Internet friends.

Tender we fall Quiet and alone Tired and gone, just speechless Speechless Tired and gone*

Энди не спешил возвращаться домой, и я был рад этому, ведь вместе веселее. Я чувствовал к Энди особую дружескую привязанность, которую невозможно разрушить ничем. Через все проблемы и ссоры, через огонь, воду и медные трубы мы сможем прийти к примирению. И лично мне было немного обидно, что он меня в очередной раз одурачил. Мы сидели на ковре в гостиной, делая вид, будто глубоко увлечены просмотром фильма. Я уже давно перестал наблюдать за происходящим на экране, погрузился в себя и даже не удостаивал вниманием комментарии Энди, которые он высказывал иногда без особого энтузиазма. Я и понятия не имел, что происходило с персонажами выбранного нами ужастика. Я тыкал пальцем Энди в плечо от скуки, и, когда ему это надоело, он начал щекотать меня. Ненавижу щекотки! Смерть от щекотки - худшая смерть. Я вырывался и кричал, но его это ни капельки не смутило. Свалив с дивана своего мучителя, я оседлал его, а затем лег, придавив Энди своим весом. В следующую секунду я замер в оцепенении от действий своего друга. Эта наглая рожа совершенно беспардонно, как пиявка, присосалась к моему кадыку, издавая противные причмокивающие звуки. Не то чтобы мне это не понравилось, но ощущение и вообще осознание ситуации были странными. Энди, видимо, моя реакция показалась невпечатляющей, поэтому он отстранился, с тоской посмотрев в мои глаза. Я пожал плечами и напрямую спросил у него, что он творит. Он произнес что-то нечленораздельное и уткнулся носом мне в плечо. Это был наш дружеский жест, когда ситуация выходила из-под контроля. Я взял в руки его лицо и терся своим носом об его, даря эскимосский поцелуй, после чего втянул его в глубокий и насколько было вообще возможно, нежный поцелуй. Настоящий поцелуй.

***

После такого необычного для друзей завершения просмотра фильма, Энди решил пойти домой. Это было вполне ожидаемо, и я был не против, но и не горел желанием остаться один, поэтому сейчас, оперевшись на дверной косяк, смотрел на обувающего кеды друга взглядом грустного ребенка, у которого отобрали его любимую игрушку. Отчасти так оно и было. Если не учитывать того, что игрушка уходит сама. Я обнял Энди на прощание и с тоской на душе закрыл за ним дверь. Нам обоим необходимо было подумать, что делать дальше и нужно ли на этом остановиться. Каждый из нас хотел дружить и боялся потерять другого, но при этом не особо сопротивлялся порывам чувств. Это нелепо. Я сам не знал, чего хотел больше. Я не понимал себя. Вспомнив про друга, который, все-таки, еще существует за пределами моих с Энди отношений, я набрал Мэтту. Я понятия не имел, как лучше всё ему изложить, но постарался рассказать все в подробностях. — Мда, Сайкс, угораздило же тебя в такой пиздец попасть, — по звукам на другом конце провода было слышно, что друг закрыл рукой лицо и лишь дышал в трубку, — есть варианты, как будешь это дерьмо разгребать? — Понятия не имею, я для этого тебе и позвонил, олень. Я не знаю, братан. — закрыв на секунду глаза, я старался расслабиться. Мэтт понимающе молчал, за что я был ему благодарен. После еще нескольких минут разговора, мы оба пришли к выводу, что лучше оставить все так, как есть и ждать решения самого Энди. Я сбросил вызов и обессиленно лёг на пол. Мне хотелось вернуться домой, вернуться к родителям и зажить так, как раньше. Не хотелось решать эти взрослые проблемы, хотелось беззаботно лежать на берегу моря и пулять мелкие камни в воду. Может ли это все быть ночным кошмаром, который просто слишком затянулся? Может это и вовсе начало конца?