Три части одного целого

Вырванная из сна звоном будильника и не торопясь подниматься, я в очередной раз пыталась проанализировать всю ситуацию. В обычное время никаких перемен я в себе не чувствовала, но стоило рядом оказаться Фреду или Джорджу — всё менялось. Пусть после прочтения статьи я хоть немного начала понимать, что происходит, но это всё равно пугало. Я боялась перемен, а такие кардинальные вовсе приводили в ужас. Что делать с этим я не знала, поэтому чувствовала себя беззащитной. То, чего я опасалась, случилось перед завтраком. По пути в Большой зал ко мне подбежала Джинни и, не обращая внимания на удивлённые взгляды Гарри и Рона, утащила в другую сторону. — Ну, ты всё сделала? — как только мы оказались одни, спросила она. Было стыдно из-за необходимости лгать единственной подруге, но и рассказать всё сейчас я не могла. — Да-да, всё получилось, — как можно убедительней сказала я. Джинни выглядела немного расстроенной. Похоже, она уже успела придумать красивую любовную историю со мной в главной роли. В Большом зале, проигнорировав вопросительные взгляды друзей, я сразу принялась за еду. Тайком взглянув по сторонам отыскала близнецов, вокруг которых собралась стайка хихикающих девочек, отчаянно пытавшихся привлечь к себе их внимание. Ну уж нет, становиться похожей на вот этих флиртующих дурочек я не собираюсь. К сожалению, приходилось согласиться с Джинни, что Джордж вместе с Фредом являются одними из самых популярных парней в школе. На равне с Малфоем и Забини, в постелях которых, по слухам, побывала половина девочек Хогвартса, начиная с четвёртого и заканчивая седьмым курсом. Это не сильно удивляло — все четверо являлись спортсменами, а девушки, похоже, что в магловском, что в магическом мирах, одинаковы. Пока погода радовала чистым небом и всё ещё согревающим солнцем, уроки по уходу за магическими существами проводились на свежем воздухе. Профессор Грабли Дёрг начала урок, и только я приготовилась записывать тему, как со всех сторон начали разноситься короткие смешки. Подняв голову и ожидая увидеть очередную шутку одного из одноклассников, я заметила, что весь класс смотрит в мою сторону. В недоумении повернувшись к Гарри и Рону я попыталась спросить, что происходит, но из моего рта вместо вопроса раздался лишь странный, похожий на птичий, крик. Ребята, сдерживающиеся до этого момента, разразились громким хохотом, и уже через секунду к ним присоединились остальные. — Мистер Поттер, мистер Уизли, проводите мисс Грейнджер в больничное крыло, — профессор Грабли Дёрг оказалась рядом в считанные секунды. Было видно, что сохранить невозмутимый вид ей удаётся с трудом. Я всё ещё не могла ничего понять, а птичьи крики вырывались уже безо всяких действий с моей стороны. Рон и Гарри подхватили меня под руки, при взгляде на которые у меня вырвался особенно пронзительный панический крик. Руки сплошь покрывали жёлтый пушок и перья, отчего они стали похожи на крылья. Под громкий хохот Слизеринцев и Грифиндорцев ребята повели меня в сторону замка. На входе в Хогвартс Рон, кое-как удерживая рвущийся наружу смех и утирая выступившие слёзы, смог заговорить  — Это Фред и Джордж… прошлым летом они на мне проверяли действие своих канареечных помадок… результат был таким же… я целый день пробыл огромной канарейкой. От услышанного мои глаза, наверное, стали похожи на два блюдца, а изо рта вырвался протяжный испуганный крик раненой птицы. Друзья согнулись пополам в новом приступе смеха, пока я стояла в полном шоке. Целый день! Целый день в виде гигантской жёлтой птицы! Мадам Помфри осмотрела меня совершенно спокойно. Жестом указав на койку, она сама залила в меня противно пахнущее зелье, на вкус оказавшееся не лучше. По словам колдомедика, следующий час мне предстоит провести на больничной койке. Перья отпадали сами, но этот процесс сопровождался жутким зудом по всему телу. Этот час так меня вымотал, что как только зуд уменьшился, я провалилась в сон. Из больничного крыла уходила уже во время обеда. Мадам Помфри не стала меня будить даже после того, как отпало последнее пёрышко, и я проспав два часа шла на обед отдохнувшая и успокоившаяся. — Как ты, Гермиона? -спросил Гарри, когда я удобно устроилась на лавке. — Всё хорошо, — просто ответила, пододвигая поближе тарелку с горячим супом. — Что ты собираешься с этим делать? -продолжил он, накладывая в свою тарелку картофельное пюре и краем глаза наблюдая за моей реакцией, ожидая, наверное, истерики. -Ничего, — пожала плечами. — Как?! -воскликнули хором мальчики. — А чего вы хотите? Чтобы я устроила им скандал? — повернулась сначала к одному, потом к другому. По лицам обоих я поняла, что именно этого от меня и ждали. — Вот и они также, как и вы, ждут от меня этого, но я не собираюсь доставлять им такое удовольствие. Гарри и Рон смотрели на меня с немым изумлением, пытаясь переварить сказанное мной. — С тобой точно всё хорошо? Может, мадам Помфри зелье перепутала? — Рон не скрывал удивления и замешательства. -Это на тебя не похоже. — Ладно, что предлагаешь ты? Отчитать их, наказать, лишить баллов? И что потом? Они ничего