Истории с призраком

Посвящается

А-а, ну на фиг. Теперь лишь тем, кто до этой части дожил. Кхм, итак, попробуем еще раз.

Посвящается

Выжившим.

Краткость - сестра таланта

Мы скакали по тоненькой извилистой дороге в горах до Солитьюда. В полном молчании пройдена первая половина пути, и, как мне кажется, вторая мало чем будет отличаться. Наши блуждания в подземельях Сосновой заставы ни одному из нас ничего нового не рассказали. Я легко могу заблудиться? Да, но мне все время помогала Серана, которая в прошлый раз тоже не сразу сориентировалась. Сама бывшая вампирша обладает потрясной памятью и легко находит дорогу и в темноте, и на свете? Да, именно она меня из всех подземелий и выводила на самом-то деле. Люсьен - маньяк? Пфф, ну это очевидно. Уведомителю другим нельзя же быть. И мы с ним очень отличаемся в этом плане. Он живет убийствами, я же скорее их терплю, как издержки профессии, и истинной душой Братства никак не являюсь. Вот и считаю Люсьена маньяком, так как многие его действия отклика в моей душе не находят. Вот таким мыслям я предавалась, когда в небе раздалось хлопанье крыльев, и перед вставшими на дыбы конями сел дракон. Я тяжело вздохнула - после моих невеселых мыслей никакого настроения не было - но спешалась и поплелась к прифигевшей громадине. Пока чесала до дракона, привычным взглядом оценила "добро": болотно-зеленая чешуя, как у Дюрвенира, серые большие глаза с вертикальными зрачками пристально смотрели на обнаглевшую смертную. Сзади заржал Мороз, потом раздался топот копыт. Знающая Серана повела Тенегрива за скалу, дабы дракон, если будет не в духе, не потрепал. Я-то кое-как переживу, а вот Мороза жалко. Да и Серане с Люсей будет плохо, а оно нам зачем? - Дрем Йол Лок, - произнесла я, чуть поклонившись в пояс. С Дова лучше вести себя вежливо. - Джурре (Смертные), - пренебрежительно фыркнул дракон, обдав меня с головы до ног теплым дыханием. - Фа Тол Хи Хет?(Для чего ты здесь?) Я на немного подвисла, переводя фразу. Потом, решив не ломать язык, перешла на Тамриэльский. - Что значит, для чего? Мы вообще мимо проезжали! - Струнма (Гора). - И что? - Ди Струнма, Довакин.(Моя гора, Довакин) Ба, меня признали! Я скрестила руки на груди, перенесла вес тела на правую ногу, склонила голову к плечу. - Мы проедем, и все! Мы не хотим причинять тебе вреда! - Налот! (Тишина, т.е. молчать), - рявкнул дракон, переступая с лапы на лапу. Под ногами зазмеился длинный хвост с обломанным хребтом. Вот за него-то мой взгляд и зацепился. Я проводила взглядом хвост и подняла глаза на грозно зарычавшего дракона. Он частично расправил крылья, наклонил вперед голову. Серые глаза следили за каждым моим движением и, казалось, Дова улавливал каждый мой вдох и выдох. - Йол! - Файт! - крикнули мы одновременно. Я почувствовала горячее пламя, но оно не причинило вреда, зато откинуло меня за холм к ребятам. Я покатилась по земле и врезалась в кого-то спиной. Оказалось, что это был Мороз. Каким чудом благородный конь меня не зашиб - ума не приложу. Я вскочила и увидела, как Серана уворачивается от драконьих лап. Выругавшись, я рванула к Дова, пока не закончилось действие крика, вскочила на его хвост, а потом меня перекинуло на спину. Обломанный шип ударил в грудь, выбив воздух. Целых пять секунд мне потребовалось, чтобы прийти в себя. Я переползла к морде, еле удерживаясь на вертящейся твари. Дова раздраженно начал вертеть головой, когда я попыталась угнездиться между рогов. Шея неожиданно изогнулась волной, и меня подбросило вверх. Кое-как вытащив молот в полете, я со всего размаху приложила им по лбу дракона, лишь чудом