Ставки сделаны, господа
8 февраля 2016 г., 20:08
Удивительное дело, но в ресторане Катя испытывала куда большую неловкость, чем Андрей. Все, на что ее хватило — это заказать самые дорогие блюда и в карте вин ткнуть в «Вдова Клико», Винтаж 2004, потому, что цена зашкаливала, да еще шепнуть Андрею:
— А вот это — «Вдова Клико», Брют Розе, в металлической коробке-холодильнике тоже возьми, заберем с собой. — После чего Катюша и сникла, все же не привыкла она еще к тому, что за один ужин можно полторы ее зарплаты выложить. Ну что же, придется привыкать, ей отныне предстояла вполне себе обеспеченная жизнь.
Андрей ничего не мог понять. «Да что с ней происходит, с Катюшей, — думал он, — совсем на его Катеньку не похожа. Вначале приключение в машине, затем эта просьба об ужине в «Ришелье», а потом здесь… так лихо все заказала и вот не ест, не пьет, сидит, опустив свою умную, светлую голову, словно ей неловко, что заставила меня потратиться, неловко за свой вид, неловко за меня. Да что же с ней происходит?»
Но самые странные для Андрея события начали происходить уже в доме Романа. Катя, как вошла в прихожую, так почувствовала себя хозяйкой. Пошла на кухню, взяла бокалы, заглянула в холодильник, затем в бар, усмехнулась каким-то своим мыслям и прошла в соседнюю комнату. И все это без спроса!
Роман ненавидел не только, когда кто-то пытался войти в святая-святых, в его потайную комнату, он ненавидел даже саму мысль о том, что кто-нибудь может посягнуть на его тайну. Сколько птичек-рыбок вылетело из квартиры Романа за попытки проникнуть в жилище Синей Бороды. За все годы их дружбы Андрей так и не был допущен в эту комнату. Поначалу его разбирало любопытство, потом привык к такому положению вещей, а потом научился уважать этот такой невинный каприз друга. Самое удивительное, что дверь оказалась незапертой. Ромка всегда запирал эту дверь, а вот сейчас… Ну, конечно, он же не знал, что пока он будет в Праге, кому-то захочется исследовать его жильё.
Такая Катина бесцеремонность покоробила Андрея, но она вышла из потайной комнаты притихшей, задумчивой и очень грустной, словно бы прежней Катей, и Андрей не стал ей ничего выговаривать.
А потом наступило их время, удивительно теплое, чувственное и такое прекрасное, что Катерина на какое-то время даже забыла о мести. Спасибо Кире Юрьевне, так вовремя позвонившей Андрею, не дала забыть о главном! Андрей мгновенно преобразился, даже отстранился от Кати.
— Да, Кирочка, я дома. А где же мне еще быть? Как почему не отвечаю на домашний? Потому, что уже лег спать, мобильный положил возле себя, а домашний отключил. Не хочется из-под одеяла высовываться. Не веришь? Ну спроси завтра у Викуси. Я приехал с Пушкаревой и уехал с Пушкаревой, отвез ее домой и сразу к себе, твоего звонка ждать. И вот дождался, наконец, теперь можно и уснуть, — Андрей сделал вид что зевает.
Кате стало противно и гадко. В этом он весь. Киру обманывает, ее обманывает, люди для него пустое место. Но и Кирочка тоже хороша, это ж чего и сколько нужно выпить или обкуриться, чтобы звонить в полтретьего ночи и проверять верен тебе жених или нет. Как будто таким образом можно узнать правду. Кате захотелось сделать что-нибудь непоправимое, например крикнуть в трубку: «О, Андрюша! Вот так, как хорошо! А теперь ты сверху»… Катерина представила обмороки по обеим сторонам линии и не выдержала, засмеялась. Хорошо еще, что Андрей за долю секунды до ее смеха успел попрощаться с невестой и отключить мобильный.
— Кать, ты чего? Кира же могла услышать.
— Ничего. Я же слушала, что ты меня домой отвез, ничего, пережила. И она бы пережила, не раз уже переживала. А потому, что не надо всем подряд врать, Андрюшенька. Все, я хочу домой. Отвез, так отвез!
И как Андрей не упрашивал Катю, как не уговаривал, она была непреклонна. Она хотела домой, и точка. Пришлось везти Катю домой и злиться на Киру, которая так не вовремя позвонила, и злиться на себя, за то, что такой болван и, вместо того, чтобы выйти на кухню и оттуда поговорить с невестой, вел беседу при Кате, совершенно не считаясь с ее чувствами.
