Отверженный, манимый

Два месяца спустя. — Я не могу уже больше! — восклицает Саша, сдергивая с себя грязную, забрызганную чернильным месивом футболку и оборачиваясь к магу, развалившемуся на диване в позе мертвой звезды. — Я тоже... — еле слышно бормочет Артур, не открывая глаз. — Третья книга за день, да сдохнуть нам, что ли?! — отстегнув сумку от ремня прямо на пол, плюхается парень меж его ног. Маг стонет, убирая их и стекая на пол. — Ни-ку-да завтра не пойду, — спрыгивает следом Саша, усаживаясь подле него. — Пошли они к чертям собачьим! Я с утра не ел, а уже, — бросает он взгляд на часы на запястье, — восемь вечера!!! — Шур, там гречка оставалась... — на последнем издыхании сообщает маг, переворачиваясь набок. — В Карелию эту гречку! Я два дня ее уже ем, я мяса хочу! — Пицца... — слабо отзываются с пола. — А платить ты будешь? — иронически спрашивает парень. Услышав слабое "угу", он вскакивает. Лихорадочный набор номера, возбужденное перечисление ингредиентов. —...и ветчины побольше! Мобильник летит на диван, Саша падает рядом с магом на пол. Поворачивает к нему голову. — Привезут в течение часа. Артур? Тот тихо дышит. — Ты заснул, что ли? Саша осторожно трясет его за плечо. — Вали на диван, просквозит тебя нахрен. — Н-неее, — невнятно доносится из губ. Парень хмыкает, наклоняясь к нему и мягко целуя сухие губы. Чувствуя лишь ровное дыхание и ноль ответа. — Блин... ну-ка, — приподнимает ему голову, нагибается и подхватывает под мышки, обнимая. Напрягшись, привстает на колено и закидывает безвольное тело обратно на диван. Вытаскивает из-под него свой мобильник, сует себе в карман. Руки находят его на ощупь и тянут к себе. — М, иди сюда, — слышится еле различимо. — Давай разложим, тут же места нихрена, Артур. Тот морщится: — У меня уже сил нет. Как ты на ногах стоишь, я не понимаю... Саша присаживается перед ним на корточки. — Да я уже чисто на автомате бегаю, прилягу — капец, доставщик не добудится, даже если будет орать из громкоговорителя. А я жрать хочу, Артур, если не поем — умру во сне. Тот вздыхает: — Погрей меня хоть немного... — Артур, я засну, — начинает Саша, но видя, как лицо мага складывается в несчастную гримасу, вздыхает: — Двигайся. Ща только заведу будильник. Маг прижимается к спинке, но места все равно недостаточно. — Артур, — смотрит на сомкнутые усталые веки парень. — Не влезу я. Момент. Нагибается к спинке дивана и, подумав, сломает его или нет, одним мощным движением опускает спинку вниз, раскладывая. Маг что-то мычит, разворачиваясь на спину. — Спи уже, не мычи, — залезает к нему Саша. Устраивается под боком. Вздыхает, устраивая голову поудобнее, закрывает глаза и — выключается. Будит его какофония из трезвонящего будильника, стука в дверь, дичайшего дверного звонка, стука барабанящих в трубы соседей. И рука Артура, бессознательно крепче прижавшая к себе. Помятый, парень кое-как выбирается через мага и тащится к двери, попутно выключая мобильник, доставая заготовленные деньги и почесываясь. Курьер кисло вручает сдачу и теплую коробку. В квартире повисает тишина. Саша присаживается магу в ноги и, вздохнув, сонно жует кусок. Второй. Чисто из интереса — не заснет ли, жуя — третий. Смотрит на спящего. Отряхивает руки, спустив коробку на пол, наклоняется для поцелуя. — Я думал, это я устал, — шепчет он, глядя в закрытые глаза. Касается губ. Ложится, приникает к магу. Ёжится, закатывает глаза, понимая, что придется встать за одеялом: из-под Артура уже не вытянешь. Но пока он обдумывает, как лучше будет переместить свое тело в вертикальное положение, незаметно засыпает. — Какая? А жанр? Господи, — кладет трубку Ангелина и затягивается во все легкие. Потом подсчитывает примерное время, затрачиваемое на трансформацию персонажа реальностью. Если библиотека закрылась в семь, а сейчас уже пол-одиннадцатого... и неизвестно, когда книга взбунтовалась, потому что за наплывом посетителей доверенный человек не следил за полками. Вполне возможно, что если даже персонаж остался пока в нормальном состоянии, грядет следующий цикл, книга выплюнет уже второго, и тогда будет хуже: третий появится уже быстрее. Четвертый, пятый... Дальше ректор думать отказалась. Разогнулась и, опираясь на трость, поднялась из-за стола. Заглушила совесть извечным "кроме них, некому" и вылила на пол чернила из склянки. В квартире темно, Ангелина на ощупь ищет выключатель. Щелкает им и смотрит на Сашу, приткнувшегося к Артуру на