не долбанувшись сама. Дова еще за секунду поднял морду, собираясь крикнуть на меня, но не успел. Почти. Пламя просвистело в опасной близости от головы, опалив волосы. А после этого меня снова откинуло от дракона, как шлем стражника от суровой и неприступной стены Вайтрана. Но на этот раз я врезалась в скалу. Сползая, видела, как Серана запустила молнией в бок яростно рычащей твари, а Люся вонзает свой кинжал в открытую пасть. Что было дальше, я к сожалению не видела - кустики приняли меня в свои колючие объятия, царапая лицо и шею, а сверху еще по голове приложило маленьким булыжничком. Я охнула и согнулась. А дальше уши заложило предсмертным громким воплем Дова, а потом... Я не знаю, как было с Мартином Септимом, или кто там у нас был последним Драконорожденым, но лично я всегда считала поглощение души Дова несколько интимным процессом. Один удар сердце сделало в полной тишине, но тело начинал заливать пот, а кровь, казалось, бурлила и кипела. Подул холодный ветер, который даже начал шуметь в ушах, но слова своих товарищей я услышала относительно четко. - А куда Айнэн откинуло? - По-до-жди-и... Сейча-ас... Дальше не выдержал кустик. Песчинка, которая так настойчиво давила сверху, просела и уперлась мне в спину. Потом на грани слуха послышался треск, как от костра, но его заглушил тихий гром. Жар отступил на второй план, так как я почувствовала жжение в груди. Налетел теплый легкий ветерок, затем неведомая сила откинула меня назад, заставив прилечь на камушек. Даже сквозь зажмуренные веки увидела этот золотистый свет, который излучают нити драконьей души. В этот момент в ушах засвистело, а через три секунды все прекратилось. Осталось лишь ощущение силы и бурлящей энергии. Хотелось сдвигать горы, поворачивать вспять реки, хотелось взлететь и закрыть собой солнце, чтобы все видели лишь мой силуэт, а как наступит ночь, столкнуть Секунду с Масером... Меня, слава Безумию, выдернули из подобных ощущений, резко схватив за плечи и поставив на ноги, а потом еще и встряхнули. Я, мотнув головой, раскрыла глаза и с удивлением обнаружила двух Люсь и двух Серан. Протянула руку к одной из последних, и она, рука то есть, прошла сквозь девушку. - Фига, - прибалдела я. - Серан, ты чего? Даже Люся осязаем! Ткнула пальцем в последнего, но тоже ничего не почувствовала. Люсьены хмыкнули и в прыжке собрались в одного, но Серан стало четыре штуки. У меня от таких манипуляций глаза на лоб полезли. - У-у-у, - протянул Люсьен, неожиданно став красивого темно-синего цвета. - Лихо ее... Это всегда так? Сераны в голос грязно выругались, от чего у меня аж голова заболела, и протянули мне одинаковые бутылочки, сказав - нет, приказав - чтобы я это выпила. Я вытянула руку перед собой. Кисть Сераны, как и сама бутылочка, неожиданно прямо перед моими пальцами собралась в одну. Я, стараясь не отвлекаться на раздваивающиеся предметы, залпом выпила содержимое. Мир перестал качаться и дублироваться, но резко заболела голова. - Ох, Сангвин, сволочь!.. Пойду, Намире помолюсь... - Э-э, Айнэн, давай только без всяких... Куда, дрянь, попёрлась?! Меня снова встряхнули, пощелкали пальцами перед глазами, а потом и по щекам отхлестали. Я мотнула головой, проморгалась и окончательно пришла в себя. - Ух, блин... Со мной никогда такого не было!.. - я растерянно посмотрела на Серану, но та тоже не понимала, что со мной могло произойти. Люсьен додумался первым. Он склонился над кустиком, в котором... в которого... в... короче, склонился к тому самому кустику, где меня по голове приложило, сорвал колючую веточку, посмотрел на сочащийся из нее сок, принюхался