Фаворит.

Уже год как идет война. Чимин боится брать в руки газеты и слушать чужие разговоры, потому что у Юнги все плохо. Его армия отступает, враг приближается к столице. Страшно представить, что скоро может быть сожжена до тла маленькая усадьба на окраине города на небольшом холме, с которого виден замок. Замок, в котором, возможно, теперь тихо и пусто, потому что король со своим войском находится под обстрелом в полевом командном центре. - Я думал ты обрадуешься исчезновению этой страны. Ой,Чиминни, какие песни ты пел о ненависти к дому, - пытается пошутить Тэхен. - Это ты бровью не поведешь, потому что все самое дорогое здесь. Чонгук спокойно спит через три комнаты дальше по коридору. - Сон его я скоро прерву, а так ты прав. Тэхен прикусывает губу и смотрит как-то осторожно из-под челки. Надеялся, что друг не заметит, пытался скрыть взгляд в чашечке с ароматным чаем, но тщетно. Просто Ким знает кое-что, но сомневается, говорить или нет. - Ну. Говори. Ждешь же, чтобы сказать. - Знаешь... То есть, если бы ты следил за новостями, знал бы кое-что о Юнги, - Чимин вздрагивает и смотрит на Тэхена как-то совсем бешено. - Что знал бы? Говори! - хватает за руку и сжимает сильно. - Он ранен. - Сильно? - Сильно. В лихорадке. Врачи уже подсчитали сколько ему осталось. Но мы же знаем, что они плохие математики. Чимин в одно мгновение сжимается, становится таким маленьким, грустным и слабым. Что делать? Ему не спится. В конце-концов Пак встает с постели и начинает одевать дорожный костюм. Не спеша складывает в небольшую сумку деньги, спички, прячет нож, пишет записку Тэхену, которую передадут утром. Нет сомнений, нужно идти. Сумасшедшая идея, опасная. Чимин накидывает на плечи плащ, тот самый, в котором сбежал пару лет назад из дома, куда собирается вернуться. Его могут не пустить на границе, могут потопить в паре миль от берега, и еще много, что могут сделать. Только один сумасшедший собирается попасть в столицу соседнего государства, идя буквально в двух шагах от людей, которые хотят уничтожить это государство. Нужно было придумать причину такого резкого возвращения, и почему-то в голову лезло только одно воспоминание: Чимин смахивает слезы и бежит со всех ног в конюшню. Юнги уже стоит за воротами и держит узду. Он таткой красивый, ему идет черный. Черные сапоги, черные брюки и рубашка не застегнутая до конца, открывающая вид на белую грудь. Чимину семь и он искренне восхищается братом, потому что он такой величественный, умный, кажется, всемогущий. Со временем станет только прекрасней. - Ты опоздал. - Прости, - мальчик виновато опускает голову. Сегодня один из немногих дней, когда младшему позволяется быть со старшим. Отец-король говорит, что нужно прививать всем отношение к наследному принцу, как к господину и не более. Чимин забирается на своего коня. У Юнги лучше, такой же красивый и мощный, черный. - А инструктор? - Сегодня без него, нас двое. Младший не может так лихо скакать как брат, но ему все равно нравится. Можно выбраться подальше от замка. Никто сегодня не запретит и не будет контролировать. Они останавливаются у большого дуба, посреди поля. Недалеко пасутся овцы, охраняемые мохнатым псом. Видны маленькие деревянные домики с дворами. Чимин засматривается и не слышит брата. Только спустя несколько минут понимает, что от него что-то требуют. Юнги смотрит хмуро и повторяет: - Что с коленкой? - Ничего...- испуганно лепечет Чимин и закусывает губу. Если брат узнает, их прогулка закончится, они не будут видеться неделю, а Чим будет скучать. Юнги пытается дотянуться рукой до брата, но младший вдруг срывает лошадь и мчится вперед. - Не убежишь же, - шепчет Мин и гонится следом. Чимину жаль, что он не сможет оторваться. Брат настигает быстро и останавливает чужую лошадь. Юнги соскакивает на землю и тянет следом малого. Чимина усаживают, отбирают сапог и задирают окровавленную штанину. - Почему поехал с раненой коленкой? - потому что если бы сказал сразу, не пустили бы. Если бы Чимин мог вернуться на несколько часов назад, ни за что не полез бы на дерево в королевском саду. Ему хочется плакать, потому что все, хорошему дню пришел конец, и больно все-таки. - Только не домой... - Ну и что же ты ревешь? Бестолочь, - вздыхает Юнги. Он спускает седло с лошади брата и командует: домой. - Почему она тебя слушается? Разве лошади как собаки? - всхлипывая, спрашивает Чимин. - Она знает, что я король. А королей все слушаются. Обувайся, придется заехать в одно местечко, раз не хочешь домой, - и помогает растерявшемуся брату забраться на свою лошадь. Чимин держится крепко за брата, потому что они несутся с невероятной скоростью к тем самым домикам. Юнги несет брата на спине. Они заходят к какой-то старушке, та смотрит на коленку мальчика, улыбается и говорит: - Раны заживут, не страшно. Но мы с тобой приложим повязку, чтобы помочь им затянуться. Юнги сам лично накладывает бинты, смоченные в травах. Потом их поят молоком и занимают невероятными рассказами. Чимин счастлив. Стемнело, Чим опять на спине брата. - Откуда ты знаешь про деревенскую знахарку? - Я должен много чего знать. А эта бабка в сто крат лучше мошенников из дворца. Чимин, я знаю, что тебе просто лень идти, но не отказываюсь тебя нести, так что будь тих, ради бога. Болтливый как девчонка. Вроде бы мне брат, а как принцесса. - Не ворчи. Расскажи отцу, глядишь ему не придется искать тебе невесту далеко, - смеется младший, а потом затихает. Спустя несколько минут они доходят до лошади. Юнги сажает брата вперед, так как чувствует, что тот засыпает, а потерять по дороге этого ребенка не хочется. Уже стемнело, но они могут вернуться к замку по огням. Чимин улыбается своим воспоминаниям и мысленно говорит: "Дурацкая отговорка, Пак: Юнги я пришел лечить твои раны, потому что когда-то ты лечил мою коленку." Главное успеть.

