Лето для двоих

Беккет проснулась от назойливых солнечных лучей, от них не спасали легкие занавески, которыми она предварительно зашторила окна. Теперь она отчетливо понимала, за что любила свою квартиру и сам Нью-Йорк: редко бывает слишком яркое солнце, а если и бывает, то плотные шторы не дают проникать ему в ее сонное царство. Кейт с неохотой приоткрыла глаза и почувствовала, что ночь еще не хочет отпускать ее сознание. Закрыв глаза, она вдруг вспомнила о Касле и про его последние проделки. Сон как рукой сняло. Беккет вспомнила о том, что хотела встать раньше писателя, чтобы отомстить ему. Естественно, той же монетой. Однако сейчас она внезапно осознала, что не представляет, что будет делать. Не то, что бы она не умела мстить, просто идей на сверхъестественные события у нее не находилось. Усевшись на кровати, она закинула голову назад, раздумывая над тем, что можно сделать, чтобы было равносильно тому, что учудил Касл. Придумав несколько вариантов: не очень оригинальных, но с призраками не разгуляешься, она встала с кровати и, переодевшись, пошла на кухню, чтобы приготовить себе кофе. Как только она открыла дверь своей комнаты, ее обдало приятным ароматом утреннего завтрака, который расползался по всему дому. Касл, очевидно, встал давно. Губы Беккет тронула легкая улыбка, которую она тут же скрыла, непонятно от кого. Вероятно, от себя. Она все никак не могла признаться в очевидном. В доме Касла сердце наполнялась светлым теплом, которое выгоняло из нее все раздражение и злость. Даже его шалость стала совсем маленькой и незначительной. Ведь она даже не знает, для чего он это сделал. Может, просто хотел повеселить ее? В конце концов, не так уж сильно она испугалась и… «Стоп» — мысленно произнесла Кейт, сжав кулаки. «Не отделается он обычным завтраком» — твердо решила она, спускаясь на первый этаж. Дойдя до кухни, она на цыпочках подошла к барной стойке и тихо, чтобы повар не заметил, села на высокий стул. Она склонила голову и подперла ее одной рукой. Пару минут посмотрев на готовящего Рика, она, наконец, дала о себе знать: — Бу! — фыркнула она, не поднимая головы. Касл едва заметно вздрогнул и, поежившись, обернулся к Беккет. — Детектив! Доброе утро, — улыбнулся он, — давно ты здесь сидишь? — Только села, — пожала плечами Кейт. Не станет же она ему говорить, что некоторое время разглядывала, как он хозяйничает на кухни. Как его руки напрягаются, когда он берет сковородку, как пробует на вкус свое кулинарное творение. Беккет закусила губу и отвела взгляд, ей вдруг в голову полезли неприличные мысли, от которых ей захотелось тут же избавиться (или она убеждала себя в том, что от них нужно избавляться). — У меня как раз все готово. Касл ловко развернулся к плите и перекинул со сковородки две порции яичницы. Разрезав ее на части, он разложил ее по двум тарелкам. И снова повернувшись к Кейт, подал еду к столу вместе с нарезкой из свежих овощей. Беккет сдержанно улыбнулась и пробубнила «спасибо», беря вилку в руки. Ей все еще было не по себе от навязчивых мыслей, которые лезут в ее голову без разрешения. Ладно бы это никак не отражалось на ней, но нет: она покрывалась легкой, едва заметной краской. И если бы рядом стоял не самый внимательный к деталям человек, волноваться было бы не о чем. Что не так с ее самообладанием? Ответ на вопрос не так уж сложен: на работе проще контролировать себя, потому что они не наедине, некогда думать о том, что может случиться, если писатель окажется хоть на сантиметр ближе. Касл облокотился на стол и, подставив руки под подбородок, начал пристально изучать лицо Беккет. Она от такого внимания чуть не поперхнулась завтраком. Решив не обращать внимания, Кейт пыталась спокойно есть, но его взгляд