Брошенный

На следующий день я поехал в свой бывший дом. Мне было стыдно. Вспоминая свой проступок, я бледнел и начинал психовать еще сильнее. Как девственница перед трахом, смотреть противно, когда я превратился в такую размазню? Старею… В это раз я был на своей машине, BMW, не стыдно показаться хоть. Под руками привычная кожа руля, и я чувствую, как становится чуть менее душно от всех этих мыслей. Домчался я довольно быстро, но долго не решался подняться на нужный второй этаж. Все стоял и курил, пока не пошел дождь. Скорее всего, меня подгоняли всевышние силы, уставшие лицезреть трусливого му*ака, и я вошел в подъезд. Дверь в квартиру Ясика не изменилась: все та же тяжелая, железная, черного цвета с облупившейся кое-где краской. Я потянулся к кнопке звонка, но отдернул руку и выдохнул: «Давай же, тряпка!». Я решительно вдавил маленькую кнопку и услышал писк звонка в квартире. Через пару секунд дверь приоткрылась и на меня уставилась пара удивленных глаз. - Богдан? А ты чего тут?.. - Ясик распахнул дверную створку и рассматривал меня с явным интересом. - Эм… Привет, Ясь, - я попытался улыбнуться, вышло как у крокодила с больными зубами. Ясик хихикнул. - Ты ко мне, да? Чаю хочешь? Я только кушать сел, будешь? - я прошел в квартиру, парнишка сразу побежал на кухню, что-то щебеча. Я разглядывал так знакомые мне предметы мебели, обстановку: все такое старое, но везде очень чисто. В кухне вообще все кричало о бедственном положении друга детства. Деревянный стол, покрытый белой, но штопанной-перештопанной скатертью, две табуретки, газовая плита, тот еще раритет, на ней чугунная сковородка и медный чайник. Холодильник «Маруся», небольшой столик для готовки, на нем блюдо, накрытое крышкой и шкаф для посуды. Все древнее, эта мебель здесь была даже в моем детстве. - У меня сегодня праздничный стол! Тетя Вера из соц.обеспечения говорит, я хорошо готовлю. Я сегодня сделал макароны по-флотски с тушенкой, еще блины и я купил конфет! - Ясик был так возбужден, а я осматривал скудный скарб парнишки. И только тут мне стукнуло в голову: - Ясь, - прервал я болтающего мальчика. - У вас тут где-нибудь магазин есть? - Конечно. А что тебе надо там? - Скажи где? Я скоро приду! - мальчик как-то погрустнел. - Тут не далеко, в соседнем доме, если мой обойти. - Хорошо, я скоро! - я улыбнулся ему и быстро вышел из квартиры. Вот же я идиот, приперся к человеку без гостинцев, у него есть нечего, а он меня кормит! Магазин оказался ларьком с пивом и всякой прочей мутью. Пришлось пойти в супермаркет, который находился довольно далеко от Яськиного дома. Я еще и пробыл там часа полтора. Зато накупил мальчишке столько всего, что он не будет месяц голодать. Вполне довольный собой, я направил ласты к дому друга, размышляя о том, что проявляю несвойственный мне гуманизм, и вообще, это на меня не похоже. Ладно, искуплю свою вину и забуду. Я еле допер четыре тяжелых пакета на второй этаж и открыл оставшуюся не запертой дверь. Зайдя на кухню, я был встречен крепкими объятиями и горячим шепотом куда-то в грудь: - Я думал, ты тоже сбежал, - Ясик отступил и заглянул мне в глаза. Сумки выпали из моих рук. - А ты вернулся. - Почему я должен был сбегать? Я, вот, еды принес. Тот магазин неподходящим оказался, вот я и пошел в другой, - я не двигался, после объятия по моим венам вместе с кровью разбегалось тепло. Непонятное что-то, но, блин, приятное. - Ты хороший. Я всегда так говорю, ты же Богдан, - Ясик застенчиво улыбался и вдруг нахмурился. - Ватрушка, если прыгнешь на Богдна, я тебя в туалете закрою. Я заморгал.