Дежавю

      «Встретимся под лестницей», всё, что было написано на оборванном клочке тетрадного листа. Чонин быстро сложил бумагу несколько раз пополам, по уже когда-то сложенным линиям и сунул записку под парту, пока преподаватель не обратил на него внимания. Может быть старый математик и не заметил лишних движений юного альфы, но от его брата это не скрылось.       Этот почерк был Чонину хорошо знаком. Он не раз списывал конспекты, пропущенные во время болезни, не раз получал подписанные открытки на день рождения, от омеги, что сидит за первой партой и теперь не смеет даже шевельнуться, а ведь раньше эта рыжая голова без конца крутилась во время занятий и то и дело строила милые рожицы своему однокласснику. Чонин знал Лухана несколько лет и их дружеские отношения его вполне устраивали, но теперь, когда перед ним стоял выбор: дать отношениям новый уровень или потерять их вовсе – он растерялся. Но когда не может действовать один – действует другой. Так и случилось на этот раз.       Как только прозвенел долгожданный звонок на большую перемену, копия Чонина сорвалась с задней парты и быстро сунула руку под стол Киму. - Что ты делаешь? – Чонин возмущённо пытался вырвать записку из рук брата, но всё без толку. Может они и были близнецами со стопроцентным совпадением, но не всё определяют гены. Чонин ничего в руках тяжелее учебников не держал, то ли дело Кай, нападающий футбольной команды. Под школьной белой рубашкой его мышцы выгодно выделялись, натягивая ткань. - Давай я пойду! – в глазах брата Чонин уловил мелькнувший огонёк. Он знает, что с таким Каем спорить бесполезно. - Пожалуйста, он мой друг… - альфа виновато опустил взгляд. Сейчас он сдастся. Пойдет на поводу у брата, чтобы снова позабавиться, но обижать юного омегу не хотелось. - Ну вот и проверим, какой он друг, - лицо Кая искривила игривая ухмылка.       Это был не первый случай, когда Чонин без боя отдавал что-то своё Каю. Что-то, чего у того не было. Кай был популярным у омег: многие сходили с ума по его хриплому голосу, подтянутому телу и самодовольному взгляду, но мало кто рисковал к нему хотя бы приблизиться, а виной тому грязные слухи отверженных омег и хулиганское поведение Кима. Чего не скажешь о Чонине: вечно улыбающийся и бесконечно заботливый - он был эталоном для юных омег, мечтающих о рыцаре в доспехах.       Лестница. На большой перемене именно она являлась главным местом для встреч. Пока одни преподаватели наскоро проверяют тетради, а другие дежурят на крыше и в столовой, молодые альфы умело зажимают слабый пол на лестничных пролётах. Именно туда и направлялась главная проблема школы – братья Ким.       Под одним из этих пролётов уже стоял Лухан. Неуверенно переминавшийся с одной ноги на другую, он уже и не ждал появления друга, пока его глаза не накрыли тёплые ладони. - Ч…Чонин? – голос омеги дрожал, но не скрывал радости. За спиной раздался смешок. Руки опустились на юношеские угловатые плечи и развернули парня на 180 градусов, как игрушечного.       Чонин давно начал нравиться Лу. Паренек совсем и не думал найти когда-нибудь истинного альфу, считая это всё сказками для детей и поводом для родителей, оставить гулящих подростков дома. Зачем ждать, если можно здесь и сейчас? Можно влюбляться, отдаваться, а повзрослев оправдать все это юношеским максимализмом, или чем-нибудь подобным. - Я хотел сказать, что уже не один месяц думаю о тебе… не как о своем друге, понимаешь? – школьник начал бодро, а закончил, съедая слова и бурча под нос. Под этим предлогом альфа склонился над ним и приблизил свое лицо к Лухану так, что близости было почти не избежать. Наигранно подхватив омегу за острый подбородок, Ким приблизился к его губам, но вместо жаркого поцелуя, лишь опалил кожу омеги горячим дыханием: - Ну, я передам брату. – В миг парень отстранился от Лу и звонко засмеялся. Этот смех эхом отдавался в ушах омеги и солёные слёзы наполнили глаза одноклассника. – Признаёшься ему в чувствах, а отличить не в состоянии! - Кай? Это ты? Зачем ты… Где Чонин? – Лухан еле находил в себе силы, чтобы не сорваться на истерику, но, не выдержав деланного удивлённого взгляда, Лу сорвался с места и на последующих уроках не появился.       