Klass

Кюхен преследовал Сонмина. Тот шел, изредка спотыкаясь и покачиваясь. Он знал, что шатен идет прямо за ним, но развернуться и что-то сказать не было сил. Мина остановила рука Кюхена, вцепившаяся в рукав куртки. — Почему ты меня избегаешь? — спросил Кюхен. Вместо ответа Мин вырвал руку и побрел дальше. — Нет, ты ответишь на мой вопрос. Кюхен встал напротив блондина, преграждая путь. — Уходи, Кю... — Почему? Что я такого сделал? — в голосе Кюхена слышались истеричные нотки, — Ты... — Я не хочу тебя видеть. Эти слова словно пощечина больно ударили по сердцу Кюхена. Он опустился на колени перед любимым, пряча лицо в ладонях. — Тебе из-за меня только хуже. Я как заноза в твоей жизни, Кюхен, — проговорил Сонмин. Шатен вскинул голову. — Ты слышишь, что ты сейчас говоришь?! С чего ты взял, что... — Йесон прав. Если бы ты не связался со мной... Тебе бы не было так больно из-за меня. Кюхен резко поднялся, хватая Сонмина за грудки. — О чем ты вообще говоришь?! Единственное, из-за чего мне сейчас больно, это твое «уходи, не хочу тебя видеть»! Ищешь какие-то глупые отговорки, бросаешься такими словами, отталкиваешь меня... Мне только из-за этого, мать твою, больно! Кюхен вновь заплакал, продолжая держаться за ткань, и вжался лицом в грудь Сонмина. Плакал и Мин. Он не хотел говорить этого всего, но грубые слова Йесона как будто поставили все на свои места. Впоследствии Сонмин решил, что сможет своим безразличием заставить Кюхена уйти от него, навсегда избавив от потребности защищать его, жертвуя при этом собой. — Я слишком эгоистичен, Кюхен... Я все это время позволял тебе быть рядом со мной, совершенно не заботясь о том, что и тебе достается... — Замолчи! Замолчи сейчас же! — он обнял блондина, крепко сжимая в своих объятиях, — Глупый... Я знал, на что иду... Даже если бы я заранее знал, что все так получится, я бы ни за что не бросил бы тебя. Кюхен потянулся к губам Сонмина, но тот его оттолкнул. — Нет, Кю... Уходи... Я сейчас не в состоянии... Позже. Сонмину с трудом удавалось говорить. Все-таки травмы от недавних побоев еще давали о себе знать, отдавая болью во всем теле, а особенно — в области груди. Мин мягко освободился из объятий Кюхена и направился к дому, оставив шатена в полном недоумении и с новой раной на душе. *** Наступающая ночь постепенно обволакивала город, погружая его во мрак и забирая последние лучи неожиданно показавшегося солнца. Сонмин сидел на кровати, держа в руках дневник. Он в очередной раз изливал на бумагу накопившиеся за день мысли. Внезапно раздавшийся звонок в дверь заставил его вздрогнуть и чуть не выронить тетрадку из рук. Родителей Сонмина не было дома, но, даже если бы это были они, они не стали бы звонить в дверь. Спускаясь вниз по лестнице, Мин терялся в догадках, кто бы это мог быть, да еще и так поздно. На какое-то мгновение он подумал, что это грабители. Открыв дверь, Сонмин замер — на пороге стоял Кюхен. — Что ты тут делаешь? — вместо приветствия спросил Мин. — Поговорить пришел, — не дожидаясь приглашения, шатен вошел в дом, закрывая за собой дверь. — Ты сумасшедший. Тебе повезло, что моих родителей нет дома. — Я знаю, я видел, как они уезжали. Иначе, зачем бы я пришел сюда в такой час, верно? — Кюхен снял обувь, проходя вглубь дома. — Ты что, все это время был около моего дома? Кю кивнул, улыбаясь. — Ладно, пошли в мою комнату, — отрешенно бросил блондин, поднимаясь по лестнице. Он абсолютно не ожидал увидеть Кюхена в такое позднее время. Он вообще не думал, что это именно Кюхен. В комнате царил полумрак из-за выключенного света. Мин сел на свою кровать, опуская взгляд в пол, а Кю остался стоять напротив него. — Что сегодня произошло? Почему ты оказался у школы, когда я тебе ясно дал понять, что тебя там быть не должно? — Я? Я не собирался... Кто-то ударил меня по голове, и я отключился. Только потом я уже понял, где я нахожусь, когда очнулся. — Сейчас уже все в порядке? — строгий тон Кюхена сменился на нежный, заботливый. Сонмин покачал головой в знак согласия, все еще не поднимая взгляда на Кюхена. — Я тебя предупреждал, что Йесон не для этого тебя туда позвал... Кюхен присел перед Сонмином, беря его за руку. — Прости меня, — прошептал он, целуя