Империя ангелов

Саске мыл Наруто, что весьма смущало пафосного брюнета. Прикасаться к телу обнажённого парня ему ещё не приходилось, и это ощущение было для Учихи в диковинку, а точнее сказать, он не особо понимал, что чувствует. В низу живота подозрительно потеплело, а в паху нечто (кхм...) зашевелилось. Наруто тем временем вёл себя так, как будто это всё было для него обыденным. Блондина никак не беспокоило, что с него стекает алая вода, что его касаются руки незнакомого человека. Учиха поражался такой отмороженности — сам бы он не позволил никому себя касаться. Руки Саске осторожно коснулись жутких порезов на спине. На миг — в этот миг Учиха назвал себя сумасшедшим — ему показалось, что тут когда-то были крылья. Он невесомо провёл пальцами по ранам, и Узумаки зашипел от боли. Саске тут же отдёрнул руку, боясь причинить боль этому и без того хрупкому созданию. — Прости, больно? — нет, с Учихой явно что-то случилось, раз он задаёт такие тупые вопросы. Наруто через силу улыбнулся и помотал головой, как бы утешая Саске. На самом деле было дико больно, но ему почему-то не хотелось расстраивать Саске. Наруто чувствовал, что Саске близок ему, и, сам не понимая почему, думал, что если плохо Саске, то плохо и ему. Саске, естественно ему не поверил, — не надо быть гением, чтобы понять это. Вздохнув, Учиха достал Наруто из ванной, завернул в полотенце и сказал: — Подожди минутку. Я сейчас аптечку принесу и обработаю твои раны. Блондин кивнул. Саске нахмурился, потому что он слегка побледнел и пошатывался. Когда брюнет вернулся, Наруто сидел на бортике ванны и болтал ногой. Раны на спине снова кровоточили, и Саске недовольно фыркнул. Наруто поднял голову, и Саске, абсолютно не готовый к такому резкому повороту... головы блондина, поэтому снова утонул в синеве глаз. Учиха уже был готов изнасиловать Наруто прямо на кафельном полу, но его останавливал его "Саске-умница". Этот самый "умница" говорил, что надо сначала бы приручить Наруто, а потом уже вытворять все свои гейские шуточки. Саске спросил у него, с каких пор он гей, но, видимо, внутреннее я Учихи не знало этого и благоразумно смылось в недры учиховского сознания. Саске плюнул на "Саске-умницу" и повернул Наруто к себе спиной. Хм... вид Саске открылся презабавнейший, и кровь из носа у него не потекла только потому, что взгляд извращенца-негея упал на кровоточащие порезы. Сосредоточившись на них, он обработал их какой-то мудрёной ранозаживляющей мазью, не обращая внимания на тихие постанывая со стороны блондина (а звучали они соблазнительно и чуть ли не призывно), потом перемотал всю верхнюю часть блондина до шеи, на что израсходовал весь огромный моток бинта, что имелся в доме. Мысленно поставив галочку, что надо бы купить бинт, он подхватил всё ещё голого Наруто на руки. — Нам придётся спать в одной кровати, не смущает? Блондин удивлённо посмотрел на Учиху, будто тот спросил какую-то глупость. — А что, в этом есть что-то плохое? — наивно произнёс он, прямо-таки прожигая Саске взглядом. — Обычно парни не спят друг с другом, — деликатно пояснил Учиха, поставив Наруто на пол и, порывшись в шкафу, протянул ему пафосные трусы с символикой учиховского клана. Да-да, всё у них, этих Учих, было пафосным. Наруто посмотрел на трусы, разглдывая их, будто ему дали какую-то неведомую херню, потом спросил: — А что это? Саске подавился и громко откашлялся. Нет, Узумаки не прекращал удивлять такого с виду неприступного брюнета. — Это... — отдышавшись, прохрипел Саске, не зная, смеяться ему или нет. — Это трусы... Наруто поднял брови и что-то пробормотал; вглядевшись в его губы, Учиха понял, что он повторяет неизвестное прежде слово "трусы". Саске вдруг понял, что это очень смешное слово. Наруто захихикал. — Ты чего? — стараясь выглядеть серьёзным, промямлил Саске. — Слово такое смешное, — всё никак не успокаивался парень, продолжая хихикать. Саске стало не смешно. Блондин будто прочёл его мысли, и это несколько пугало. Хотя Учиха тут же отбросил эти мысли прочь, ибо "Саске-умница" подсказывал ему, что мысли читать не умеет никто. Торопливо расстелив постель, Саске улёгся на неё, лицом к стенке. Он слышал, как Наруто переминается с ноги на ногу и физически ощущал его напряжённый взгляд. Помедлив, Саске всё же развернулся к пребывающему в нерешительности блондину. — Ложись, — он похлопал рукой рядом с собой. Наруто послушно лёг рядом, чуть прислонившись к Учихе, и тот почувствовал, как дрожит мальчик. — Холодно... — тихо сказал он, обняв себя руками. — Одеяло, может?.. — растерянно спросил Саске, пытаясь вспомнить, куда он его засунул. Наруто же выдал в ответ то, чего Учиха от него не ожидал: — Одеяло меня не согреет. Это было сказано твёрдо и уверено, и Саске сразу понял, чего он добивается. Наруто зажмурился от приятного ощущения, пронзившего его стрелой, когда Учиха обнял его, даря своё тепло. Никакие одеяла Наруто не были нужны. Он слукавил, говоря, что ему холодно... Нет, холодно действительно было, но не телу. Тело для Наруто почти ничего не значило, можно сказать, оно даже причиняло лишние неудобства в виде боли, желания поесть и прочих потребностей, которые отягощали. Руки Саске будто прошли дальше его тела, касаясь самой души, согревая то, что, казалось, покрыто льдом. Душа Наруто согрелась и оттаяла. А что с душой Саске? Наруто казалось, что он заплутал. Что его мучают сомнения, что ему не хочется жить. Наруто сам не понимал, откуда у него такая информация. Он просто чувствовал это, и это казалось ему чем-то ненормальным. Наивный парень не успел ещё понять, что в этом мире большинство людей заблудились. Однако, если бы он узнал, ему, наверное, было бы всё равно. Почему-то, Наруто чувствовал, Саске, только Саске, был важен для него. Другие просто не волновали. Наруто смотрел на мирно спящего брюнета, лицо которого было непривычно умиротворенным и думал, что всё это уже когда-то было, но память не желала открываться. Наруто смотрел на мирно спящего брюнета и думал, что спасти его душу стало целью жизни.