диване. Затягивается и, прицокнув языком, выпускает струю дыма. "Как дети — даже спят вместе". Лишних мыслей у нее не возникает: оба одеты, только Саша без футболки, которая обнаруживается неподалеку. Ректор приподнимает ее концом трости, и та отделяется от пола с влажным хлюпаньем, кое-где успев присохнуть к паркету. "Ладно хоть не их чернила". Она обходит кинутую коробку пиццы, наклоняется к своему персонажу, кладя ладонь на плечо: — Соловей, — мягко зовет она. — Помощь нужна. Тот не отзывается. — Соловей, — чуть громче. Терпение теряется быстро: — СОЛОВЕЙ, ради бога, у нас ЧП, поднимайся! Доносится бульканье "м-ннн, Нглина", но маг просто отворачивается от нее и притискивает к груди Сашу. Тот спит мертвым сном, не реагируя ни на верхний свет, ни на поднятый ректором шум. Ангелина, скрепя сердце, пихает мага в бок отработанным приемом трости. Удар достигает цели: Артур стонет от боли и, наконец, поворачивается к ней, раздирая глаза: — Нглина?.. Чт случлось, дрогая? — У нас фашиста выплюнуло, живо поднимайся! — Мн-ннн... — разворачивается тот к Саше, снова его обнимая. — Звтра... — ЗА НОЧЬ ОТТУДА ВЫЛЕЗЕТ ОТРЯД! — вопит ему прямо в ухо ректор. От крика подбрасывает Сашу, он отпихивается от Артура и сонно озирается: — Что?.. Видит Ангелину и в ужасе переводит взгляд на мага рядом. З а с е к л а. Конец их двум месяцам недоромантики с неловкими поцелуями, теперь их расселят, его запихнут в общежитие, мага... — Александр, если встанете — запрете одного персонажа. Завтра уже надо будет ловить десятерых. Выбирай. Парень непонимающе смотрит на нее. Ректор, возведя глаза к потолку, повторяет предложение еще раз. Видя откровенную тупость во взгляде подопечного, повторяет медленнее и по слогам: — Фа-шист, Александр, поймайте фа-ши-ста и сво-бо-дны! "Вы не против? Что мы, как бы... или че... че происходит-то?.." — мысли путаются. Лежать на одной постели с персонажем ректора в полуголом состоянии и не получить втык? Саша собирает все силы и, перевалившись через дрыхнущего мага, больше не обращающего на автора внимания, идет к шкафу за чистой футболкой, чувствуя себя в высшей степени неудобно. Как если бы родители застукали их в самый неподходящий момент. Для Артура Ангелина все равно что мать. Переодевшись в ванной, он тщательно глотает ледяную воду из-под крана, чтобы проснуться и заткнуть отчаянно рвущийся наружу крик "НИЧЕГО НЕ БЫЛО, АНГЕЛИНА ЕВГЕНЬЕВНА!" — Откуда вышел? — спрашивает парень, выходя из ванной и удерживаясь от немедленного побега: все равно бесполезно. Не так давно ректор открыла способ открывать порталы через чернила объекта, и теперь может преследовать как угодно долго. Впрочем, ее знание, как открыть портал в знакомое место, тоже изрядно трепало нервы в начале отношений с магом. — 37-ая библиотека, тени скоро принесут сюда книгу. "Штык в подсолнечнике", читал? Саша качает головой. — Он вооруженный? — Константин передал, что он подбирает штык уже на пятой странице и следом же набредает на собственный взвод, так что поторопись. И разбуди Соловья. — Да он не в состоянии, — оборачивается на тело на диване парень. Скованно-вежливо теребит его: — Артур, пойдешь со мной? Тот не отвечает. — Видите, — подытоживает Саша, плетясь в прихожую и со вздохом натягивая кроссовки. — Сам справлюсь, — «не впервой». — Да ты еле на ногах стоишь, — комментирует Ангелина, наблюдая, как его пару раз клонит в разные стороны. — Хотя бы стою. Он же вообще в отключке. По-моему, слишком много потратил чернил на... сети, — быстро врет он. Не хватало еще ректору узнать, что пару персонажей пришлось кокнуть за неизбежностью угрозы реальным людям, и магу пришлось в спешке их воссоздавать. Это помимо того, что они весь день бегали по городу, подбирая персонажей. Один был настолько ловок, что скрывался от них часов пять: угнал машину. Догнали его, только когда он по экстравагантным причинам решил сменить автомобиль на экскаватор и существенно замедлился. В окно стучит тень. Отдает открывшему створку Саше томик рассказов и спрыгивает на пол, торопится к ректору. Ангелина стоит над Артуром. Квартиру запирают на ключ, оставляя их наедине. — Бросаешь его, значит? Я думала, при смерти будешь, все равно будешь за ним тащиться. Ох, Соловей... Он просыпается, чувствуя холод. Потягивается, ищет ладонью Сашу. Недоуменно приоткрывает один глаз. Поворачивается к комнате: — Шур?.. Пустая тишина. Артур спускает ноги и ступает на коробку с пиццей. Удивленно