Когда Кай поднялся на этаж выше и встретился с сердитым взглядом брата, он лишь обижено бросил: - Да он даже не узнал меня! Друг…       И когда это началось? Почему братья начали делить людей вокруг между собой с такой фанатичностью, жадностью и злобой? Может быть, когда их роли начали расходиться. Когда Чонин переполненный нежностью, смотрел сериалы по кабельному и взахлёб читал романы о вечной и взаимной любви. Когда Кай расталкивал всех соперников на футбольном поле, отвешивал смачные подзатыльники одноклассникам с видом, что так и надо.       И почему вообще его брат такой миловидный? Не будь он на голову выше любого другого омеги, можно было бы решить, что Чонин и не альфа вовсе. Краснеющие при случайных касаниях щеки и вечно щенячий взгляд, который мог заставить любого альфу бежать за Чонином хоть на край света, хоть за край. А уж Кай, сталкивающийся с этим двадцать четыре часа в сутки, бежал без запинок и оглядки.       Если бы не холодный дождь, то Чонин определённо нарушил традицию и отправился домой в одиночестве. Только сдувающие порывы ветра и попадающая на лицо вода заставила его остановиться на школьном крыльце и дождаться брата. - Так и знал, что ты без зонта. – Чонин с упреком взглянул на своего довольного брата, но тут же всучил ему свой раскрытый зонт и подхватил под руку, чтобы уместиться под спасающей от воды чёрной тканью. - Так и знал, что ты обо мне позаботишься! – довольная улыбка озарила лицо Кая.       Дорога домой была на редкость тихой. Без слов братья ходили только в двух случаях: когда Чонин обижался и, когда Кай плохо проводил тренировку. В обоих случаях один из них был переполнен негативными мыслями, а другой не решался ворваться в эти мысли без особой на то причины.       Это в школе Кай такой шумный и успевает взять номерок у каждой, проходящей мимо, омеги. Дома же он совсем другой. Дома он представляет, что уже нашел его. Каким будет его омега? Каю было плевать, какого роста будет парень и сколько сантиметров в обхвате его бедра. Главное, чтобы его глаза затмили полные нежности глаза Чонина, которые так и норовят сбить альфу с толка.       Каждый день после школы, как по расписанию Кай отправлялся в свою комнату и ждал, когда к нему заглянет Чонин, чтобы пригласить на обед. А пока его не было, спортсмен не чурался случайных фантазий о чувственных губах брата, опуская одну руку под бельё и давая разрядку юному телу. Из соседней комнаты донёсся крик о том, что пора бы и подкрепиться. Кай быстро вымыв руки, падает за обеденный стол. - Еще и травяной чай! – Кай знал, что брат сделал это из заботы и что обида, скорее всего, уже отступила. - Ветер сегодня был холодный, так что нужно согреться. – Чонин еще пытался изобразить холод, но не коснуться плеча брата, когда опускал перед ним тарелку, не мог.       Пока Чонин размеренно пережёвывал пищу, Кай быстро запихав в себя всё без остатка, решил перейти к главному блюду на этом обеденном столе. Но сначала нужно проверить обстановку. - Ты еще обижаешься? - Тебе не кажется, что весьма беспардонно спрашивать о таком? Учитывая, что прощения ты еще не просил, - Чонин говорил, не поднимая головы, чтобы не проиграть эту игру. - Ну не сильно то ты и просил не делать этого - Но я сказал, что он мой друг. Я не хотел портить с ним отношения, а теперь он решит, что я такой же как ты. Сделал это, чтобы посмеяться. – Чонин заметно погрустнел, отчего злости в Кае только прибавилось. - Ну друг и друг. Сколько у тебя таких друзей? Я твой друг! Самый главный друг! Единственный твой настоящий друг! – Кай повышал голос с каждой репликой, чтобы, наконец, попытаться пробудить в своём милом братце хоть какие-то чувства. Может Чонин и был обижен, но Кая это не устраивало. Ему нужны восхищённые комплименты о мышцах, томные вздохи при мимолётных взглядах.       