Жизнь по ошибке

Астарот прекрасно знал практически все мои слабые места, поэтому явно не мог забыть о том, что я до безумия боюсь удушения. И снова все по кругу. Слёзы, паника, безуспешные попытки отбиться. И только когда чёрные круги перед глазам практически лишили меня и зрения, паника вдруг отступила. - Ты ведь не можешь меня убить. – Улыбаясь одними губами прохрипела я, хватка ослабла. - Я рад, что у тебя такая хорошая память. Надеюсь, что и остальные пункты нашего контракта ты также хорошо помнишь. Откинувшись рядом на подушки, Астарот закурил. Он с интересом изучал меня взглядом, время от времени выпуская струйки терпкого дыма в мою сторону. Я молчала и старалась не закашлять от дыма. Свой экземпляр контракта я попросту спрятала в одну из книг, а после забыла в какую именно, но искать особенно не рвалась, считая, что так будет лучше, спокойнее. Не сказать, что контракт содержал много пунктов, но знать, что я даже перечитать его не смогу… Чувство неприятное, а в данный момент еще и смущающее. Демона, впрочем, пока что больше заботили мои внешние изменения, нежели угрызения совести. И судя по недовольному пронзительному взгляду, ему не нравилось то, что он перед собой видел. - Не думал, что ты настолько слабачка, Аня. – Я вздрогнула, услышав своё имя, но перебивать не стала. Не к добру это все, ох не к добру. – Думал, нормально жить начнешь, а не погрязнешь в самобичевании. Такой шанс выпадает единицам, черт тебя дери, и я подарил его тебе. А ты? Вот это что такое? – Демон резко дёрнул левую руку, тыча на грубый продолговатый шрам – подарок от меня мне на мои восемнадцать лет. - Тебе-то какая разница, тебя не было в тот момент, так что не жалуйся. – Надулась я, попутно пытаясь вырвать руку. Мужская рука больно сжала бедро со шрамом, впиваясь в него внезапно появившимися когтями. - Я же говорил, что не люблю, когда собственность мою портят. Задохнувшись от возмущения, я, было, дёрнулась в сторону, но Астарот удержал меня на месте одной рукой, все еще задумчиво пропуская серый дым сквозь губы. В следующее мгновение притянул к себе и приобнял за плечи. - Худая такая, хрупкая, слабая стала… Меня била мелкая дрожь, в глазах собиралась влага, но я упорно ее смаргивала, не давая той скопиться и вытечь ручейками из глаз. Я так давно до безумия, до дрожи в сердце хотела снова оказаться рядом, а сейчас… А сейчас чувствовала только злость, раздражение, некую долю отвращения. Зачем? Зачем он рушит мой и без того хрупкий, будто стеклянный мир? - Зачем ты вернулся? Я не спрашивала почему он ушёл, почему не послал за всё это время ни одной весточки, почему бросил меня. Я продолжала убеждать себя в том, что я сильная, уверенная в своих действиях, но в этой тишине голос мой казался скрипом ржавой банки – надломленный, резкий, временами пропадающий. Уверенные и сильные люди так не говорят. - Котёнок, - я снова вздрогнула, столько было в этом слове внезапной нежности и в то же время отрешённости, что становилось страшно. – Я и не собирался возвращаться. Просто не ожидал тебя встретить при таких… Кхм… Странных обстоятельствах. Искала меня? Я активно замотала головой, пряча лицо у него на груди, зарываясь носом в приятный шёлк чёрной рубашки, вдыхая такой знакомый запах, и тихо заплакала. Демон, тактично не делая замечаний по поводу мокрых глаз, гладил по волосам, снова и снова затягиваясь сигаретой. - Вышел, чтобы поговорить, а ты опять пьяная. И все еще грубая. Холодные пальцы требовательно подняли мое красное от слёз лицо, а сухие горячие губы требовательно прижались к моим солёным. Боже, как мне этого не хватало. Не обдумывая, я просто поддалась, впустила горячий язык демона, отвечала с остервенелым отчаянием, цепляясь пальцами в рубашку так, что казалось ткань не выдержит и затрещит под моими ногтями. Слёзы текли еще сильнее, но мне было наплевать. Я ждала… Но в голове что-то щёлкнуло. Я долго ждала, чувствовала себя преданной, а собственная бесхребетность вызвала только очередной приступ злости. Резко отшатнувшись от Астарота, я залепила звонкую пощёчину. Спустя секунду еще одну. Затем просто начала колотить его кулаками в грудь, плечи, заливаясь слезами и копя силы для потока бранных слов, но едва только первый звук собрался сорваться с моих губ, демон грубо зажал мне рот одной рукой, другой скрутил одну из моих рук до противного хруста в плече. - Анюта! – Входная дверь противно скрипнула, возвестив о возвращении соседки. – Аня, ты где? Но мне было совершенно не до этого. Серые глаза горячей сталью прожигали меня насквозь. Дело пахло жаренным. - У тебя две минуты, чтобы отвязаться от какого-либо внимания подруги, после чего должна будешь вернуться, и мы поговорим о твоём поведении, котёнок. – Шёпот его был почти что эротичным, а потому вселял еще большее чувство ужаса. На негнущихся ногах, по дороге вытирая слезы и пытаясь натянуть хоть какую-нибудь улыбку, я выползла в коридор. - Анька! – Радостно начала Даша, после чего осеклась и с волнением в голосе спросила, - с тобой всё в порядке? Выглядишь жутко, что случилось? Еще бы мне выглядеть не