил рукой за талию, вновь прижимая к себе, и коснулся носом его шеи. От горячего дыхания Кайдэ вздрогнул и улыбнулся. - Не делай так. - Как? Движение губ на коже послало вдоль спины юноши очередную стаю мурашек. - Так, - Кайдэ развернулся и прильнул губами к шее Эйри, не просто касаясь ее губами, а еще и тихонько лизнув кончиком языка. - Хмм, ты гораздо смелее, когда пьян. - Вовсе нет. Но Эйри был другого мнения, поэтому решил проверить, насколько правдива фраза «что у пьяного на языке, то у трезвого на уме». - Тебе нравится заниматься со мной любовью? – тихо спросил он. В ответ Кайдэ только уткнулся лицом в его плечо и захихикал. - Так да или нет? – уточнил Эйри. - Нравится, - приглушенно ответил Кайдэ. - А как именно нравится? – продолжил свое мини-расследование его напарник. - Мне все нравится. - Так не бывает. Всегда что-то нравится чуть больше. Что? - Эйри, - с упреком протянул Кайдэ, но сам пьяно улыбался. – Когда ты… - Когда я…? - Губами… - голос Кайдэ совсем затих. - Губами я много что делаю. А конкретнее? - Ртом… - Минет? Кайдэ пробурчал что-то невнятное, а потом чуть поднял голову, покосился на друга: - И когда ты сверху. «Точно осмелел», - усмехнулся про себя Эйри. - Почему? - Потому что так мы можем целоваться и я вижу тебя. - Сложно поспорить. Мне тоже так нравится. - Эйри? - Ммм? - А вчера ты… когда ты… - Кайдэ, очевидно, пытался подобрать слова. – Я не думал, что ты согласишься когда-нибудь. - Ну, все когда-то бывает в первый раз, - Эйри сделал глоток виски. – Не думай, что это войдет у меня в привычку и я откажусь от удовольствия обладать тобой, - улыбнулся он. - Ты не жалеешь? - Конечно, нет. Даже вроде задница прошла, - засмеялся Эйри, но потом его лицо стало серьезным, как только он уже в который раз вспомнил о разговоре с Аэной. – Кайдэ? - Да? - Что мне теперь делать со всеми этими родственными связями? Кайдэ ответил не сразу. Он с минуту крутил в пальцах расстегнутую пуговицу на рубашке Эйри, пока не отпустил ее и не вздохнул. - Думаю, это здорово, что теперь у тебя есть нормальный родственник. Аэна кажется вполне порядочной. Может, вам просто поговорить вдвоем, когда эмоции улягутся? - И о чем нам говорить? – скептически выгнул бровь юноша. - О том, что вы чувствуете. - Пфф… - Я уже и забыл, что такое, когда у тебя есть семья. Хоть кто-то, с кем тебя связывает что-то подобное. Разве это плохо? Эйри снова отпил виски, размышляя над словами друга. - А, может, ты и не так напился, как я думал. - Я же говорил! – Кайдэ поднял голову и широко улыбнулся, но по его захмелевшему взгляду Эйри понял, что предположение оказалось неверным. - Беру свои слова обратно, - засмеялся Эйри, выпрямился, и, поймав юношу за талию, перевернулся, оказавшись верхом на его бедрах. Он заметил, как щеки Кайдэ сразу вспыхнули, а жилка на шее запульсировала чаще. Наклонившись ниже, Эйри невесомо коснулся губами уголка губ друга. – Значит, думаешь, что мне надо остыть и поговорить с Аэной еще раз? - Угу. - Но о чем? – Эйри смотрел юноше прямо в глаза, будто ожидал прочитать в них ответ, но видел только свое отражение и собственное выражение лица, в котором читался испуг. Откуда в нем это чувства страха? И чего именно он боится? - О том, что случилось тогда и что будет теперь, - ответил Кайдэ. – Вы должны сказать друг другу о своих чувствах. - Чувствах? – усмехнулся Эйри. – Я никогда не говорю о своих чувствах. - Но мне же сказал. Брови Эйри нахмурились, но потом расслабились. - Ты – другое дело. И не вздумай меня этим шантажировать, - он наигранно задиристо покрутил Кайдэ за подбородок. – Женушка… - Я же просил! – возмутился юноша, отстраняя руку друга. - Ах, ну да, было такое, - Эйри прислонился лбом ко лбу Кайдэ и слегка потерся носами. – Ты уже свыкся с мыслью, что тебе придется связать со мной всю жизнь и терпеть меня до самой старости? Кайдэ полупьяно улыбнулся и положил ладонь на бедро напарника, на что тот выразительно покосился. - Я согласен, - Кайдэ опустил ресницы и слегка приоткрыл губы, будто специально показывая, что ждет поцелуя. - Забавно, - усмехнулся Эйри, дотрагиваясь подушечкой пальца до нижней губы друга. - Что? – юноша открыл глаза. - Вначале мы хотели убить друг друга, думали о том, чтобы неделя совместного проживания пролетела как можно быстрее. А теперь спасаем друг другу жизнь, и в конце концов, нам говорят, что мы будем все время вместе, и на удивление ни один из нас не против. Странная штука – судьба. Кайдэ чуть склонил голову на бок, а