Девочка
24 февраля 2017 г., 21:42
По мнению Миртл, Хогвартс мало чем отличался от магловских школ, где её могли травить с равным успехом. Она писала маме письма, в которых сокрушалась и отчаянно просила совета. Мать-магла присылала невнятные ответы: будь умнее, чем Оливия Хорнби (бла-бла-бла), не поддавайся на провокации (бла-бла), ты у меня самая красивая (бла).
— Помощи от тебя, конечно, как от лосьона против угрей, — раздосадованно бормотала себе под нос Миртл, разглядывая в зеркале свою прыщавую пучеглазую физиономию, попутно выбрасывая очередное материнское послание в мусорный бак, который тут же довольно сжевал бумажку.
Её опухшие от слез карие глаза стали еще больше, когда она надела очки. Впрочем, внешность ничего толком не значит — и Миртл тешилась этой мыслью:
— Ума палата дороже злата, — улыбнувшись самой себе в зеркале, твердо произнесла девочка девиз Когтеврана. Улыбка ей очень шла: придавала уверенности, располагала к себе людей, чьей поддержки чрезвычайно не хватало; и Миртл вообще-то хотела бы улыбаться чаще, но поводов было мало: то Хорнби привяжется, то кто-нибудь начнет смеяться над пубертатными прыщиками, то четырехглазой назовет. Как глупо. Но ничто не может длиться вечно, даже невезение.
Дверь женского туалета резко распахнулась и звонко стукнулась о стенку. На пороге стоял болезненно-бледный худощавый слизеринец немного старше Миртл — Том Реддл. Девочка состроила грозный вид и неодобрительно покосилась на юношу, ничего, однако, не сказав. Слизеринец ничуть не смутился и молча зашагал к раковинам, так же укоризненно глядя на зареванную когтевранку. Каждый из них был уверен, что имеет намного больше прав, чем другой, находиться в женском туалете второго этажа во время урока. И, как бы то ни было, Том Реддл выглядел очень убедительно, и это возмутило Миртл.
— Это женский туалет, — констатировала девочка, насмешливо представляя, как через мгновение жутковатый слизеринец смущенно убежит прочь. Как бы не так!
— Здесь все равно никого нет, — монотонно отчеканил Том и, включив воду, стал медленно мылить и без того чистые руки. Миртл недоверчиво пялилась на слизеринца.
— Прячешь здесь что-нибудь? — вдруг до когтевранки снизошло озарение. — Оборотное зелье, сыворотку правды, амортенцию?
Юноша раздраженно причмокнул языком и, отряхнув руки от воды, пронзительно посмотрел на надоедливую Миртл.
— Нет, — холодно ответил он и высокомерно усмехнулся. — Есть места и понадежнее, чтобы прятать... всякое. Вообще-то идет урок, — непрозрачно намекнул Реддл.
Миртл покачала головой.
— Пока глаза не успокоятся, я никуда не пойду. Еще не хватало на Пивза наткнуться! — девочка нервно хихикнула.
Том лишь пожал плечами, словно ему без разницы, где Миртл находится, и принялся ненавязчиво рассматривать раковины. Спустя минуты две ему это занятие надоело, и Реддл раздраженно выругался.
— Змейку ищешь? — внимательно наблюдавшая за ним Миртл заговорила снова. Раздражение с лица Тома как рукой сняло, его губы растянулись в торжествующей улыбке.
Миртл поняла, что попала в точку, но помогать сомнительному слизеринцу ей не было никакого резона. В тот же момент прозвенел колокол, извещавший об окончании трансфигурации. Теперь в лице переменилась девочка: она планировала вернуться в класс до конца урока, Дамблдор ведь не знает, что она плакала, да и навряд ли его хоть сколько-нибудь смягчит этот факт. "Минус пятьдесят очков Когтеврану, мисс Уоррен!" — назойливым эхом звучал в её голове голос профессора трансфигурации. Когтевранцы её убьют, а Оливия Хорнби позлорадствует. Миртл молча проклинала свое невезение, но мину глубокой неудовлетворенности скрыть не получилось. Девочка пулей вылетела из женского туалета под протестующие вопли слизеринца. Он шел за ней быстрым шагом, грозясь применить магию, если она сейчас же не скажет, где эта треклятая змея.
