Собирательный образ

мы стоим на обрыве и смотрим вниз, где волны разбиваются о скалы, за пенным буйством звезд не разглядеть, да и вообще-то видно очень мало, и шум воды, почти как шум толпы, сплетает боль в цветную паутину, пульсируя, вливается в виски — мы слушаем дыхание пучины. и в этот беспросветный зыбкий час я вспоминаю лучший день на свете, а ты — не вспоминаешь ничего, танцуя в колком, хрупком звездном ветре. все то, что есть у нас — не разглядеть. во мне вчера, согретое на солнце, в тебе, застыв, как муха в янтаре, чумное завтра плачет и смеется. как выйти в это завтра, ждать восход? не знать, не помнить, не хотеть проснуться. отчаянье — как маленькая смерть, и мне не хватит роста дотянуться, схватить, сдавить, сломать его совсем, напиться крови мира рядом с краем. смотри в меня, мой дивный новый мир, я говорю, что больше не играю. не лги мне, не носи меня в руках, не будь щитом, но будь крученой плетью — когда во мне останется лишь страх, пускай в тебе, как прежде, будет ветер. (удержимся за воздух или нет — наверняка узнаем на рассвете)