Что за Лухан? Разве он такого достоин? Не для него Кай все сладости тащит в комнату брата, не для него сбивает кулаки о тех, кто видит в его брате весьма неплохую замену омеге.       На самом же деле Чонин не так уж и страдал от недавней потери. Просто он устал от того, что всегда поддаётся на провокации брата. Их первый поцелуй спровоцировал Кай, как и их первый секс, первый побег из дома, первую пробу алкоголя и дальше по списку, чем может гордиться обычный подросток. Может он и не такой сильный, не такой мужественный, но ведущим побывать всё-таки хочется. Отбросив ложку и поднявшись из-за стола, Чонин, все также, не поднимая головы, обошел стол и приблизился вплотную к Каю. - Мы друзья? Разве так это называется? – голос Чонина снова мягкий и нежный. Снова тот, за который Кай готов уничтожить любого, кто приблизится к его брату. - В твоих романах это называется любовью, но я все же надеюсь не до конца жизни прятаться от родителей с братом, а найти омегу. – и прежде, чем Чонин сможет выразить хоть какое то возмущение, Кай впился в его губы жадным поцелуем.       Может Чонин и хотел быть ведущим, но только до этого момента. До момента, когда брат бессовестно начал стаскивать с него одежду, а дверь в комнату не закрылась с хлопком.       Разойтись по своим комнатам их заставило лишь возвращение родителей. Это время братья не любили больше всего. Почему любимый человек рядом, а быть с ним нельзя? Почему им не повезло родиться близнецами? Теми, кто с рождения и до самой смерти прикован друг к другу. Почему они обречены делить жизнь пополам? Тяжесть этих вопросов и их общего секрета давила на ребят с каждым днем всё больше и больше. Но вопреки разуму, они становились лишь ближе. Со временем они даже начали свыкаться с тем, что им приходится постоянно воровато оглядываться перед тем, как прикоснуться друг к другу нежнее, чем положено двум альфам.       Им стоит оторваться друг от друга, чтобы глотнуть воздух свободы. И, кажется, сама судьба даёт им этот шанс, когда их зачисляют в разные университеты. Пока Кай воодушевлённо перебирал бессчетное количество рваных футболок и бесформенных кофт, отмечая для себя, что стоит обновить гардероб перед новым учебным годом, Чонин был занят своими размышлениями: - Представляешь, какой это поток людей? Почти каждый день можно знакомиться с новыми лицами! - восторгался Чонин. - Да, можно кинуть одну омегу и больше с ней не встретиться! – манерно парадируя восхищённый голос брата, ответил Кай. - У тебя один секс на уме… Не вздумай привести хоть кого-нибудь в квартиру, подаренную родителями! Я ему детородный орган быстренько в его же простату уткну. – Чонин насупился, ему не терпелось получить новые впечатления, завести новые знакомства и новых друзей, но в то же время, его пугало, что все это произойдет и с Каем.       И что тогда? Ведь альфе лучше подойдет омега, чем такой же альфа. Каю скорее всего понравится новое, неизвестное ему ранее тело, чем привычное тело брата, увиденное уже при всех оттенках дня и ночи. Кай всегда отличался от брата тем, что ему было мало. Он не мог, в отличии от Чонина наслаждаться тем, что имеет. Каю нужно больше, нужно чаще, нужно все, что в пределах его возможностей, и что за пределами – тоже.       Сам Чонин об этом и не подозревал, но его главные страхи сбылись ровно в тот день, когда они с братом переступили порог разных учебных заведений.