Klass

[От автора: меня покинуло вдохновение лол] Сонмин проснулся от ощущения холода на коже. Он еще долго не открывал глаза, пытаясь вспомнить, как он пришел из школы домой и лег спать, не надев свою пижаму. Поняв, что память отказывается вызывать события минувшего дня, Сонмин, наконец, открыл глаза. Его встретил мрак чужой комнаты. Осмотревшись, блондин пришел в ужас, обнаружив себя обнаженным, в руках Кюхена. Тот мирно спал, укутавшись пледом. Увидев, что Кю тоже лежал голым, Мин чуть не подскочил на месте и не вскрикнул, вовремя закрыв рот ладонью. Он осторожно поднялся с дивана, чувствуя боль во всем теле. Найдя рубашку, брюки и трусы, блондин оделся. Сонмин стал расхаживать по комнате, стараясь вспомнить, что все-таки произошло, и почему теперь они оба оказались в такой щепетильной ситуации. Постепенно в воспоминаниях стали появляться образы того, как двое парней прогуляли школу, пришли в квартиру Кюхена, выпили чаю и... занялись сексом. Мин схватился за голову, чуть не взвыв от стыда. Он не мог поверить, что с ним случилось именно это. Красочные фрагменты быстро мелькали перед глазами блондина, густо покрывая лицо краской смущения и разгоняя жар по телу, прогоняя недавний холод. Опустившись на пол, Сонмин постарался успокоить резко участившееся сердцебиение. — «Так, Сонмин-а, успокойся. Это был всего лишь секс... Да, всего лишь секс! Какая глупость! Айщ!» — Сонмин яростно растрепал светлые волосы, создавая беспорядок на голове. — «Как такое вообще могло случиться?» — все еще сокрушался блондин, пока не услышал шорох позади себя. Это Кюхен перевернулся на другой бок, скидывая плед, и оголяя низ спины. Сонмин еще сильнее покраснел. Он встал, пытаясь найти что-нибудь, чем можно было укрыть спящего парня, кроме тонкого пледа. Тихо приоткрыв дверцу шкафа, он обнаружил на полке сложенное одеяло. — «То, что нужно», — Мин достал мягкое одеяло и накрыл им Кюхена. Тот вцепился в шерстяную ткань, почувствовав, что начинает согреваться. Ему, как и Сонмину, было холодно спать, толком ничем не прикрывшись. Мин присел на краешек дивана, перебирая спутанные волосы брюнета. — «Как мне теперь ему в глаза смотреть?» — ощутив прикосновение чужой ладони, Кю улыбнулся во сне, — «И почему я почти ничего не помню?» Сонмин встал, вновь измеряя комнату шагами. Он направился на кухню, так как вспомнил, что видел там часы, висящие на стене. Большая стрелка их показывала на цифру 6. — «Значит, я пробыл тут весь день и все утро». Вернувшись в гостиную, блондин нашел свой рюкзак, достал оттуда личный дневник и сел за стол Кюхена. Еще одна особенность, которую Мин заметил почти сразу — идеальная чистота. Сразу можно было сказать, что Кюхен — человек аккуратный. Все тетрадки и книги бережно стояли на полочках, даже мельчайшего слоя пыли не было! Сонмин открыл дневник, взял ручку, лежащую на столе и принялся писать, так и не включив свет. Он выкладывал на бумагу все те эмоции и чувства, что фонтаном били в его душе. Мин всегда писал то, что чувствует и не может высказать вслух. Это помогало избавиться от груза, скопившегося глубоко внутри. Нацарапав несколько строк, Сонмин вновь услышал какой-то звук за спиной. Повернувшись, он увидел, как Кюхен застегивал молнию на своих брюках. И как Мин не услышал его с самого начала? — Что ты делаешь? — спросил Кюхен, натягивая футболку. — Ничего. Просто сижу, — быстро проговорил блондин, захлопывая тетрадку и отодвигая в сторону, — Кюхен... Мне нужно идти. Сонмин встал со стула, ожидая ответа Кю. Но тот лишь непонимающе на него посмотрел и подошел к растерянному блондину, обнимая его. — Останься, Сонмин. Ты мне нужен. Мин ощутил накатившуюся на него панику, и скинул лишние руки со своих плеч. — Мне... мне правда нужно идти. Поговорим завтра, Кюхен, — Сонмин схватил рюкзак, обулся и выбежал за дверь. Оказавшись на улице, Мин решил добраться до дома пешком, а не на автобусе. По дороге к дому, он старался выбросить из головы навязчивые образы, но никак не мог. Придя в квартиру, Сонмин проигнорировал вопросы родителей о том, где так долго был их сын, и закрылся в комнате, не выходя оттуда несколько часов. Только ближе к ночи, ощутив сосущий голод, блондин вышел, чтобы поесть, и вновь вернулся в свою комнату, уже больше не выходя оттуда. Все время его не отпускали живописные сцены произошедшего секса, все больше и больше выпутывая из паутины беспамятства новые, более отчетливые моменты близости, отчего Мин думал, что сойдет с ума, размышляя об этом. *** В это время Кюхен убрал одеяло обратно в шкаф, поправил плед и вернулся к столу, где совсем недавно сидел блондин. Он видел, как Сонмин, низко склонившись над столом, что-то писал. Кю обнаружил незнакомую ему тетрадку в коричневой кожаной обложке. Решив, что это та самая тетрадь, которую украли у Сонмина неделей ранее, он открыл ее, чтобы убедиться в своей догадке. На первой странице аккуратным мелким почерком Кюхен прочитал: «Меня зовут Ли Сонмин. Мне 17 лет». — «Дневник», — догадался Кюхен, и стал дальше листать тетрадку, пока не увидел свое имя: «Господь, я так благодарен тебе за этого человека! Он спасает меня из того ада, в котором я сейчас живу. Если бы не Кюхен, я бы уже умер. Спасибо, Господь, что наставил его на путь истинный и послал мне его, как благословение, я так тебе благодарен!» Прочитав эти слова, на глазах Кю выступили слезы, которые тот быстро смахнул. Он понял, что поступил правильно, решив защищать этого мальчика, и та благодарность, что была написана на этих страницах, только подтверждала действия Кюхена по отношению к нему. Но открыв последнюю страницу, ту, которую Сонмин заполнял, прежде чем убежать, он удивился. Кюхен сел на диван и принялся читать: «В моей голове слишком много мыслей. Они мне мешают сосредоточиться. То, что сейчас произошло... Я не знаю... Это все неправильно. Я поддался мимолетному желанию и... в итоге... потерял контроль над собой. Абсолютно не помню, как такое могло случиться, будто мне завязали глаза и тьма поглотила меня. Это первый раз в жизни, когда я не понимаю, что чувствую... Что я чувствую к Кюхену? Я дорожу нашими отношениями, но после этого я готов слома...» Здесь запись обрывается, показывая, что в тот момент блондин обнаружил бодрствующего Кюхена. Кю закрыл тетрадь. Больше он не хотел ничего читать, обещая отдать дневник его хозяину утром.