***
— Я собрал улики с ее тела. Образец ткани под ее ногтями и кольцо — это все, что нам удалось найти. — устало произносит по телефону ДиО — эксперт-криминалист, которого нам вчера прислали для разгадки этого дела. — Хорошо, спасибо. — отпиваю кофе, которое приготовил Сюмин-хен, он работает в закусочной, куда я захожу, чтобы попить кофейный напиток или прикупить что-нибудь домой. — Все в порядке? — спрашивает осторожно Чонин, который сидел рядом со мной, после того, как мы закончили на месте, я решил пойти в закусочную и отпросить Сюмина, Кай же поплелся вместо участка со мной в закусочную. — Ха, «В порядке»? Ты серьезно? Мою девушку убили, а ты спрашиваешь в порядке ли все? Конечно же, мать вашу, все в порядке! — обжигающий кофе выплескивается из кружки прямо на руку, марая рукава белой рубашки и пиджака. — Тао-ши! — вскрикивает Кай. — Аккуратнее, прошу вас. — Я не должен был приходить на этот вызов, не должен был. Хотел же не идти, но черт… Ставлю со всей силы стакан на столик и резко встаю, отталкиваясь от барной стойки. Нет, не должен был. Целеустремленно выхожу из закусочной, рвано прощаясь с Сюмином. За мной спешит напарник. — У меня отпуск, не забыл? — резко выплевываю, а Кай, то и дело успевает за мной идти, вдыхая и шумно выдыхая ночной воздух. — Не забыл, — останавливаю его сверлящим взглядом возле архива. Благо он был недалеко от закусочной. Я захожу в архив и роюсь в стопках бумаг, набирая как можно больше информации на Юмшо. — Хватит, не идите за мной, я направляюсь домой. До следующего месяца, детектив Ким Чонин. — Взяв пару бумаг с делом о Юмшо со стола, на котором я тщательно все отобрал, я растворяюсь в ночном Сеуле. — М-месяца? Но постойте же, Тао-ши, вы же только на неделю! — захлопываю дверь машины и вижу в зеркале заднего вида, как выбежал детектив из архива, упираясь руками в колени. Ярко-красная машина срывается с места, оставляя детектива стоять на месте. На улице постепенно начал моросить ночной дождь. *** Игнорируя все правила дорожного движения, Цзытао неспешно едет на красный, лишь изредка останавливая машину перед пешеходами — убить или покалечить он никого не хотел, да и не за чем. Если он кого и хотел убить, так только мерзкую Юмшо за то, что вообще родилась на свет. И кто вообще разрешал ей вот так властвовать над чужими жизнями?! Ближе к трем часам ночи я зашел в квартиру, разуваясь и кидая ключи куда-то в сторону полочки. Шея неприятно гудела, а руки опускают прозрачный пакетик с локоном волос на софу, которая стояла прям возле входа в гостиную. Расслабляя галстук на шее, расстегиваю первые две пуговицы пиджака и рубашки. Зайдя в комнату, я снял пиджак и включил настольную лампу, как меня сразу же привлек одинокий, светло-коричневый конверт, аккуратно лежавший на краю рабочего стола. Взяв его в руки, переворачиваю. Адрес отправителя не написан, но вот в строке получателя было написано черной гелиевой ручкой «Хуану Цзытао». Следов взлома не было, так же, как и следов кражи. Просто конверт, который появился из неоткуда. Аккуратно открыв его канцелярским ножом, который Тао достал из стола, он вытаскивает листок бумаги, что был сложен пополам. Раскрыв его, Тао ничего не обнаружил. Просто белый лист. Цзытао перевернул его — чист. — Что за чертовщина? Сложив лист обратно напополам, Тао убрал его в пустующий нижний ящик. Хоть какая-то польза от него. Сев на стул, все за тем же злосчастным столом, Тао включил компьютер, а затем и вордовский документ под названием «Дело о Юмшо».День первый Улика: Облупленные кусочки бежевого лака на одежде жертвы. Кому принадлежат: Неизвестно. День второй Улика: Ноготь Кому принадлежит: Жертве. День третий Улика: Образец крови. Кому принадлежит: Человеку, умершему 12 лет назад. День четвертый Улика: Прядь каштановых волос. Кому принадлежит: О Сехуну, пропавшему шестнадцатилетнему мальчику.»
Глаза смотрят на полоску, которая пропадает и появляется спустя секунду, а пальцы неуверенно начинают набирать: «День пятый» Улика: Ткань под ногтями жертвы и золотое кольцо,«Кому принадлежит: Жертва по имени Юки.»
И он закрывает документ не в силах смотреть на экран. Собрав последние силы, Тао встал и посмотрел на часы — 4:07, он уже давно должен был идти спать, но сон никак не приходил в его голову. Вспомнив, что он взял отгул аж на целый месяц (сам он прекрасно понимал, что потом получит от начальства), Тао пошел в комнату, убирать в коробки вещи уже бывшей девушки.