Чувствуешь? Я рядом

Свон все ещё сидела, безмолвно смотря в сторону мэра, которая лежала во всех этих проводах, такая беспомощная и уязвимая. В голову Эмме приходили ужасные мысли, но пришедшие сотрудники больницы прервали её размышление. -Мисс…- на пару секунд медсестра замолчала. – Больница давно закрыта. Вам пора уходить. – Эмма подняла голову в сторону девушки и безмолвно встала и ушла. Она даже не знала, куда подевался её сын, и в данную секунду Свон не заботило ничего, только постоянные мысли о Реджине. Она боялась влюбиться, но это произошло. Любовь нельзя предугадать, нельзя заставить себя полюбить, ты не выбираешь, в кого влюбляться, ты не выбираешь свою слабость, ты лишь можешь закапывать свои чувства всё глубже, но все равно, рано или поздно, тебе придется смириться с тем, что ты влюблен. Но для Свон было проще отрицать, что у неё есть чувства к этой женщине, даже после того спонтанного поцелуя в Бостоне, она сама не понимала, что это был самый счастливый день в её жизни. Эмма выходила из больницы полностью в своих размышлениях, она даже не заметила, как села в своего «Жука». Свон не хотела никуда уезжать, она просто сидела на переднем сидении, держа руль двумя руками, будто от этого будет проще. Она психанула, и со всей силы ударила по рулю, от чего прозвенел пронзительный гудок и Свон всё била и била по рулю, пока не услышала стук в окно автомобиля. Эмма немного успокоилась и открыла дверь своей машины, выйдя наружу. Девушка, которая привела Свон в чувства, в переносном смысле этого слова, выглядела молодой и немного походила на монашку, что подметила Эмма в своих мыслях, вспоминая, что примерно так описывал свою учительницу Генри: короткие черные волосы, простая одежда, простой вид. Это совершенно обычная девушка, которая ничем не выделялась. Мисс Бланшер прочистила горло и произнесла первой приветственную речь: - Здравствуйте. – Начала учительница. – Что вы делаете в такой поздний час на улице? – Спросила учительница, смотря прямо в глаза Свон. Было видно, что она замерзла и поэтому, укутывала себя своей кофтой. - Эм, привет. – Отвечала Эмма. – Вы мисс Бланшер, не так ли? – Совсем сменила тему белокурая девушка и протянула руку Мэри Маргарет. -Да. – С опаской ответила Бланшер. – Откуда вы меня знаете? – И пожала руку Свон. - Мне Генри о вас рассказывал. Вы ему очень нравитесь – Улыбаясь, Эмма отпустила руку и, указав на авто, спросила – Вас подвезти? - Генри? – Ответила учительница. – Откуда вы его знаете? Он очень застенчивый мальчик, особенный, а вас я раньше здесь не видела. – Продолжала она, кивнув на вопрос Свон. Они обе сели в машину и продолжили разговор. - Я его биологическая мать. – Ответила Свон, прошептав и опустив глаза вниз. Мэри Маргарет не была ничуть удивлена и ответила: - Я рада, что он вас нашёл, мисс Свон. Думаю, вам лучше сейчас быть с ним. – Ответила Бланшер и одним жестом сказала Эмме, что можно ехать. Они ехали почти в безмолвии, только Мэри Маргарет показывала дорогу к особняку мэра, где и был сейчас потерянный ребенок. «Вы ему сейчас нужны, как никогда» - постоянно говорила учительница и Эмма винила себя, что отказалась от него давно, но ведь она хотела, как лучше. Незаметно пролетело время для Свон и они уже оказались возле большого особняка, который очень даже выделялся среди простых домов, хотя, ничего особенного, ведь это дом мэра. Эмма и Мэри Маргарет вышли из машины и, прервав минутное молчание, мисс Бланшер произнесла: - Идите, не бойтесь. Он вас ждет. – С улыбкой на лице проговорила учительница и направилась в другую сторону. - А как же вы? – Крикнула Свон в след ей. - Мне недалеко. Спасибо, что приехали. Вы дали надежду Генри. – Остановившись, прокричала Мэри Маргарет. – Спокойной ночи. – Добавила она, и, развернувшись, скрылась за поворотом. Эмма решительно закрыла дверь своего «Жука» и направилась к входу в особняк. Возле двери с поднятой рукой она простояла минуту-две, кто считает? Но тут дверь открыл Генри и смотрел на Свон своими большими детскими глазами, такими невинными, но в то же время эти глаза повидали многое и все равно способны ещё