мешал ей. Она постоянно отвлекалась от еды и заглядывала в его глаза — будто они притягивали ее. Момент был очень неловким. И каждый это понимал. И не мог (или не хотел) ничего делать. Оба будто бы впали в, своего рода, оцепенение. Жара в комнате начала накалятся, воздуха становилось все меньше и, спустя пару мгновений, оба забыли о еде и об окружающем мире, все вмиг стало неважным. Беккет почувствовала непреодолимое желание поддаться вперед — совсем немного. А Рик уже был готов сорваться с места и броситься к ней, но его удерживала какая-то неведомая сила, будто в доме и правда были привидения. Неожиданно для обоих что-то за спиной Касла зашипело. Он резко развернулся и понял, что совершенно забыл про кофе, который поставил вариться в турке. Пока Рик убирал прикипевший к плите кофе, Беккет задумалась о том, насколько быстро ее симпатия переросла во влечение. Еще вчера она не чувствовала этого магнетизма, который появился сегодня. Была ли она рада этому? Кейт не уверена. Единственное, в чем она была уверена, так это в том, что Касл обязан понести наказание за свою вчерашнюю выходку. Она постаралась поскорее выкинуть из головы неловкий момент, который буквально застал ее врасплох, выталкивая его мыслями о мести. И они появились. Внезапно для нее самой идея появилась и, причем, весьма неплохая, для ее осуществления не потребуются дополнительные силы. Только немного бумаги, ручка и то, чем пользовался прошлой ночью Касл. — Великолепно, — прошептала Беккет, коварно ухмыляясь и наблюдая за тем, как Касл убирает кухню. — Что? — переспросил ее Рик, протирая плиту. — Да так, — усмехнулась Кейт. — Где мой кофе? — На плите, — нахмурился он и начал делать вторую порцию. Она заулыбалась и уже не стала скрывать улыбки. Пока Рик бился с грязной плитой, Кейт доедала свой завтрак. Когда Касл, наконец, разобрался с утренним кофе, он снова повернулся к Беккет с двумя чашками. Она поняла, что если ничего не предпримет, то та неловкая ситуация может повториться и вряд ли, что-то сможет отвлечь Касла. И, черт подери, она могла поклясться в том, что видела в его глазах, его намерения. Что самое плохое: она не понимала, благодарить или проклинать Ричарда за то, что он стормозил. На самом деле, ситуация была действительно опасной. Если бы он сделал задуманное, то к чему бы их это привело. Беккет покачала головой: зачем она об этом думает? Ничего же не произошло. И не произойдет. Не сегодня. Не сейчас. — У тебя есть планы? — улыбнулась Кейт, надеясь, что ничего не значащий разговор разбавит неловкость. — На тебя? — он поднял бровь и усмехнулся. Чертов Касл и его слова. Такое, вроде, безобидное выражение взбудоражило Кейт — заставило и злиться, и смущаться, и еще десяток разных эмоций. И он заметил ее реакцию по негодующему взгляду, сжатым губам и, кажется, румянам на ее щеках. — Я имел в виду… — попытавшись, придать своему предложению достойную форму, начал Касл, но в итоге, он ничего не смог придумать, кроме того, как прямо ответить на поставленный вопрос: — Я планировал сегодня закончить главу, так что отпускаю тебя в свободный полет, — усмехнулся писатель. — Ты можешь позагорать у бассейна. Я буду не против. — В чем? — Как я и говорил: если неудобно в купальнике, можешь и голенькой. Беккет сузила глаза и зло посмотрела на Касла. Если взглядом можно было бы убить, то… ну, вы поняли. Она отпила кофе и постаралась расслабиться, откинувшись на спинку стула. Рик не стал повторять недавней ошибки, поэтому решил, что куда безобиднее будет почитать газету. Повисла тишина. Слишком много неловких моментов для одного утра. — А чего это ты расселся? — вздернула бровь Беккет. — Что? — Иди — пиши. — Ну, не с самого утра же. — Тебе снова напомнить о пушке? — Ты