— Есть дела поважнее твоей змеи! — ворчала Миртл, не сбавляя шаг. В голове вертелись различные версии оправдания, спасительного для баллов Когтеврана. — Свалить все на Хорнби, это ведь и вправду она виновата. Но... это будет выглядеть, словно я ябедничаю! — от нарастающего возмущения она резко остановилась и развела руками, как бы отметая эту отмазку ото всех возможных. Реддл не успел остановиться и врезался в Миртл, продолжая сыпать пустыми угрозами. — Да тише ты! Тут и без тебя достаточно шумно, Слизерин!
— Может быть ты уже скажешь мне, где эта чертова змея, Когтевран?! — воскликнул Том, горя от нетерпения обнаружить заветную наводку. Вообще-то до этого дня он не был уверен, как выглядит пресловутая подсказка. Хотя наследник Слизерина, можно было догадаться, что это змея.
— Не мешайся, Слизерин, — прошипела Миртл, придумывая наиболее правдоподобное оправдание. Она снова двинулась в путь к кабинету трансфигурации. Нареченный Слизерином настойчиво шел следом, теперь пытаясь пойти на сделку. Но когтевранка его не слышала, подумывая над тем, каким лучше тоном разговаривать с Дамблдором. Остановилась, когда пришла к выводу, что лучший вариант — голос немного сожалеющий, но не слишком, чтобы показать, что она не виновата. Реддл снова врезался в девочку и чертыхнулся.
Вообще-то Миртл была не в восторге, что пропустила трансфигурацию. Вдруг сегодня Дамблдор показывал что-нибудь, что будет на СОВ? Как тогда быть? Подумать, как жить после прогула урока, когтевранка не успела — она влетела в класс превращений и столкнувшись взглядами с Дамблдором, затараторила, позабыв про тон, про план, про все оправдания.
— Простите, пожалуйста, профессор, что не присутствовала на трансфигурации, — она покраснела от стыда, а следом за ней вбежал Реддл и снова — черт его дери — впечатался в Миртл.
— Успокойся, Миртл, — добродушно отозвался Дамблдор и улыбнулся. — Оливия сказала мне, что ты... кхм, не в лучшем моральном состоянии. На этот раз я не сниму баллы, Миртл, но чтобы впредь такого не повторялось, — и тут он заметил Тома. — Тебе что-нибудь нужно, Том?
Реддл несколько секунд молча смотрел на профессора трансфигурации с едва сдерживаемым возмущением. Он положил руку на плечо Миртл, которая буквально закипела после фразы Дамблдора, и постарался как можно менее грубо развернуть девочку к себе. Профессор насторожился и хотел было что-то сказать, но этого не потребовалось.
— Иди к черту! — срывающимся голосом проревела Миртл и смахнула с плеча руку Реддла, на мгновение впившись в неё ногтями. Она бросилась к столу, на котором обнаружила свою сумку, которую кто-то (кто же это мог быть, в самом деле?!) стащил у неё во время обеда. Сумка была облита её же чернилами, чернильница, что неудивительно, была пуста, а пера и вовсе нигде не было видно. Миртл сглотнула вставший в горле ком и едва сдерживалась оттого, чтобы снова не разреветься. Она осторожно взяла чернильницу с сумкой и на расстоянии вытянутой руки понесла их прочь из класса. Уже в коридоре она вспомнила, что она волшебница и очистила вещи с помощью заклинания.
Картина казалась жалкой, пока Миртл не накинула на плечо сумку и понеслась вприпрыжку, так легко и жизнерадостно, словно ничего и не случилось. Том, до сих пор наблюдавший за ней, удивленно приподнял брови. А вот Дамблдор расплылся в улыбке — когтевранка его забавляла.
— Миртл немного эксцентрична, верно? — по-доброму усмехнулся профессор трансфигурации. — Но она очень способная; её определенно ждет светлое будущее... так, ты что-то хотел, Том?..
