Мой предмет обожания

"The Fray – Never Say Never"

      - Луи, а кем ты работаешь? – Очередной вопрос от мамы и в очередной раз мои зубы сжимаются, чтобы она не ляпнула лишнего.       - Административный директор. – Он миловидно улыбается и закладывает за щеку очередную ложку маминого фирменного шоколадного торта, а я не могу отвести глаз, настолько это сексуально. Сердце бьется так громко, что, кажется, все слышат этот проклятый стук, а оно скоро само выпрыгнет на стол. Джемма единственная, кто это замечает. Она сидит напротив и часто поднимает на меня свой обеспокоенный, но также успокаивающий взгляд, слегка наклоняя голову и вскидывая брови, когда мама снова обращается к моему.       - Мам, ты разве не собиралась сегодня заехать к семье Пейнов? – Как бы невзначай подмечает сестра и поворачивается к маме.       - Ой, точно. Совсем из головы вылетело... – Она закрывает глаза на пару секунд, а, открыв, смотрит на Луи, извиняясь. – Прости, Луи. Мне придется уехать, но мы вернемся и тогда продолжим наше знакомство, хорошо?       - Конечно, миссис Стайлс. – Луи учтиво поднимается вслед за мамой. Если быть честным, я радуюсь. Ведь мама уедет, и мы с Луи останемся почти наедине. Не будет причин, чтобы нервничать. Я буду спокоен, а Луи в безопасности.       - Мама, я с тобой. Так давно не видела Николу, что уже и забыла, как она выглядит. Луи, до встречи.       - Гарри, подойди ко мне, пожалуйста... – Мама, не скрывая своих намерений, переводит взгляд на Луи. – Он очень хороший мальчик. Я надеюсь, ты ничего с ним не сделаешь, пока мы гостим у Пейнов. Ведь так, Гарри?       - Так точно, мэм.       - Не дурачься. Как видишь, я ничего не испортила. Я могу быть хорошей, правда?       - Мам, ты хорошая, перестань. Ты должна понимать, что я просто опасаюсь. И больше за Лу, чем за себя.       - Ладно. Я и так это понимаю. Люблю тебя, - она обнимает меня и кивает Луи. – До скорой встречи. Луи улыбается ей и застенчиво смотрит на меня, затем опускает голову, рассматривая пол. Я закрываю дверь за сестрой и матерью, на пару секунд утыкаясь в запертую дверь. Поворачиваюсь к моему предмету обожания, а он уже оживился и бойко смотрит на меня, уверенно вскинув брови и скаля зубы. Совсем не понимаю, что происходит, но пытаюсь сохранять спокойствие.       - Твоя мама очень милая женщина. Но я не могу понять, - он зовет меня в гостиную, усевшись на диван, - совсем не могу понять, почему ты опасался этого?       - Не знаю... Просто не привык знакомить каждого своего парня с ней... Стоп, что? Что я сейчас сказал? Твою мать! Стайлс! Тебя чему учили? Держи язык за зубами. Он тебе даже не парень. Ещё...       - Ты имел в виду друга, так? – Луи странно смотрит на меня, плохо скрывая очевидную улыбку. Боже, да чему он так радуется? Или он просто догадывается... Догадывается, но хочет убедиться в этом окончательно, чтобы была причина разорвать все связи со мной.       - Конечно... Конечно, друга. – Идиот. Как можно было такое сказать? Ожидал нечто подобное от мамы, а выдал сам. Полный кретин.       - Так, слушай... У меня есть идея... – Он окидывает телевизор и стоящую рядом стерео систему. – Давай петь в караоке? Мы с Найлом всегда так раньше делали, когда нужно было расслабиться или просто повеселиться. «Мы с Найлом»... Противно. Такое ощущение, что он сравнивает меня с ним постоянно или видит во мне старого Найла, которого хочет возвратить. Потому что всегда, когда речь заходит о его дружке (интересно, меня кто-нибудь называет «его дружок»), он говорит раньше. С другой стороны, это хорошо. Найл не будет старым Найлом, но я могу стать его новой старой версией.       - Ну, так что? Согласен на караоке? Я как раз на днях нашел хорошую песню.       - Да, конечно. Почему бы и нет? Как. Луи. Чудесно. Поет. Будто миллионы ангелов решали, чей голос ему достанется, а выбрали самый великолепный, какой только смогли отыскать в Раю. Я слушал, пропускал текст, который видел в первый раз, смотрел на него, засматривался – как и всегда – на мой предмет обожания и не верил, что такое чудо находится рядом со мной и дарит свое внимание, время и (в бывшем) заботу мне. Смотрю, как его губы вытягиваются трубочкой при протяжном звуке, и еле сдерживаюсь, чтобы не поцеловать. Стук в дверь. Проклинаю семью Пейнов, что не задержали маму с Джеммой ещё на часик. Луи испуганно смотрит на меня, словно ожидает чего-то страшного, словно за ним сама смерть пришла. Он выключает звук на телевизоре и смотрит то на меня, то на входную дверь. Я плетусь в коридор, бубня проклятия под нос.       - Гарри! Сколько лет! Ты почти не изменился!       - Твою мать! Только тебя мне не хватало. У тебя привычка какая-то приходить в мою жизнь, когда все слишком хорошо?       - Эй, ты чего? Дай хоть обниму тебя. – Парень закидывает свои руки мне на плечи. – Так давно тебя не видел. А ты возмужал, вырос. Молодец, не пропал без меня! – Он звонко захохотал, сощурив глаза, как кролик. Вот кого мне напоминал Луи. Ужасная схожесть. Мой бедный предмет обожания. Он даже не подозревает, с кем я нашел его схожесть.       - Гарри, это кто? – Знакомый голос как ножом разрезал ушные раковины. Я машинально обернулся и увидел его. Стоящего посреди коридора, неприятно сжавшись от прохладного вечернего воздуха, сложив руки на груди. Захотелось подойти, обнять и согреть.       - Зейн, - он ответил быстрее, чем я успел подумать. – А он не плох...       - Зейн, уходи.       - Ла-адно, - протянул он, еле отведя взгляд от моего. – Я загляну завтра.       - Не порти все. – Сухо отрезал я, начав закрывать дверь.       - Хаз, вспомним былые времена... Повеселимся, как мы раньше любили это делать... Я захлопнул дверь. Зейн что-то ещё хотел сказать, я знаю. Знаю слишком хорошо его и все его повадки.       - Гарри, это был Зейн? – Не заметил, как мама открыла дверь и встала за моей спиной. Я киваю ей в ответ, повернувшись лицом. – Я просила тебя с ним больше не общаться.       - Я не знал, что он придет...       - Ты мне обещал, - говорит она мне, но смотрит на Луи, стоящего позади меня. – Идите в твою комнату, Гарри. Нам с Джеммой надо кое о чем поговорить. Это не для ваших ушей. Наконец-то заметил сестру, прислонившуюся к стене, скрестив руки, как Луи немного ранее, и рассматривая меня ужасно-грубым взглядом. Я, как послушный сын и брат, взглянул на Луи, он кратко кивнул, и мы пошли наверх. Я прилег на кровать, облокотившись о спинку затылком, прикрыв глаза и немного нахмурившись.       - И всё-таки, Гарри, кто это был? – Луи сел на край кровати, скрестив ноги.       - Зейн... Мой бывший хороший друг. – Я приоткрываю глаза и смотрю на него, пока снова их не закрываю. Ну и как объяснить моему предмету обожания, что парень, которого он видел пару минут назад, мой первый парень, переманивший меня на голубую сторону?