и, хохотнув, показал Серане. В какую именно из галлюциногенных травок я угодила, разбираться не хотелось. Серана облегчила мне жизнь. Она закатила глаза, сообщив, что я сидела на собачьем корне. Я напрягла память, вспомнила свойства и в очередной раз восхитилась уровню удачи. Надеюсь, в дальнейшем мне это не аукнется. Меня посадили на Тенегрива, и мы продолжили путь. Через полтора дня доехали до Солитьюда. Многим, возможно, показалось бы странным, что мы тут делаем. Никакой цели передо мной ни воры, ни маги, ни, тем более, убийцы не ставили. Мы просто бежали от проблем и приключений, в которые все время вляпываемся. Угу. Айнэн, ай, наивная Айнэн! От Люси, ведь, не убежишь... Солитьюд мне никогда особо не нравился. Не знаю, почему. С одной стороны это - большой, красивый, шумный и веселый город, но с другой... Вот не радуют глаз эти черные стены с красными флагами. Хотя, рынок тут на все 200, было бы глупо отрицать. Мне особенно нравится бродить около лавок с детскими игрушками и сладостями. Они хоть и не особо пестрые, но вкусные, и игрушки очень красивые. При случаи обязательно схожу. Без Сераны, она такие предприятия не особо любит, и без денег. Люся - птица вольная, когда прилетит, не предскажешь. Первым делом мы посетили Синий дворец, где заговорились с ярлом Элисиф и Фолком Огнебородым. С последним мы еще ведем до-о-олгие разговоры про алхимию и науку. Уж сколько бессонных и пьяных ночей на его совести! Я в такое время - исключительно жертва жертвой и ничего в его терминах не понимаю, честное слово, но парочку запомнила. Теперь этими ангидридами и фенолфталеинами проклинать до седьмого колена можно, особенно последним. Это, если правильно запомнила, еще и слабительное. А вообще, мы с ним действительно нашли друг друга, я - бездумный безумный практик, он же - самый дремучий теоретик. Но сейчас эти воспоминания можно оставить на потом - ярл Элисиф предложила нам остаться на какой-то праздничный ужин. Мы с Сераной переоделись, благо, в бесконечных и бездонных сундуках моего дома парочка приличных нарядов все же нашлась. На ужине присутствовали и другие таны, с ними беседовала подруга, а вот мне с собеседником не везло. Я чуть поднялась, дабы дотянуться до пирожков, как в комнату вошел... да, как же без него? Генерал Туллий собственной харей. Он сухо улыбнулся ярлу своими тонкими губами, чуть поклонился Огнебородому, кивнул танам, сделал шаг к единственному свободному стулу и... Ту-ду-тум! Барабаны, удар гонга и скрипка визжит почти на ультразвуке! Он увидел меня. Лицо Туллия превратилось в каменную маску, улыбка стала перекособоченной и будто не так прибитой, а острый взгляд впился в бедную меня. Я же медленно-медленно убрала руку от блюда с пирогами, выпрямилась и выдавила из себя такую же кривую гримасу. - Добрый вечер, генерал, - голос походил на шипение, оскал делал меня еще более похожей на гребаную змею. - Добрый, леди, - выплюнул мне в лицо генерал, прошествовал до свободного места и плюхнулся на стул. Между прочим он был почти напротив меня, лишь двумя сиденьями левее. Я тоже села, так и не взяв пирожок, и принялась уплетать салат, а потом долго пила один-единственный стакан вина. - Это что за субъект? - блеснул знаниями и характером начитанный Люся. Затем продолжил. - Не нравится он мне. - Поверь, мне тоже, - краешком губ ответила я и скосила взгляд на призрака. Он стоял за моим плечом и умудрялся не бросаться в глаза. Не, талантливый мужик! Чтобы Вы могли понять, в чем прикол, Вам надо знать лишь то, что я где-то на полторы головы ниже Люсьена. Хотя, может какой отвод глаз применил, кто его