Юноша покачал головой, рассеянно глядя в уже пустой коридор. Впрочем, он не так уж и глуп — сам найдет вход в Тайную комнату, нужно просто приложить немного усилий.
***
Профессор Слизнорт задал пятнадцать дюймов свитка на тему "Использование экстракта жаброслей в зельеварении". Вокруг Миртл разложила книги, в центре лежал тот самый многострадальный свиток, который был уже почти закончен. Большинство делали домашнюю работу за завтраком, но там, в Большом Зале, была вероятность, что Оливия Хорнби как бы нечаянно прольет какао на свиток Миртл, а потому она предпочитала не завтракать вовсе. Хотя иногда старосты Пуффендуя приносили ей яблоки, и на них Миртл выживала вплоть до обеда. Но сегодня единственный, кто появился в библиотеке с яблоком был, увы, слизеринец. Слизеринцы редко появлялись в библиотеке — обычно перед самыми экзаменами, чтобы отыскать рецепт умного зелья. Том Реддл взглянул на спину единственного человека в помещении — Миртл, — и зашагал к столу в самом темном углу. У него в руках была книга, слишком большая для полок общей секции, и Миртл обратила на это внимание. — Эй, Слизерин, — улыбнулась девочка. — Не слишком ли рано для легкого чтения? Реддл усмехнулся и произнес какое-то заклинание, взмахнув тисовой волшебной палочкой, потому что книга начала рычать. Он поднял глаза на Миртл. — Не слишком ли поздно для домашней работы, Когтевран? — тут же опустив глаза в книгу, пробормотал Том. — А я просто заканчиваю. Это зельеварение — сколько хочешь повесить лапши на уши Слизнорту, столько и вешаешь, — заметила она и чиркнула пером. — Что читаешь? Это из Запретной секции, да? — Миртл сняла очки и взмахом волшебной палочки свернула свиток и захлопнула книги. Она сделала еще несколько движений, и книжки улетели по своим местам. — Не твое дело, — отрезал юноша и стал что-то переписывать со старых ветхих страниц. Но Миртл явно не собиралась отставать и подбежала к столу Тома. Он с глубоко возмущенным видом навалился грудью на книгу. Миртл звонко захохотала. — Да ладно тебе, Слизерин, — девочка присела рядом. Реддл не спускал с когтевранки пристального взгляда. — Ну что там такое? — То, о чем тебе знать не нужно, — шипел Том, любовно прикрывая собой записи. — Мне нужно нормально сдать СОВ, ясно? Не мешайся! — Хочешь, помогу? Ума палата дороже злата, — Миртл смешно поправила очки и улыбнулась, все еще любопытно косясь на книгу. — Покажи, где та змея, — Реддл снова сделался непроницаемым, как античная статуя, только в нелепой позе за столом. — Покажу, если покажешь книгу, —поставила ультиматум девочка. И тогда Том наконец-то расслабился, откинувшись на спинку стула. Он пристально следил за тем, как Уоррен листает тяжелую древнюю книгу о самых опасных существах. — Так ты читаешь о василисках! Хочешь своего вырастить? Или пытаешься найти достойную причину, по которой Слизерин выбрал змею символом факультета? Василиски, знаешь ли, не котята. — Очень смешно, ага, — в его тоне сквозил сарказм. — Будто бы ворон — самый подходящий символ. Новый девиз: "Питаемся падалью и выкалываем глаза всяким уродцам". Миртл сначала непонимающе взглянула на Реддла, а потом засмеялась. — Этим, наверное, Кандида и руководствовалась, когда выбрала символом факультета орла, а не ворона, — когтевранка медленно листала книгу. Реддл немного смутился, понимая, что перепутал ворона с орлом. Его всегда сбивала с толку фамилия Кандиды Когтевран. — А почему ты не на завтраке? Тебе тоже могут плюнуть в тарелку через два стола? — Пусть только попробуют, — фыркнул Том. — Я не голоден. Миртл прищурилась, оценивающе глядя на слизеринца и пытаясь докопаться до правды. — Ты знал, что я буду тут. — Конечно, мир