***
Утром, как Катя и думала, Андрей подписал последнюю закладную, подписал, не задумавшись ни на секунду, только бы Катенька дуться перестала. Он вообще не знал, что ему сделать, как загладить свою вину. Но чем больше Андрей старался, тем больше мрачнела Катерина. Он принес ей открытку, она мельком прочла ее и вовсе ушла в себя. — Катя, может пообедаем вместе? — Не получится, Андрей Павлович. Через час прилетают Роман Дмитриевич и Кира Юрьевна. Если можно… Я понимаю, что это будет затруднительно, Кира Юрьевна приедет и вам нужно будет ехать к ней… И все-таки, если можно, я хотела бы сегодня поговорить с вами и с Романом Дмитриевичем. После работы. Разговор серьезный и посторонние уши нам ни к чему. — Катя, не пугай меня, что случилось? — Давайте дождемся Романа Дмитриевича. А сейчас я, с вашего позволения, пойду обедать. Меня девочки уже заждались, — и умчалась, оставив Андрея в недоумении и тревоге.***
Господа, ставки сделаны, Господа, ставки поздно менять. Что нам жизнь, деньги медные, Мы поставим на белое, Жребий скажет кому умирать.
С обеда Катя не вернулась и мобильный ее тоже не отвечал. Андрей сходил с ума, не понимая, что произошло. Самое странное, что женсоветчицы в один голос заявили, что Катерина с ними обедать не ходила. Да, из здания «Зималетто» они вышли вместе, но потом Катюша села в такси и уехала. И это все, что они знали. — Ты опять заигрывал с моделями у Пушкаревой на глазах? — Роман ходил по кабинету не переставая. — Да нет же, уверяю тебя, все было прекрасно, пока не позвонила Кира и не испортила нам всю ночь. — А выйти из комнаты ты не мог? Выйти и поговорить с Кирой? — Мог, конечно, но я не подумал. Ромка, знаешь, она вообще была вчера немного странной. Не такой, как всегда. Я еще вчера этому удивился, а теперь анализирую и меня ее вчерашнее и сегодняшнее поведение, что-то совсем беспокоит. В это время открылась дверь президентского кабинета и вошла Екатерина Валерьевна. Нет, внешне это была все та же Катенька, и все-таки перед Романом и Андреем предстал совершенно другой человек. В кабинет вошла уверенная в себе, абсолютно спокойная дама высшего света. Она так гордо держала голову, так пряма была ее спина, а глаза смотрели на них с такой степенью превосходства, что и президент и его вице, невольно втянули головы в плечи. — Не стоит беспокоиться о моем вчерашнем поведении Андрей Павлович. Я как раз за этим и пришла, чтобы дать ему объяснение и объявить вам обоим о своем решении. Присаживайтесь, пожалуйста. Мальчики и не заметили, когда она успела занять президентское кресло, но покорно сели на кресла напротив стола. — Вот, ознакомьтесь, пожалуйста с одной любопытнейшей бумагой, а потом мы с вами поговорим. — С этими словами Катерина протянула ребятам копии инструкции. Одного взгляда на протянутые им листки было достаточно, чтобы Андрей с расширенными от ужаса глазами не мигая уставился на Катю, а Роман низко опустил голову и закрыл ее руками. — Когда я прочла эту инструкцию, мне очень хотелось сбежать. Сбежать и спрятаться. Не дождетесь. Это вы будете у меня бегать. Бегать по кругу и прятаться. Вы, друзья, поступили со мной, как свиньи. Но! Вы совершили много ошибок. Во-первых, вы заранее решили, что мы с Колей мошенники. Во-вторых, вы, мягко говоря, поступили со мной не очень красиво. А в-третьих, и это самое главное, вы передали мне компанию «Зималетто». В одной тонкой, невзрачной папочке у меня дома, находится вся ваша компания, Андрей Павлович. Вы заложили ее «НикаМоде», то есть мне. — Ты хозяйка только на бумаге, — вставил Роман. — Вам слова пока не давали, и на «ты» ко мне не стоит обращаться, — холодно произнесла Катерина. — Это вы так думаете, что я хозяйка только на бумаге. Суд будет думать иначе. Я могу вам одним взмахом пера такое устроить, о чем вы оба никогда и не помышляли в своей такой недолгой, бесславной карьере.