любить. - Эмма, ты пришла ко мне? – Начал мальчик, держа ручку двери своей маленькой ручкой. Свон немного улыбалась, стараясь быть милой. - Да, пацан. – Ответила она сразу. – Можно войти? – Заглянув внутрь, спросила Свон. - Конечно! – Крикнул Генри и, отойдя от двери, впустил Эмму в дом, закрыв за ней дверь. - Ты такой самостоятельный. – Начала Эмма, осматриваясь и садясь на диван в гостиной. – Ты один? Кто тебя отвез сюда? Мы же вместе были в больнице? – Эмма поймала себя на мысли, что задала слишком много вопросов и опустила голову вниз, смутившись. - Доктор Хопер. – Ответил младший Миллс. – Он мой врач. – Продолжил он, наливая воды для своей мамы. – Хочешь воды? – Отдавая стакан для Свон, спросил мальчик. - Да, спасибо. – Ответила та, улыбнувшись. – Врач? Ты болеешь? – С испуганным видом спросила Эмма. И мальчик рассмеялся. - Нет, просто мама считает, что сеансы психотерапии мне помогут. – Ответил Генри, садясь рядом со своей второй мамой. – То есть, моя злая мама. – Добавил он. - Не называй свою маму злой. – Сама того не заметив, разозлилась Эмма. – Она же тебя любит, понимаешь? Она все делает ради тебя, Генри. – Сказала Свон, отпив немного воды и поставив стакан на стол. – Итак, уже поздно. Пора спать, пацан. – Эмма встала с дивана и, протянув руку сыну, вытянула его с дивана. – Где твоя комната? – Мальчик указал пальцем, и они двинулись наверх.

***

Следующим утром Генри повел Эмму знакомиться с его мамой. Ну, в какой-то степени, они были знакомы, но Свон все равно было интересно, что же будет дальше, так что она продолжала играть неизвестность. Несмотря на кому Реджины, люди вокруг старались верить в лучшее, старались верить в чудо. Как ни странно, в Сторибруке веяло магией, как будто весь город пропитан чем-то новым, неизведанным и немного пугающим, ведь неизвестность всегда пугает. Эмма и Генри вышли из особняка Миллсов в 10 часов, чтобы успеть к часам посещений в больнице, Эмма не хотела говорить своему только найденному сыну, что ей придется уехать, что она не сомкнула глаз всю ночь, стараясь что-либо исправить, но все впустую. Ей придется уехать сегодня, чего бы это ни стоило. Останавливаясь возле магазинчика с цветами, Свон решила, что мальчик одобрит её выбор, и спросила: - Может, купим твоей маме цветы? – Со своей фирменной улыбкой спросила Эмма, и у Генри засветились глаза, видимо, ему идея очень даже понравилась. - Конечно! Давай! – Кричал он от восторга, выходя из машины. Свон не переставала улыбаться, понимая, какой у неё прекрасный сын, и что она благодарна этой женщине не только за тот прекрасный день, но и за него. За мальчика, которого Реджина смогла забрать, ведь Эмма хотела для Генри лучшей жизни, и она дала её мальчику. Они выбрали красную розу, и не просто как цветок, срезанный с куста, а цветок в горшке, чтобы он жил не только несколько дней, а несколько лет. Младший Миллс быстро побежал к машине, в предвкушении встречи со своей матерью. Он был взволнован и всю дорогу к больнице рассказывал Эмме, какая Реджина прекрасная мама, рассказывал, как она заботилась о нем, но мальчик чего-то недоговаривал, но Свон не обращала на это внимания, она притворно улыбалась для Генри, а думала лишь о том, что Миллс, возможно, никогда не очнется. - Эй, парень, мы приехали. – Парочка подъехала к больнице и, выйдя из машины, Генри, как всегда, бегом побежал к месту назначения, а Эмма стояла, держа в руках горшочек с маленькой красной розой, и смотрела на здание. Свон не любила больницы с самого детства, там происходят ужасные вещи, там умирают люди, там людям говорят, что они скоро умрут, именно там дети теряют своих родителей. Но иногда и случается чудо, иногда, врачи могут спасти людей от гибели, и это давало надежду. - Эмма! – Крик вырвал Свон из размышлений. – Привет. Вы к Реджине? – Мэри Маргарет подошла ближе, и Эмма улыбнулась ей, обнимая горшочек с цветком. - Да, мы пришли с Генри. – Отвечала Свон. – Не пойдете с нами? – И они вместе пошли по направлению к входу. У Мэри Маргарет появилось странное выражение лица от такого вопроса, будто она съела кусок лимона. - Ой. – Отвечала она. – Нет, мэр