вертится вокруг тебя, — закатил глаза юноша, забирая у девочки книгу, которая снова начинала рычать. — Нет, но, видимо, вокруг той змейки, — Миртл невозмутимо пожала плечами. — Ладно, мистер Я-люблю-змей-больше-чем-котят, идем в женский туалет! На переменах в коридоре второго этажа было многолюдно. Миртл оставила Тома снаружи, разведывая обстановку. Около зеркала болтали две девушки — гриффиндорка и слизеринка, а в одной из кабинок, видимо, была еще одна, потому что эти трое умудрялись переговариваться. Две девушки обернулись на Миртл, когда девочка вошла. — О, Лив, угадай, кто явился, — мерзко рассмеялась гриффиндорка около зеркала. Вторая обернулась. Это была Оливия Хорнби! Неважно, ходила Уоррен на завтраки или нет, она все равно сталкивалась с этой гадюкой везде, где только можно. — Доброе утро, грязнокровка, — весело улыбнулась Оливия. — Да, и тебе привет, — фыркнула Миртл, вставая около стенки. Хорнби недоуменно посмотрела на когтевранку — она не ревела и не бросалась в споры. — И чего встала? — пробормотала гриффиндорка, скрещивая руки на груди.— Катись отсюда. — Идиотки вперед, — Миртл расплылась в улыбке, указав девушкам на дверь. — Слова выбирай, — рыкнула Хорнби, давая Уоррен легкий подзатыльник и покидая туалет. Миртл не сказала ни слова, проводила компанию мерзавок взглядом и позвала Тома. Реддл жадным взглядом стал изучать столь знакомую за несколько дней бесплодных поисков комнату. Девочка заметила это, усмехнулась и указала рукой на потолок. Высоко над ними вырисовывался крохотный барельеф змейки. — Что? Так высоко? — Том нахмурился. — Не совсем так, — Миртл стала включать и выключать воду в каждой из раковин, пока не нашла неработающую. Тогда она постучала по керамике ноготками. — Змея вот отсюда. — И что она делает там? — Реддл вскинул бровь. — Это я сделала. Я тренировалась в заклинаниях, — ответила Миртл. — Часто тут бываю, а эта змея мозолила глаза. Ну я и... Она не договорила. Том достал волшебную палочку и сделал одно изящное движение рукой, произнося заклинание отмены. Змейка оказалась на своем законном месте. Он взглянул на Уоррен и хотел было уже выгнать её прочь, но тут прозвенел звонок, и этого не понадобилось. — Пока, и удачи с этой штукой, Слизерин, — она помахала ему рукой, лучезарно улыбнулась и выбежала из туалета прочь. Реддл поражался такой беспричинной жизнерадостности. Она очень сильно бесила его - мол, бодрым должен быть кофе, а бодрые люди раздражают. Но в то же время он слышал все, что наговорила ей Хорнби. И оставаться веселой в такой ситуации — нелепый героизм. А может быть, ей и вправду все равно. — Удачи, Когтевран, — Том даже не понял, зачем пробормотал это себе под нос — Миртл уже не могла его слышать.***
В этот обед все было несколько иначе. Уоррен шла с зельеварения, на котором получила жалкое Удовлетворительно за 15 дюймов жалкого свитка о жалких жаброслях. Похоже, на этот раз принцип "навешать лапшу Слизнорту" почему-то дал сбой. Впрочем, Миртл не сдавалась и собрала вокруг себя целую толпу когтевранцев, спорящих между собой о волшебных водорослях. Уоррен вдумчиво и четко читала каждое слово, а когда ребята вокруг находили сомнительную строчку, то начинались дебаты. Споры за столом Когтеврана были обычным делом, и представители других факультетов мало интересовались этим. Но как можно дать Миртл стянуть столько внимания на себя? — Что, Уоррен, слишком глупа, чтобы разобраться с идиотским свитком сама? — выплюнула очередную мерзость Оливия Хорнби, прервав таким образом бурную дискуссию. — По себе людей не судят, Лив, — Миртл высунула язык. — Ты хоть знаешь, как пишется слово "зельеварение"? Или это слишком