жутко. Волосы растрёпаны, макияж наверняка размазался до подбородка, вся в соплях, слюнях, с опухшими глазам и нервно подрагивающими руками. - Дашка, - прохрипела я, скорчив мученическую мину. – Отравилась я, наверное, так плохо… Я спать пойду, хорошо? – Завидев, что подруга уже было открыла рот, чтобы возразить и пристать с расспросами, пресекла весь ее словесный поток на корню, - Дашенька, очень плохо, давай до утра, извини, дорогая, что так вышло. Во время речи я начала пятиться в свою комнату, после чего хлопнула дверью и закрыла ее на замок. Холодное прикосновение чужих пальцев, хлопок, сосущее чувство под ложечкой. Не успела я опомниться и открыть глаза, как меня отшвырнули будто простую тряпку, и тело встретилось с ровной стеной, однако лицу повезло меньше – его левой стороной я напоролась на что-то, а потому откинувшись на пол, я явственно ощущала звон в голове и липкую, горячую кровь, заливающую лицо. Но мне даже не дали свернуться в клубочек, дёрнули наверх и зазвенела пощёчина. - Даже не думай сейчас отключаться, Аня. – Лицо Астарота было размытым, но угрозу и какое-то извращенное удовольствие в его взгляде я различила ясно. Но на минуту я все же вырубилась, после чего обнаружила себя на широкой кровати со связанными над головой руками. Усевшись на мои бёдра, демон, зажавший в зубах небольшой странной формы нож, резко разорвал на мне майку. Инстинктивно сжавшись, я попыталась сморгнуть уже загустевшую кровь, из-за которой я не могла открыть левый глаз, но успехом это действо не увенчалось. Холодное лезвие ножа, аккуратно, нежно прочертило ровную линию от ключиц до живота, а после повторило этот путь, но медленнее, с нажатием. Кожу жгло, но вырваться я не могла. Оставалось только паниковать и следить, как выступают алые капли из пореза. - Алый тебе к лицу, радость моя. Ты знала? – Промурлыкал демон, замахнувшись ножом еще раз. Удар, теперь красная линия пересекала живот по линии талии. Больно и страшно. Страшно от того, что я никак не могу остановить это безумие. - Ну, крошка, не плачь так, мы ведь только начали. Астарот небрежно вытер только выступившие слёзы с моих глаз. Наклонившись, он языком повторил путь лезвия туда и обратно. От ключиц скользнул к соскам, аккуратно лизнул и прикусил, царапая зубами нежную кожу. Рукой, избавившейся от ножа, принялся терзать другую грудь. Мне оставалось только жалостно всхлипывать, вздрагивать и стараться не замечать тягучего, горячего комка, завязывающегося внизу живота. Нельзя. Нельзя, нельзя, нельзя. Но тело меня не слушалось. Горячая широкая ладонь скользнула на спину и чуть приподняла меня, заставляя выгнуться навстречу жарким губам. Оставив, наконец, грудь в покое, он приблизился к моему лицу и требовательно поцеловал. Я не сопротивлялась, но и отвечать больше не спешила, на что он недовольно порыкивал и кусал, оттягивая, мою нижнюю губу. Было жарко, было приятно, было противно от осознания собственной слабости. Но я так зациклилась на ощущениях, которые вызывал поцелуй, что совершенно не заметила, как шорты с колготками были стянуты с ног. - Не надо… - Мотнула головой я, особенно ни на что не надеясь. - Надо. – Отрезал мужчина. Нож снова оказался в его руке. Перерезав тряпицу, связывающую мои руки, он снова дёрнул левую руку, приставляя лезвие ножа к уже зажившему шраму. - Вот так, - спокойно начал он, медленно вдавливая нож в плоть и повторяя узор шрама. – Могу делать только я. Ни у тебя, ни у кого другого нет такого права. Ты поняла, надеюсь? Но я его даже не слышала, надрывно выла от боли, зажмуриваясь, силилась выдернуть руку из стальной хватки. Перед глазами плясали цветные круги, а к горлу подкатывала тошнота, но демону было все равно. Легонько похлопав по щекам, он заставил меня открыть глаза и спросил еще раз, гораздо грубее: - Ты поняла, Анна? Оставалось только кивнуть, заливаясь слезами. - Вот и умница, а теперь перейдем к более интересной для нас обоих части. И просто отодвинув трусы в сторону, резко вошёл, даря очередной приступ боли. Перед глазами вспыхнул фейерверк, но расслабиться у меня никак не получалось. Демон замедлился, нежно проведя по телу горячими руками, наклонился и медленно, трепетно стал целовать шею, успокаивающе гладить. - Давай, котёнок, расслабься немного. Ну же, маленькая… - Тихий, бархатистый голос окутывал с ног до головы. Расслабиться мне все же удалось, и Астарот начал аккуратно, медленно двигаться, срывая тихие, неуверенные стоны с моих губ. Боль угасала медленно, но так до конца и не пропала, напоминая о себе тяжелыми, горячими пульсациями, но я просто перестала обращать на неё внимание. Я чувствовала Его в себе. Я видела Его, перемазанного в Моей крови. Его, чьё тело покрылось капельками пота. Демона, который был нежен до одурения, до неприличия. Медленно, жгуче, приятно и жарко. Меня рвало на части от противоречивых чувств, боровшихся в груди, но любовь пересилила. И я доверилась. Доверилась существу, созданному мучить, разрушать и лгать. Пообещав себе, что это в последний раз, я отдалась страсти и чувствам. Только на эту ночь, пожалуйста…