разберет. Ему и так было бы проблематично за мной спрятаться, а уж когда я сижу... О, эта разница, о эти цифры - я же его тогда раза в два меньше! Это все равно, что тролля за ребенком ныкать, или Ульфрика в этой его шубе за Элисиф... Мы встретились взглядами с генералом. Он сощурил глаза, а мы с Люсьеном расплылись в одинаковых гаденьких улыбочках. - Слушай, а почему бы... - начал было призрак, но договорить не успел. Читала я в какой-то книге, будто двемеры на самом деле сидят где-то и дергают за рычажки, которые влияют на нас. Так вот. Найду ту мразь, которая Люсей заведует - прибью! Или фусродахну. Честное довакинское! Наш стукнутый элемент вышел из-за моего плеча, прошел сквозь стол, привлекая всеобщее внимание, и встал прямо в... Кхм, как сказать-то. В общем, с этого самого момента блюдо с этими гребаными пирожками стало совершенно непривлекательным. Люди вжались в спинки стульев - не каждый день в столе с едой гуляет призрак, но никаких активных действий не предприняли. Я же протянула руку к пирожкам, стараясь не обращать внимания на то, что пальцы проходят сквозь ногу уведомителя (хорошо не через что другое, а?) Наш стукнутый элемент сделал вид, что не заметил моих поползновений, и доброжелательно улыбнулся всем присутствующим. Ох, это просто надо было видеть! С ласковой улыбкой профессионального убийцы ничто в мире не сравнится: ни драконьий оскал, ни троллий, а знаменитый кошачьий маньяк в Виндхельме (как его? А-а, Мясник) вообще саморасчленился бы на месте. Мой сосед чуть со стула не шмякнулся, когда Люсьен к нему обернулся. - Ах, Солитьюд! - пропел Люся. - Столица верховного короля Скайрима. Убийство королей - опасная затея. Но такая заманчивая... И ти-ши-на. Наверное, многим понравилась бы эта "величайшая музыка жизни", однако Элисиф не оценила. Не из-за того ли, что Люсьен многозначительно смотрел теперь лишь на нее? Он затем хитро сощурился, еще раз улыбнулся так, что меня в дрожь бросило, а желудок заныл о величайшей подставе, и сделал шаг назад, сдвинувшись наконец с блюда с пирожками. Я цапнула сразу два. - Слава спасителю Темного Братства! - разведя руки, как пророк перед церковью, заголосил уведомитель. Я на инстинктах вжала голову в плечи. В призрака полетел чей-то кубок, который прошел сквозь него и плюхнулся в тарелку Элисиф. Та ничего не заметила и вообще была не против - она, с ужасом распахнув глаза, смотрела на вещавшего Люсю. Я краем глаза посмотрела, от куда прилетела благодать - это Серана балУется. Но остановить нашего "пророка, вещавшего о конце света" (1) не так уж и просто. Он, как мне показалось, стакан вообще не заметил. - Слава Слышащему! - уведомитель изобразил легкий шутовской поклон в мою сторону. А-оупс... - Все ли я понял, леди? - раздался насмешливый вкрадчивый голос Туллия. - Он сказал "Темного Братства"? Наш говорливый элемент почему-то засветился и заулыбался так невинно -невинно. Потом этот человек-светлячок, посчитав свою миссию выполненной, исчез. Ну, раз свалить вину на раствор циркуля не выйдет, придется отбрыкиваться самой. К тому же, за шанс лишний раз пособачиться с генералом я прощу медному купоросу многое. Почему именно медный купорос не спрашивайте, не отвечу, ибо сама не знаю. - У вас проблемы со слухом, генерал? Мне казалось, конкретный индивид на дикцию жаловаться не должен, - я сложила руки перед собой и подалась вперед. Да, Туллий принадлежит к той половине Скайрима, которая спит и видит меня заживо замурованной под землей. С Рикке отношения вполне терпимые, с Хадваром вообще каждая вторая случайная встреча превращается в пьянку, а генеральская рожа