сложно для твоих змеиных мозгов? Хорнби на секунду задумалась, потом нахмурила брови и, пробурчав что-то себе под нос, взмахнула волшебной палочкой. Небольшой кубок с тыквенным соком напротив Миртл слегка затрясся, и все когтевранцы, затаив дыхание, ждали кульминации заклинания. И... ничего не случилось — кубок снова занял устойчивое положение на столе. Были бы это гриффиндорцы, то тут же надорвались бы от смеха и закидали слизеринку ответными проклятьями. Когтевранцы лишь сдержанно усмехнулись, давая Оливии понять, как жалко выглядел её бесполезный выпад, и разошлись по своим местам. Уоррен ошарашено смотрела на Хорнби: безграмотность Оливии всегда с лихвой компенсировал талант накладывать отменные заклинания. Да и сама слизеринка была в шоке: от стыда она раскраснелась и начала рычать на своих сокурсниц, но от Миртл отстала. Взгляд Уоррен плавно плыл по Залу, пока не наткнулся на Тома Реддла. Он выглядел так, словно на секунду оторвался от своего пергамента с домашним заданием. Он, не мигая, смотрел на кубок Миртл, но, заметив её взгляд, юноша прикрыл глаза. — Перестань позорить факультет, — холодно чеканил он, бросая пронзительный взгляд в сторону Оливии. И она заткнулась! Оливия Хорнби заткнулась! Сразу после этого он снова уткнулся носом в домашнюю работу. Том не мог видеть, но, тем не менее, Уоррен благодарно улыбнулась.***
Во внутреннем дворике второго этажа, рядом с кабинетом Дамблдора, царил покой. Воздух, налитый свежестью и остывающим осенним солнечным светом, был прозрачен и чист, хотя ноябрь уже вступил в свои права. Для Шотландии это было нехарактерно. В такой хороший день концентрация на уроках была непозволительной роскошью, и Миртл много отвлекалась от своего повседневного занятия — чтения книг и учебников. И хотя Хорнби уже пару дней не дергала Уоррен, последней было даже одиноко без этой вездесущей ядовитой змеи. Краем глаза когтевранка заметила Тома Реддла, окруженного компанией таких же надменных злых слизеринцев. Впрочем, Том тоже не говорил с ней с того дня в женском туалете, поэтому Миртл лишь повела бровью и снова погрузилась в Историю Хогвартса. Она читала про Кандиду Когтевран и её утраченную диадему, прибавляющую носителю ума. Девочка приподняла бровь и усмехнулась, листая назад, где было написано о том, что у Салазара Слизерина есть не корона, но зато целая комната, которая тоже была потеряна со времен... да её вообще никто никогда не видел! Миртл подумала, что у этих двоих, оказывается, много общего — оба теряют важные вещи. С другой стороны, Годрик и Пенелопа были куда проще — у одного меч, у другой всего лишь кубок. Пользоваться ими можно было по назначению, а диадема вещь неуниверсальная в наши времена, не говоря уже о несуществующей комнате с каким-то ужасным сюрпризом внутри. Миртл подумала, что если Слизерин действительно поселил там кошмарного монстра (и даже не уточнил, какого!), то не стал бы этого говорить, чтобы Тайную комнату открыли наверняка. Мог бы просто сказать, что "если мой наследник откроет её, то Слизерин будет из года в год выигрывать Кубок школы" или "отменно играть в квиддич". А то просто — перебить всех грязно- и полукровок. Разве ж это интересно? Миртл оторвала взгляд от книги. Солнце светило прямо в глаза, но девочка все равно улыбалась. Краем глаза она заметила Реддла, который тоже наслаждался хорошим осенним днем, хотя и делал лицо морозильником, словно лежал в коме с открытыми глазами. — Эй, Слизерин! — окликнула его Миртл, уже откровенно смеясь. — Лицо попроще сделай! — Чего? — пробормотал Том, подходя к девочке и скрещивая руки на груди. — Говорю, день такой потрясающий! — Ага, — не было понятно, был