потом прижался щекой к груди Эйри. - Я хочу, чтобы так было всегда, - сказал он приглушенным голосом. - Что именно? – Эйри обнял его за плечи, прижимая еще ближе к себе. - Чтобы судьба была странной. Ведь, получается, именно так я встретил тебя. Эйри усмехнулся ему в макушку. Может, Кайдэ и был пьян, но его слова заставляли сердце превращаться в сахарную вату. - Значит, так и будет, - ответил юноша и, поймав друга за подбородок, повернул лицом к себе. Прежде чем поцеловать его, он заглянул в самую глубину карих глаз и шепнул: - Так и будет, Кайдэ. Как бы Эйри не хотелось перевести этот разговор, затронувший самую глубину души, казалось бы, простыми словами, в более интимное русло, его надежды были разбиты. Потому что спустя пару минут Кайдэ задремал прямо сидя на полу, и Эйри ничего больше не оставалось, как уложить его на диван, накрыть пледом, а самому продолжить размышлять в одиночестве. Он допил последний глоток виски и закурил сигарету, глядя на ее оранжевый кончик, тлеющий на темном фоне экрана телевизора. Он вспомнил, как однажды нашел фотографию матери в тумбочке отца, забитой всяким барахлом. Конечно, поначалу он не знал, кто была эта женщина. Он просто смотрел на ее черные волосы до плеч, на плавные черты лица и тонкие брови, и пытался понять, откуда у его отца может быть фотография такой красивой женщины. Тогда ему было четыре года. Ровно через два дня его забрали тетя и дядя, потому что накануне, вырвав эту фотографию у ребенка из рук и залепив тому оплеуху, отец выпил около двух бутылок дешевого вина, постоянно повторяя одно и то же: «Твоя мать не имела права умирать и оставлять меня возиться с тобой. Не имела!» Как-то, сидя за ужином уже в новом доме и с новыми родственниками, Эйри спросил их о своей матери. Тогда ему было около восьми. После сдержанного молчания, ответила тетя: «Ее семья устроила целый скандал из-за того, что она влюбилась в моего брата. Они считали его низшим сословием. Поэтому самое время расставить все на круги своя и напомнить тебе, что ты, ее сын, ничуть не лучше нас». Больше этой темы Эйри с ними не поднимал. Хотя упоминание о матери еще однажды прозвучало: на этот раз от дяди, когда он накинулся на подростка, повалил на пол, пытаясь стащить с него одежду. От него воняло крепким алкоголем и марихуаной, руки оставляли на запястьях красные отметины. «Ублюдок ублюдком, но чертовски красивый – весь в мамашу…» Всего три воспоминания о матери, наполненные горечью, запахом чужой ненависти и чувством собственной боли по кому-то безвозвратно утерянному. И больше ничего. Он даже не знал, где была ее могила и как ее звали. Не говоря уж о том, что она любила и вообще, ждала ли его, хотела ее будущего сына. И он привык так жить. Привык считать себя сиротой, никому не нужным, вынужденным обороняться от тех, кто мог причинить боль, кто считал его «выродком». Он привык думать, что не был никому нужен: ни один родственник в его жизни не сделал ничего хорошего и не показал, что такое семья. И даже собственную мать он со временем стал считать одной из тех, кто предали его еще в детстве. Что будет, если все это рассказать Аэне? Вряд ли ей будет приятно слышать подобное о родной сестре. Эйри наблюдал, как сигарета полностью истлела в его руке. Пепел сорвался и упал в стоявшую между ног пепельницу. Лежащий на журнальном столике мобильный издал пиликанье. Смс-сообщение от Эшли. «Эй, красавчик, пошли потусим?» Эйри действительно успел соскучиться по другу за все время, сколько они не виделись, но оставлять Кайдэ одного, да еще и нетрезвым… Нет, он больше никогда не совершит такой ошибки. «Встретимся завтра. Сегодня не получится, Кайдэ уже спит. Извини, дружище», - написал он ответ, и голубоватый конверт, превратившись в бумажный самолетик, улетел за пределы экрана мобильного. Эйри обернулся на Кайдэ, проследив взглядом чуть задравшуюся футболку на пояснице, потом поднялся на ноги и склонился над ним. - Кайдэ, пойдем в кровать. Ляжешь нормально, - сказал он, но юноша отреагировал только невнятным коротким стоном. Поэтому ничего не оставалось, как взять его на руки и отнести в спальню, по дороге отмечая, каким легким был Кайдэ, а ведь когда-то он вытащил Эйри, падающего с крыши поезда. Недолго думая, Эйри и сам скинул с себя одежду и забрался под одеяло к другу, лег на спину, склонил голову, касаясь щекой плеча Кайдэ. «По крайней мере мы живы. И мы вместе, - подумал он, вспоминая, как еще вчера он боялся засыпать. - А остальное можно преодолеть».