ладонь, обводя губами каждый пальчик. — Кю... Шатен потянулся к губам Сонмина, запечатывая на них легкий, почти невесомый поцелуй. Мин обвил руками шею Кюхена, притягивая ближе. Осторожно проведя языком по пухлым губам, Кю проник внутрь, встречаясь с влажным языком блондина. Кюхен навалился на Сонмина, заставляя того лечь на постель. Его руки блуждали по телу Мина, то поглаживая кожу сквозь слой одежды, то запутываясь в шелковистых волосах. Губами он скользнул к шее Сонмина, покусывая бледную кожу. Руки Сонмина вцепились в плечи Кюхена, отодвигая от себя. Тот вопросительно взглянул на парня и получил в ответ тихое «Прости». — Ты боишься? — так же тихо спросил Кюхен. — Просто я... После того раза мне так трудно было что-то вспомнить... Я еще не готов. Кю уткнулся носом в областm шеи, вдыхая запах нечто приятного. — Не говори ничего, я понял... Можно я просто полежу рядом с тобой? Сонмин мотнул головой. Сейчас не нужны были слова, жесты и движения Кюхена, пропитанные лаской и нежностью, говорили лучше любых красиво украшенных фраз. Внезапно Сонмин осознал вину за свой поступок. Видимо из-за удара по голове у него произошло помутнение рассудка. Да, именно на то Мин и свалил причину своего поведения. Словно прочитав чужие мысли, Кю произнес: — Никогда не слушай того, что говорит тебе Йесон. Он пойдет на все, лишь бы разлучить нас. — Хорошо... Все равно, прости меня, я такой дурак... Я больше никогда такого не скажу. В качестве прощения Кюхен провел пальцами за ушком блондина, слегка щекоча. Все же он не мог долго обижаться, хоть это и задело его. Мин засмеялся и мурлыкнул, как котенок. — Однажды это прекратится. Мы больше их не увидим, — перестав улыбаться, заговорил Сонмин. Кюхен утвердительно хмыкнул. — Когда окончу школу, хочу уехать в Канаду, — продолжил Сонмин. — Почему именно Канада? — Не знаю... Мне нравится эта страна... Буду изучать дизайн... Кюхен? Тот вновь бросил вопросительный взгляд и, не выпуская из рук тело блондина, сменил позу. — Ты поедешь со мной? — Конечно, малыш, — Кю снова прикоснулся к таким уже родным и желанным губам, — Прекрасная мечта. Через пару минут Кюхен услышал мерное сопение блондина. Аккуратно убрав руки, сжимающие его талию, Кю поднялся с кровати, разминаясь. Его взгляд упал на тетрадку, одиноко лежащую на столе. Подойдя, он узнал в этой тетрадке дневник Сонмина. Любопытство заиграло в Кюхене, стоило ему только вспомнить о ранее прочитанной записи. — «Интересно, что он сейчас думает обо мне?» — мелькнуло в темноволосой голове. Бросив короткий взор на блондина, и, убедившись, что тот сладко спит, Кюхен склонился над раскрытым дневником, силясь разобрать строчки при полном отсутствии света: «Я ненавижу этих людей... Когда-нибудь я распрощаюсь с ними со всеми и в сотый раз себе скажу, что это всего лишь сон. Просто кошмар, который преследует меня наяву. Единственное мое спасение в тебе, Кюхен». Сердце шатена пропустило удар, ускоряясь в невероятном темпе. Кюхен продолжил читать аккуратно выведенные строки: «После того... Как я признался... Я чувствую, что поступил верно. Меня все больше тянет к нему. Он словно огонь, манит и притягивает к себе, а мне ничего не остается, как сначала греться его теплом, а потом сгореть. Но... Ему из-за меня больно. Я не хочу его терять из-за этого... Однажды я боюсь проснуться и узнать, что его больше нет... Мне так страшно от этой мысли... Я люблю тебя, Кюхен-а~». Кю тепло улыбнулся, дочитав последние слова. Удары сердца уже отстукивали свой ритм где-то в ушах. Душа Кюхена пела от ответного чувства к этому невероятному человеку. Медленно подойдя к кровати, он склонился над блондином, убирая светлые пряди с лица. — Сонмин-а, — прошептал Кюхен, — Ты такой милый, когда спишь. Пожалуйста, никогда больше не думай, что мне плохо с тобой. Я люблю тебя. Кю поцеловал Сонмина в лоб. Тот продолжал спать, видя десятый сон и мило причмокивая губами. Неожиданно на первом этаже раздались звуки открывающейся двери и шаги. Быстро сообразив, что это вернулись родители Сонмина, Кюхен подбежал к окну, распахнул его и выпрыгнул. Почувствовав под ногами прохладную влажную землю, Кю тяжело выдохнул, прислоняясь затылком к стене. — Черт, ботинки.