этого не боятся и продолжат с ещё большим энтузиазмом, — я раздражённо передёрнула плечами. Оба объекта нашего разговора сидели в противоположном конце стола вместе с Ли Джорданом. С их стороны постоянно доносились смех и громкие возгласы. — Ни одна из моих попыток не имела нужного эффекта. Так что, пока у меня не появятся идеи получше, ничего предпринимать я не собираюсь, — отвернувшись от близнецов продолжила я, пытаясь донести до друзей причину своего бездействия. — А сейчас мне нужно забежать в комнату. Встретимся на уроке. Проходя рядом с близнецами, я заметила их светящиеся от смеха взгляды, направленные на меня. Но, когда я прошла мимо, на их лицах отразилось замешательство. Я улыбнулась. Такого они точно не ожидали. Пусть теперь пошевелят мозгами, гадая, чего от меня ждать. Оставшиеся дни первой учебной недели прошли без неожиданностей. Меня никто не пытался разыграть, а обязанности старосты не были слишком тяжёлыми. Свободного времени было достаточно, и я занялась наблюдением. Ходила на их тренировки, задерживалась в гостиной и Большом зале. Понимание ошибочности моего мнения насчёт близнецов обрушилось снежной лавиной. Они оказались совсем не такими, как я думала, и как о них говорил Рон. Никогда бы не подумала, что этих двух бездельников с манией величия может заботить что-то кроме их самих, но раз за разом наблюдая, как они успокаивают чем-то расстроенных малышей, как помогают им с домашним заданием или просто поддерживают в начинаниях, не жалея своего времени, мои убеждения рушились в пух и прах. Чуткие, добрые, понимающие, всегда готовые помочь близнецы Уизли были мне абсолютно незнакомы, словно только что найденная среди давно перечитанных, неизвестная ещё книга, которую хотелось срочно прочитать. Всё чаще думая о своей невнимательности я поняла ещё кое-что, о чём раньше даже не задумывалась. Близнецы вовсе не были балбесами, хоть и очень старались убедить в этом всех вокруг. Но придумывая и самостоятельно изготавливая все эти их шутки и вредилки, основанные на вполне серьёзных зельях и чарах, они просто не могут быть дураками и бездарями. Скорее уж одарёнными. Ко всему прочему, они успевают слишком многое для пары раздолбаев, но внешне абсолютно не создают впечатления людей, то и дело над чем-то работающих. Они, похоже, живут, мыслят и существуют идеями разной степени гениальности, умудряясь из давно известного и простого сделать новое и улучшенное. Постоянно что-то записывают, придумывают, просто фонтанируют идеями, и можно заметить, когда новая идея приходит в голову: их глаза начинают светится так, что это завораживает. Не знаю, как на самом деле, но, похоже, именно от них я заразилась жаждой деятельности. Поэтому в понедельник после очередного бесполезного урока ЗОТИ предложила Гарри учить нас защищаться. Он, конечно, сначала начал отпираться; потом решил, что я шучу. Но в итоге обещал подумать. Я же, не сумев самой себе объяснить причины такого поведения, продолжила наблюдать за Фредом и Джорджем, с каждым днём всё больше убеждаясь, что для того, чтобы стать одними из лучших учеников школы, им не хватает только усидчивости и хотя бы немного серьёзности. Спустя ещё две недели осень вступила в свои права. Солнце заслонили тяжёлые свинцовые тучи, поливающие землю холодным дождём. Ученики были вынуждены коротать свободное время в тёплых гостиных, в библиотеке среди пыльных книг или прогуливаться лишь по бесконечным тёмным коридорам Хогвартса. Мои мальчишки, расстроенные невозможностью отправиться на поле для квидича для тренировки, чем были заняты почти всё свободное время с начала учебного года, решили погрузиться в учёбу с головой. Я всё гадала, когда они уже сдадутся и попросят помощи. Но при этом очень надеялась, что хоть в этот раз она им не понадобится. Однако моим мечтам не суждено было сбыться. И вот в воскресенье они стоят передо мной — два памятника глубочайшей грусти, с опущенными головами, без слов прося о помощи. А я согласилась, потому что собственное домашнее задание было давно готово, а отвлечься требовалось срочно. Последнее время из головы не шли мысли о двух рыжеволосых парнях с одинаковыми физиономиями. Гарри и Рон, в порыве благодарности, бросились обниматься, едва не раздавив меня. -Я согласен, — шепнул мне на ухо Гарри. Догадаться, о чем он, было не сложно, но я всё же решила уточнить. — Будешь нас учить? — Только тебя и Рона, да?  — Ну… -начала я, не уверенная в его реакции. -Только ты не сердись, Гарри, я думаю, ты должен научить всех, кто захочет учиться. Мы же хотим защититься от Волан-де-Морта.- Он задумался, и я уже хотела начать убеждать его, но тот заговорил. — Хорошо, но сомневаюсь, что кто-нибудь, кроме вас захочет у меня учиться. Я же чокнутый, помнишь? — Думаю, ты удивишься, когда узнаешь, сколько ребят хотят тебя послушать, — я наклонилась к ним ближе и на грани слышимости прошептала. — А что, если скажем: все, кто хочет, встретимся в первый октябрьский выходной в Хогсмиде и обсудим это дело? — Почему там, а не в школе? — спросил Рон. — Потому что Амбридж вряд ли обрадуется, если узнает, что мы задумали.