уже это сделала, — обиженно пробурчал Касл, спрыгивая со стула. Он направился в свою комнату. Писать? Конечно же, нет. Ему срочно надо было победить босса в недавно скачанной игре, посмотреть пару новых серий любимого сериала и что-то еще очень важное и неотложное, о чем Беккет лучше не знать. Зайдя в кабинет, дверь он закрывать не стал, надеясь, что Кейт решит принести ему воды или просто скрасить одинокую обстановку комнаты. Да и вообще, чем ей еще заниматься, учитывая, что Хэмптонса она толком не знает? Не пойдет же она исследовать округу одна. Через мгновение Касл понял, как абсурдно звучит его домысел: первое, чем станет заниматься Кейт в свободное время — обследовать территорию, все-таки она коп, и ей всегда необходимо хорошо знать местность. Усевшись на свое кресло, он взял в руки ноутбук и включил первый попавшийся файл, надеясь почерпнуть немного вдохновения из старого, точнее классического, фильма. Когда фильм уже подходил к концу, Касл услышал, как закрылась входная дверь. Беккет куда-то ушла. Решив, что она скоро вернется, Рик продолжил досматривать фильм, попивая охлажденную содовую прямо из холодильника. Касл углубился в просмотр кульминации картины, поэтому на фактор, который отвлек его, отреагировал довольно остро. Он услышал звук разбивающегося стекла. Выбежав на кухню, он обнаружил, что очередной стакан валялся на полу в виде осколков. Но как? Судя по его местонахождению, разбился он о стену. Каким образом это могло случиться? Касл подошел ближе и заметил под обломками какой-то черный клочок бумаги, на нем было нацарапано чем-то не очень острым «шутить вздумал? Пожалеешь». Рик сразу же понял, в чем здесь дело. Его немного огорчило, что Беккет так быстро догадалась о его проделках, но неужели она считает, что он поверит в такой детский развод. Это смешно. Касл поднялся на второй этаж, толкнул дверь в комнату Кейт — пусто. Решив, что она решила сыграть в прятки, он обошел весь дом с дотошным поиском. Через час он понял, что в доме, кроме него, никого нет. Пока он обыскивал дом, Рик несколько раз пожалел, что купил настолько большой: на его пристальный досмотр ушло слишком много времени. — Она могла выйти через о… Договорить ему не дал шум, доносящийся с чердака. Касл весь сжался. Конечно, это Беккет, больше некому. Но страх все равно сковал его, ведь он заходил туда совсем недавно, там никого не было. Чтобы не идти на проверку безоружным, он схватил первое, что попалось ему под руку — тарелку. И даже не заметив нелепости своего выбора, медленно поплелся наверх. Если бы он был не один, и ему было бы не так страшно, Рик пошутил бы о том, что так начинаются ужастики про маньяков со студентками в главной роли. Однако он-то не студентка. И Касл не знал, успокаивало это или тревожило. Поднявшись на чердак, он резко открыл дверь, чтобы если уж увидеть ужас, то сразу. Но никого не обнаружил. Лучше бы он увидел призрака, чем-то, что предстало его взору: его самодельный костюм привидения висел под потолком, разорванный, он свисал какими-то тряпками, маска, сделанная лет пять назад из папье-маше, разбита на кусочки и валялась около окна, которое было открыто. Касл сделал пару шагов вперед, чтобы проверить не оставил ли вандал каких-то улик (если у него есть физические признаки). Как только писатель прошел к разбитой маске, дверь захлопнулась, а за ней послышался ужасающий вопль, леденящий кровь. Рик оцепенел, но быстро пришел в себя, понимая, что сейчас отличный момент, чтобы поймать мстящего детектива. Не может же быть, что своей детской шуткой он и правда разгневал кого-то, учитывая, что образ, о котором он прошлой ночью рассказывал Беккет — полностью выдуманный. Он подбежал к двери и дернул ручку — та