Это он, что, со сдобой с творогом разговаривает?! Я замотал головой, пытаясь понять, где эта ватрушка. Но сзади меня сидел черный котенок с белым пятном на спине и так же изумленно осматривал меня, потом неуверенно поднялся, подошел, обнюхал и удовлетворенно мяукнул. - Ты ему понравился, хотя ему почти никто кроме меня, тети Веры и тебя не нравится, - Ясик хихикнул, глядя как котенок трется об мои ноги, и вернулся к изучению содержимого пакетов. Потом вдруг испуганно на меня посмотрел. - Это ничего, что я роюсь в твоих пакетах? Мама запрещала, но мне стало так интересно, что я не удержался и залез. - Так я же тебе все это принес, смотри на здоровье! - я сел за стол и наблюдал, как этот смешной человечек с неописуемым восторгом разоряет мешки из супермаркета. Вдруг в коридоре раздался звонок. Ясик вздрогнул, глянул на меня и пошел открывать. Я остался сидеть. Из коридора послышались голоса, я встал и подошел к двери, чтобы лучше слышать. - Романов, пора платить за квартиру. Ты забыл, мой мальчик? - неприятный дребезжащий голос какого-то мужчины. - Я помню, Сергей Валентинович, но я два раза заплатил, у меня сейчас нет денег, я те тоже занял у тети Веры, больше нет, - абсолютно несчастный голос Ясика. - Ты забываешься, мальчишка, хочешь жить с этой блохастой дрянью на помойке? - Нет, - тихий всхлип. - Тогда ищи деньги. Надеюсь, даунам понятно, что я сказал? - вот этой фразы я не выдержал и вышел в коридор. - А по какому праву вы так обращаетесь к мальчику? - я оперся о косяк двери и скрестил руки на груди. Передо мной, тесно прижав Ясика к стене, стоял тучный мужчина с красной рожей. - Ты кто такой? Мальчишка должен денег и он их отдаст! - Он уже два раза заплатил, если я не ошибаюсь. Чувствую, надо прояснить ситуацию. Ну-ка, где квитанция? - Ты смотри, Робин Гуд недоделанный, что ж ты мне сделаешь? Нет квитанции. Но спасать-то его не вечно будешь. А когда-нибудь ты уйдешь, и он будет тут один. - Для начала, ты отойдешь от мальчика, иначе рискуешь лишиться уха или носа, - боров отступил и зло зыркнул на меня. Ясик дрожал и едва не плакал. - С чего ты взял, что я брошу моего брата? - У Романова нет братьев! - Это по крови нет. Вали отсюда и поверь мне, я узнаю, что вы требовали от мальчика, и проблем вы не оберетесь! - мужик закряхтел и просто пулей вылетел из квартиры, оглушительно хлопнув дверью. Я пытался проанализировать произошедшее, когда услышал тихий вслип. Ясик сидел на полу, уткнувшись лицом в острые коленки и плакал, рядом утешительно мяукал Ватрушка. Мое сердце сжалось «Ох**ть, за один день я стал таким… Таким… Сопливым?! А, по*уй!». Я сел рядом с названным братом и ласково взял за руку. - Эй, ну не плачь! Что ты? Все будет хорошо! - Он посмотрел на меня, хлопая слипшимися от слез ресничками. - Но он ведь прав… Ты уйдешь, а он вернется, но денег все равно нет! И мы с Ватрушкой поедем на помойку и умрем, потому что холодно... - Ты разве не слышал, что я сказал? - я обнял его, от чего по позвонку побежали мурашки. - Я тебя никому не отдам, ты мой брат. - Но, тогда, в электричке… - Тогда был не я. Это было чудовище, - Ясик прижался ко мне и улыбнулся. - Братик. Богдан. Ты мне богом данный братик. - Ты меня простишь за электричку? - малыш кивнул и поцеловал в щеку. - Тогда пошли поедим и будем решать, что там со счетами твоими. Не знаю, можно ли так радикально измениться за один день, но какие-то сдвиги точно были! Из холодного пафосного ублюдка я превращался в заботливого старшего товарища, окружающего маленького Ясика братской любовью. Только на сколько эта любовь была братской?..