это сарказм или Реддл действительно согласился. Но он тут же замолчал. — Ты знаешь Оливию Хорнби? — Может быть. Кто она? — мямлил Том, незаинтересованно глядя на Миртл. — Слизеринка. У неё громкий голос и плохие манеры; с моего курса. Тогда Реддл усмехнулся, понимая, о ком Уоррен говорит. — Тыквенный сок испортил бы твою домашнюю работу, не будь Хорнби такой пустоголовой. — Считаешь, она пустоголовая? — Абсолютно. Как и многие, — покачал головой Том, словно его слегка печалил это факт. — Если в следующий раз будешь зевать и не успеешь вовремя достать палочку, чтобы помешать ей навредить тебе, проблеск заурядного ума поможет Хорнби завершить начатое. И у тебя не будет ни тыквенного сока, ни домашней работы. Кстати, сколько Слизнорт поставил тебе? — Удовлетворительно, — нехотя призналась Миртл. — В следующий раз повезет больше: профессор был не в настроении — Флитвик списал со Слизерина сотню очков из-за твоей закадычной Хорнби. — Что она сделала? — Вызвала Адское пламя в шутку, и не смогла остановить его. Полкабинета сожжено, некоторые получили ожоги. Хорошо еще, что не исключили, хотя могли бы, — на его лице проступила едва заметная злорадная улыбочка и тут же исчезла. — Адское пламя? Оливия — четверокурсница! И ты говоришь, что она пустоголовая?! — Да, — кивнул Том. — Я же сказал, не смогла остановить. Миртл удивленно смотрела на невозмутимого Реддла. — Можешь просто сказать спасибо, — криво усмехнулся Том. — Спасибо, — просто ответила девочка. Она глядела на него, хлопая огромными карими глазами. — Ты хороший друг, Том. Тебя же Том зовут, верно? — Просто Слизерин, — отмахнулся юноша, испытывая почти физическое отвращение к своему глупо-магловскому имени. Он понял, что до сих пор не знает, как зовут её. Миртл улыбнулась ему, ладонью закрываясь от солнца. — Хорошо, Слизерин. — Хорошо, Когтевран, — Том тряхнул головой в знак согласия и направился к кабинету трансфигурации неспешным размеренным шагом. Эйвери и Лестрейндж встретили его необычайно удивленными взглядами. Реддл поморщился, пробормотав себе под нос "просто прыщавая девчонка", подтолкнул обоих в класс. Но все же обернулся, косо глядя на то, как мимо поднимающейся с травы Миртл пробежала Хорнби и поставила ей подножку. Том, сделав резкий глубокий вдох, по инерции вырвал палочку из кармана, едва не разорвав ткань, и шепнул ползаклинания на одном дыхании; но его взгляд вдруг смягчился — он увидел, как Уоррен смогла устоять на ногах, видел, как она злобно верещала ей вслед, как стремительным движением сорвала покосившиеся очки, схватила вещи и убежала, продолжая истошно вопить, за Оливией Хорнби. Реддл опустил взгляд и скрылся за тяжелой дверью в класс трансфигурации.***
Снег выпал в последний пасмурный день ноября. Ближе к вечеру небо прояснилось, и стало ветрено и промозгло. Во дворе второго этажа свора юных волшебников устроили драку снежками. Обычно в такие моменты Том стоял в стороне с вечно мрачным Эйвери, но в тот день брат и сестра Лестрейнджи заставили угрюмого Эйвери покинуть свою зону комфорта. Однако никому никогда в голову не приходило проворачивать такие трюки с Реддлом. Отчасти это означало уважение, но с другой стороны ему всегда было жутко скучно. В этот раз вдоволь наскучаться Тому не удалось. — Привет, Слизерин, — донеслось со стороны. Том перевел глубоко несчастный взгляд на Миртл. Она сегодня тоже была не в духе — ее ресницы слиплись между собой и поблескивали на морозе. Снова ревела. — Привет, Когтевран, — кивнул Том и улыбнулся одними уголками губ. С неба падали снежные хлопья, Миртл подставила им ладонь. — Развлекаешься, а? — она беззлобно хихикнула. — Не то слово, — буркнул Реддл. — Они