приподнимает крышку и видит сплющенную лепешку, приставшую к изнанке. — Ой. Напрягается, пытается собрать мысли в кучку. Со вздохом трет переносицу и на всякий случай зовет еще раз: — Шур! Стонет, не слыша ответа. Смутно припоминая вдобавок Ангелину. Приснилась, что ли?.. Маг зевает во весь рот и, всклокоченный, обходит квартиру, ища Сашу, заглядывая по пути в шкафы. Удивленно подмечая, что уже утро. Парня нет. Ангелина... Маг морщит лоб. Что-то про отряд и фашистов... Саша пошел запечатывать книгу. Без него. — Черт, Шура! — бросается Артур к мобильнику и тут же останавливает себя: никаких звонков на задании, можно отвлечь в самый неподходящий момент. Где его теперь искать? Решение находится быстро: вероломно разбудить ректора и потребовать портал к Саше. Он еще может успеть помочь! Что бы там парень не воображал о себе, команды придуманы не ради галочки для Круга. И еще Ангелина... настолько уверена, что его напарник справится один? Так бывало несколько раз, но не сейчас же, после выматывающего дня, да еще и ночью... В вагоне поезда метро маг переминается с ноги на ногу: сквозит. Сандалии, безусловно, лучшая обувь на свете. Но не когда на улице октябрь, то и дело заряжает дождик и дует пронизывающий ветер. До библиотеки от метро минут десять, Артур пробегает расстояние за три и врывается в кабинет ректора как всегда без стука. — АнгелинапорталкШуре! — выдыхает он одним словом. От него идет пар. Та оборачивается от тени с круглой маской. — Очсрочнопожалуйста! — Соловей. — Тебе ж не жалко? — двумя шагами сократив до нее расстояние, приседает он на корточки и тянется к ее патронташу с чернильными пробирками. — Где тут Шура? — копошится, вытягивая их поочереди и читая фамилии. Слышит тяжелый вздох и поднимает голову. — Он слева или справа? У меня нет времени! — Зато у Александра его теперь полно. Маг по инерции продолжает изучать пробирки, пока ладонь автора не кладется на его руку. Он улыбается ей, подняв взгляд. — Дорогая, если ты дала ему отпуск, я тоже хочу. Бирюза изучает его сверху. — Артур, — произносит она его имя, чего отродясь не бывало, улыбка слетает с его лица, и он обливается холодным потом, переводя взгляд на тень рядом. Темные воды объяли тщедушное тело юнги. Промокший уголь окрасил полотняные мешки и потихоньку проникает в воду. Затонувший корабль лежит на дне Тихого океана, погребя в своих недрах две дюжины человек. Остальные окоченевшими поленами завернуты в длинные водоросли подводных садов. Некоторые уже объедены крабами. Рыбы снуют меж скрюченных конечностей. Акулы наполовину съели мертвых. Монеты, припрятанные хитрым боцманом, лежат в подкладке соломенного матраса, слабо колышащегося течением. Пока век спустя бледная чешуйчатая рука не тянется сквозь обширную прореху истлевшей ткани и не забирает все до одной. Обладатель маленького богатства свистит в бездну и, прождав несколько минут в раскладывании монет на дощатом полу и их любовании, слышит ответный свист и движение воды под мощными хвостами. Маг закрывает книгу. — Честно, лучше б не дочитывал, — делится он. — Надо было сдать ее в архив еще два месяца назад и воображать, что Эмиля все-таки спасет какая-нибудь баржа. Тень в круглой маске деловито сортирует книги на библиотечной стойке, о которую он оперся. — И тебя б я не думаю, что такой конец устроил. А ведь было весело вначале с глупым абордажем угольной баржи. Тень отрывается от занятия, кивает. Артур всматривается в провалы маски, подперев щеку рукой. Произносит нараспев: — Те-перь мы о-ба не е-дим. Мелкие тени копошатся, поднося стопки по два-три тома. Одна увиливает от обязанностей, повиснув ленивцем на ремне мага и думая, что спряталась, раз мелкие снуют под ее пятками. Пока ее не снимает старшая тень, проходившая мимо. — Сегодня будет трансляция чемпионата по биатлону. Ты как хочешь, а я смотрю. В ответ ему пожимают плечами. — Ну ты ж ненавидишь это занятие, — кивает на стопки Артур. Тень разводит руками. — Теперь нас никогда не раскроют. Тень возводит отсутствующие глаза к потолку. — Жалко, что целовать тебя холодно. Маг получает оплеуху по макушке и заливисто смеется. — Хотя бы мы успели сделать это до того, как ты стал тенью. Он еле уворачивается от увесистого талмуда, призванного проломить ему череп, и, хохоча, убегает от тени, которая гонится за ним. Оставшиеся старшие тени качают головами: дисциплина с персонажем, постоянно отирающимся с некоторых пор в зале, никакущая.