недолюбливает меня. – Мисс Бланшер положила руку на плечо Свон. – Удачи вам. Все будет хорошо. Я верю. – Проговорила учительница и со своей внушающей доверие улыбкой скрылась из виду Свон, а Эмма продолжила свой путь к палате. Свон уже вошла отделение и увидела ту самую медсестру, что вчера смогла всё-таки оторвать взгляд Эммы от Реджины. Она улыбнулась рыжеволосой девушке и продолжила свой путь, но медсестра окликнула Свон и поинтересовалась: - Вы к мэру Миллс? – Начала их разговор девушка. - Да, мы…- Эмма на секунду замолчала. – Мы с её сыном, Генри, пришли проведать её. – Показывая цветок девушке, Эмма улыбнулась своей беззаботной улыбкой, сама того не замечая. – Как она? – Опять обняв цветок, спросила Свон. – И, посмотрев на бэйджик на халате, продолжила. – Евгения? Красивое имя – Подняв глаза, произнесла Эмма. - Ой…- Засмущалась девушка. – Спасибо. – Она заулыбалась и заговорила дальше. – Мэр Миллс? Состояние стабильное, и мы не знаем, что происходит, надеемся только на чудо…- Опустив глаза вниз произнесла рыжеволосая девушка. – Извините. – И уже собираясь уходить, Свон одернула её и сказала: - Это не ваша вина. Вы сделали все, что могли. – Протараторила Эмма. – Спасибо Вам. – И Свон направилась к палате быстрым шагов, видя Генри уже рядом с Миллс. Эта картина вызвала улыбку на лице Эммы: мальчик сидел, держа мать за руку и рассказывал, как провел день, что они с Эммой делали, что кушали. Но потом заплакал, и произнес, держа старшую Миллс за руку: - Мамочка, почему ты не просыпаешься? – Вскхлипывая говорил Генри. – Мамочка? – Продолжал он, пока Эмма не подошла. Она успокаивала сына, и гладила его по голове, смотря на Реджину. Она смотрела на Миллс, и у самой наворачивались слезы, ведь ещё вчера все было прекрасно, был хоть маленький шанс на счастье, а сейчас что? Надеется на чудо? Смешно. Вежь Эмма не верило ни во что в мире, тем более в чудо, всю веру у неё забрали в детстве, ведь Свон скиталась по семьям и детским домам всё свое детство, всю юность. Как только мальчик успокоился, Эмма присела на корточки и сказала: - Так, пацан. – С уверенностью в голосе начала Свон. – Иди, найди шоколадку и доктора Хопера. Побудь с ним, хорошо? – Произнесла Эмма, доставая двадцатку из заднего кармана. – А я пока познакомлюсь с твоей матерью. – Свон улыбнулась для мальчика так, как улыбаются только матери, это дало надежду на чудо для Генри, а Генри – это все, что важно сейчас для Свон. Мальчик выбежал из палаты, а Эмма уселась на место сына и смотрела на Реджину, смотрела, будто знает её всю свою жизнь, будто готова на всё ради спасения этой женщины. Эмма хотела взять Миллс за руку, но тут вернулся Генри и прокричал: - Её зовут Реджина. – Запыхавшимся голосом и с шоколадкой в руке говорил мальчик. – Реджина Миллс. – И, улыбнувшись во все свои зубы, побежал дальше. - Я знаю, пацан. – Ответила Эмма уже в пустоту и взяла руку Миллс своими руками. - Реджина, ты прекрасная мать. – Начала Эмма, целуя руку Миллс, и слеза покатилась по её щеке. – Я не смогла быть с ним всё это время, ведь он заслуживал большего, понимаешь? Ты дала ему большее, я счастлива, что именно ты стала его матерью. И мне все равно, что говорят окружающие, тот день в Бостоне – лучшее в моей жизни. Но я должна уехать…- Эмма замолчала, и покрыла ладошку Миллс поцелуями снова. – Я многое не говорила о своей жизни, ведь официантка? Серьезно? Возможно, потом расскажу. Я верю, что ты очнешься, Реджина, не знаю, почему, но верю. – Эмма поднялась и, положив руку Миллс на место, склонилась над её губами, вдыхая аромат женщины. – Чувствуешь? Я рядом. – И, подарив поцелуй, слеза стекла с глаза Эммы. Свон уже направилась к выходу и, обернувшись на прощание, услышала свой желанный голос: - Да…Ты рядом. – Еле слышно произнесла Реджина и Свон не поверила своим ушам. Глаза Эммы стали круглыми, как шары и она рывком придвинулась к постели Миллс. - Может, ещё поцелуй? – Уже более уверенно и с улыбкой произнесла Миллс, желая снова увидеть радость на лице Эммы. И, взяв Свон за руку, Реджина сказала – Спасибо, что верила в меня. - И улыбка опять проявилась на губах Свон.