не хотят играть с тобой? — девочка кивком указала на Лестрейнджей и Эйвери, к которым сейчас присоединился еще и Блэк. Они все выглядели ужасно счастливыми. — Нет, — огрызнулся Реддл, будто причина была очевидна. — Просто это все детские игры. — Но им явно весело, — Миртл пожала плечами. — Ты говоришь так, будто родился с усами, в костюме и табачной трубкой во рту, Слизерин. Ты будешь взрослым большую часть своей жизни! Так что спеши быть ребенком. Я бы, например, сыграла, но мне не с кем. — Ирония нашей жизни, Когтевран, — рассмеялся Том. — Много хочешь — мало получишь. — Я терплю не такие уж большие лишения, — пробормотала Миртл и надвинула очки на глаза. — Тогда почему ты ревела сегодня? — он приподнял брови. — Это Оливия... — девочка снова сдвинула очки на лоб и промакнула глаза. — Ну, Хогвартс почти не отличается от магловских школ, если честно. В нем нет ничего волшебного. Так что я сделаю вид, будто совсем не разочарована. Реддл хотел было возразить, но услышал радостный голос Эйвери. — Том, идем на ужин! — Пока, Слизерин, — Миртл шмыгнула носом, готовая снова разреветься, и зашагала в сторону башни Когтеврана. — Ты не идешь на ужин? — спросил Том ей вслед. — Нет, — донеслось ему в ответ. — Хорнби обещала, что не пустит меня сегодня в Большой зал, а, может быть, и никогда не пустит. Дверь хлопнула за девочкой. Том подумал еще мгновение и крикнул ожидающей его слизеринской шайке. — Я не голоден, и мне еще надо в библиотеку. Идите без меня. — Мы принесем тебе что-нибудь, — пообещал Лестрейндж и довольно улыбнулся. Затем вся компания двинулась к Большому залу. А Реддл тут же метнулся за Миртл. — Эй, Когтевран! — воскликнул Том, и девочка нехотя обернулась. — Идем играть в снежки, а то ты так и проревешь все свое детство. Небо было глубокого ослепительного темно-синего цвета. На нем сияла россыпь платиновых далеких звезд. Они, растрепанные и румяные, сидели на снегу посреди двора, и смотрели вверх. Миртл выводила волшебной палочкой созвездия, и они, трехмерные, появлялись в воздухе и медленно улетали вверх. — Ты сказала, в Хогвартсе нет ничего волшебного, — Реддл, потерявший свою аристократичную бледность, улыбнулся. Миртл взглянула на Тома с натянутой улыбкой. — Но где еще ты видела в Шотландии хорошую погоду посреди зимы? Этот риторический вопрос предполагал милую дружескую шутку, поэтому девочка улыбнулась шире. — В нас столько волшебства, что я удивляюсь, как мы еще от него не лопнули, — пробормотала девочка, выводя палочкой большую прозрачно-серебристую луну. Миртл шепнула заклинание вслед улетающей луне, и та начала расти до огромных размеров, и вскоре с громким хлопком взорвалась, оставив после себя лишь сноп искр. Реддл поймал теплый осколок магии, который тут же потух в его руке, и подумал, что волшебства в Миртл определенно хватит на два Хогвартса и еще немного останется. — Тебя словно дементор поцеловал, Когтевран, — Том усмехнулся и вскочил со снега, подавая девочке руку. — Сегодня слишком хороший вечер, чтобы ты ходила с такой кислой миной. — Да что ты говоришь, Слизерин! — пробормотала Миртл. — Ты бы видел иногда своё лицо! Вот кого дементоры целуют регулярно и страстно, так это тебя. Реддл не смог сдержать широкой улыбки и метнул в девочку ниоткуда взявшийся снежок. Вечер и вправду был хороший. В тот вечер на Земле было меньше всего дементоров, улыбалась надрывная мрачная Серая дама в крыле Когтеврана, Кровавый барон был совсем нестрашен и готов был отплясывать йодель в подземельях Слизерина. А почему — никто не знает. Говорят, во всем девочки виноваты. Врут. Но если говорят о тридцатом ноября, сделайте вид, что не поверили, но улыбнитесь.