***

Темно в покоях. Слабый свет, исходящий от свечей, раздражает. Юнги кажется, что его уже хоронят. Он слаб, но сдаваться не собирается пока что. Врачи водят хороводы вокруг и мудрят с лекарствами. Мин на сто процентов уверен, что эти продажные душонки ищут выгодных предложений по отравлению короля. У Мина много времени подумать о своей жизни и о положении дел в королевстве. Все очень плохо. Не ясно где хуже, в жизни или королевстве. Не приходят к нему спокойные сны, каждый раз снятся кошмары, душу терзает все, что так старался спрятать. А враг близко, если Юнги скоро не сможет вернуться на боевые позиции, возможно королевство падет. Какой он будет, этот последний час? Юнги не знает, но одна мысль его радует - Чимин не увидит этого кошмара. От простой, короткой мысли о таком родном и любимом, теплеет в области грудной клетки и щиплет все раны. Мин знает, почему все так. Если отнять у земли солнце, она погибнет, вот и Юнги медленно идет к погибели. Только он сам испугал свое солнце. Если продолжит лежать, то не сможет встать. Сквозь боль он с трудом шагает по коридору к галерее. Вырывается стон облегчения, когда король приземляется в кресло поставленное напротив любимого портрета. Мин смотрит на образ повторенный искусным мастером, и вновь замечает, что никто не сможет повторить реального Чимина. Рыжие волосы, добрые глаза и яркая улыбка. Увидит ли он все это еще раз? Если бы мог сделать это в следующей жизни. "Теперь и умереть не жалко"- язвит самому себе Юнги.

***

- Ох, - вздыхает удивленно Тэхен. - Что? - лениво спрашивает Чон. - Чимин возвращается домой, - пожимает плечами Тэ, как будто это что-то обычное и ничего не произошло. - Что?! Он сумасшедший. Дай бог, если доберется живым до границы, но к столице точно не проберется! - Нет. Он сможет. - Надеюсь. - Он не сумасшедший, - тихо говорит Тэхен спустя минуту и улыбается. - Он просто сильно любит. Чимин чуть ли не через канавы полз, весь грязный в земле и траве, был несказанно рад, когда приняли в какой-то придорожной станции. Чудо из чудес, что она все еще работала и была не тронута врагом. Пак жадно читает газету и лицо его озаряется триумфальной улыбкой. Юнги в замке, он жив. Щедро расплатившись за теплый прием и новую лошадь, прощается с станционным смотрителем. - Как же вы? Уверены, что ночью продолжите путь? - Да, - и Чимин срывается вскачь. Он несется так быстро, как никогда до этого ни разу. Он превращается в тень, лишь успевает мелькать в оконных стеклах. - Да что за черт?! - Стойте! Пустите его! - Хосок видел, как всадник промчался через мост и ворвался в замковый двор. Слышал, как ругалась стража и спешил на помощь, потому что знал, кто этот ночной гость. Чимин спустился с коня и сразу поймал в объятия радостного, лохматого мальчишку, укутывая своим плащом, потому что холодно. - Я так рад, что ты вернулся! Ты правда черт, раз смог прорваться сюда. - Я тоже рад. Он старается как можно тише ступать по полу. Страшно до жути. Совсем недалеко Юнги, спит. Пак дрожит от волнения и разворачивается обратно, прямо перед дверью, за которой больной. Сначала он зайдет в свою комнату, чтобы найти себя, а потом пойдет за своим. Юнги мерещится голос Чимина и шум во дворце. Наверное снова бред. Снова не уснуть. Чимин аккуратно открывает дверь и заглядывает внутрь. Горят лишь свечи. На постели лежит такой бледный, такой больной Юнги. Дыхание тяжелое, грудь слегка подымается. У Чимина по щекам скатываются слезы, потому что так долго ждал встречи и очень скучал. Он тихо подходит к кровати и опускается на пол. Чим осторожно тянется к чужой руке и целует её, потом накрывает своей ладонью и прислоняет к своей щеке. - Чимин? - Пак вздрагивает от тихого, немного слабого, но такого же родного голоса. Чимин несмело поднимает глаза и сталкивается взглядом с Юнги. А Мин тянется к нему, почти рывком притягивает ближе, так чтобы между губами расстояние оставалось в считанные миллиметры. - Не знаю как тебе это удалось, но ты самый подлый из всех злодеев, - хрипит старший. - То, что я пробрался сюда? - То, что ты украл сердце холодного и жестокого короля. Ненавижу то, что из-за тебя начинаю говорить такие слова. И теперь ты точно не уйдешь...