все бесится, и бесится, и бесится! И я ему активно помогаю, гы! - И слышащим он, стало быть, вас назвал? - А вы знаете, кто он такой? - вопросом на вопрос ответила я. Каджитская методика, помогает развить воображение и уйти от ответственности. Нет, я его почти люблю, Люсю, в смысле, так мне угодить и генерала на растерзание отдать! Мой абонент (хм, слово-то какое) тонко улыбнулся. Я уже говорила, какая у него неприятная улыбка? - А я надеялся, что вы нам расскажите, леди. Это, ведь, вас обвиняют в связи с Темным Братством. - А с чего вы взяли, что это обвинение? И почему решили, что данный термин относится к Братству? Обожаю с ним спорить! Пусть связь между Слышащим и Братством почти очевидна, но сам факт! Еще чуть-чуть и сдержать улыбку я уже не смогу. А и ладно! И Люсе все прощу! - Во-первых, обвиняю в этом вас я. Братство официально в не закона, приказ об уничтожении подписан лично мной. Ну а во-вторых, ваш... - многозначительная пауза - друг... сам употребил конкретный термин в одном предложении с Темным Братством. Генерал сощурился. А вот не дамся, отбрехаюсь! Но его слава о приказе... Пальцы, державшие маленький кусочек пирога, сжались, выдавив сладкое липкое варенье. - Айнэн, - напомнила Серана. Помню, солнце. Помню... Я задумчиво отвела взгляд. - На счет Слышащих предлагаю закончить спор. Ни вы, ни я не лингвисты, а уточнить, к сожалению, не у кого. И на счет связи с Братством вы ничего утверждать не можете. Если вы верите словам призрака, то давайте позовем его и уточним. Надеюсь, в том, что это - призрак, вас убеждать не надо? - я довольно улыбнулась. Затем ве-ежливо, хоть и чуть истерично рассмеялась и продолжила. - Видели, как сквозь него стакан пролетел? А как он в столе гулял? - Я очень рад, что вы цените подобный детский юмор, но давайте вернемся к делам. Вы должны понимать, леди, что это очень серьезно. - Скажите, а почему вы подписали этот даэдров приказ? На сколько знаю, убежище было под Фолкритом? А чем живет Фолкрит? Охота, рыбалка? А сколько тогда ваша армия там топталась? Трое суток, так, Серана? Серана согласилась, но ее голос был почему-то хриплым. Я не придала этому значение, говорить с генералом было интереснее. - А сколько дичи и рыбы они перепугали? Охотники еще неделю бродили. Неделю, ведь? А, Люсь? Обращаться к Серане теперь бессмысленно. - Именно так. Шесть штук. - Во-о, это мой любимый момент. Понимаете, в чем прокол? Шестеро охотников зашли далеко в лес, заблудились, четверых потрепал медведь, - я подперла ладонью щеку, закинула ногу на ногу, лениво перевела взгляд на свою тарелку. - Почти все крупные мясные лавки не получили товар, народ взбалмошный, грозит бунтом. И как вам такое вмешательство ваших орлов в столь хрупкую... Кхм. "Экосистему"? Я начала уже откровенно скалиться. Генерал буркнул что-то матное в мой адрес и решил, видимо, вообще меня игнорировать. Он встал, поклонился демонстративно всем, кроме меня, и повернулся к Элисиф. - Позвольте откланяться, господа. Дела, в отличие от бессмысленного спора, ждать не будут. Подарив всем вежливую улыбку, генерал удалился. На освободившееся место плюхнулся Люся, отсалютовал мне вытащенным из тарелки ярла стаканом и, плеснув вино, пригубил напиток. Ближе к вечеру мы разошлись. А на следующий день выехали из города. -------- (1) "Пророк, вещавший о конце света" - фраза из 4 части. Этот самый пророк начинает квестовую линию, позволяющую ГГ стать служителем Девяти, возродить орден Крестоносцев и победить Умарила. Пророка остановить тоже нельзя, лишь к середине квестовой линии он заткнется, потому сходство почти стопроцентное.