подчинилась. Выйдя с чердака, Касл не заметил никого в коридоре второго этажа. «Наверно, спряталась в одной из комнат» — решил Ричард, начиная проверять каждый уголок, но все в пустую. Снова. Беккет в доме определенно не было. Спустившись обратно к ноутбуку, Рик заметил на нем такой же черный клочок, как около часа назад, на котором было написано «теперь я с тобой поиграю». Касл на секунду ухмыльнулся той мысли, что это написала Беккет, но ее в доме не было, он все проверил. И когда осознание того, что он здесь один живой человек ударило по нему, то страх захватил его мозг, впился в каждую клеточку писательского тела, не давая трезво мыслить. Что делать с несуществующим врагом, который может швырять предметы? Касл решил, что весьма умным поступком будет позвонить Беккет, уж она-то точно не поверит в этот развод и со всем разберется. У нее всегда получалось рушить многообещающие таинственные дела. Набрав номер, он стал ждать ответа. Вдруг дом наполнился скрежетом, шорохами, каким-то неразборчивым шептанием, а после все это превратилось в визги и вой. Касл не сразу понял, что это попросту мелодия на мобильном. Сначала он шарахнулся в сторону, и инстинкты велели ему запереть дверь, но через пару секунд он понял, что звук начался ровно тогда, когда пошли гудки в его телефоне. Он усмехнулся своей пугливости и пошел на эти ужасающие звуки. — Попалась, — радостно прошептал Касл, надеясь, что детектив, увлеченная издевательством над ним, забыла отключить звук. Телефон лежал на столе в прихожей. Похоже, пока она собиралась, телефон положила на тумбочку, а при выходе забыла. Это не похоже на Беккет, она никогда не была забывчивой. Касл подошел к тумбе и протянул руку, чтобы взять ее мобильный, но тот неожиданно дернулся и слетел с тумбочки, как будто, его кто-то стряхнул, вместе с ним с тумбы упала ваза с цветами. Это было последней каплей. Ричарду показалось, что в прихожей стало заметно холоднее, и он не мог в ней оставаться, хотя бы поэтому. А еще потому, что до ужаса боялся того, что находилось рядом с ним, правда, он не видел, что именно. Он разогнался и уже собирался открыть входную дверь, как она сама распахнулась, выпуская его на улицу. Касл выбежал на улицу и со страхом обернулся назад, не представляя, что может увидеть. На нем отображался не поддельный ужас: глаза похожи на шары, рот приоткрыт, руки прижаты к груди. — Улыбочку, — услышал он сквозь звон в ушах от страха, — хотя и так сойдет. И вылетела вспышка фотоаппарата. Он услышал хохот Беккет и что-то про то, что ему идет такое выражение лица. Касл старался успокоить свое сердцебиение и начать злиться на Кейт, но не мог. Во-первых, потому что он сам виноват, а во-вторых, потому что это действительно смешно. Она развела его, как пятилетнего мальчишку, хотя Рик с самого начала знал, что это она… должна быть она, потому что в противном случае он бы в этот дом больше не приехал. — Ты повелся, — не могла прекратить смеяться Кейт. — Видел бы свое лицо! Как ребенка, — смахивая слезы хохота, говорила она. — Один-один, детектив, — наконец, отдышавшись, произнес он, делая шаг в ее сторону. — Один-ноль, писатель. Тебе-то меня напугать не получилось. — Ага, рассказывай, — закатил глаза Рик. — Как ты догадалась? — Я же детектив, — пожала плечами Беккет. — А из тебя никудышный приколист. По ночам дверь в чердак запирал бы. — Так и знал, — фыркнул Касл. — Знаешь, что? — М? — У тебя дурацкая мелодия. Смени ее. — Но это моя любимая группа, — скорчив обиженное лицо, пролепетала Беккет. — Серьезно? Я не знал, — теперь уже немного виновато произнес Рик. — Ведешься на все подряд, — усмехнулась Кейт. — Конечно, нет. Все ради такого эффекта. — Она протянула ему фотоаппарат с его перекошенным лицом.